Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Верхняя одежда у восточных словян
Этнография - Восточнославянская этнография

Верхняя одежда у восточных словян

Верхняя одежда надевается при выходе из дома, поверх горничной (сарафана, навершника, платья и т. п.). Часто разграничить ее с горнич­ной одеждой бывает трудно.

Мужская и женская верхняя одежда восточных славян отличалась друг от друга не столько покроем, сколько деталями, главным образом длиной, отделкой и украшениями. Нередко поэтому в будни женщины надевали мужскую одежду, и наоборот.

У восточнославянских народов, особенно у северных великорусов, верх­няя одежда очень разнообразна. П. С. Ефименко, описывая быт велико­русов Архангельской губ. в 1880-х годах, насчитывал, например, более 30 разновидностей верхней мужской и женской одежды К

Изучение верхней одежды может дать много ценных данных для иссле­дования истории восточнославянской одежды и историко-культурных свя­зей восточных славян с другими народами, но до настоящего времени это­му вопросу уделялось мало внимания.

По способу ношения можно выделить два типа верхней одежды восточ­нославянских народов: 1) наброшенная на плечи (плащ, накидка) и 2) с рукавами, облегающая корпус, из которых вторая для славян наиболее характерна.

Плащу славян является одной из древних форм одежды. Еще Ибн- Фадлан писал о славянах: «Они не носят ни курток, ни хафтаноъ wo- сит) какой-либо муж из их числа кису, которой он покрывает один свой бок, причем одна из его рук выходит из нее». Плащ, закрывающий левое плечо и скрепленный застежкой на правом плече (причем правая рука остается свободной), изображен на фигурах варваров Траяновой колонны. В летописи упоминаются корзно, коц, кочь, епанча, мятл, метл, служив­шие, видимо, в качестве верхнего накидного платья, плаща. Плащи были двух типов: «собственно плаща воинского» из теплой шерстяной ткани и «декоративной мантии», по определению Н. П. Кондакова. Последняя имела полукруглую форму, а в верхней части — вырез для шеи, аналогич­ный тому, который имела византийская хламида. Это была парадная одеж­да, ставшая княжеской уже в X в. и известная по изображениям XI—XII вв.: на миниатюре Изборника Святослава, на фрескеСпас-Нередицкой церкви в Новгороде, на финифти оклада Мстиславова Евангелия и др.

О существовании военных плащей можно заключить из «Слова о полку Игоревен, где говорится: «Орьтъмами, и япончицами, и кожухы,— начашя мосты мостити по болотом и грязивым местом». Тот факт, что фибулы для скрепления плаща найдены лишь в княжеских и дружинных погребе­ниях X в., не является доказательством ношения корзна лишь в княжеско- боярской среде, как считает А. В. Арциховский. Не следует забывать, что существовали другие способы скрепления одежды, которые не сохраняются в попребениях, в частности завязки. Вполне вероятно, что теплый плат с завязками носило и сельское население. Имеются указания на то, что в XVI—XVII вв. носили дсфожные плащи из верблюжьей шерсти* или гру­бого сукна. В описи имущества посадского человека упоминается «япанча белая валяная»

По этнографическим данным XIX—XX вв., плащевидная одежда у во­сточнославянских народов не имела такого значения, как у западных сла­вян (например, в польском женском народном костюме). Однако местами она употреблялась, а ряд данных позволяет предполагать ее более широ­кое распространение в прошлом. Наиболее долго сохранялась подобная одежда у украинцев (в некоторых местах — до настоящего времени).

Накидной одеждой являлась гугля, или манта, гуцулов, представляю­щая собой как бы мешок из белого или серого сукна, не сшитый с одного' бока и накидываемый на голову. В начале XIX в. гуглю наде­вали только невеста во время свадьбы и иногда жених. В западных обла­стях Украины в стужу накидывают коц — полотнище шерстяной ткани.

Женскую и мужскую одежду в виде полукруглого плаща чуга, чуга- ня или гуня) описал Ф. К. Волков. Гуню шили из шерстяной ткани с длинным ворсом, напоминающей овчину и сходной с материалом кавказ­ской бурки. «Гуня» — древний общеславянский термин. В настоящее вре­мя в западных областях Украины ее шьют с рукавами, но носят как плащ. Чуга  у карпатских горцев (лемков) —плащевидная одежда из серого (без ворса) сукна прямого покроя с ложными рукавами и боль­шим воротником (спускающимся по спине в виде прямоугольника), укра­шенными бахромой. Зашитые рукава служат своеобразными карманами. Чугу, накинув на плечи, укрепляют спереди при помощи пряж­ки и ремешка. Аналогичная одежда имеется у словаков и венгров.

