Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Прядение и ткачество восточных славян в XIX — начале XX в.
Этнография - Восточнославянская этнография

Прядение и ткачество восточных славян в XIX — начале XX в.

Домашнее ткачество восточных славян, в том виде, как оно сложилось к концу XIX в. и продолжало бытовать вплоть до 1920-х годов, представляет собой сложный комплекс приемов работы и орудий производства различного происхождения, возникших в разные времена, отражающих долгую и сложную историю народного мастерства.

В данной работе описаны процессы, связанные с изготовлением тканей при домашнем прядении и ткачестве; рассмотрены орудия производства с разделением их на основные и дополнительные, на старые и новые формы, установлены их варианты. При этом прослежено географическое распространение приемов и орудий прядения и ткачества па территории восточных славян и в ряде случаев на территориях соседних с ними народов, с датировкой, насколько это было возможно, времени их появления.

Вместе с картографированием и хронологической датировкой других элементов материальной и духовной культуры (жилище, одежда, народные обряды и пр.), а также с данными славянской диалектологии, изучение прядения и ткачества может содействовать решению сложных вопросов этногенеза восточных славян.

Прядение и ткачество у восточных славян проделали длинный путь развития: домашнее ткачество для удовлетворения потребностей семьи, при помощи примитивных орудий; ремесленное и кустарное ткачество в условиях мелкотоварного крестьянского хозяйства; надомничество в условиях раннекапиталистического мануфактурного производства конца XVIII — начала XIX в.; капиталистические прядильные, ткацкие и суконные фабрики с машинным производством и паровыми двигателями с 1830—1840-х годов. Это развитие завершилось крупным электрифицированным ткацким производством, организованным в нашей стране после Великой Октябрьской социалистической революции.

Предметом настоящей работы является изучение домашнего ткачества конца XIX — начала XX в. «Домашней промышленностью мы называем,— говорит Ленин,— переработку сырых материалов в том самом хозяйстве (крестьянской семье), которое их добывает. Домашние промыслы составляют необходимую принадлежность натурального хозяйства, остатки которого почти всегда сохраняются там, где есть мелкое крестьянство».

Домашнее крестьянское ткачество было неразрывно связано с земледельческим трудом и лучше всего сохранялось в черноземной полосе, где меньше были развиты кустарные и отхожие промыслы. Сырьем для ткацкого производства служили лен, конопля, шерсть, получаемые в собственном хозяйстве. Хлопчатобумажная нитка для тканья проникла в это время лишь в пригородные районы, в районы, соседившие с прядильными фабриками, и в крестьянские хозяйства с развитым отходничеством. Весь процесс прядения и ткачества происходил в обычной крестьянской избе. Домотканину из льна, шерсти крестьянин продавал лишь в случаях крайней материальной нужды, а обычно она почти целиком шла на нужды семьи. Домашнее ткачество характеризовалось слабым разделением труда и нередко полным отсутствием этого разделения. Все основные процессы обработки льна и конопли при этом выполнялись исключительно женщинами; одна и та же работница проводила все стадии обработки.

Процесс приготовления пряжи и ткани — настолько длительная, кропотливая и трудоемкая работа, что нельзя не удивляться выдержке, терпению, работоспособности, которые проявили при этом русская женщина, украинка и белоруска. Работа начиналась с осени и продолжалась до весны. Сделанная за это время ткань шла на одежду для семьи; при первой возможности ткань откладывалась в запас. Чтобы соткать три холста (150 м), нужно было затратить около 240 рабочих дней при восьмичасовом рабочем дне. Но всю работу необходимо было сделать за 6 месяцев,— следовательно, приходилось работать по 12—15 часов в день. Кроме того, обязанностью женщины было приготовление пищи, уход за скотом и за детьми. Надо учесть также, что женщины изготовляли не только простые ткани, но и узорные, работа над которыми была еще более трудоемкой. При создании тканей женщина проявляла большой вкус, и нередко ткани являлись настоящими произведениями искусства.

Работая на продажу, ткачиха могла больше всего заработать, изготовляя ткань из кудели, но и это был мизерный заработок, не обеспечивающий даже прожиточного минимума. При обработке же очёсок заработок составлял только около 30%' заработка, получаемого при обработке кудели, а при обработке отрепьев снижался до 24%'. Однако и этот заработок мог быть получен лишь в случае применения улучшенных способов обработки — при наличии самопрялки, вертящейся сновалки. Если же ткачиха пользовалась более примитивными орудиями, ее заработок составлял только 18—20%' заработной платы сельскохозяйственного рабочего. Ясно, что при такой нерентабельности домашнего ткачества оно могло существовать лишь в условиях мелкого крестьянского хозяйства.

