Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Пояс мужской и женский у славян
Этнография - Восточнославянская этнография

Пояс мужской и женский у славян

У восточных славян пояс издавна составлял необходимую часть как мужской, так и женской одежды. Нательную (рубаху), горничную (сарафан, а иногда и нагрудник) и верхнюю одежду носили подпоя­санной. Подпоясанная одежда значительно теплее, так как плотнее прилегает к телу, и вместе с тем облегчает движения во время работы. Кроме того, пояс служил для укрепления поясной одежды, для ношения оружия (меч, сабля), орудий труда (нож, топор) и необходимых пред­метов обихода (денежной сумочки, кисета, гребня, ключей и т. п.). При помощи пояса в длинной женской рубахе делали напуск, служивший мешком. У кочевых народов пояс играл значительную роль в одежде, од­нако не у всех; у некоторых из них пояс не являлся обязательной частью одежды. Известно, например, у татар и башкир ношение нараспашку широкого длинного халата; нательная одежда типа рубахи у них не под­поясывалась.

Упоминания в летописях, миниатюры и фрески XI—XII вв. дают неко­торые сведения о ношении пояса в древней Руси. Золотым поясом стя­нута княжеская одежда, изображенная на миниатюрах Трирской Псал­тири и Изборника Святослава. Дорогие золотые и серебряные пояса перечисляются в княжеских духовных завещаниях. Пояса жертвовали в церковь, о чем говорится в Киево-Печерском Патерике.

Богатые шили пояса из дорогих тканей или делали из кожи, с метал­лическими бляшками. В славянских курганах X—XIII вв., принадлежа­щих сельскому населению — «смердам», в мужских погребениях находят узкие кожаные пояса с медной пряжкой. На этом основании нельзя счи­тать, что подпоясывались только мужчины, как полагают некоторые ис- «следователи. Этому противоречат этнографические данные, показываю­щие, что древнейшие виды мужской и женской одежды носили с поя­сом. Древние способы изготовления восточнославянских поясов, тканных без помощи ткацкого стана, указывают на исконность этой части мужской и женской одежды, как и обилие связанных с ними поверий. Малое ко­личество находок поясов из кожи с пряжками объясняется тем, что ти­пичными поясами для восточных славян были плетеные и тканые пояса из шерсти, льна, конопли, а может быть, как полагает Л. Нидерле, и из лыка, т. е. материалов, которые в земле не сохраняются.

Археологические материалы, начиная с середины I тысячелетия н. э., указывают на наличие у восточных славян пояса, как необходимой части одежды. Пояс в комплексе женской одежды изображен на браслете XII в., а также на миниатюре Кенигсбергской летописи XV в.

По данным этнографии XVIII—XIX вв., пояс остается существенной частью как мужской, так и женской одежды, в особенности нательной. Пояс — общевосточнославянский термин; имеются и другие названия: опояска, кушак, сетка, покромка, ремень (рус.); пыяс, дяга, ремень (белор.); крййка, черес, баюр (укр.).

іКожаньїй пояс составлял, как правило, принадлежность мужской одеж­ды: его надевали на рубаху и на верхнюю одежду. Ремень в 5—9 см шириной снабжали медными бляхами, пряжкой, иногда железной скобкой для ношения топора. Широкий замшевый пояс (черес), в виде длинного мешка с пряжкой, носил» чумаки на Украине. Кожаный пояс шириной до 20—30 см носят до настоящего времени карпатские горцы; он имеет пять-шесть застежек в виде ремешков с пряжками, небольшие карманы; нередко украшается тисненым узором.

Значительно более были распространены как у мужчин, так и у женщин плетеные и тканые пояса. Беднейшая часть населения употребляла часто в качестве пояса лыко или веревочку.

Ширина тканых или плетеных поясов различна. Можно выделить два типа поясов у восточнославянских народов: 1) узкий поясок в виде шнура или тесьмы (витой, плетеный — «дерганый» или тканый), который наибо­лее типичен для русских и белорусов, особенно для ношения с нательной или горничной одеждой 2)широкий матерчатый пояс — кушак, который носят обычно с верхней одеждой, а у украинцев — также с горничной, нательной. Домотканные пояса украинцев значительно шире русских и белорусских и достигают 10—20 см ширин. В лите­ратуре есть упоминания об употреблении холщевых полотняных широких поясов — рушников. У русских и белорусов широкими делали кушаки для подпоясывания полушубков и другой верхней одежды. Осталь­ные пояса делали узкими, от 1 до 3 см, реже от 4 до 10 см ширины. Тех­ника изготовления этих поясов очень разнообразна: их плели, ткали, вязали.