Теплая и широкая, эта одежда надежно защищает от холода и может служить одновременно постелью, что удобно в условиях горного ското­водства. Любопытно, что подобный род одежды сохранился до XX в. у той именно группы восточных славян, у которой горное скотоводство составля­ет основное занятие,— у населения горных областей Украины.

Ношение таких же плащей из шерстяной ткани с ворсом имеет большое распространение у пастухов на Кавказе и в Венгрии. У остальных групп восточных славян, у которых ведущую роль издавна играло земледелие, эта одежда давно исчезла. Слабые следы бытования ее в прошлом можно отыскать в терминологии: название «гуня» известно северным и южным великорусам в применении к верхней одежде, а также в значении худой, ветхой одежды.

У белорусов известен термин мятлок в применении к одежде новорож­денных, состоящей из куска мягкой материи с разрезом для головы. У ве­ликорусов Архангельской губ. еще в конце XIX в. употреблялась епан- чица — свадебная нарядная накидка; ее набрасывали на плечи невесте и завязывали у шеи. Епанча — накидная одежда известна местами и в Си­бири. Древним термином опонча или опона обозначается у украинцев широкая суконная одежда с капюшоном відлога).

Следы бытования плащевидной одежды долго сохранялись у восточ­ных славян в способе ношения внакидку верхнего платья с рукавами.

Русской одеждой, сочетающей черты рукавной одежды с плащевидной, является попыток из шерстяной домотканной материи в Михайловском уезде Рязанской губ., который уже в 1890-х годах выходил там из упо­требления, но еще в 1917 г. бытовал в других уездах Рязанской губ.: Скопинском (под названием халат), в Ряжском и Сапожковском (под названием тайник). В распластанном виде он «представляет почти правильный полукруг» и имеет рукава, которые свисают вдоль спины при накидывании понитка на голову. Ношение понитка или чекменя с длин­ными рукавами, доходящими до подола, надеваемого женщинам» внакид­ку на голову (в ненастье, при похоронах и пр.), отмечено в некоторых рай­онах Рязанской обл. в 1920-х годах.

Кодман из той же области (Скопинский район) напоминает тунико­образную рубаху, сшитую из черной шерстяной ткани, но в ней нет разреза для ворота и рукава остаются нешитыми. В конце XIX — нача­ле XX вв. такой кодман носили старухи, накидывая его на голову, когда отправлялись в церковь; поношенный кодман носили на работу во время ненастья. В середине XIX в. одежда подобного типа известна была шире,- - например, в Задонском уезде Воронежской губ. женский и девичий празд­ничный сукман (из темносиней шерстяной материи) и белик из холста, которые накидывали как плащ и придерживали за рукава спереди К . Ношение кафтана или свитки внакидку, иногда на одном плече, было распространено у русских и белорусов. Украинцы также носили сердак и киптарь с рукавами внакидку, укрепляя его у шеи.

Основные виды одежды с рукавами, облегающей корпус, были извест­ны восточным славянам с древности. Термины «свита», «сукня» — обще­славянские. Уже ранние письменные памятники древней Руси упоминают о «свите» — верхней одежде (Лаврентьевская летопись, 1074 г.). Орьтъмы (шубы), кожухи упоминаются в «Слове о полку Игореве». Судить о по­крое этих одежд трудно. Их названия часто указывают на материал, но не на покрой. Однако этнографические данные более позднего времени позволяют утверждать, что эти названия связаны с рукавной одеждой. Возможно, что первоначально она не была распашной.

На ранних русских миниатюрах, иконах и других памятниках изобра­жается глухая одежда, но распашная не встречается. Так, например, каф­тан на миниатюре Изборника Святослава XI в.— широкая одежда, без разреза. В иллюстрациях новгородских рукописей XIV в. (где дано много бытовых сценок из народной жизни) преобладает одежда глухая, надевае­мая через голову, длиною до колен или ниже колен, с короткими рука­вами, из-под которых видны рукава рубахи. Но уже встреча­ются, хотя и редко, не совсем ясные изображения распашной одежды, которые можно считать первыми известными нам изображе­ниями русского распашного кафтана. Вопрос о времени появления рас­пашной одежды у восточных славян недостаточно изучен. Несомненно только, что глухая одежда у них очень древняя. Многие исследователи склонны связывать появление распашной одежды (кафтана) у восточных славян с эпохой татарско-монгольского завоевания, когда эта одежда входит в употребление. Распашная одежда наиболее типична для коче­вых в прошлом народов Азии. Среди некоторых народов Средней Азии до настоящего времени встречается ношение халата в качестве нательной и верхней одежды. В Северной и Центральной Азии (у монголов, маньчжур) распашной халат также является основным типом одежды. У восточно­славянских же народов и ряда других соседних с ними (например, по­волжских финнов, чувашей, народов Прибалтики и др.) основной издавна была нераспашная одежда типа рубахи.

