Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Украинская и белорусская народная одежда
Этнография - Восточнославянская этнография

Украинская и белорусская народная одежда

Среднее Поднепровье — древнейшая область восточного славянства, колыбель первого русского государства, основной центр древнерусской народности и территория, где происходило формирование украин­ской нации. Здесь сложился и тот тип костюма, который принято назы­вать украинским национальным костюмом. Он преобладал в Чернигов­щине, части Полтавщины, Киевщины, а также в южной части Украины, население которой тесно связано с населением среднего Днепра. Истори­ческие судьбы Украины, усиленная борьба ее населения против иноземных захватчиков, раннее вхождение в состав Московского государства имели большое значение для формирования культуры и быта украинского народа. Левобережье Днепра издавна являлось пограничным с кочевым степным миром и называлось «оплечьем Киева».

Заселение юга связано с созданием оборонительных укреплений, с воз­никновением казачества, а затем и с вольным переселением крестьян. Приток населения на юго-восток увеличился особенно после Польско- Литовской Унии, с усилением притязаний панской Польши на украинские земли. Панская колонизация в западных областях сопровождалась раз­дачей земель крупным магнатам, закрепощением украинского и белорус­ского крестьянства, которое спасалось бегством, переходя с Правобережья на Левобережье, пополняя ряды казачества. В XVI в. в связи с передви­жением населения на юго-восток возникла так называемая Слободская: Украина (с городами Сумы, Лебедин, Ахтырка, Белополье, Харьков и др.). Здесь украинцы встретились с русскими переселенцами из южно­великорусских областей, заселявшими восточную часть будущей Харь­ковской губернии.

Западная часть Украины имела несколько другую историческую судьбу. Являясь также древнейшей областью расселения восточнославян­ских племен, она с XI в. становится крупным центром древней Руси — здесь возникает и возвышается Галицко-Волынское княжество. Однако в XIV в. эта область была захвачена Польшей, а с XVIII в., после раздела Польши, Волынь и Подолье отошли к России; Галиция, Угорская Русь и Буковина — к Австрии, позже Австро-Венгрии, Венгрии. После 1918 г. эти области вошли в состав Чехословакии, Польши, Румынии.

Сельское население юго-западных областей Украины, несмотря на- многовековой отрыв от всего украинского народа, классовый и нацио­нальный гнет, стойко сохраняло свой язык, обычаи, костюм, что являлось выражением национального самосознания. Лишь в советское время (1939-945 гг.) население этих областей было освобождено и воссоеди­нилось' со всем украинским народом.

Различие исторических судеб разных групп украинского народа не могло не отразиться на быте населения. Все же, при наличии областных особенностей, выделяется общеукраинский тип костюма.

Женский традиционный костюм однотипен. Сорочка с прямыми уставками или с суцильными рукавами, пришитыми по основе, пояс, пояс­ная «нешитая» одежда (запаска, дерга, плахта и др.), намитка или че­пец — все это составляет основные элементы одежды украинки любой области.

Однако ряд особенностей позволяет, хотя бы предварительно, выделять несколько вариантов, характеризующих различные группы украинцев.

Киевщина и левобережье Днепра, включая часть Новороссии: сорочка с прямыми уставками, пришитыми йо основе или утку, или с суцильными рукавами, плахта, а в будни дерга ,(местами запаска), запаска-передник, кирсетка-безрукавка, намитка или очипок (повойникообразный или «седлом»), постолы, личаки или .чоботы из цветного сафьяна. Для девушек был характерен винок— головной убор из цветов.

Подол и я: поясная одежда (обгортка, опинка, горбатка, фота, гунька), широкий тканый шерстяной пояс; сорочка, отличающаяся не столько покроем, сколько характером обильной плотной шерстяной черной или красной (а также оранжевой, зеленой) вышивки, расположенной на плечах и полосами вдоль рукавов и швов; общеукраинская намітка, ко­жаные постолы. Такой костюм носили и в Черновицкой обл., но нередко с туникообразной сорочкой с полихромной вышивкой. Этот комплекс имеет сходство с одеждой молдаванок и румынок.

Северные районы Украины — север Черниговщины и Во­лыни: женская сорочка с прямыми поликами, пришитыми по утку, с от­ложным воротником и обшлагами и с геометрическим строго прямолиней­ным орнаментом, выполненным красной бумагой; намитка, передник, ма­терчатая безрукавка-лиф, личаки или кожаная обувь. Домотканная (часто полосатая) шерстяная юбка — литник, иногда гофрированная, об­наруживает связь с запасками, которые в прошлом носили здесь местами, как и во многих восточных областях Украины, и которые до настоящего времени типичны для гуцулов. Этот комплекс близок к одежде южной части Белоруссии, с которой граничат и исторически тесно связаны Чер­ниговщина и Волынь.

