Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Прическа и головные уборы
Этнография - Восточнославянская этнография

Прическа и головные уборы

Прически

Ношение волос и бороды было почитаемо в Киевской Руси; в Судной Грамоте Ярослава говорится: «Аще пострижет голову или бороду — епископу 12 гривен, а князь казнить». На древних миниатюрах и фресках Киева и Новгорода мужчины изображены с довольно длинными волосами и бородой. Однако стрижка и бритье, видимо, существовали у славян и в древние времена. Арабский писатель X в. аль-Балхи, говоря о русах и отмечая их длинные бороды, указывает, что некоторые из них бреются. По известному описанию Льва Диакона, князь Святослав брил бороду, но носил усы. Голова у него была также обрита; только на одной стороне висел локон, означавший знатность рода. Возможно, что эта прическа, как считают некоторые исследователи, имеет восточное происхождение: она отмечена Рубруком в Золотой Орде (XIII в.) и Георгио Интериано у черкесов (XV в.). Подобная прическа была распространена в XVI— XVIII    вв. у днепровских казаков и еще в XIX в.— у части сельского укра­инского населения на Левобережье. Волосы на голове сбривались, и толь­ко на макушке оставлялась прядь (оселедець, или чуб), которая иногда была настолько длинна, что, спущенная на лоб, она закидывалась затем за правое или левое ухо. Казачество, повидимому, сыграло большую роль в распространении оселедца. Отмечена эта прическа на Руси очень рано (прическа Святослава), но возможно, что XVI—XVIII вв. были тем пе­риодом, когда она наиболее распространилась.

Обычай стричь или даже брить волосы «по восточной манере» изве­стен был на Руси в XVI—XVII вв. Как пишет Н. И. Костомаров, «только те, которые теряли родных или попадали в царскую немилость, отращи­вали на голове волосы в знак печали» К Возможно, что этот обычай брить волосы на голове существовал среди бояр, но не был характерен для всего народа.

Ношение бороды в то время считалось обязательным для всех сосло­вий. «Если у кого,— пишет Костомаров,— от природы не росла борода, к тому имели недоверие и считали его способным на дурное дело». Духо­венство вело борьбу — при великом князе Василии Ивановиче и позд­нее— с попытками ввести в быт бритье бороды. Такое положение суще­ствовало вплоть до времен Петра I, который, как известно, узаконил «брадобритие».

В условиях XVIII в. борода стала символом противников культуры, прогресса. Это нашло отражение в знаменитой сатире М. В. Ломоносо­ва —«Гимн бороде».

В XVIII—XIX вв. обычай ношения бороды и усов продолжал сущест­вовать у русских повсеместно в крестьянской и купеческой среде, особенно среди старообрядцев. Белорусы также не брили бороду и усы. Среди украинцев, по имеющимся данным, бороду носили только старики, и лишь местами (в Полесье) —молодые (усы они оставляли). В начале XX в. обычай носить бороду распространился в восточных областях Украины, видимо под русским влиянием. Наиболее западные группы украинцев в горных областях брили усы и бороду.

Общая восточнославянская мужская прическа, которая еще преобла­дала в первой половине — середине XIX в.,— стрижка в кружало, в кру­жок, по-русски, в скобочку, под горшок (рус.), під макйтру (укр.). В XIX в. эта прическа вытеснила в центральной и восточной Украине обы­чай бритья головы и ношения оселедца. Видоизменение прически с осе­ледцем можно видеть в сохранявшемся в XIX в. обычае підголювать чуп­рину, т, е. подбривать высоко волосы, оставляя более длинными волосы вокруг макушки. В восточной части Украины была прическа під ворота, или у скобки, с вырезом надо лбом, причем оставленные волосы подстри­гались в кружок.

Ношение мужчинами настолько длинных волос, чтобы можно было заплетать их в косы, не характерно для восточнославянских народов, за исключением группы карпатских горцев на Украине, имевших обычай отращивать волосы и заплетать их в несколько кос, чего придерживались старики еще в конце XIX в. Такая прическа известна была также у чехов и болгар.

У некоторой части великорусов (в Нижегородской, Тверской, Архан­гельской, Костромской, Курской и других губерниях) еще во второй поло­вине XIX в. встречался обычай выщипывать или выбривать на макушке волосы в виде круга, называвшегося венец (древнерусское гумёнце)  за что остальные насмешливо цазывали их «суховершниками».

С середины XIX в. молодые стали причесываться на прямой пробор, хотя стриглись попрежнему в кружок. Прическа с разделением волос на косой пробор на левой стороне головы распространилась позднее. При этом сзади волосы подстригали выше, чем спереди, а нижнюю часть го­ловы и шею брили. Такая прическа называлась по-польски, под польку. Появление этой моды в деревне у молодежи вызывало неодобрение стар­шего поколения, но затем эта прическа довольно широко распространи­лась и в деревенском быту.

Головные уборы

Основным головным убором мужчин была шапка. В славянских кур­ганах Киевской обл. найдены остатки мужских войлочных и кожаных шапок. На диптихе из кости на мужских фигурах изображе­ны шапки полусферической формы. Шапка — валенка у великорусов и маргёлка у белорусов — по форме и материалу справедливо считается древним типом головного убора. На фресках XI—XII вв. изображены преимущественно княжеские шапки, полусферической или конусовидной формы с меховым околышем. На Руси в X в. великокняжеской шапке было придано значение короны — позднее ею являлась так называемая шапка Мономаха.