Вместе с тем традиции распашной одежды в Восточной Европе очень древни. На куль-обской вазе середины I тысячелетия до н. э. изображены скифы, одетые в распашную одежду: куртки или кафтаны, подпоясанные или заправленные в штаны. Возможно, что распашная одежда была из­вестна славянам уже в раннее время. В XV—XVI вв. эта одежда стала обычной, о чем можно судить по многим документам того времени, особен­но по миниатюрам Кенигсбергской летописи (XV в.) 5 и заставкам рукописей, в частности рязанским XVI в.

Верхняя распашная одежда в Московском государстве была много­образна. Термин «сермяга» для обычной верхней одежды впервые упоми­нается в 1464 г. Зипун, название которого П. Савваитов производит от татарского «зубун» ’, у крестьян и рядовых горожан шили летом из краше­нины, а для зимы •— из сермяжного сукна. У богатых его шили из шелка, и он часто служил домашней одеждой; стеганый па подкладке и даже на меху, он служил верхней одеждой. Зипун едва доходил до колен. Близкой к нему домашней одеждой, но более длинной, в XVI—XVII вв. был сара- фанец. На зипун или сарафанец надевали длинный, достигавший сапог, кафтан с длинными рукавами, собранными в складки. Кафтаны носили

мужчины и женщины различных классов и сословий: бояре, духовные лица, посадские люди и крестьяне. Их шили, в зависимости от имуще­ственного положения, из крашеной холстины, сукна, атласа, бархата и т. д.; несомненно, были различия и в покрое. Носили также ферязь  — распашную рукавную одежду с пуговицами или завязками. Этот термин упоминается в документах с XVI—XVII вв. Ферязь из армячины — вер­блюжьего сукна называлась ормяк или армяк. Верхней распашной одеж­дой были тегилей, терлик. Опашень, или охабень (слово в письменных источниках появляется с конца XV &.) и однорядка были одеждой служи­лых людей и бояр; носили их и посадские люди: в описи имущества посад­ского человека Ивана Скрябина (1672 г.) упоминается «однорятка женская ж вишневая, пугвицы оловянные». Охабень — мужская и женская верхняя длинная распашная одежда с пуговицами спереди и длинными, нередко откидными, рукавами (их закидывали за спину, а руки продевали в от­верстие у пройм). Его надевали сверху кафтана и носил» неподпоясанным, -а иногда накидывали на плечи. Для лета охабень шили из шелка, парчи или сукна, а для зимы его подбивали мехом (собольим, лисьим, горностае­вым), и тогда он назывался шубою. Охабнем С. В. Киселев считает одеж^ ду XVII в., найденную в китайгородской стене при постройке Московского метрополитена. Сшита она из китайской камки на подкладке, состоит из целой прямой спины, передних пол, с боковыми клиньями и двумя деко­ративными рукавами; спереди сохранились остатки застежки из шелко­вых шнуровых петель и пуговиц-узелков. Это — косоклинная одежда; близкие аналогии ей имеются в крестьянских сарафанах XIX в. (сарафан б. Пермской губ. в коллекциях ГМЭ, также в покрое крестьянского по- нитка, армяка, тулупа. Опашни, охабни были также выходной верхней одеждой цариц и отличались у них богатством украшений: полы и подол отстрачивались золотым, жемчужным «круживом», застегивались они спе­реди серебряными пуговицами величиной с грецкий орех, украшались фи­нифтью и драгоценными каменьями.

«Шубы был» самым нарядным платьем для русского...— пишет Н. И. Костомаров.— Случалось, что русские не только выходили в шубах на мороз, но сидели в них в комнатах, принимая гостей, чтобы выказать свое богатство».

В зависимости от социального и имущественного положения шили шу­бы собольи, куньи, беличьи, лисьи; в крестьянской среде — преимущест­венно овчинные (нагольные или крытые), иногда — из заячьего меха. Шу­ба, крытая тканью, называлась кошулей.

Распашная одежда, начиная с XIV в., изображается однобортной, с разрезом спереди — посередине, с едва сходящимися полами, с застежкой из пуговиц и нашитых шнуровых петель. Такова суконная сви­та XVII в., найденная среди остатков жилища и одежды русских поляр­ных мореходов па острове Фаддея (залив Симса). Этот замечательный памятник русской народной одежды, изученный Л. И. Якуниной ', хра­нится в ГИМ.