Западная равнинная часть Украины (часть б. Галиции): сорочка с прямыми поликами, пришитыми по основе, с полихромной вы­шивкой, иногда в виде «квітков», спидница, которая обнаруживает свое происхождение из нешитой поясной одежды, имея спереди особое, отлич­ное от других полотнище (в прошлом известно здесь было ношение двух запасок); лейбик-безрукавка, передник-запаска, намитка или чипец (часто замененные хусткой); постолы или кожаная обувь на каблуках. Трансформация старинной одежды сказалась в изготовлении ее преиму­щественно из фабричной ткани.

Карпаты и прилегающие предгорные районы. Своеобразный хозяйственный быт, в котором большое значение имело горное скотовод­ство, значительная изолированность горных областей, слабое развитие товарно-денежных отношений наложили отпечаток на весь бытовой ук­лад сельского населения, обусловив сохранение старых форм одежды и украшений, исчезнувших в других местах уже в давние времена. Местами традиционная одежда бытует здесь и в настоящее время.

Особенно красочна одежда гуцулок. Сорочка с прямыми уставками, пришитыми по основе (иногда из двух отдельных частей — сорочка с пидшивкой), с полихромной плотной вышивкой; поверх сорочки укрепленные на талии две тяжелые шерстя­ные запаски (спереди и сзади); киптарь — меховая орнаментированная овчинная безрукавка; намитка, красные шерстяные вышитые онучи или капчуры, постолы с красными шерстяными или черными обора­ми, накидываемый на плечи широкий суконный сердак; в качестве нагрудных украшений — металлические згардки, намисто, бисерные силянки и пр.

Часть гуцулок носит вместо запаски одежду типа обгортки, горбатки. Своеобразны девичьи гуцульские головные уборы — уплитки из гаруса, чильце — металлический налобник.          .

В наиболее западной части Карпат (Дрогобычской и Закарпат­ской областях) женский костюм составляют: сорочка «карпатская» (с цельным рукавом), иногда короткая и с разрезом сбоку; спидница из белого холста, обнаруживающая связь со старинной горбаткой, опинкой, так как ее шили из одного горизонтального полотнища с вшитым спереди дополнительным полотнищем; запаска — широкий фартук из фабричной ткани; чипец с основой в виде обруча, обтянутого сверху сеткой, с добав­лением искусственных кос из гаруса, а местами белое покрывало на го­лове, в подвязанном виде напоминающее веер; постолы; бисерные шейные украшения — силянки.

На юго-западе Украины (Закарпатская обл.) костюм составляет «кар­патская» сорочка, иногда с разрезом ворота сзади, единственным дополне­нием к которой местами служит запаска — широкий фартук из фабрич­ной ткани; иногда лейбик — безрукавка из ткани; старинный головной убор в виде белого покрывала и более новый — хустка; постолы; бисер­ные шейные украшения. Своеобразна верхняя меховая одежда — бунда и комизоля, а также гуня — плащ из ткани с длинным ворсом.

В мужской украинской одежде выделяются несколько ком­плексов.

Левобережье Днепра (за исключением наиболее северных уездов б. Черниговской губ.), Киевщина и Днепропетров­щина: туникообразная сорочка с прямым разрезом ворота, нередко окаймленным широкой вышивкой; иногда сорочка со вставками или на шивками на плечах и отложным воротником. Эти сорочки носили заправ­ленными в широкие шаровары, перехваченные по талии широким матер­чатым или плетеным из шерсти поясом.

Большую роль в сложении и распространении этого типа костюма, видимо, играло украинское казачество, особенно в левобережной части Украины.

Покрой широких штанов удобен для верховой езды и в походном быту. Он связан также с обычаем сидения на полу на скрещенных ногах — «по-турецки», распространенным преимущественно у кочевых народов Востока, нередко — перед низким столиком, сходным со столиками народов Средней Азии. Подобный обычай имелся у запорожских казаков еще в XVIII в. (как видно из рисунков в книге Ригельмана), а также сохранялся у украинского крестьянства на Левобережной Украине в XIX — начале XX в. Ни у русских, ни у белорусов этого обычая нет.

Все это заставляет предполагать связь с юго-восточными соседями. Уже в древние времена некоторые из кочевых групп оседали в южных пределах Киевского государства, частично входя в состав оборонитель­ных войск, и в дальнейшем были ассимилированы славянами, так же как и другие группы (имеются упоминания об аланских (с I—II вв. н. э., по­следнее упоминание — в XIII в.) и хозарских (VII—IX вв.) селениях в южной России).

Черниговщина (наиболее северная ее часть), Волынь: косоворотка с вышитой манишкой; косоворотку не всегда заправляли в штаны, а чаще носили навыпуск; сорочка с поликами и отложным ворот­ником, отмечаемая главным образом на Волыни, где ее носили также навыпуск с неширокими гачами. Костюм с косовороткой близок к русско­му, а с поликовой сорочкой — к белорусскому мужскому костюму; последнее, как и наличие в женском костюме саяна, объясняется тесными украинско-белорусскими связями.

