Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Общая характеристика одежды русских, украинцев и белорусов и ее типология
Этнография - Восточнославянская этнография

Общая характеристика одежды русских, украинцев и белорусов и ее типология

В народной одежде XIX в. отразились особенности периода ломки феодально-крепостнической системы и усиленного развития капиталистических отношений в России.

С развитием капитализма уже в первой половине XIX в. из города в деревню начинали проникать новые виды одежды, но все же традиционная одежда в большинстве мест преобладала примерно до середины столетия. В пореформенный период одежда нового покроя из фабричной ткани начала интенсивно вытеснять традиционный костюм из домотканины. Последний сохранялся в областях, где были особенно сильны феодальнокрепостнические пережитки, в наиболее отдаленных, глухих, преимущественно земледельческих районах; во многих же других районах традиционная одежда хотя и не исчезла полностью, но подверглась значительным изменениям, иногда сохраняясь у старшего поколения, а также в качестве обрядовой одежды.

Русская крестьянская одежда середины — третьей четверти XIX в. не была однородной, как не было однородно само крестьянство, переживавшее процесс классового расслоения, издавна разделенное на группы помещичьих, удельных, казенных и прочих крестьян, различавшееся по характеру преобладающих занятий (села пригородные, фабричные, с развитым отходничеством и чисто земледельческие районы).

Не было оно однородно и этнографически. Одежда в северновеликорусской деревне отличалась от одежды в южновеликорусской деревне. Однако при всем том многие основные части ее были общими у всех русских крестьян.

Мужская одежда (более однотипная, чем женская) состояла из белой холщевой рубахи-косоворотки с кумачевыми ластовицами под рукавами. Рубаху носили «навыпуск» — поверх холщевых же белых или синих портов, перехватывая ее узким поясом, тканным или плетенным из льняных или шерстяных ниток. Штанины закладывались в сапоги или в онучи, которые носили с лаптями.

На голову, подстриженную в кружок, надевали валяную из овечьей шерсти коричневую шляпу — грёшневик, похожую на цилиндр, у молодых украшенную в праздник или на свадьбе лентой, павлиньим пером и т. п.; зимой носили меховые шапки разных фасонов. Наиболее распространенной верхней одеждой были: кафтан, зипун, сермяга, сшитые из домотканного сукна, а зимой — овчинные тулуп и полушубок, подпоясанные широким кушаком. В праздник молодежь из сравнительно состоятельной части населения деревни надевала рубашку из яркой ткани, плисовые шаровары, заправленные в сапоги с голенищами, собранными «гармоникой». Деревенские щеголи носили серебряную серьгу в одном ухе.

В женской одежде наиболее ярко выделялись два типа костюма— северно- и южновеликорусский. Одежда крестьянки северных губерний (Новгородской, Архангельской, Вологодской), а также центральных губерний (Тверской, Ярославской, Владимирской, Костромской и др.) состояла из широкой холщевой рубахи, собранной у ворота, а иногда и у запястья, и сарафана, который надевали поверх рубахи.

Сарафан шили из сукна или крашенины, с рядом оловянных или медных пуговиц, пришитых спереди сверху до подола. Носили также кумачевые набойчатые сарафаны без пуговиц на лямках. Сарафан обязательно подпоясывали узким тканым поясом, высоко — под грудью или низко — под животом.

Рукава, плечи и ворот рубахи, которые не закрывались сарафаном, украшали вышивкой или тканым узором и кумачом (особенно у молодых). Часто украшали и подол рубахи, который можно было видеть, так как переднюю полу сарафана нередко поднимали и подтыкали у пояса. Волосы замужние женщины полностью закрывали кичкообразным головным убором — сорокой или повойником, а в праздник или на свадьбу более состоятельные надевали парадный кокошник. Девушки на севере (как и на юге) не закрывали волос, повязывая на лбу ленту, перевязку, свернутый платок, или надевая убор в виде обруча. На шее носили ожерелья — пёрла (жемчуг), восковые пёрла (янтарь) и различные стеклянные бусы.

Одежда южновеликорусской женщины  состояла также из широкой холщевой рубахи, перехваченной поясом, которая подтягивалась до колен, отчего у пояса образовывался напуск. Поверх нее носили поневу своеобразную поясную одежду из клетчатой, большей частью синей, ткани, собранную у пояса на вздержке. Спереди повязывали вышитый хол- щевый фартук (занавеску), который укрепляли выше груди или надевали через голову.

В некоторых областях поверх рубахи и поневы надевали навершник (шушпан, косталан и пр.) — короткую одежду из домотканной холщевой или легкой шерстяной материи.

Голову замужние покрывали кичкой разнообразной формы, нередко в виде рогов.

Праздничный наряд молодой женщины дополняли бисерные нагрудные украшения. К ушам прикреплялись шарики из гусиного пуха —пушкй и т. д.

Женский костюм южновеликорусской деревни в целом более красочен, чем северновеликорусской, который более сдержан по своей цветовой гамме.

Верхняя женская одежда и обувь во многом сходны с мужской. Как на севере, так и на юге женщины одевались в сермяжные кафтаны, зипуны, овчинные полушубки, тулупы и т. п.