Установить время появления двубортной одежды, ставшей типичной для восточнославянских народов, особенно для великорусов, пока трудно, но, видимо, в XVI—XVII вв. она уже бытовала.

Ранее нами указывалось, что распространение двуборт­ной одежды и русской косоворотки (с застежкой на левой стороне) свя­зано друг с другом и происходило, повидимому, одновременно. В иллю­страциях рязанских рукописей XVI в. изображена распашная одежда с запахом на левую сторону; неглубокий запах на левую сторону имеется также у мужских кафтанов, изображенных на порсунах конца XVII в. (Государственный Русский музей).

Глубокий запах и застежка на левой стороне отличают русскую одежду от однобортной одежды соседних народов Востока, а также от одежды западных соседей, например поляков, у которых она оставалась одноборт­ной до XIX — начала XX в. Преимущественно однобортной была верхняя народная одежда эстонцев, латышей и шведов; если у последних и име­лись двубортные куртки, то с застежкой на правой стороне.

Таким образом, в Московском государстве были созданы своеобразные виды распашной верхней одежды, получившие затем повсеместное рас­пространение. К сожалению, данных о народной одежде этого периода у нас пока еще недостаточно.

Более полные сведения о верхней одежде дают этнографические мате­риалы XVIII—XIX вв. В XVIII и до середины XIX в. в крестьянской среде оставалась обычной одежда домашнего изготовления (суконная или хол­щевая для осени, весны и лета и овчинная для зимы). С развитием ка­питализма, особенно после реформы 1861 г., фабричное сукно и другие ткани постепенно заменяют домотканину, сначала Лишь в наиболее за­житочных слоях деревни. Изменяется также, под влиянием города, и по­крой одежды.

Одновременное надевание двух, а иногда и более видов верхней одеж­ды, отмеченное для XVI—XVII вв., наблюдается и в крестьянской среде XIX — начала XX в.

У великорусов, сверх полушубка, отправляясь в дорогу, надевали тулуп или халат, а уходя на работу сверх шубы или полушубка — холще- вую одежду (кабат или балахон, верхдвицу, рядовку и т. п.). У белорусов Витебщины зимой поверх носова надевали шубу, а на нее сермягу с пыя- сдм На Украине сверху свиты — верхней одежды носили кобеняк; сверху киптаря, надетого на рубаху,— сердак.

По покрою и способу ношения верхней одежды, надеваемой в рукава, а не накидываемой на плечи, можно выделить две группы: основная одежда, которую носят поверх горничной, и дополнительная, в большей части халатообразная, которую носят поверх основной верх­ней одежды в непогоду, в дороге, на работе и т. д.

1. Основная одежда: свита, кафтан, сердак, сермяга, зипун и другие бывает прямого и раскошенного покроя (имеется несколько вариантов).

Прямой покрой верхней одежды, видимо, следует считать наибо­лее древним, хотя есть одежда этого покроя и позднего происхождения. Короткая одежда типа пиджака в крестьянском быту появилась в конце XIX  — начале XX в. (спинжак, пинжак, сибирка); ее шили из фабрично­го сукна или другой ткани (иногда на вате) или же из овчины.

Старый тип прямото покроя редко сохранялся в верхней одежде XIX в. Он прослеживается в некоторых видах украинского сердака. Сердак (жен­ская и мужская короткая одежда), распространенный пре­имущественно в западных областях УССР (в том числе и в Закарпатской обл.), шьют из белого, черного и красного сукна. Красный сердак был характерен для гуцулов, которые издавна окрашивали домотканное сукно «мареной» или местной кошенилью («червец».

Сердаїі кроят прямым и очень широким; вследствие этого он сидит не­сколько мешковато: центральное полотнище шире плеч и спускается на руки; швы, соединяющие рукава с полотнищем, приходятся ниже плеч. Сердак снабжен застежкой из пуговиц (иногда узелковых) и шнуро­вых петель, но чаще носится нараспашку. Сердак представляет собой скорее однобортный тип одежды: настоящего глубокого запаха, как в дву­бортной одежде, в нем нет.

Вставка боковых клиньев в украинском сердаке при сохранении пря­мой спинки является некоторым усложнением его покроя; подобный по­крой имеет свита XVII в., найденная на острове Фаддея.

В верхней одежде XIX в. прослеживается постепенный переход от пря­мого покроя одежды к раскошенному: а) с двумя клиньями по бокам, ко­торые почти не нарушают прямого покроя спины; б) с неотрезанной спин­кой, но суживающейся в талии, и с увеличенным количеством клиньев с боков, а иногда и сзади с отрезной спинкой, в талию и с клинообразными вставками, которые бывают не только по бокам, носоставляют всю нижнюю часть одежды сзади; г) с сборчатым низом, за меняющим клинообразные вставки.

