Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Оконные и дверные проемы
Этнография - Восточнославянская этнография

Оконные и дверные проемы

Окно как смотровое и световое отверстие в стене жилья имеет свою долгую историю. Уже в моделях трипольских жилищ мы видим небольшое круглое отверстие в верхней части стены, несомненно являвшееся световым, а, может быть, одновременно и дымовым отверстием. Следы окна, находившегося на уровне поверхности земли, обнаружены в полуземлянках Боршевского городища. Для современных жилищ — землянок (полуземлянок) временного типа характерно наличие небольшого окошечка на уровне земли.

Повидимому и крохотное оконце, прорезаемое в украинских хатах высоко над печью (небольшое отверстие в стене, в которое вмазано стеклышко, даже без рамы), можно рассматривать как пережиток того времени, когда мазанка лишь немного поднималась над уровнем земли, так как нижняя ее часть была подземной.

Для старого срубного жилища восточных славян характерны небольшие волоковые оконца; они прорубались в двух соседних бревнах в половину толщины каждого бревна и изнутри задвигались («заволакивались») деревянным щитком — волоком, ходящим по горизонтальным прибойкам . В настоящее время волоковые окна можно встретить в старых банях, в подвальных помещениях, в скотных дворах — это так называемые продухи, ветреницы.

Уже в глубокую старину для пропускания света в оконце вставлялась рамка, затянутая пузырем или брюховицей (т. е. бычьим мочевым пузырем или пленкой, снятой с брюшины животного). В древней Руси (повидимому, преимущественно в городах) встречались также паюсные (паисные) окна, затянутые рыбьим пузырем. Для той же цели употреблялся кусок промасленного холста, тонкая дощечка из смолистого дерева, а иногда и просто пластины речного льда.

В центральных великорусских районах (и на Севере) по фасаду избы прорубали три волоковых окна, из которых среднее располагалось выше других и служило для выхода дыма из жилища, топившегося по-черному.

Оконное стекло вошло в употребление прежде всею в Новгороде, куда оно доставлялось коробками из-за границы еще во времена торговли с Ганзейским союзом; известно из летописи, что в 1259 г. «римские стекла» были в холмской церкви св. Иоанна: «Окна три украшена стеклы римьскими». Привозилось листовое стекло из Ливонии и Украины. С конца XVI в. стекло стало поступать от английских купцов через Архангельск в Москву (в северных народных песнях стекло часто называется «аглицьким»). Как большая редкость, появилось оно в теремах знатнейших бояр, причем сначала небольшими кусочками вставлялось в свинцовые переплеты окон.

Собственное производство листового оконного стекла появилось в России лишь при царе Михаиле Федоровиче в 1635 г.  и после некоторого упадка начало снова развиваться при Петре I с первых же лет XVIII в.

Во второй половине XVII в. косящатые окна со стеклами стали делать у себя в домах москвичи среднего достатка: к концу века это перестало быть диковинкой в Москве, а с начала XVIII в. уже широко применялось и в Петербурге, и в провинциальных русских городах, и в помещичьих усадьбах.

С распространением оконного стекла в городе и усадьбе, оно начало понемногу проникать и в деревню, войдя в широкое употребление среди крестьян не ранее начала XIX в.

Иными путями распространялось стекло на Украине. Здесь рано вошли в употребление в качестве оконного стекла привозимые с Запада небольшие толстые, почти непрозрачные зеленые кружки. Об этих зеленых круглых, «як тарилочки», окнах неизменно говорят писатели и путешественники по Украине XVIII — начала XIX в. Мы находим описание их в записках проезжего врача-иностранца фон Гунна. В середине XIX в. их можно было еще видеть в старинных хатах запорожского казачества, уцелевших после разгрома Сечи в 1770-х годах. Н. В. Гоголь пишет об окнах в хате Тараса Бульбы: «Окна в светлице были маленькие, с круглыми тусклыми стеклами, которые встречаются ныне только в старинных церквях, сквозь которые иначе нельзя было глядеть, как приподняв надвижное стекло».

Об этих окнах в старых церквах говорит Т. Г. Шевченко в повести «Прогулка с удовольствием и не без морали»: «Солнце вступило в свои права, и свет огня бледнел, как трус, в круглых оболонках темной старинной церкви... Солнечные лучи трепетали розовым огнем на ее круглых оболонках...»

Таким образом, к началу XIX в. стекло вошло во всеобщее употребление в русской и украинской деревне. Сначала делали подъемные окна в два стекла , затем — как редкость — начали появляться удвоенные окна («на чотьірі шибки», как говорили на Украине, например на Полтавщине). В своем офорте «Судна рада» Т. Г. Шевченко запечатлел хату с окном переходного типа, в котором из четырех стекол сохранились еще два старинных круглых стеклышка . Исключение составляла Восточная Сибирь, что объяснялось отдаленностью ее от фабрично-заводских районов. Здесь еще в середине XIX в. употребляли для окон преимущественно брюшину, холстину и слюду, и лишь в 1850-х годах слюда постепенно сделалась дороже стекла и начала выходить из употребления .

Распашные, или растворные, окна, т. е. с деревянными рамами на металлических петлях, появились в деревне сравнительно недавно, в старину же рамы либо вставлялись наглухо (в Сибири это и сейчас нередко делается), либо для открывания обходились без петель: рама состояла из двух половинок — наглухо закрепленной верхней и подвижной нижней, которая по специальным боковым пазам поднималась вверх и поддерживалась в таком положении короткой палочкой (рис. 16, 5). Кроме подъемных рам, устраивались и задвижные, сдвигавшиеся вбок по горизонтальным пазам.