Лапти, чуни, ступни и другая плетеная обувь была будничной (на юге часто и праздничной); кроме того (в праздник), носили кожаные туфли с чулками (коты) и сапоги.

Народная традиционная украинская одежда довольно существенно отличалась от русской и от белорусской народной.

 

Мужскую одежду составляла холщевая сорочка с прямым разрезом ворота (который нередко, в праздничной одежде, украшали широкой прямоугольной вышивкой), заправленная в широкие шаровары, холщевые белые или набойчатые, и перетянутая широким шерстяным поясом. Шаровары вправляли в сапоги — чоботы (рис. 2, 1). На севере Украины в будни, на работу, а наиболее бедные крестьяне и в праздничные дни, носили личаки — обувь, плетенную из древесной коры, а чаще — постолы, сделанные из кожи, подвязывая их к ноге волоками — оборами веревочными или ременными. Носили барашковую шапку, летом в жару — соломенную шляпу (бриль).

Поверх рубахи в холод надевали свитку — суконный кафтан белого, серого или коричневого цвета. Более парадную одежду составляли так называемая юпка, напоминающая русскую поддевку, и чемара, чумар- ка — одежда из фабричной материи. Зимой же надевали овчинные кожухи и тулупы, подпоясываясь кушаком. В непогоду в дорогу надевали кирею или опону — длинную суконную одежду с каптуром — капюшоном.

Мужская одежда русинов — украинцев западной части Украины (Галиции, Буковины и Угорской Руси) отличалась от одежды центральных и восточных областей Украины. По покрою узких штанов (портяниці) и способу ношения сорочки навыпуск мужской наряд близок к русскому и белорусскому (рис. 2, 2). В горных областях носили, кроме того, овчинную безрукавку (кожух, китар, кіптарь), украшенную вышивкой.

Женский украинский традиционный костюм составляла длинная холщевая с рукавами сорочка, поверх которой у талии при помощи пояса укреплялись один, два или несколько кусков шерстяной ткани (дерга, плахта, запаска и др.)* В будни носили дергу — кусок большей частью черной домотканной материи, которой обертывали нижнюю часть корпуса. В праздник носили нарядную узорчатую плахту (рис. 3), которая закрывала нижнюю часть корпуса сзади и с боков, а спереди подвязывали тяжелую шерстяную узорную запаску — род передника. Дополнением к наряду была так называемая кірсетка — матерчатая безрукавка. Голову замужние женщины покрывали тонким полотнищем холста (намітка) или же носили очіпок — род чепца из ткани, иногда вышитый цветным гарусом, а у наиболее состоятельных — золотой мишурной нитью.

Девушки выделялись головным убором, повязывая особым способом намитку или хустку — платок. В праздничные дни надевали венки из бумажных, а иногда живых цветов.

Косы украшали цветные ленты — кісникі, а на шею надевали нитки бус — намисто.

На ногах носили, смотря по зажиточности, черевики, постолы или чоботы. Очень ценились сапоги из цветного сафьяна на каблучках с медными подковками — «червоні чоботи»; бедные крестьянки их не имели.

Верхняя женская одежда, как и мужская, состояла из домотканной свитки, чемарки или юпки из покупной ткани, а также зимнего овчинного кожуха.

В западных областях гуцулы носили красные суконные сердаки — род прямого кафтана, в Закарпатье — плащевидную шерстяную гуню.

Украинский костюм очень красочен, особенно в юго-западных областях Украины.

Белорусская народная одежда, имея много общего с великорусской и украинской, отличалась существенными особенностями.

Мужскую традиционную одежду белорусов составляла холщевая сорочка (кошуля, кошульца), покрой которой варьировался по областям (чаще с отложным воротником); холщевые порты, как и у русских, неширокие; поверх них выпускалась рубаха, стянутая узким тканым поясом с кистями (кутасами) или кожаным поясом. На поясе укреплялись калита — кожаная сумочка для денег и ножик в кожаном футляре, нередко тут же был подвязан на ремешке медный гребенец. Курильщики носили на поясе пипку — трубку и капшук — кисет для табака.

Основным видом обуви в Белоруссии, особенно в дореформенное время, были лапти из лозы, бересты. Сапоги {боты) имели в селении только немногие «заможние» — зажиточные люди.

В качестве верхней одежды летом белорусы носили холщевый белый балахон или носов, в осеннее время — кафтан из серого или белого домашнего сукна — свитку. Зимой носили овчинные кожухи. Белая валяная шапка маргелка являлась типичной для белорусов. Мужской «прибор», т. е. украшение, составлял шейный платок из домашней или покупной ткани — хустка.

Женская («жаноцкая») одежда состояла из холщевой сорочки, поверх которой надевали холщевую белую юбку — спадницу или шерстяную одноцветную или с цветными полосами юбку — андарак, саян. Грудь поверх сорочки обтягивал лиф из яркой ткани — китлик, гарсэт, кабат, шнуроука, а по талии подвязывался хвартук . Холщевые части одежды украшали тканым или вышитым узором красного цвета. Замужние женщины голову повязывали холщевой наметкой; девушки, как и у русских и украинцев, оставляли часть волос открытыми. Праздничным убором был вянок — обруч из луба, украшенный цветами.