Близкое соседство с русскими, раннее вхождение в состав Российского государства сильно отразились и на одежде Левобережья (Полтавщины, всей Черниговщины и других областей), а также и Киевщины: здесь рас­пространилась двубортная верхняя одежда, в то время как на периферии одежда осталась однобортной. Некоторые части одежды украинцев (чек­мень, шушун, седлообразный головной убор и др.) свидетельствуют о постоянном взаимном влиянии населения соседних русских и украинских областей.

Юго-западные и западные области: здесь обнаружи­вается сохранение древних восточнославянских черт, а также большое сходство с русским и белорусским костюмом — неширокие штаны, сороч­ка навыпуск.

Имеется несколько вариантов мужского костюма:

1. Станиславская и другие области: гуцульская сорочка туникообраз­ного покроя с прямым разрезом ворота, которую носят навыпуск, с кожаным поясом; неширокие гачи или ногавицы, низко заправленные в капчуры или выпущенные вышитым краем поверх обуви; киптарь — кожаная или меховая орнаментированная безрукавка, надетая поверх со­рочки; шляпа с полями, войлочная или плетеная; сердак, гугля — накид­ная одежда (принадлежность свадебного наряда). Расцветка ногавиц, капчур, верхней суконной одежды из домашней шерсти в старину была преимущественно красная.

В Черновицкой обл. носили туникообразную сорочку, длинные хол- щевые портяницы со множеством мелких горизонтальных сборок, поверх которых выпускалась сорочка, перехваченная ремнем.

Остальные варианты украинского мужского костюма не имели широ­кого распространения.

2. Украинцы Закарпатья, горцы, в частности, лемки: сорочка, большей частью заправленная в узкие суконные ногавицы или холошни; лемки носят сердак и плащевидную чугу.

3. В некоторых селениях Закарпатской обл. бытовал следующий комплекс костюма: сорочка, не доходящая до пояса, с широкими корот­кими рукавами; белые холщевые гачи, напоминающие по ширине штанин юбку; широкий кожаный пояс — черес; кожаная обувь; небольшая фет­ровая шапочка с пером. Длительное соседство украинского населения по­граничных областей с другими народами — словаками, отчасти поляками, венграми и румынами — наложили известный отпечаток на народный костюм.

Костюм украинцев, расселявшихся за пределами Украины, обычно в значительной степени соответствовал одежде, ко­торую они носили до переселения. Так, например, в Нижнем Поволжье в 1850—1860-х годах украинки сохраняли дергу, плахту или спидницу. Украинская одежда была принесена переселенцами в Сибирь, на Даль­ний Восток, преимущественно в конце XIX в. Вопрос о бытовании ее там и о возможности сложения там новых вариантов одежды пока еще не исследован.

Своеобразен был костюм украинцев, поселившихся в Острогожском уезде (Воронежская губ.). У женщин: сорочка с рукавами, пришитыми по основе; полосатая шерстяная юбка; широкий в полоску кушак; очипок; прямая распашная одежда типа шушпана; чулки и кожаные коты. У мужчин: туникообразная рубаха с прямым разрезом ворота, которую носили поверх штанов, и кожаные сапоги.

Белорусская народная одежда

Белорусская традиционная одежда, как женская, так и мужская, имеет меньше вариантов, чем русская и украинская, так как белорусы этно­графически более однородны.

Белоруссия, одна из древнейших областей расселения восточносла­вянских племен, в дальнейшем стала основной территорией формирова­ния белорусского народа. С XIV в. Белоруссия входила в состав Литов­ско-Русского государства, позднее — Польско-Литовского государства, а с XVIII в.— Российской империи.

Несмотря на вековой классовый и национальный гнет, язык, обычаи, одежда белорусов сохранили свой национальный характер. Близкое со­седство и культурные связи с украинцами, русскими, а также с запад­ными соседями нашли отражение и в белорусской одежде.

В женской одежде можно выделить два комплекса, различных и хронологически и территориально.

Северо-западная часть Белоруссии, где в XIX в. преобладали: кошуля — сорочка с прямыми поликами, пришитыми по утку, с собранным воротом, имеющим большей частью отложной ворот­ник; сподница, андарак, саян; шнуровка, гарсэт; передник; наметка с основой в виде обруча — лямец или тканка; лапти белорусского типа из вязовых лык, а в качестве праздничной обуви — боты (сапоги) или чера- вики; белая или серая свитка.

Восточная и южная области, для которых характерно со­хранение поневы-плахты и запаски, хотя в ряде мест их заменили спод­ница, андарак, саян. Эта одежда бытовала, вероятно, и в северо-запад­ных областях, но гораздо раньше была заменена юбкой.

По имеющимся неполным данным можно наметить пока несколько вариантов этого комплекса женского костюма в XIX — начале XX в.:

1. Витебская обл. (в прошлом Поречский уезд Смоленской губ.): синяя клетчатая понева типа плахты; узорный холщевый передник; кур­та — белая шерстяная распашная безрукавка; наметка, повязанная впе­ред концами, снабженными кистями из цветной шерсти; жупан, жупица из серого сукна, близкие к свитке. Для Витебщины и Смоленщины харак­терен белый холщевый балахон — насов.