У великорусов известно так называемое дерганье поясов — древний способ плетения на пальцах, плетение на вилочке из шелковых или шерстяных ниток: пояса, плетенные на вилочке, имели характерный орна­мент — ромбами или «елочкой». Изготовляли такие пояса крестьянки (например, в Калужской губ.), местами (Владимирская, Тверская губер­нии) — ремесленники на продажу. У уральских казачек такие празднич­ные пояса делали из шелковых нитей, вплетая серебряные или золотые.

Тканые пояса изготовляли преимущественно без помощи ткацко­го стана — на дощечках, на ниту, на бердечке.

Для тканых поясов у русских и белорусов обычен прямолинейно-гео­метрический орнамент. Часто встречаются мотивы ромба, усложненные гребенчатым орнаментом, узор из двух перекрещивающихся линий, косых крестов, иногда роз. Распространенные названия узоров на русских поясах: кружки (ромбы), копытца, репьй и другие или назва­ния, указывающие на количество нитей, взятых для образования добавоч­ного зева, когда ткут браный узор,— за тринадцать, за двадцать и т. д. На широких поясах — кушаках — у всех восточнославянских народов

особенно часто встречаются узоры из продольных полос, выполненные раз­ноцветными нитями, проходящими в основе (ірис. 75, 6). Широкие пояса, напоминающие рушники, с узорами из поперечных полос, выполненных цветными нитями, проходящими в утке, были известны на Украине.

Преобладание вытканных геометрических узоров на поясах обусловле­но, вероятно, самой техникой тканья и формой пояса в виде узкой полосы. Более сложные изображения фигур и растений чаще выполнялись вышив­кой. Так, например, великоустюжские пояса, тканные на ниту из разно­цветной шерсти, с узором в виде поперечных полос, на концах имеют вы­шитые изображения женских фигурок. Пояса из ткани часто вышивали узорами из цветов, веток (например, в Нижнем Поволжье). Кроме само­дельных поясов, изготовлявшихся самими крестьянками, получили рас­пространение пояса, сделанные городскими ремесленниками 1 или в мона­стырях, где производство их получило значительное развитие в XIX в.

В г. Череповце Вологодской губ. изготовлялись пояса, получившие до­вольно значительное распространение в русских северных губерниях; их выполняли закладной техникой: разноцветный уток пропускали не полно­стью, а лишь через часть основы, и поворачивали нить обратно. На фоне этих цветных полос нередко выступают слова, указывающие на год и место производства (например, «Череповец, 1898 год»), а также на имя и фами­лию владельца пояса. Узоры из слов характерны для поясов второй поло­вины XIX и начала XX в.: «Кого люблю, того дарю»; «Милый мой, носи не забывай, дарю, не теряй». Отсюда видно, что пояски служили по­дарком, имевшим особое значение. Иногда на поясе были вытканы слова молитвы; нередко их ткали в монастырях или старообрядки. Вытканный на поясе текст нередко включал, кроме обычной даты и имени хозяйки, отрывок народной лирической песни или частушку. Такие пояски наиболее распространены были в Вологодской и Костромской губерниях, где их, ви­димо, и изготовляли.

Матерчатые пояса (из куска ткани) известны еще в XVI—XVII вв. в московском костюме. Их носили также запорожские казак», у которых, кроме повседневных дешевых самодельные поясов, были для праздничного костюма пояса турецкой, персидской и китайской работы, шерстяные или шелковые, иногда затканные серебряной и золотой пряденой нитью, до од­ного метра шириной.

В связи со спросом на широкие восточные пояса в г. Слуцке в XVIII в. возникло местное производство таких поясов. Слуцкие пояса широко про­славились и по богатству и красоте не уступали восточным. Их раскупало казачество. Слуцкая фабрика просуществовала до конца XVIII в. Было много и других, менее значительных фабрик, изготовлявших роскошные шелковые пояса. Слуцкие пояса (творчество белорусских ткачих Слутчи- ны) представляют собой тонкую шелковую ткань с двухсторонней расцвет­кой и орнаментацией растительного характера. Во второй по­ловине XIX в. на Украине и в Белоруссии, а частично и у русских, были распространены пояса, вытканные из хлопчатобумажной пряжи в подра­жание слуцким поясам.

Широкие пояса, плетенные особым способом «по стене», из шерсти красного, а отчасти зеленого и синего цвета, получили широкое распро­странение на Украине и у русских в Курской и Орловской губерниях.

«Один из предметов старинного малороссийского щегольства».

У русских и белорусов пояс преимущественно завязывали, а не подты­кали, поэтому концы пояса отделывали бахромой, кистями, помпонами из шерсти и т. д. Нашивка из разноцветных лент, позумента, блесток, пуго­виц характерна для покромок — поясов бывшего однодворческого населения южной части Рязанской, Тульской и других областей. Не только женские, но и мужские старинные пояса украшались иногда кистями из шерсти и бисера. Своеобразный пояс с пришитыми длинными разноцветными шерстяными нитями отмечен у группы «русской мещеры» Пензенской обл.: его надевали поверх красной полосатой распашной по­невы таким образом, что длинная бахрома спускалась сзади до колен, на­поминая пулагай мордвы.