Для женщин украшениями служили яркие ленты (истужки) или обрезки цветной ткани (похйстки); ими стягивали ворот сорочки, вплетали их в косу и т. д. На шею надевали нитки бус — крали.

Верхняя одежда и обувь женщин мало отличались от мужской. Свитку, сермягу, жупан, жупицу — кафтан из белого или серого домашнего сукна, овчинный кожух, холщевый балахон или носовку носили не только мужчины, но и женщины.

Для одежды белорусов характерны строгая сдержанность в расцветке и преобладание белого цвета.

Одежда отражала не только этнографические особенности; она подчеркивала семейные и возрастные отличия.

Значительно различалась одежда девушки и замужней женщины. У старшего поколения дольше сохранялись старинные, вышедшие из общего употребления части костюма. Одежда у крестьян разных возрастов отличалась также количеством украшений (вышивок, кумачных вставок и пр.) и яркостью расцветки. Наиболее нарядно и ярко одевались молодые женщины до появления первого ребенка. С возрастом количество украшений заметно уменьшалось.

Детская одежда была того же покроя, что и одежда взрослых, но имела некоторые особенности. Основной частью одежды была холщевая рубаха или длинное ситцевое платье, напоминавшее рубаху. Как описывает П. В. Шейн, у белорусов в середине и второй половине XIX в. одежду детей обоего пола до десятилетнего возраста составляла холщевая сорочка, перехваченная пояском. Одежду девочки отличало от одежды мальчика только наличие снизки бус. В конце XIX — начале XX в. одежду мальчика (начиная лет с трех-четырех) большей частью дополняли штанами своеобразного покроя: из двух штанин, не соединенных вставкой («без потолка»), прикрепленных к пояску. По музейным собраниям, где хранятся образцы детской крестьянской одежды, можно видеть, с какой любовью и тщательностью изготовляли одежду для детей заботливые матери. В коллекциях ГИМ имеется дореволюционная праздничная одежда крестьянского мальчика трех-четырех лет (из Маршанского уезда Тамбовской губ.). Эта одежда представляет в миниатюре одежду взрослого крестьянина и состоит из синих набойчатых портов, белой косоворотки из тонкого холста, затканного по краям красной бумагой, шерстяного пояса с кисточкой из бисера и маленьких лаптей, плетенных го липового лыка. Скудные крестьянские доходы не всегда позволяли снабдить ребенка необходимой теплой одеждой и обувью. Большей частью крестьянские дети (особенно в дореформенный период) в зимнее время были вынуждены сидеть по избам, а в случае необходимости, выходя на улицу, надевали не по росту большую отцовскую или материнскую одежду.

Одежда по своему назначению разделялась на праздничную, будничную и рабочую.

Праздничная одежда, как правило, была новой, из более дорогой, часто фабричной ткани; нередко для праздника приобретали более модную, нового покроя одежду. Однако в иных случаях старинный наряд надевали именно в праздники.

Праздничная одежда и обувь больше украшались. Лучшая праздничная одежда обозначалась словом «добрая»: добра плахта, добрая понева и т. д. Праздничная одежда подразделялась на такую, которую надевали в самые большие, «годовые» праздники,— ее называли годовой или большой наряд, и ту, которую носили в обычные праздники,— воскресные дни и пр. В южньїхі центрально-черноземных областях надевали в праздники особые писаные лапти, т. е. с головкой, украшенной более мелким узорным плетением; у украинцев-гуцулов — червоні писані онучі, т. е. красные шерстяные, украшенные узором. Сапоги во многих местах носили только по праздникам.

М. И. Семевский, описывая одежду горожанок г. Торопца в 60-х годах XIX в., упоминает о том, что «наряд торопчанки разделяется на доброе, поддоброе, третье и т. д.... вся разница в ценности платья и головного убора, а не в общем его характере.

Для будней шили одежду из грубой ткани, большей частью домашнего изготовления, и очень часто старого покроя, которая называлась обыденная; использовалась и поношенная одежда (понева-подносок и др.). Имелась и специальная рабочая одежда — холщевый балахон, ка- бат, верховица из холста,— носимая поверх рубахи, кафтана, а зимой — поверх шубы, полушубка, для предохранения их от порчи.

Для отдельных видов работы и на промыслах надевали специальный костюм. В северных областях для рыбного промысла и морской охоты одевались по-особому. Костюм для этих целей должен был быть теплым, предохраняющим от сырости и не стесняющим движений. Его составными частями, кроме обычной рубахи, портов, пояса, были меховая одежда, иногда малица из оленьего меха, непромокаемые сапоги с высокими голенищами — бахилы, ловчаги, достигавшие пояса, к которому их привязывали ремешками. Малицу прикрывала холщевая одежда, перехваченная поясом из кожи, на котором укреплялись топор, ножи, пороховница, табакерка и т. п. Голову покрывали капюшоном малицы или теплой шапкой с длинными! ушами, которые обматывали вокруг шеи как шарф, или шапкой-ушанкой. Рыбаки нередко носили специальные непромокаемые кожаные фартуки и одежду типа комбинезона из кожи или просмоленной ткани.