В XI—XII вв. носили шапки с наушниками, как можно судить по изображению головного убора на Святославе на миниатюре Изборника Святослава. Термин клобук, или колпак, обозначал мужские головные уборы. Клобук (тюркское калабак) упоминается в летописи (1153 г.) как головной убор князя Ярослава Галицкого, сидевшего «на отни месте въ черне мятли и в клобуце»; так же называли плетеные шляпы или шапки, которые изготовляли для продажи монахи Киево-Печерской лав­ры: «копытца плетоущи» и «клобуки». Позднее клобуком назывался го­ловной убор монахов.

Данные XVI—XVII вв. позволяют судить о разнообразии мужских головных уборов в Московском государстве. Головной убор более, чем вся остальная одежда, отражал социальное положение человека. Кре­стьяне носили валяные шапки, подобные тем, которые сохранились до конца XIX — начала XX в. в виде колпака (суконного или войлоч­ного); носили и более низкие круглые шапки с меховым околышем. Крестьяне носили и треух, подбитый мехом; он упоминается в описи крестьянского имущества XVII в.

Богатые люди шили колпаки из атласа, большей частью белого, ино­гда с околышем, украшенным драгоценными камнями, и с собольей опуш­кой (зимой колпак подбивался дорогим мехом).

Только князья и бояре имели право носить высокие шапки, так на­зываемые горлатные — расширяющийся кверху цилиндр из дорогого меха. По высоте шапки определялось происхождение, знатность, сан, пишет Н. И. Костомаров, добавляя: «Вероятно оттуда возникла посло­вица: по Сеньке шапка». В торжественных случаях боярский головной убор состоял из трех частей: тафьи, колпака и горлатной шапки, на­девавшихся одна на другую. Нередко этот тяжелый головной убор не снимался в горнице, в нем сидели и за столом.

По этнографическим данным XVIII — первой половины XIX в. одним из основных народных головных уборов в это время являлась валяная шапка, служившая праздничным и будничным, осенним и часто зимним головным убором. У белорусов — маргёлка, колпак; у украинцев — ма- гйрка, магёрка, шоломок\ у великорусов — шолом, ялом6& валёнка. Из­готовлялась она из белого или серого войлока и имела форму полусфе­рическую или усеченного конуса, без полей или с высоко загнутыми по­лями. Подобная шапка изображена на «литовском мужике» — повиди­мому, белорусском крестьянине XVIII в. Головные уборы этого типа бытовали еще. в XIX в., а кое-где и в XX в., особенно Э Белоруссии, в некоторых местах Украины и у великорусов (в Брянской, Калужской, Орловской областях).

Шлык в виде полусферической обтягивающей голову шапочки, сшитой из куска, холста прямоугольной формы, собранного вверху, носили стари­ки еще в начале XX в. в Рязанской, Пензенской и других областях.

Для великорусов, кроме того, была очень типична коричневая валя­ная шапка цилиндрической формы с небольшими полями, называемая черепённик, грёшневик, гречу шпик (последние названия, возможно, свя­заны с формой печения из гречневой муки). Судя по гравю­рам, лубкам или литографиям XVIII — первой половины XIX в., трешне­вик носили небогатые горожане и крестьяне. Отсутствие этого убора на гравюрах XVII в., изображающих крестьян, заставляет предполагать, что он распространился позднее. Изготовлялись грешневики ремесленника­ми, которые продавали их на торжках и ярмарках. В первой половине и середине XIX в. грешневики повсеместно носили в русской деревне.

Известна была всем восточнославянским народам шапка с четырех­угольным верхом (из сукна с меховым или матерчатым околышем), хо­тя широкого распространения у них она не получила — рогулька, рогат- ка. Ее носили на Волыни, в некоторых местах Белоруссии, а также в б.   Смоленской, Тверской, Ярославской, Архангельской губ., где иногда ее называли шапка на четыре уголышка.

В западных областях она сходна и по форме и по названию с польской рогативкой. В других областях она стала принадлежностью костюма ямщиков и извозчиков и возможно от них и была перенята крестьянами. Для зимы шили меховые, преимущественно овчинные, шапки или сукон­ные с меховой оторочкой. Шапку с наушниками до настоящего времени носят русские, украинцы и белорусы; называется она треух, долгуша, ушанка, чебак (рус.); капелюха, клепйня (укр.); обловуха (белор.)

Получили распространение, особенно на Украине, высокие цилиндри­ческие, реже — полусферические или конические шапки из овчины или из другого меха: кучма, крисатка (укр.); капуза (белор.).

Казаки носили папахи — цилиндрические высокие или более низкие шапки с длинным мехом. Старинным головным убором казаков был кол­пак с околышем.

Шляпы с большими полями и тульей в виде усеченного конуса, пле­тенные из соломы или волоса, под названием бриль, брыль, капелюхи или капелюши до настоящего времени известны на Украине и во многих областях Белоруссии. Их делали также из распластанной лозы, речного камыша и войлока.

К праздничному головному убору, особенно жениховскому, добавля­ли ленту с пряжкой, павлинье перо, искусственные или живые цветы (на­пример, у украинцев венок из барвинок), а иногда — у гуцулов — метал­лическую полосу со сквозным узором — бляху.

В XIX в. у русских, украинцев и белорусов получил распространение картуз из фабричной ткани, с козырьком, близкий по форме к военной фуражке. Его носили уже в первой половине XIX в. в городах рабочие и мещане; частично — в сельских ремесленных районах, наиболее свя­занных с городом. Во второй половине XIX в. картуз стал общераспро­страненным головным убором. С начала XX в. его постепенно вытесняет кепка.