Одежда раскошенного покроя, сшитая большей частью в та­лию, оказалась наиболее удобной и получила у восточнославянских наро­дов в XVIII—XIX вв. широкое распространение. Она плотно обтягивает корпус и застегивается; вместе с тем, расширяясь книзу и будучи относи­тельно короткой, она не стесняет движений при работе, верховой езде и т. п. В одной из свадебных песен Архангельской обл. описывается, каким дол­жен быть кафтан:

Я брала свои золоты ключи,

Отмыкала окованы сундуки,

Вынимала черно плисово сукно,

Я кроила (жениху) кафтан,

Чтоб ему не долог был,

Чтоб ему не короток был,

По подолу был раструбистый,

По середке пережимистый,

По подпазушкам перехватистый,

Чтобы он легко на коничке скакал,

Хорошеничко разъезживал.

Одежда такого покроя из сукна или полушерстяной толстой ткани, в качестве осенней, весенней или летней имела очень много названий: у русских — зипун, свйта, кафтан, сермяга, понйток, сукман, саржа (по­следняя из домотканной ткани саржевого переплетения), тайнйк, халат, одноряцка (в Сибири); у украинцев — свита, свитка, сірак, сермяга, гуня, куцинка; у белорусов — свита, кроме того — сермяга, насоу, капота, жупан, жупица, курта. Специфической особенностью белорусской свиты было то, что ее шили почти повсеместно из белого или серого сукна. Только у группы белорусов, называемых «Черная Русь», свиты шили из коричневого домашнего сукна. У украинцев свиту делали, кроме белого, из серого, коричневого, а иногда и красного сукна. У русских суконная одежда была обычно коричневого или — реже — серого цветам белая суконная одежда встречалась в Псковской, Вологодской, Новгород­ской, Горьковской областях, а также в Брянской и на юге Рязанской обл. Она встречалась также у литовцев, латышей, поляков, словаков, сербов, болгар и у народов Поволжья. Н. И. Лебедева считает, что в то время как белый зипун Псковской и Новгородской областей может быть связан с типичной для белорусов белой свитой, а в Вологодской обл. ее наличие может быть объяснено новгородской колонизацией, в Горьковской обл. этот вид одежды, возможно, связан с белыми кафтанами марийцев.

Покрой с цельной спинкой и клиньями повсеместно является более старым покроем, чем с отрезной спинкой и сборами сзади, а иногда и вокруг всего корпуса. Клинья, вставленные с боков, у русских называются фанты, клйнья, щипкй, сгйбы; у белорусов — усы, хванды, вилочки', у украинцев — уси, или вуси.

К этому же типу одежды относится украинский жупан, сшитый с двумя клиньями (вусами), из серого или голубого сукна, отделанный позументом, с отложным воротником из цветного бархата, узорного штофа или меха. Исследователями отмечалось ближайшее родство жупана с беш­метом кавказских народов и высказывалось предположение о заимствова­нии поляками этой одежды с Востока. В Польше жупан был частью шля­хетского костюма. На Украине его носили в XVI—XVII вв. в среде казаче­ства, а по данным XIX в.— в мещанской среде; значительного распростра­нения среди крестьянства жупан не имел. Косвенно это подтверждает на­родная поговорка: «Убрався в жупан, та гадає, що пан» К Жупан носили и мужчины и женщины, со свитой или под «кунтушем», по польской моде2.

Особенностью покроя украинской верхней одежды является вшивание не двух (как у жупана), а нескольких вусей по бокам и сзади, без отре­зания нижней части одежды, благодаря чему последняя приобретает большую ширину и пышность. Вдоль спины идут швы.

Разновидностью верхней одежды является одежда, сшитая в талию, с отрезной спинкой или отрезная вокруг всей талии, с нижней пришивной частью. Уральские казаки, например, носили в пер­вой половине XIX в. бешмет с отрезной спинкой и с пришивными клинья­ми, сверху накидывая суконный чекмень на подкладке. Своеобразной одеждой, появившейся в великорусской деревне в конце XIX в., является пятишовка или семииіовка из домотканины, названная так по количеству швов от вставленных клиньев.