На шею для тепла повязывали ошейник — род горжетки из меховых унтов; носили особые рукавицы с прорезью для вынимания руки.

Особенность женской промысловой одежды (на Севере и в Сибири, где женщины принимали значительное участие в рыболовном, а частично и в лесном промысле) составляла толстая полушерстяная или шерстяная юбка, которую надевали под сарафан или платье, а иногда штаны (в повседневном быту они никогда не применялись), а также холщовый длинный балахон — бродецкое платье (на озерах Поморья).

Одежда пастуха была приспособлена к условиям его труда и быта. В Закарпатской области пастух пользовался плащевидной шерстяной с длинным ворсом одеждой, удобной в условиях горного скотоводства; она могла использоваться, кроме того, как одеяло и постель.

У пастухов сохранялся местами древний тип ременных обор, которые меньше портились от сырости, чем веревочные; шляпу (войлочную или плетеную) часто носили с полями, защищающими от дождя и солнца.

Одежду, которую употребляли при выполнении обрядов, на традиционных семейных празднествах и так далее, можно назвать о б р я д о- в о й. В обрядовом костюме сохранялись иногда древние, давно исчезнувшие из быта части одежды, прически. На свадьбу нередко надевали старинный головной убор или полный наряд, который затем «молодая;» прятала в сундук и никогда больше не надевала. Некоторые части одежды бытовали только как свадебные (например, епончйца— накидка у северных великорусов, гугля— у гуцулов).

Костюм «молодых» у русских нередко состоял из двух видов одежды: одну — горевую — без украшений надевали в первой — «печальной» части свадебного ритуала, другую — наиболее нарядную, праздничную — надевали по возвращении из церкви от венца, когда начиналось свадебное веселье.

Старинную одежду пожилые люди часто берегли, надевая ее только в церковь и на праздник. У старообрядцев была особая моленная одежда: женщины надевали «русский» сарафан (косоклинный, с пуговицами), рубаху с длинными рукавами, повязывались особым способом платком; мужчины имели особые «моленные» кафтаны.

Старые типы рубах, поясной одежды, сарафанов, обуви сохранились в смертной одежде, которую обычно заготовляли при жизни. Шили ее особым способом, обязательно на руках предпочитая домотканину, преимущественно белый холст. Траурная одежда также обычно отличалась своим белым цветом. «По горю», «по печали» шили белые холщевые сороки, белые рубахи, вшивали белую прошву в поневу, носили белые холщевые платки. Носили «по горю» одежду и темного цвета — черные, темносиние сарафаны, избегая обильных и ярких украшений.

Одежда отражала деление крестьян на различные группы (государственных, бывших помещичьих и др.)- Это резче было выражено в дореформенный период, но сохранялось и позднее.

В одежде помещичьих крестьян в дореформенный период различия наблюдались у занятых сельским хозяйством и дворовых. В южных областях, где преобладала понева, дворовые носили сарафан и платье из фабричной ткани, что вводилось помещиками. Этот факт, вероятно, оказал известное влияние на одежду окружающего населения. Различия в одежде бывших дворовых и крестьян существовали очень долго.

Разницу в одежде помещичьих и казенных крестьян отмечают многие наблюдатели того времени. Разница в покрое особенно сказывалась в тех случаях, когда одни крестьяне были местными, а другие — переселенцами из иной губернии. Помимо этого, различия определялись общим экономическим состоянием. Помещичьи крестьяне жили, -как правило, гораздо беднее, что отражалось на одежде. Как пишет А. Тарачков, одежда у казенных крестьян была щеголеватей, чем одежда помещичьих крестьян, и отличалась более яркой расцветкой. «Шелковые платки,— отмечает он,— и накидки (душегрейки), покрытые шелковой материей, иногда с узорами из мишурного золота, очень часто можно видеть у государственных крестьян и очень редко у помещичьих». То же наблюдалось в других местах: на Смоленщине «панские» крестьяне носили андараки преимущественно из льняной ткани, а казенные, которые были состоятельнее,— из шерстяной.

Одежда бывших однодворцев (потомков военно-служилых людей низшего разряда — пушкарей, стрельцов и т. п., живших в гсжновеликорусскиїх губерниях, в местах, где проходила когда-то государственная граница), одежда казачества (военно-служилого сословия) довольно значительно отличалась от крестьянской. Нередко она имела иной покрой (в связи с особенностями формирования этих групп) и вместе с тем отражала большую экономическую обеспеченность, хотя нельзя не отметить, что и среди этих групп населения в XIX в. было сильное классовое расслоение.

В XIX в., преимущественно во второй половине, когда капиталистический способ производства стал преобладающим в России, изменилась экономическая и социальная жизнь страны.

Это повело к изменению всего бытового уклада города и деревни, в частности отразилось и на одежде. С дальнейшим ростом и концентрацией крупной промышленности, развитием так называемых кустарных промыслов, отходничества росло население городов, пригородов, фабричных сел. Появился новый тип — рабочего («мастерового», «фабричного») с более высокими требованиями и культурными запросами по сравнению с чисто земледельческим крестьянским населением, сохранявшим еще черты патриархального быта. Но и среди самого крестьянства постепенно разрушались старые традиции.