2. Туровщина-Мозырщина: во второй половине XIX в. поверх рубах с прямыми поликами носили две запаски (хвартук) или же холщевую белую или набойчатую поясную одежду (криски) и рогатый головной убор — «галаву».

3. Западная часть Полесья: тяжелая браная бурка или холщевая одежда того же покроя, восходящие к типу поневы с прошвой. Поясная одежда часто была гофрированной, а холщевые сорочки, передники и сподницы — богато орнаментированными. Характерны были также сороч­ка с прямыми поликами и отложным воротником; передник, наметка или хустка. Верхнюю одежду шили большей частью из коричневого, а не из белого или серого сукна, как в других районах Белоруссии.

Общераспространенный комплекс мужской одежды: рубаха — кошуля с прямыми поликами и отложным воротником, которую носили навыпуск, поверх нешироких портов, или суконников; пояс узкий тканый или ременный; маргелка — белая валяная шапка или плетеный бриль; белая суконная свитка; лапти «белорусского» типа с черными шерстяными оборами или кожаная обувь. Существовали и локальные варианты, которые отличались преимущественно типом рубахи: туникообразная сорочка колошкой (Мозырщина); сорочка с узкими нашивками на плечах (преимущественно в западных областях); рубаха-косоворотка с вышитой манишкой (преимущественно в юго-восточных областях Белоруссии).

Одежда белорусов за пределами БССР изучена очень слабо; имеются лишь отрывочные сведения о том, что некоторые комплексы или отдельные черты ее принесены были переселенцами в разные места Сибири, а также на Дальний Восток.

В женском и мужском белорусском костюме имеются некоторые чер­ты, сближающие его с костюмом русских (особенно Смоленщины) и украинцев (особенно северных областей Украины).

В одежде населения белорусского Полесья, Волыни и севера Черни­говщины много общего. Этнографическая близость его проявилась не только в одежде, но и в других сторонах быта, а также в языке, что, ви­димо, объясняется общностью исторических судеб. Более древние типы одежды — понева, запаска — типичны для восточных славян; сравни­тельно более поздние типы — андарак, саян, шнуровка, а также кошуля с отложным воротником (ковнером) и ковнерцами, возможно, связаны с усилением белорусско-польско-литовских связей в период существова­ния Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, в состав кото­рых входила значительная часть территории, населенной белорусами.

Не только в типах одежды — определенных сочетаниях отдельных ча­стей, но и в общем характере костюма, его колорите проявляется специ­фика культуры народа.

Украшения также ярко подчеркивают национальный характер одежды великорусов, украинцев и белорусов, что сказывается в расположении орнамента на одежде и в его мотивах, колорите, материале и технике вы­полнения.

В заключение возможно наметить некоторые предварительные итоги изучения восточнославянской одежды по этнографическим данным XIX — начала XX в. и остановиться на историко-культурных связях во­сточнославянских народов между собой и с другими народами, как они выявляются по данным одежды. В одной работе трудно охватить все стороны этих связей у таких народов, как русский, украинский, белорус­ский, каждый из которых имеет свою сложную историю.

Можно остановиться лишь на основных выводах, к которым нас при­вело изучение материала.

В одежде русских, украинцев и белорусов проявляется общность, ко­торая восходит к раннему периоду их истории. Это — мужская туникооб­разная рубаха с прямым разрезом ворота, без воротника (голошейка); неширокие штаны, женская рубаха с рукавами (в качестве основной ча­сти костюма); пояс — как необходимая принадлежность одежды мужчин и женщин; женская неполностью сшитая поясная одежда; типы девичьих головных уборов (венец, обруч из луба, перевязка); женские полотенча- тые головные уборы, мужская войлочная шапка — полусферическая, в виде усеченного конуса или другой формы; плетеная обувь из древесной коры, кожаная обувь — типа моршней и обувь с высоким голенищем; плащевидная одежда, свита, сукня, кожух и многое другое.

Некоторые части одежды и украшения являются общими не для всех трех восточнославянских народов. Для украинцев и великорусов это нагрудные и шейные бисерные украшения — чепки, гайтаны, силянки; височные и головные украшения из птичьих перьев; полихромная вышив­ка с преобладанием геометрических узоров; седлообразный головной убор и др.

Для украинцев и белорусов общими являются мужская и женская рубаха с прямыми поликами и с отложным воротником; поясная одежда типа запаски, а частью плахты, сподницы; типы плетеной обуви (коверзни, личаки); девичьи венки из искусственных или живых цветов и др. У бе­лорусов и великорусов в мужском костюме общим является ношение рубахи навыпуск, белого балахона, черных шерстяных обор, узких ви­тых поясов, тканых с геометрическим орнаментом и др.