Наиболее трудоемким процессом при изготовлении ткани было прядение. Чтобы перепрясть 16 кг кудели, нужно было затратить 955 часов. В конце XIX в., с появлением хлопчатобумажной нити, начали применять уток из хлопчатой бумаги, покупаемой на рынке, что значительно ускоряло процесс выработки ткани. Это способствовало развитию кустарного ткачества из готовых фабричных ниток.

До самой Октябрьской социалистической революции преобладающая часть сельского населения нашей страны обходилась преимущественно домотканиной, особенно южновеликорусы черноземной полосы и белорусы. В наши дни рост зажиточности колхозников, развитие легкой промышленности и торговли на селе дали возможность крестьянке покупать разнообразные ткани для одежды и других надобностей. Труд женщины- колхозницы используется в новых отраслях хозяйства, он стал несравненно более производительным.

Домашнее прядение и ткачество в колхозном хозяйстве сохраняются лишь в некоторых районах и имеют второстепенное значение. Они в основном ушли в прошлое, и поэтому представляет большой научный интерес- тщательная фиксация их остатков.

Изучение народного ткачества важно также и потому, что высокохудожественные произведения народного творчества используются в качестве образцов на социалистических ткацких фабриках и в кооперативных артелях. Так, например, на Украине (с. Дехтяри Черниговской обл.) изготовляются ткани по образцам старинных плахт, ткацкими артелями Рязанской обл. (в г. Сапожке), развивающими народные традиции, в настоящее время выпускаются прекрасные художественные ткани, удовлетворяющие высокие запросы советских людей.

Материалы для этой работы были собраны мною в 1921 —1932 гг. в РСФСР: в Рязанской, Калужской, Брянской, Тульской, Смоленской, Новгородской, Псковской и Московской областях; в Белоруссии (Гомелыци- на, Мозырщина, Туровщина, Витебщина); на Украине Полтавщина; в 1950 г. в Рязанской обл. (Конобеевский и Сасовский районы), в 1951 г.— в Пензенской обл. (Земетчинский район), в 1953 г.— в Смоленской и Псковской областях, в 1954 г.— в Курской и Орловской областях.

Для изучения коллекций по прядению и ткачеству были использованы следующи ймузей: Музей народов СССР в Москве, б. Московский областной, Государственный этнографический музей народов СССР в Ленинграде, Рязанский, Смоленский, Витебский краеведческие музеи. Кроме полевых и музейных материалов, использована литература, освещающая в той или иной мере вопросы прядения и ткачества у восточных славян.

Материал

Материалом для изготовления тканей у восточных славян издавна служили шерсть и растительные волокнистые вещества.

Шерсть

В компе XIX — начале XX в. употреблялась в основном овечья шерсть, в небольшом количестве — козья и кроличья и лишь в особых случаях — верблюжья, коровья и собачья.

Где бы ни была родина дикой овцы,— в Южной Европе, Африке или в другом месте,— овца была, вероятнее всего, впервые одомашнена древнейшими культурными народами Передней Азии и Египта. В СССР древнейшие археологические находки костей овцы известны в Анау близ Ашхабада (IV—III тысячелетия до п. э.), в трипольской культуре, в курганах Триалети в Грузии (II тысячелетие до н. э.) и в фатьяновских погребениях лесной полосы, в междуречье Оки и Волги. Употребление овечьей шерсти на территории восточных славян было возможно, таким образом, с III тысячелетия до н. э., с эпохи энеолита. В так называемом Младшем Волосовском могильнике (на р. Оке близ г. Мурома), который датируется концом II — началом I тысячелетия до н. э., найден в числе других предметов кусочек шерстяной коричневой ткани.

Коровья шерсть употреблялась в конце XIX в. в б. Каргопольском уезде Олонецкой губ., в Ошевенской и Нифантовской волостях, где при выделке кож оставалось много отходов шерсти. Из нее изготовляли кушаки, половики, одеяла для себя и на продажу. Верблюжья шерсть шла на сукно — «армячину» (Урал), козья шерсть — на изготовление платков (знаменитые «оренбургские платки»).