Пореформенная эпоха характеризуется интенсивным развитием торгового земледелия, товарно-денежных отношений в деревне и усилением классового расслоения крестьянства. Процесс «раскрестьянивания» «означает коренное разрушение старого патриархального крестьянства и создание новых типов сельского населения»,— писал В. И. Ленин. Крестьянство расслаивалось на класс предпринимателей и класс сельских пролетариев; промежуточное звено между ними составляло среднее крестьянство.

Традиционная русская одежда сохранялась у разных классов и сословий в различной степени; ее носили еще в городах в первой половине и середине XIX в.

Дворянство, уже начиная с реформ Петра I, перешло к одежде, общепринятой у привилегированных классов Западной Европы. Одежда дворян наиболее резко отличалась от одежды других сословий. Купечество в значительной степени также перешло к ношению так называемого «немецкого» платья, стало носить сюртуки, салопы, чепцы, шляпки и пр. Однако среди многих купеческих семей, особенно старообрядческих, придерживавшихся старины, женщины продолжали носить «русский наряд». На портретах конца XVIII— начала XIX в. провинциальные купчихи нередко изображены в сарафанах и кокошниках. Богатство этого наряда отличало его от крестьянской одежды того же типа. Менее зажиточные слои городского населения — мещане дольше придерживались традиционной одежды и носили сарафаны, душегреи, шушуны, кокошники, повойники, а на Украине — спидницы, шнуровки, очипки и пр. Однако одежда этих городских слоев все же отличалась от крестьянской: здесь больше употребляли покупные бумажные ткани, в качестве верхней одежды носили нанковые халаты, в праздник — поддевки из покупного сукна, в то время как крестьяне шили кафтаны и зипуны из «свойского» сукна. Интенсивность процесса вытеснения в городах традиционной одежды не была повсюду равномерной. Так, например, в г. Дмитрове Московской губ., как сообщает современник, уже в 1840-х годах старинное платье — сарафан, юбки с затканным золотом узором, телогреи, кокошники с фатою — было совершенно оставлено, а в ряде других городов оно еще было в употреблении. Этот процесс усишишся повсеместно со второй половины XIX в. Как сообщал корреспондент Русского географического общества Лунин из г. Василя Нижегородской губ., в 60-х годах немного уже оставалось приверженцев сарафанов, длиннополых сюртуков, охабней, чепанов, шубеек, холодников, которые еще в середине XIX в. были распространены.

Развитие различных промыслов и отходничества вносило все больше отличий в одежду ремесленников от одежды крестьян-земле- дельцев.

У населения растущих центров «кустарной промышленности», таких, например, как Кимры, Гжель, Павлово, Ворсма и другие, уже в 1840-х годах женщины начали носить платья из ситца, мужчины в праздники носили щегольскую рубашку александрийку из модной в то время бумажной, преимущественно красной в полосочку ткани и нанковые штаны. В некоторых местностях особенность мужской одежды составляли штаны ив яркой пунцовой, малиновой, оранжевой бумажной ткани, о чем имеются сведения в 1840—1850-х годах из ряда мест Нижегородской губ. и в 1860-х годах из Московской губ.

Молодежь все более предпочитала поддевку и картуз сермяжному зипуну и войлочной шляпе.

Некоторые данные нами собраны об одежде рабочих крупных заводов первой половины — середины XIX в., являвшихся в то время крепостными, посессионными рабочими, прикрепленными крестьянами и, в меньшей степени, вольнонаемными рабочими. Данные об одежде населения старых заводских центров Пермской, Вятской и других губерний показывают, что, при наличии новых черт в одежде рабочего населения, в ней еще сохранялось много общего с крестьянской одеждой. Женщины, например, носили рубахи с коленкоровыми рукавами, юбки и кофты из ситца, но вместе с тем имели сарафан, шамшуру и кокошник. Мужчины носили в праздник ситцевые рубахи, нанковые или суконные штаны, сапоги, нанковые кафтаны и чуйки, суконную или плисовую фуражку, но крестьянская одежда все же сохранялась, особенно часто ее носили на работе. На Лысвенском заводе (Пермская губ.) в качестве рабочей одежды и обуви употребляли зипун и лапти.

Со второй половины XIX в. традиционный костюм у населения старых заводских центров заметно вытесняется из быта; а с ростом новых крупных предприятий и формированием рабочего класса складывается и становится основным иной вид одежды. Все более входит в употребление костюм, состоящий из тройки: пиджака, жилетки и брюк из фабричной материи. Но некоторые черты придавали известный национальный колорит и этому костюму: под пиджаком — рубаха-косоворотка, иногда вышитая, навыпуск, с поясом из шнура с кистями; русские сапоги, в которые заправлялись брюки. Обычным становится и ношение нижнего белья. Верхнюю одежду составляли пальто городского покроя или поддевка. В начале XX в. распространилась в качестве верхней прямая короткая одежда на вате, покроя пиджака. Таким образом, типичный костюм мастерового, рабочего отличался от одежды сельских жителей по материалу и покрою, и ношение его считалось известным щегольством.