Общность древних элементов восточнославянской одежды обусловлена единством происхождения русских, украинцев и белорусов и наличием между этими народами глубоких историко-культурных связей, которые не прекращались даже в период их разъединения, когда значительная часть белорусских и'украинских земель входила в состав Польско-Литов­ского государства. Присоединение в XVII в. Украины и в XVIII в. Бело­руссии к России имело большое значение для дальнейшего укрепления и развития культурных связей между русскими, украинцами и белорусами.

Из более поздних элементов костюма этих народов общими являются чепец-повойник из легкой ткани, низкая обувь из кожи (коты, черевики) и высокая (сапоги с гармоникой и др.), валяная обувь с высоким голе­нищем, женские безрукавки типа корсетки, мужская косоворотка, дву­бортная одежда с запахом на левую сторону, верхняя одежда с отрезной спинкой и сборами, овчинный тулуп, или кожух, суконный армяк и др.

Восточнославянская одежда, особенно русская, оказала значительное влияние на одежду соседних народов; вместе с тем она испытывала влия­ние одежды народов, как славянских, так и неславянских, с которыми восточные славяне были связаны исторически.

Часть древних элементов этой одежды можно назвать общеславян­скими, так как они имеются и у части западных и южных славян, что указывает на общность происхождения и культурную близость славян на ранних этапах их истории. Общеславянскими являются названия основ­ных частей одежды: «рубаха», «сорочка», «кошуля», «гачи», «ногавицы», «порты», «завой», «убрус», «постолы», «плахта», «понева», «сукня» «гу­ня», «кожух» и многие другие, как и названия основных материалов, из которых изготовлялась одежда: «полотно», «сукно», «волна» (шерсть).

Некоторые элементы восточнославянской одежды наиболее сближают ее с одеждой южных, а другие — с одеждой западных славян. С южными славянами являются общими: женский сукман великорусов и болгар; оби­лие бисерных украшений в южновеликорусском и болгарском костюме; виды поясной одежды типа запаски и обгортки; двурогие головные уборы южных великорусов, болгар и хорватов.

Рубаха с суцильными рукавами, пришитыми по основе ткани («кар­патская»), распространенная в области Карпат у украинцев, кроме того известна части словаков, поляков (группа гуралей), а также южным сла­вянам (в частности — сербам). Белорусская (а частью украинская) женг ская и мужская кошуля с прямыми поликами и с отложным воротником сходна с рубахой польской (известной частично также в Литве и Прибал­тике).

Общими у восточных славян (белорусов и отчасти украинцев) с за­падными являются «белорусский» тип лаптей, белый головной убор из полотенца с основой в виде лубяного обруча или валика — хомли, узкие суконные ногавицы (последние известны также некоторым группам укра­инцев, словакам и венграм).

Многие элементы одежды восточных и западных славян и летто-литов- цев являются общими, что заставляет предполагать наличие тесных свя­зей древних славян с предками современных латышей и литовцев еще в I тысячелетии н. э. Сюда следует отнести черные шерстяные оборы, «белорусский» тип лаптей, не менее характерный в прошлом для литов­цев и части латышей, узкие узорчатые тканые пояса. О глубоких бело- русско-летто-литовских связях свидетельствует наличие женской поясной нешитой одежды из клетчатой ткани, которую носили литовцы еще в XVII в., и распространение головного убора nuometas в восточной Литве, а частью в восточной Латвии (numets), аналогичного белорусской намет­ке (по названию и способу ношения).

В одежде нашли отражение также более поздние взаимоотношения восточнославянских народов с их западными соседями (поляками, литов­цами). Таково ношение кунтыша у казацких старшин, зажиточного ме­щанства и мелкого дворянства на Украине и применение термина «кун- тыш» к сарафану у северных великорусов; шапки с четырехугольным дном (польская рогативка, конфедератка), которую носили местами бело­русы, а также русские, преимущественно северных областей. Связи с ли­товским костюмом сказались в распространении саяна (термин отмечен б литовских документах XVI в.), в наличии у белорусов мужской рубахи с узкими нашивками на плечах, подобной литовской, однако не получив­шей у первых значительного распространения.

Андарак (полосатая юбка, иногда сшитая с лифом-шнуровкой) имел аналогии в народной западноевропейской одежде, широко распро­страненной там с XV в. и проникшей в восточнославянскую среду пре­имущественно через польско-литовскую. Некоторые черты в одежде у рус­ских, украинцев и белорусов, общие с западноевропейской одеждой, свя­заны с нивелировкой национального костюма в период капитализма. Это — рубаха без рукавов, рубаха на кокетке и другие, проникавшие в деревню в конце XIX в. из города наряду с использованием фабричной ткани.