Распространение одежды с отрезной спинкой и с пришивными клиньями или сборами (реже со складками) — явление сравнительно позднее, хотя определить точно время ее появления довольно трудно. Видимо, такой по­крой имелся еще в московской одежде XVI—XVII вв., в частности в жен­ской (шугай, душегрейка) и в мужской (сокольничьи кафтаны) 3; однако широкого распространения он, повидимому, в то время не имел, как мож­но судить по гравюрам и описаниям. Более обычным этот покрой стал в XVIII в. В описании одежды «россиян» второй половины XVIII в. отме­чается ношение мещанами и купцами кафтана с частыми «борами», под­поясанного кушаком, а крестьянами— длинных зипунов с «борами», из сермяжного сукна. Следует, однако, отметить, что и в XVIII в. во многих местах России бытовали также более старые виды верхней одежды. Так, например, в Лукояновском уезде Нижегородской губ., как описывает В. Ф. Миллер 4, даже в начале XIX в. мужчины носили одежду прямого покроя, в которой талия обозначалась только при опоясывании кушаком. В 1820-х и 1830-х годах появились там кафтаны в талию, но без сбор, с застежкой на медные пуговицы; кафтаны со сборами распространились лишь во второй половине XIX в.5 Сборки такой одежды бывают мелкими или крупными. У великорусов называются они фалды, трубы, у украин­цев — ряси. Такой покрой был более распространен у русских, менее — у украинцев и белорусов. Шили эту одежду и из домотканины, но предпоч­тительно из фабричной ткани; для зимы ее делали из овчин. У великору­сов это — кафтан, зипун (большей частью из домотканины), казакин, поддёвка (преимущественно из фабричной ткани), полушубок (из овчин) у украинцев — кожушйна (из. овчины) и юпка, чемёра, чемарка (преимущественно из покупной ткани); у белорусов — кожух (из овчины).

К типу одежды с отрезной спинкой и сборами относится женская короткая одежда (шугай шубка, душегрёйка, телогрёйка), известная уже в XVI—XVII вв. В крестьянской среде она была распространена главным образом среди северных великорусов; кроме того, в купеческой и город­ской среде XVIII—XIX вв. ее носили поверх сарафана. Шили ее из штофа или парчи на подкладке, для зимы подбивали ватой или льняной куделью. Летнюю одежду такого типа — холоднйк — шили с круглым большим, воротником.

Овчинный полушубок со сборами является типичной русской одеждой и распространен до настоящего времени. Заслуженной славой пользуется «романовский полушубок» из шкур овец особой романовской породы.

Есть ряд названий полушубка: дублёнка — полушубок из мягко выделанных и продубленных шкур; белая шуба — из набело отделанных, но не дубленых сыромятных овчин (Архангельская обл.); нагольный по­лушубок — из дубленых овчин, большей частью оранжевого и красного цвета, не покрытый тканью. Бывают полушубки черной дубки. Полушу­бок, покрытый тканью, чаще всего называют шубой, а в Архангельской, обл.— кошулей. Шуба отличалась обычно большей длиной; ее шили: не­редко со сборами, но были и прямые халатообразные шубы.

Характерной чертой, отличающей русскую и в целом восточнославян­скую одежду от одежды кочевых в прошлом народов Азии и Восточной Европы, является запах правой полы на левую сторону, тогда как на Востоке, вплоть до Маньчжурии и Китая, распашная одежда или имеет прямой разрез, являясь однобортной одеждой, или запахивается на пра­вую сторону (у монголов, бурят, маньчжуров, алтайцев и др.). У рус­ских настолько установился обычай застегивать верхнюю одежду на левой стороне, что перенос застежки на правую сторону считался грехом (как отмечает, например, П. С. Ефименко относительно русского населе­ния Архангельской губ. в конце XIX в.). Двубортность ярко выражена в верхней одежде XIX в. у великорусов, особенно центральных областей (откуда, видимо, она и распространилась), у белорусов и у значительной части украинцев. Слабо выраженная двубортность или однобортность одежды кафтанного типа с застежкой посредине отмечается лишь у на­селения западных областей Украины и Белоруссии и наибо­лее редко — у русских (например, в б. Воронежской губ. и в Сибири).

Необходимую часть верхней одежды, особенно двубортной, составляет застежка. В XIX — начале XX в. застежка, помещаемая на левой стороне груди, большей частью состояла из металлических крючков, пуговиц; значительно реже встречались в это время более старые виды застежек (известные в XVI—XVII вв.) —шнуровые или кожаные узел­ковые пуговицы или деревянные пуговицы-брусочки — кляпыши и шну­ровые петли.