В книге «Развитие капитализма в России» В. И. Ленин, вскрывая прогрессивную роль капитализма, особенно интенсивно развивавшегося в России со второй половины XIX в., указывает на его положительное значение в изменении быта населения промышленных центров и сложении среди него типа «фабричного», «мастерового». В. И. Ленин, приводя данные о развитии павловских металлообрабатывающих промыслов, писал: «Жизнь таких центров, как Павлово, сложилась совершенно по-го- родскому, выработав несравненно более развитые потребности, более культурную обстановку, одежду, образ жизни и т. д., чем у окрестных «серых» земледельцев»

Эту характеристику изменения быта можно применить ко многим районам и селениям России.

К сожалению, мы не располагаем достаточными данными об одежде украинских и белорусских рабочих того времени. Быстрое развитие крупнейших капиталистических промышленных предприятий в Донецком бассейне, а также интенсивный рост промыслов и промышленности в других областях Украины и в Белоруссии обусловили и там рост рабочего класса и формирование особенностей его быта.

В одежде также широко применялся фабричный материал, изменился характер вышивки (распространилась вышивка, выполняемая крестиком по канве); появились брюки, жилет, пиджак, новые типы обуви, фуражка-картуз и пр. Однако при этом сохранялись известные национальные особенности. Так, например, украинцы нередко шили широкие шаровары, заправляя в них рубаху, белорусы — узкие майтки, поверх которых выпускали рубаху, и носили жилет, иногда из домотканной пестрой материи.

В одежде женщин, особенно тех, которые не работали на фабрике, сохранялось больше традиционных черт.

Одежда рабочих разных групп в конце XIX — начале XX в. имела свои отличия. На нее накладывала отпечаток большая или меньшая связь рабочих с деревней, с сельским хозяйством; в той или иной степени сказывались местные областные особенности одежды; наконец, влияние имела профессия, условия производства и квалификация, а в связи с этим и уровень заработка рабочего, его бытовых и культурных потребностей и т. д. У кадровых рабочих предприятий Москвы, Петербурга и других крупных индустриальных центров (особенно таких профессий, как, например, металлисты, печатники) одежда была чисто городской.

Сезонность работы в ряде отраслей промышленности, не требовавших особенно квалифицированной рабочей силы, и постоянный приток земледельческого населений обусловили здесь большую связь рабочих с деревней, что сказывалось на всем быте, в том числе и на одежде. Многиетекстильные фабрики сохраняли еще черты капиталистической мануфактуры, в особенности те, на которых работали жители окрестных деревень.

М. Н. Левинсон-Нечаева, исследовавшая быт рабочих одного из крупных текстильных центров России — Орехово-Зуева (Московская обл.), сообщает любопытные данные об одежде текстильщиков конца XIX — начала XX в.

Рабочая одежда состояла из пестрядинной или ситцевой рубахи и нанковых штанов, а в прядильном цехе работали в одних штанах. «Повседневная одежда рабочего состояла из длинных брюк, ситцевой цветной рубашки, одевавшейся «навыпуск» поверх брюк, жилетки и пиджака. Праздничная одежда, особенно у мастеров, получавших более высокую плату, значительно отличалась от рабочей одежды рядовых рабочих». Они надевали «сорочку» с заложенной в складки «грудью», иногда — галстук.

Текстильщицы в праздник носили ситцевые и более дорогие, например, кашемировые, платья (но шелковые были им недоступны). Шили их сами или «портнихи по журналам того времени». «Молодые девушки-работницы, если могли, заводили зонты, а для вечеринок с танцами — недорогие веера и нитяные перчатки... Сделать себе новую одежду при низком заработке... было трудно. Только самые квалифицированные из них, или если в семье все работали, могли позволить себе «лишнее» в костюме». Вместе с тем среди текстильщиц Орехово-Зуева бытовала и чисто крестьянская одежда. «Вновь прибывавшие на фабрику крестьяне, из отдаленных - губерний, приносили с собой свое крестъянское платье, которое быстро меняли костюм городского типа, принятый в рабочей среде»

Степень пролетаризации, освобождения рабочих от сельского хозяйства имела большое значение для формирования быта рабочих.

Полукрестьянский характер хозяйства уральских рабочих (наличие у них усадьбы, огорода, покоса, домашнего скота и пр.) в значительной мере определял и их бытовой уклад.

Еіцеї в конце XIX в. у уральских рабочих наряду с новыми явлениями, характеризовавшими культуру рабочего класса, сохранялись черты крестьянского быта. В среде старожильческого кержацкого населения бытовал традиционный праздничный женский костюм: косоклинный сарафан с пуговицами и парчевый кокошник.

Будничная и производственная одежда шилась из домотканины. Рабочие горячих цехов носили льняные рубаху и порты.

У приисковых рабочих Восточной Сибири, кроме обычных брюк, косоворотки, фуражки, сапог, довольно большое распространение имели эвенкийский кафтан из оленьих шкур, меховая обувь и рукавицы — ко- кольды, удобные в условиях работы. Часто по договору хозяин даже снабжал русских рабочих такой одеждой.

Связь с крестьянской одеждой в той или иной мере оказывалась в одежде рабочих, однако в целом это была одежда другого типа; влияние; же ее на одежду сельских жителей было гораздо сильнее.