В народном костюме украинцев (в селениях пограничных областей), как указывалось выше, отразились тесные связи украинского населения с соседями: двухчастная женская рубаха, кроме украинцев горной части Карпат, отмечается у словаков и поляков (группа гуралей); чуга — общая одежда для некоторой части лемков, словаков и венгров; широкие хол­щевые гачи с короткой рубахой, кроме украинцев Закарпатья, носили венгры, румыны и часть словаков. Как и в венгерском народном костюме, в некоторых селениях Закарпатской обл. передник являлся частью празд­ничной одежды мужчин. В народную венгерскую одежду, видимо, с дав­них времен вошли некоторые общие со славянами названия одежды: gatua — гати, kodmon — кодман (верхняя одежда из овчины), suba — шуба 2 и др. Народный костюм румын и молдаван областей, пограничных с Украиной, обнаруживает еще больше общего с древними типами одеж­ды населения южной части Подольской и Черновицкой областей: обгорт- кой, поддерживаемой широким поясом; рубахой с прямыми поликами,пришитыми по утку, и с богатой, расположенной продольными полосами вышивкой; безрукавной меховой одеждой; кожаной обувью, сохранившей­ся и у румын (славянское название «опонки»); широким кожаным муж­ским поясом и многими другими чертами мужской одежды.

Взаимовлияния украинцев с соседями отмечаются и в более позднее время — в конце XIX — начале XX в.

Так, например, короткая куртка — у йот, которую стали носить укра­инцы в некоторых селениях Закарпатья в начале XX в., была, видимо, заимствована из венгерского костюма.

Нельзя не указать здесь на влияние головных уборов украинок в виде венка из цветов на головные уборы полячек. Венки, подобные украинским, получили распространение в Люблинском воеводстве в Польше в конце XIX в., как и близкая к украинской богатая вышивка крестиком на женских сорочках в Варшавском воеводстве в конце XIX  —начале XX в.

В одежде южных великорусов (в особенности «русской мещеры») прослеживаются черты, общие с одеждой финноязычных народов По­волжья и чувашей: обилие бисерных украшений, обертывание ног чер­ными шерстяными онучами толстым слоем, сходство плетеной обуви, украшения из гусиного пуха — пушки, лопатообразные головные уборы, туникообразная нагрудная одежда, поясные украшения типа подмахор- ников и другие, указывающие, видимо, на очень древние исторические связи этих народов.

Многое говорит о влиянии русской народной одежды на мордовскую в более поздний период. У мордвы-мокши части составного головного убора в XIX в. носят измененные русские названия: лосник (волосник), затилка (позатыльник), сорка (сорока). Женщины носили безрукавку — жилетку, типа украинско-русской корсетки, панитку — верхнюю женскую одежду, борчатку — одежду со сборами от талии и др. Сукман — дву­бортная одежда со сборками — имелся у удмуртов. Косоворотка, типы русской верхней одежды и кожаной обуви распространялись и среди дру­гих поволжских народов.

В одежде северных великорусов сказалось длительное соседство их с народами коми, карелами, саамами и другими; это проявляется в на­звании, а иногда и форме головного убора — самшуры, в наличии пояса с особым геометрическим орнаментом, вязаных мужских чулок с ха­рактерным многоцветным узором, холщевых наголенников — «колошей». С другой стороны, русское влияние уже в ранний период русской истории сильно сказалось в одежде карел, коми, вепсов, ижор, води, а также группы эстонцев-сету Псковской губ. В женском костюме это — русская рубаха с прямыми поликами и с широкими пышными рукавами, иногда с поперечной вышивкой на плечах; сарафаны, сохраняющие не только форму, но и местные русские названия, шерстяной сарафан с фальшивы­ми рукавами, типа псковского шушуна (у эстонок-сету), косоклинный матурник из красного сукна и китайчатый широкопройменный сара­фан у карелок, китайка, шушун — у коми-зырян, дубас и пестрядиль- ник—у коми-пермяков, «земчуг» с жемчужной поднизью и бархатным повойником у олонецких карел — старинный новгородский головной убор; у коми — сборник вологодского типа — с твердым верхом, повойник, во- лосник из легкой ткани а также кокошник; у карел и у части коми — сорока.

В некоторых узорах на тканях карел, вепсов, части финнов обна­руживаются мотивы женской фигуры с предстоящими всадниками, птиц и деревьев, которые имеются в орнаменте русской одежды Севера и изве­стны в Восточной Европе с древнейших времен.

Общие черты с одеждой тюркоязычных народов Восточной Европы и народов Азии объясняются как наличием древних исторических связей с ними восточных славян, так и более поздних связей в тот период, когда эти народы вошли в состав России.

Под влиянием русских в обиход некоторых народов (народы Севера, алтайцы и др.) вошла одежда из ткани; они впервые стали употреблять тканую рубаху в качестве нательной одежды под меховой. Татары носи­ли русские кожаные и валяные сапоги и заимствованные от русских вя­заные чулки, которые большей частью сами не умели изготовлять и поку­пали у русских.

Русская кожаная обувь с голенищем вытесняла в городах Средней Азии местные виды обуви из мягкой кожи; русские ситцы, платки широко распространились в Средней Азии и на Кавказе; до известной степени была воспринята орнаментика русской и украинской одежды (от пере­селенцев) казахами и др.