Существуют д в а способа повязывания пояса: высоко — под прудью и низко — под животом. Пояс, обернутый вокруг корпуса, завязывался чаще сбоку, иногда спереди или сзади, нарядными концами вниз. Женские пояса, которые обычно были длиннее мужских (до 5 м), нередко обертывались несколько раз вокруг талии. У украинцев, кроме завязывания поясов, широко применялась закладка концов пол пояс; у русских и белорусов концы закладывали только у кушаков, глав­ным образом при ношении их с верхней одеждой.

На мужском поясе укреплялся мешочек из кожи для денег и принад­лежностей для высекания огня — калита (рус. и белор.), калитка (укр.); кроме того, мошонка, гаман, гаманец (преимущественно укр. и белор.). Остатки калиты находят в славянских курганных погребениях, а термин этот известен в ранних письменных источниках. К поясу прикрепляли нож  при помощи особой скобки — топор, а на цепочке — гребенёц (рус.), грибенёц (белор.) —деревянный, костяной или металлический гребень для расчесывания волос. Были орнаментированные гребни с парными конскими головками; такие медные гребни из Архангельской, Вологодской, Костромской губерний хранятся во многих музеях. Мужчины носили на поясе принадлежности для высекания огня и для курения; у гуцул на цепочке к поясу подвешивали «протічку до люлькі» (металлическое острие для прочистки трубки.

Нельзя не упомянуть о капоушках, или уховёртках (по-белорусски — колупках) — оловянных или медных ложечках для выскабливания серы из ушей; чаще их носили на шейном шнуре или цепочке для креста.

У русских девушек в ряде областей было в обычае прикреплять к поясу матерчатый карман —лакомку для гостинцев; у замужних женщин—для разных мелких предметов и денег. Шили их из ткани и вышивали, а иногда составляли из различных кусочков ситц. В Самарской губер­нии в конце XIX в. девушка обычно заготовляла несколько такйх карманов для одаривания родни жениха на свадьбе.

Некоторые виды подвесок к поясу связаны были с поверьями. Изве­стно подвязывание нескольких куриных косточек к поясу «молодухи» для того, «чтобы молодая рано вставала» (б. Касимовский уезд Рязанской губ.); в б. Землянском уезде Воронежской губ. косточку от куриного кры­ла, так называемую вставаранку, привязывали к шейному гайтану, на котором висел крест. В Касимовском уезде Рязанской губ. в прошлом практиковалось подвязывание к поясу «молодой» лесных орехов-двояшек (являвшихся, видимо, символом плодородия). Орех с двумя ядрами во­обще считался «счастливым». В Архангельской обл. орех-двойчатку но­сили в кармане или на шнуре вместе с крестом.

По русским поверьям, ходить без пояса было так же «грешно», как и без креста. В русском фольклоре «без креста, без пояса» появляются отрицательные герои. Характерно, что при обрядах, связанных якобы с общением с «нечистой силой», снимали одновременно с крестом и пояс,— например, при добывании «цвета папоротника» в Иванову ночь, «неразменного рубля» и т. п. У населения Ивановской обл. демоны

И. Е. Забелин пишет о быте XVI—XVII вв.: «Появляться в каких-либо случаях без пояса на сорочке значило обнаруживать свой разврат. Так могла поступить только одна Марина Игнатьевна, призывая в свой терем Змея Горыныча». В былине о Добрыне говорится:

А молода Марина Игнатьевна Она высунулась по пояс в окно,

В одной рубашке без пояса.

В былине Марина изображена колдуньей, называется «еретицей» и «без­божницей».

У восточных славян существовало представление о том, что пояс слу­жит талисманом, охраняющим от нечистой силы, особенно от лесных и до­машних духов, а также, что пояс увеличивает силу мужчины.

Значительна роль пояса в обрядах. У великорусов имелся обычай при выходе из избы свата, идущего сватать невесту, ударять его поясом, со словами: «Не я бью,— удача бьет!». Во время свадьбы невеста дарила пояса родне мужа, многочисленным сватам. Иногда пояс привязывали на дугу первой лошади свадебного поезда. Существовал такой обычай (повидимому, пережиток жертвоприношения домовому и водяному): «мо­лодая» бросала пояс на печь, а при первом набирании воды — в речку. Пояс употребляли в обрядах, связанных с первым выгоном скота в поле. По поясу гадали о суженом и т. д. У белорусов в прошлом пояски служили в качестве офяры, т. е. предмета, жертвуемого в церковь по обету. В эт­нографической литературе имеются попытки объяснить значение пояса как оберега у восточных славян и их соседей тем, что завязанный пояс напо­минает как бы очерченный замкнутый круг (по народным верованиям имевший охранительное значение.