Одежда нового городского типа прежде всего стала распространяться во всех селах, связанных с кустарными промыслами или городом., В Подмосковье, например, в районе Гжели (центра фарфорово-фаянсового производства), уже в 1860-х годах все носили «платья так называемые «немецкие», кроме старух, да чересчур бедных». Наибольшим щегольством отличались люди, пожившие в Москве и Петербурге (последних называли «питерщиками», «петербурами»).

Старый традиционный костюм все более видоизменялся или же заменялся иным и у земледельческого крестьянского населения, которое с развитием товарно-денежных отношений и ростом классового расслоения, вступало во все более тесную связь с городом.

Нередко отдельные части традиционной одежды переносили в новый костюм или, наоборот, в традиционную одежду добавлялось новое: обувь, головной убор, верхняя одежда и т. д. Укажем, например, на женский северновеликорусский костюм. Старинная парочка состояла из сарафана (косоклинного или прямого), надетого поверх холщевой рубахи, и коро- тёньки — безрукавки на лямках; то и другое было сшито из одинаковой ткани. В конце XIX в. ее заменяет «парочка» другого типа. Рубаху с рукавами из коленкора или кисеи носили с прямым сарафаном — кашемирни- ком или атласникому а сверху надевали кофту с отрезной баской (казачек) (мода 1890-х годов), сшитый из той же ткани, что и сарафан. При этом с «парочкой» нового типа надевали и кокошник, сверху покрывая его платком, а девушки, собираясь на праздничное гулянье, надевали высокие парчевые головныб перевязки.

Видоизменением старого комплекса одежды была и наиболее поздняя форма сарафана с лифом или платье из ситца на кокетке, без рукавов (полуплатье).

Изменениям подвергся также украинский женский костюм: появилась сорочка с рукавами, доходившими иногда только до локтя; ситцевая или сатиновая спідниця — юбка постепенно вытесняла плахту и дергу; запаска в виде легкого передника из фабричной материи заменила старинную тяжелую шерстяную запаску; кірсетка или безрукавка какого- либо другого типа стали изготовляться из покупной ткани, как и очипок или хустка — платок.

В белорусском женском костюме крамная сподница т. е. из покупной ткани, вытесняла домотканный андарак; наметку заменила ситцевая хустка, нередко повязанная тем же способом, как раньше наметка.

Отмечая прогрессивность процесса изменения одежды в конце XIX —начале XX в. в связи с изменением социально-экономических условий и повышением культурных потребностей народа (одежда становится более удобной и опрятной), нельзя забывать и об отрицательной стороне влияния капиталистического города, проникновении мещанских вкусов, что особенно сказалось в орнаменте. Таковы известные антихудожественные «мыльные» брокаровские и им подобные образцы вышивок, сыгравшие отрицательную роль в развитии народного орнаментального искусства русских, украинцев и белорусов.

Особенности в одежде различных по зажиточности групп крестьянства в середине XIX в. выражались не столько в покрое и типе одежды, сколько в качестве тканей, употреблении ценных украшений из металла, камней. Характерным признаком зажиточности была степень обеспеченности обувью, одеждой (особенно верхней).

Так, женские сарафаны на русском Севере в 60-х годах XIX в. сильно различались в зависимости от зажиточности крестьянской семьи; в бедной семье будничные сарафаны шили из домашней крашенины, праздничные— из китайки, ситца, кумача (и употребляли в самых торжественных случаях, например на свадьбе); в богатой — праздничные сарафаны шили из шелковой материи: штофа, парчи, тафты *, обшивая их широким золотым позументом или бахромой; у менее зажиточных позумент был узкий и дешевый. Отделка головных уборов состояла из золотого или серебряного галуна, жемчуга или же из простого бисера.

Повседневной обувью богатых крестьян были сапоги иі полусапожки с резинкой; остальные же крестьяне чаще обувались в коты, чирки, имея иногда сапоги или полусапожки в качестве праздничной обуви. Лапти (за исключением некоторых областей) служили обувью преимущественно беднейшей части крестьян.

Социальное расслоение резко выявлялось в верхней одежде. Обычно ее шили из домашнего сукна для осени, из овчин для зимы, и если крыли, то холстом, крашениной. В бедной семье не все ее члены были обеспечены верхней одеждой (чаще всего не имели ее дети).

В богатых семьях, имевших разнообразную верхнюю одежду, ее шили из покупного сукна, овчинную шубу покрывали сукном, часто подбивала и отделывали мехом. Наиболее богатые нередко шилиі енотовые и беличьи шубы, кроме того, женские шубейки шили из штофа на лисьем, беличьем и песцовом меху с широким собольим воротником. Социальное расслоение деревни в конце XIX в. сказывалось и в организации праздничных гуляний. Я. И. Руднев приводит сообщение одной собирательницы, сделанное в 1880-х годах, об одежде Балахнинского уезда Нижегородской губ.: «...девушка, явившаяся на гулянье в ситцевом сарафане, не смеет стать в хоровод... в хороводе принято ходить в шерстяных сарафанах, платьях и шелковых платках; также и молодые парни, не имеющие щегольского наряда — сюртука из тонкого сукна, хороших сапогов и жилета, остаются только зрителями чужого весельця..