В одежде восточных славян отразилась их древняя связь со степными племенами и народами: мужские шаровары с широким шагом и способ ношения рубахи заправленною в них, прическа с оселедцом, термины «клобук» для головного убора и «епанча» для верхней одежды, встреча­емые еще в ранних письменных источниках. Значительно сильнее эта связь стала проявляться со времени татаро-монгольского нашествия на Русь, а затем в период роста централизованного государства и развития оживленной торговли с Востоком. Об этом говорит покрой верхней рас­пашной одежды и ряд определяющих ее терминов: «армяк», «сарафан», «кафтан», «ферязь», «терлик», «тегеляй», а также головной убор — «тафья», обувь — «ичеги» и пр.

Творчески используя отдельные черты из одежды соседей, восточно­славянские народы нередко создавали различные собственные формы одежды. Так, например, сарафан — своеобразная русская национальная одежда только по названию связывается с персидским сарапа. Поэтому объяснение явлений народной культуры только заимствованием, влия­нием, распространением моды — крайне односторонне и умаляет факти­чески значение национального творчества. Теория заимствования в опре­деленный период имела сильное влияние в этнографии, оказывая воздействие и на передовых, прогрессивных ученых старого времени. Так, В. В. Стасов пришел к положению, что «собственно русских одежд вовсе не существует» и рассматривал русскую одежду как копию восточ­ных одежд. Определив русскую рубаху-косоворотку как «персидскую».

Традиция поисков иноземных истоков в происхождении чисто мест­ных явлений в славянской одежде прослеживается и в зарубежной этно­графической литературе, особенно дореволюционной.

Теория заимствования еще оказывает влияние и на некоторых совре­менных зарубежных этнографов, считающих русскую одежду заимство­ванной с Востока. Резко выражена эта концепция, например, у Г. Мют- целя.

Располагая огромными этнографическими, а также археологическими и историческими материалами, советские этнографы могут с полным ос­нованием утверждать, что народная одежда славян обнаруживает глубо­кие корни в древней этнической среде Восточной Европы, хотя и со­держит черты, связывающие ее с одеждой других народов, в том числе и Востока.

Однако не эти черты определили линию развития одежды восточных славян.                   .

Нельзя согласиться и с той точкой зрения, что общность элементов в одежде русских и соседних с ними народов определялась движением мод, даже в древности якобы имевших широкое распространение. Древ­ние элементы в русских и финских костюмах, по мнению Д. К. Зеленина, «могли оказываться сходными не в силу заимствования их финнами от русских, а в силу широкого движения мод или в силу конвергенции». Однако неясно, в чем различие между восприятием моды и заимствова­нием и почему они противопоставляются.

Преувеличив значение мод, Д. К- Зеленин таким образом затушевал вопрос о действительных исторически сложившихся связях финноязыч­ных народов с русским, проявляющихся, в частности, и в костюме.

Не отрицая возможности влияния одного народа на другой, нельзя при­давать этому первенствующего значения. Общность элементов одежды может быть обусловлена вхождением одних и тех же этнических групп в состав различных народов (т. е. процессом ассимиляции одних этни­ческих групп другими) и, кроме того, культурными, экономическими и политическими связями народов на определенных этапах исторического развития. Общие черты в одежде соседних народов могут быть резуль­татом их совместного творчества в процессе длительного общения. Национальную культуру определяет творческая деятельность трудо­вого народа, которая выявляет его национальный характер, его неповторимое историческое своеобразие. Кроме того, любое заимство­вание было не только «заимствованием», но творчески осваивалось народом и приобретало специфические, присущие данному народу черты. Нельзя также отрицать самостоятельное возникновение и раз­витие обіДйх явлений, определенных одинаковыми общественно-историче­скими условиями.

Одежда русских, украинцев и белорусов представляет многообразный и ценный источник для изучения истории материальной культуры и вместе с привлечением данных лингвистики, археологии, истории и антропологии дает возможность глубже осветить сложные вопросы этногенеза и исто­рии материальной культуры восточных славян.

В задачу дальнейшего изучения одежды входит и сбор дополнитель­ных полевых материалов и выявление границ распространения отдельных типов с их вариантами. Особое внимание при этом необходимо уделить картографированию одежды, наряду с другими элементами культуры, что позволит уточнить и обобщить наши знания о восточнославянской народ­ной одежде. Картографирование русской народной одежды осуще­ствляется Институтом этнографии АН СССР, подготовляющим к изданию «Русский историко-этнографический атлас». Подготовка подобных же атласов по материальной культуре украинцев, белорусов и народов, сосе­дящих с восточными славянами, совершенно необходима. Это позволит с большей полнотой осветить их историко-культурные связи.