В Костромской обл., кроме шугая с рукавами, отмечена такая же одежда, но безрукавная — бугай. Этот термин упоминается еще в духовной грамоте князя Ивана Даниловича Калиты, который завещал сыну «бугай соболий с наплечки с великим женчугом с каменьем»

2. Группа верхней одежды, которая выше выделена как дополнитель­ная к основной верхней одежде, характеризуется однобортностью, хотя и запахивается обычно на левую сторону. К ней относится одежда в виде широкого длинного халата, обычно с большим отложным воротником, ко­торый поднимают в непогоду, надеваемая в дорогу поверх шубы, полу­шубка. Это овчинный тулуп, а также изготовленный из домашнего сукна халат, свита с шиворотом, армяк, чапан, чекмень, азям, доха. Носят их или подпоясанными кушаком или нараспашку (застежки обычно не имеет­ся). У украинцев подобная одежда из сукна называется опбна, кобеняк кирея, сіряк, свита з кобеняком. Особенностью первых трех является ка­пюшон (відлога, кобка, каптур, бородиця), который откидывается на спи­ну, а во время непогоды надвигается на голову и лицо; капюшон снабжен отверстиями для глаз.

Украинский халат аналогичен по покрою русскому, а также русской свите с шиворотом, армяку, а халатик отличается широким воротником — пелериной. Чекмень, армяк с ковниром — широким воротником известны у украинцев Черниговщины и у белорусов Гомелыцины. Различаются два покроя халатов: прямой и косоклинный. Первый — чекмень — бли­зок к среднеазиатским халатам и их разнообразным вариантам у башкир и татар; его носили русские в Поволжье, южновеликорусских областях, а также в Сибири; под названием азям (из сукна, выделанного из вер­блюжьей шерсти) —в Пермской и Вологодской губерниях.

В Сибири азям был распространен в качестве мужской рабочей одежды у русских, а также у нерусского населения.

Косоклинная верхняя одежда бывает: со вставленными по бо­кам вертикальными клиньями и колоколообразная, в распла­станном виде представляющая полукруг, близкая по покрою к русскому косоклинному сарафану (швы на боках сходятся елочкой). Сшитая из сукна, она называется свита с шиворотом, пониток, армяк, халат, из овчины — тулуп.

Верхняя одежда из овчины, расширяющаяся книзу, у украинцев назы­вается кожух нагольный тулубом  кожух тулубовый; есть ко­жух и у белорусов. Овчины употреблялись дубленые, красные — «вохрен- ные», черные. Тулупы, шубы, кожухи из белых недубленых овчин упо­треблялись у всех восточных славян, но в XIX в. сохранялись главным образом у украинцев и белорусов. Широкое распространение одежды из овчин обусловлено климатическими и особенно хозяйственными условия­ми (развитие овцеводства). Овчинная шуба занимала большое место в восточнославянской обрядности. Это было основано, видимо, на древних представлениях славян о плодородии, а вместе с тем и о богатстве и счастье. Особенно часто использовали овчинную шубу в свадебных обря­дах. Шубу расстилали на лавке в красном углу и сажали на нее «молодых», говоря: «Шуба тепла и мохната, жить вам тепло и богато!» (Те же слова говорили, завертывая новорожденного младенца в шубу). На овчинной шубе, разостланной на полу, благословляли жениха и неве­сту; шубу расстилали на санях при отправке «молодых» под венец. Часто даже венчались в шубе, несмотря на теплое время года; в выворочен­ных шубах (мехом наружу) встречали «молодых» свекор и свекровь в

«Кебеняк», «кибеняк» был известен еще в XVII в. При описании хождения царя Михаила Федоровича в Алексеевский монастырь указывается: «...да для ненастья был на государе, на шубе, кебеняк скарлат червчат».

Однако этот термин («кожух», «кожушок», «кожанка») как у тех, так и у дру­гих служит для обозначения разнообразной одежды из овчин (типа тулупа, полушубка, кафтана, безрукавки и др.).

Однако овчина была не единственным материалом, используемым для изготовления верхней зимней одежды; ее шили из самых разнообразных мехов, особенно в северной лесной полосе Восточной Европы, а также у русских в Сибири, где издавна охота имела большое значение. Зажиточ­ные крестьяне шили тулупы из меха лисицы, енота, хорька; оторачивали заячьим, беличьим и кошачьим мехом. Сибирскую доху, или ягу (распаш­ная одежда, надеваемая поверх обычной зимней одежды) шьют мехом вверх из собачьих, козьих, оленьих или маральих шкур.