Богато одетых девушек в Новгородской губ. называли «славутни- цами». «Чтобы заслужить это почетное прозвище,— писал М. К. Герасимов в 1894 г.,— девушке нужно иметь «платно» с казаком, т. е. шелковый сарафан или — «бархатник», в дополнение к ним шелковый платок и тюлевый фартук с кружевами... Некоторые девушки, чтобы нажить «платно», нанимаются нарочно в работницы, и отходят с места, как только скопят нужную сумму на покупку материи. Славутницы... подбирают из себя (в большие праздники.— Г. М.) и отдельный хоровод «бархатниц»; другой же хоровод составляется из девушек, одетых в «гарусникиї» (сарафан из шерстяной материи) и «ситцевики»».

В богатых украинских семьях носили нарядные узорчатые плахты, спидницы из добротной ткани, суконные «юпки», поверх рубахи — сатиновую кирсетку и лехку (одежду с рукавами, украшенную бархатом) и фартук, богато расшитые узором тулупы, дорогие намиста и серьги, щегольские черевики и чоботы из сафьяна (сапьянці), шелковые хустки; в бедных семьях носили обычно более дешевую спидницу, дергу, холщевую или ситцевую хустку *, сермяжную свитку, самодельную кожаную или плетеную обувь и т. п. Плахту надевали только по праздникам.

В белорусской деревне лишь «заможные» крестьяне имели кожух из хороших овчин, украшенный тесьмою; китлик из дорогой ткани, иногда расшитый золотой нитью. «Боты» также были достоянием «заможных людей», а в дореформенный период «приобретение ботов составляло событие».

В конце XIX — начале XX в. у сельской буржуазии проявилось сильное стремление подражать модам буржуазии города. Мужчины стали носить шляпы городского типа (например, котелок), рубахи с крахмальным воротничком и манжетами, щегольскую «тройку» (фасоны которой менялись в зависимости от моды), резиновые калоши с кожаной обувью; непременную принадлежность составляли часы с одной или несколькими золотыми цепочками — показатель богатства. Женщины шили себе платья с турнюрами, корсеты, приобретали шляпы, зонтики, длинные до локтей перчатки без пальцев, местами называвшиеся «накулачники» (вязаные из тонких ниток или лайковые), модные ботинки и др. Несколько ранее были попытки устройства самодельного кринолина (при помощи проволоки, прутьев), но среди сельской буржуазии широкого распространения он не получил.

Одежда наиболее бедной части крестьянства выделялась худшим качеством материала, поношенностью и т. д. Но и в одежду этой группы крестьян тоже интенсивно проникал городской тип одежды (в связи с отходничеством в города, работой на фабриках). В более глухих земледельческих районах, со слабо развитыми товарно-денежными отношениями, еще сохранялись понева, лапти, старого покроя холщевые сарафаны, навершники; сохранился кое-где и обычай ношения девушками одной рубахи, без поневы (тогда как девушки из более зажиточных семей стали шить сарафаны).

Крестьяне-середняки, повидимому, дольше сохраняли традиционную одежду, однако и здесь влияние города становилось значительным.

Необходимо отметить, что вопросу изучения одежды в связи с классовым расслоением крестьянства в период капитализма до сих пор уделялось мало внимания в этнографической литературе не только дореволюционной, но и советской. Проблема эта, имеющая большой научный интерес, заслуживает специального исследования.

Прежде чем приступить к анализу, а затем обобщению данных об одежде русских, украинцев и белорусов, следует остановиться на вопросе классификации одежды. Мужская и женская одежда рассматривается в данной работе в отдельных главах, когда она значительно различается; в остальных случаях — вместе.

В особые главы выделены головные уборы (женские), пояс, обувь и рукавицы, а также украшения.

По основному назначению выделены три большие группы одежды:

  1. Надеваемая непосредственно на тело; представляет основную, иногда даже единственную одежду (рубаха мужская и женская, порты).
  2. Дополняющая нательную одежду (понева, сарафан, душегрейка, передник и др.). Ее носят в доме, избе, горнице, а также на улице.
  3. Верхняя, надеваемая в холодное время года лишь при выходе из дома (кафтан, свита, армяк, полушубок, тулуп и др.)

Одежда может быть также подразделена на плечевую (рубаха, сарафан и пр.) ипоясрую (понева, плахта, юбка, штаны и пр.), в зависимости от того, где она укреплена.

В старой этнографической литературе характеристика одежды нередко сводилась к описанию главным образом ее внешних признаков и часто упускался из виду наиболее существенный ее признак — покрой. Для типологии одежды имеют значение также материал, расцветка, техника 'изготовления ткани, орнаментика, способ ношения, терминология и- другие признаки.                                                                                '

Типы одежды восточных славян складывались в определенной этнической и социальной среде и изучение их следует связывать с определенными периодами исторического развития народа.

В последней главе сделана попытка охарактеризовать основные комплексы (с их вариантами) традиционной одежды русских, украинцев и белорусов, преимущественно XIX— начала XX в., сложившиеся в связи с различием исторических судеб, особенностями этнической истории этих народов.

В заключении даны некоторые выводы об историко-культурных связях восточных славян, как они выявляются по данным народной одежды.