Большая часть традиционной одежды у русских, украинцев и бело­русов исчезла из быта деревни. Мужской костюм везде, как правило, раньше женского костюма подвергся решительным изменениям. В настоя­щее время женский старинный костюм у русских сохранился в немногих местах,— например, в некоторых селениях Калужской, Брянской, Рязан­ской областей, но и здесь в нем произошли значительные изменения. Со­вершенно исчезли сложные тяжелые головные уборы (в том числе и ро­гатые) с большим количеством подвесок. Они заменены более легким и удобным «сборником», а чаще — платком. При сохранении домотканной поневы, все остальное (рубаху, «занавеску») стали шить из фабричной ткани, преимущественно очень яркой, что отчасти заменило старинную вышивку. Подбор расцветки и узоров фабричной ткани соответствует из­давна сложившимся вкусам народа.

В западных областях Украины и Белоруссии еще бытуют многие тра­диционные формы одежды, в том числе и мужской. У гуцулов женщины носят запаски, расшитый киптарь, постолы и так далее, но ситцевый или шелковый платок вытеснил старые виды головного убора; женскую со­рочку нередко шьют из белой шелковой материи, сохраняя типичное рас­положение вышивок, а вышивки, выполненные по холсту, вшивают в нее и т. д. Мужчины-гуцулы носят туникообразную рубаху, иногда с нагруд­ной вышивкой бисером, овчинный киптарь, но нередко вместе с брюками городского покроя.

В одежде населения левобережья Днепра, Киевщины дерга и плахта в большинстве областей уже совсем исчезли; сорочку, спидницу, фартук, кирсетку делают из покупной ткани.

Иногда в современных костюмах можно наблюдать сохранение отдель­ных деталей традиционной одежды. Так, например, повойник или даже сороку без кички носят с городским платьем, сверх сарафана надевают кофточку и т. д.

Изучение современного костюма показывает, что традиционные эле­менты в нем имеют теперь лишь локальное бытование, в значительно из­мененном виде. Платья, юбки, блузки, брюки, пиджаки, пальто, жакеты, фуфайки различных современных фасонов «городского» покроя из фаб­ричной ткани вошли в быт колхозной деревни.

В условиях высоко развитой социалистической промышленности в кол­хозную деревню в изобилии поступают не только фабричные ткани, но и готовая одежда. Вошли в быт новые сорта ткани — разнообразные нату­ральные и вискозные шелка, штапель и другие; для обуви — лучшие сор­та кожи и другие материалы (но для зимнего времени попрежнему имеет большое значение валяная обувь).

Нередко одежда городского типа получает отпечаток определенного национального стиля. Городские формы костюма, распространяясь в де­ревне, часто приобретают локальные особенности в способе ношения, в материале, расцветке.

Многие образцы народной одежды в измененном виде вошли в свою очередь в современный обиход не только деревни, но и города.

Современная мужская рубашка-«украинка» из фабричного полотна с вышитым отложным воротником, вышивкой по краю разреза на груди и на рукавах представляет переработку традиционной украинской и бело­русской сорочки и имеет значительное распространение у русских, а так­же у многих других народов Советского Союза. Распространенная в на­стоящее время в городах Советского Союза «гуцулка» представляет собой видоизменение западно-украинской мужской сорочки с многоцветной пря­моугольной вышивкой, расположенной по бокам прямого разреза, и не­большим стоячим воротником. Переработкой традиционных форм являет­ся также современная мужская вышитая косоворотка и женская «украин­ка» — сорочка с пышными рукавами и собранным воротом.

Черты русского национального костюма проявляются в современной одежде типа сарафана, распространенной как в городе, так и в деревне, в ношении цветных платочков, завязанных под подбородком, вязаных шарфов и узорных рукавиц и во многом другом.

Следует отметить в современной одежде русских, украинцев и бело­русов использование образцов одежды и головных уборов народов брат­ских республик Союза ССР: например, тюбетейка, которая является теперь часто как мужским, так и женским головным убором в деревне и в городе, кубанка — род кавказской папахи, верхняя меховая одежда по образцам одежды народов Севера, узорное многоцветное вязанье, харак­терное для народов Прибалтики, и др.

В многочисленных вышивальных артелях, созданных в РСФСР, на Украине и в Белоруссии, работают талантливые мастерицы, применяя и развивая традиционную орнаментику и технику.

В настоящее время в одежде исчезли те резкие социальные раз­личия, которые были присущи старой дореволюционной деревне; одно­временно и в этой области наблюдается процесс стирания резкой грани между городом и деревней, хотя многие особенности в одежде современ­ных горожан и колхозного крестьянства все же сохраняются.

Все это связано с изменением быта русской, украинской и белорусской деревни, происшедшим на основе коренной перестройки экономики и лом­ки классовых отношений в нашей стране. Новые требования к одежде определяются возросшими культурными потребностями колхозного кре­стьянства и ростом его зажиточности. Дальнейшее развитие одежды обу­словлено еще большим ростом благосостояния и культуры трудящихся в СССР.

В связи с дальнейшими перспективами развития одежды народов Со­ветского Союза, изучение культурного наследия в области народного костюма и использование народного опыта для создания новых форм приобретают большую актуальность.