Следует упомянуть о ношении малицы и совика из оленьих шкур, а также меховой оленьей кухлянки и ровдужной парки поморами и дру­гими группами русского населения европейского Севера и Сибири. Это они заимствовали от соседей — ненцев, саамов и других, и носили в качестве рабочей и дорожной одежды на приисках, охоте, рыбных промы­слах и пр. Дополнительную верхнюю одежду — глухую и распашную — шили также из грубого холста, белого или крашеного, двух типов:

а) В виде мужской туникообразной рубахи, в которой сохранялись ее старые черты: прямой разрез спереди или же без разреза, с круглым отверстием для головы (кабат, рядовка Архангельской обл.; верхдвица Вологодской обл.; комарник, хобатуха в Сибири; у белору­сов— насдв). И. И. Носович так описывает насов: «Нечто в роде рубахи из холста, которую крестьяне надевают поверх одежи для предохране­ния ее летом от дождя, а зимою от снега. Насов в употреблении особенно в Минской губернии» К

б) В виде распашной одежды кафтанного покроя (у русских и бело­русов— белый балахон, у украинцев — полотнянка). Белый балахон в летнее время в конце XIX — местами в начале XX в. надевали на рубаху, большей частью в ненастье или во время работы, зимой — поверх шубы. Он был распространен у белорусов (по всей Мозырщине, у русских в Холмском уезде Псковской губ., в Тверской губ., на Смоленщине, в Оло­нецкой, Архангельской губерниях, а также у некоторых других народов, живущих среди русского населения, например — верхневолжских карел и вепсов. Балахон, служивший рабочей одеждой, украшений не имел.

Верхняя одежда восточных славян весьма разнообразна по покрою, способу ношения и материалу, а еще более — по терминологии. Нередко одно и то же название в разных местностях применяется к одежде раз­ного покроя; так, например, названия «армяк» и «азям» обычно означают широкую дорожную одежду типа халата, но изредка — кафтан. Нередко термин сохраняется, хотя покрой изменился. Например, название «свита» означает кафтан прямого или косоклинного покроя, но нередко и кафтан со сборами; «полушубком» называют не только овчинную одежду со сбо­рами, но и более старый тип одежды с цельной спинкой и клиньями по бокам и т. д.

Особый характер придают тому или иному виду одежды длина, устройство ворота, наличие или отсутствие карманов и лацканов и, на­конец, украшения.

Наиболее длинными шьют тулупы и халаты, которые делают «до пят». Кафтан, свитка спускаются до колен или ниже, но иногда и не достигают их. Многие виды одежды, особенно женской, шьют лишь немного ниже талии (коротай, коротушка, кафтанушко, полукафтан, полукафтанье и др.).

Верхнюю народную одежду нередко кроят без воротника, что, видимо, является старой традицией; однако уже в XI в., судя по каф­танам семейства Святослава, воротники имелись,— по крайней мере в княжеской одежде. В XIX в. воротник делали: 1) невысоким стоячим; 2) очень большим отложным (у тулупа, армяка, халата);3) круглым, напоминающим пелерину.

Край полы и рукава у кафтанов и зипунов обшивали для прочности полосками кожи. Суконную одежду часто оторачивали тесьмой, обши­

вали черным или цветным (синим, иногда красным и зеленым) шнуром или полосками цветного сафьяна.

Наиболее украшали правую полу; кроме того, украшали швы в местах пришивки клиньев, рукава, вертикальные разрезы внутрен­них карманов или накладные карманы. В западных областях Украины украшают одинаково обе стороны прямого разреза одежды, так как она является однобортной, причем вышивка или аппликация рас­полагается на груди в виде двух прямоугольников по обе стороны борта. Белорусы особенно украшали праздничные белые свиты, отделывая их шнуром и расшивая разноцветным гарусом. Как пишет Е. Р. Романов, по узорам обшивки свиты можно было угадать, из какой местности проис­ходит белорус.

У украинцев западных областей на суконной верхней одежде встре­чаются узоры из! цветов, вышитые шерстью.

Воротник нередко обшивали материей — плисом и др. В женской праздничной одежде у южных великорусов некоторых областей сукно обильно украшали нашивками красного кашемира с блестками, белыми пуговицами, позументом. Не меньше заботились об украшении зимней меховой одежды. Овчинные шубы и полушубки более зажиточных кре­стьян, как уже упоминалось, нередко имели лисью, беличью оторочку. Украинские праздничные кожухи иногда расшивались многоцветными узорами из цветочных мотивов, выполненных гладью.

Полушубки, как и суконную одежду, по краю правой полы и особенно на груди, украшали узорами ручной или машинной вышивки, в виде пря­моугольника, выполняя ее на отдельном куске кожи и затем пришивая к полушубку, и оторачивали сафьяном. Узоры такой вышивки, многоцвет­ные или двуцветные, очень разнообразны, особенно в Ярославской и Костромской губерниях. В узорах на полушубках XIX — начала XX в. пре­обладают разнообразные растительные мотивы, но встречается и геомет­рический орнамент (более древний). Исследователи орнамента костром­ских полушубков указывают на близость вышиваемых на них раститель­ных мотивов к узорам золотошвейных работ и чеканки XVI и XVII вв.