Двойные рамы до последнего времени в деревне не применялись; поэтому, во избежание сильного охлаждения, зимой окна закрывались снаружи соломенными матами (укр. матка), часть их на день снималась или поднималась; обычай закрывать окна, а иногда и стены, на зиму соломой («припелёживание», «опелёживание») был известен у всех трех восточнославянских групп.

До сих пор оконный переплет в старых избах состоит большей частью из четырех или шести одинаковых окончин, или звеньев, в зависимости от величины окна. Иногда два нижних звена делаются ниже остальных из хозяйственных соображений, так как их часто разбивают сидящие на окне маленькие дети. Но наряду с этим уже в конце XIX в. можно было видеть в русской деревне оконные переплеты новейшего рисунка, с цельной верхней фрамугой.

Для стока воды при оттаивании окон зимой в подоконнике делался порожек — гребень или желобочек; для той же цели, при наличии зимней рамы, к ее нижней части прибивали небольшой желобок — корытце.

Число окон и размеры их в крестьянском жилище очень разнообразны: для великорусских изб Севера и средней полосы наиболее обычно наличие трех окон по торцовому фасаду односрубной избы: «переднее» — у красного угла, «середнее», или «красное», и третье «судное», приходившееся против печи и угла стряпухи. У сибиряков очень часты старинные двухоконные избы; можно даже встретить старинные постройки с одним окном на главном фасаде. То же наблюдается и в белорусском жилище и в старых жилищах западных великорусских областей (Псковщина, Смоленщина).

Украинская хата обычно имеет два окна по главному фасаду (длинной стороне всей постройки) и одно — на узкой стороне хаты. При этом на Украине долго сохранялся обычай ставить окна различных размеров: окна, освещающие передний угол (покуття) — покутное на фасаде и причільне на узкой стороне — делались больше, чем окно главного фасада, приходящееся против устья печи; небольшим было и окно при- пільне, выходящее на задний фасад хаты.

С распространением пилы массивные колоды, вставлявшиеся в оконные проемы, сменились легкими оконными коробками (укр. лутка) сбитыми из пиленых досок. Возникла необходимость заделывать щели между оконной коробкой и стеной. Для этой цели внутри избы стали делать над коробкой небольшой карниз — бровку. Снаружи же сперва появилась верхняя карнизная доска, а потом и целый наличник; первоначальна наличник представлял собой гладкую обкладку без всяких украшений. Мало-помалу наличники становятся главным украшением избы (см. главу XIII «Украшения на крестьянских постройках»). Постепенно выработался тип наличника со ставнями, которые, повидимому, первоначально вставлялись в окна и лишь позднее стали навешиваться снаружи на металлических петлях. Более примитивный вид — гладкая одностворчатая ставня (ставень), навешенная на петлях с одной стороны окна; поздняя форма, возникшая не без влияния города,— двустворчатые ставни, из двух-трех филенок, соединенных общей обвязкой, укрепленные на петлях по обеим сторонам окна; двустворчатые ставни часто представляют чисто декоративный элемент, утративший свое утилитарное значение.

В XX в. ставни в северной половине страны становятся, повидимому, уже отмирающим явлением. Но в местах с жарким и сухим климатом, как, например, на юге, в Среднем и Нижнем Поволжье и Заволжье, ставни являются совершенно необходимой принадлежностью, защищая от дневной жары и от слишком сильного освещения.

Проемы для дверей (как и для окон) делаются двумя способами. В старину в уже собранном срубе выпиливали (а прежде прорубали) проем нужной высоты и ширины (получавшиеся при этом «вырубы» использовались при устройстве неподвижного наряда избы в качестве подлавников, т. е. ножек, подпорок под лавки). В настоящее время этот способ почти не употребляется и для проемов оставляют соответствующие отверстия при сборке сруба. Более экономный в смысле затраты строительного леса, последний прием требует большего искусства плотников и более точного расчета при насаживании коротких бревен и возведении простенков между окнами. Короткие бревна скрепляются между собою штырями (деревянными шипами): штыри вбивают в углубления, высверленные «пёркой» в нижнем бревне, и на них насаживают верхнее бревно. Обрамление двери состоит из двух косяков (в Архангельской обл.— обо- дверина), порога и притолоки (общее название всего обрамления двери у белорусов — ушак, у украинцев — одвірок).

Повсеместно для крестьянского жилища восточных славян характерна низкая одностворчатая дверь, широкое полотнище которой сколочено из нескольких гладких досок, и высокий порог. Чтобы в избе было просторнее, а также чтобы в случае пожара можно было быстрее выбежать вон, эта дверь открывается всегда из избы в сени; но наружная дверь, ведущая с крыльца в сени, открывается внутрь.

В очень старых постройках уцелели, как большая редкость, двери, не навешенные на покупные металлические петли; такая дверь вверху и внизу имеет по деревянному шипу (пятник, пятка); шипы вращаются в подпятниках, гнездах, выдолбленных в притолоке и пороге; «отворить дверь на пяту» — означало распахнуть настежь.

В старинных хатах Украины устраивались двери, верхние углы которых были срезаны, так что дверь получала неправильную шестиугольную форму (шестикутня двірь); для этого косяки — одвірки рубили с особыми боковыми вставками, придающими иногда притолоке и двери закругленную форму . Теперь почти везде на Украине навешивают двери на петлях (завіса), а в старину они также делались на бигунах (бігун — ось, на которой ходит дверь).

В домах зажиточных крестьян можно было видеть на дверях железные кольца — ручки, иногда с завитками, насечками и другими нехитрыми украшениями работы деревенского кузнеца . Обычно же для открывания врезывают деревянные ручки или прибивают простые скобы.

С входной дверью связаны были в старину некоторые обряды и приметы. Молодая, входя после венца в дом мужа, старалась ухватиться за косяк, чтобы ей было легче жить в новой семье. Нельзя было, по поверью, здороваться через порог — во избежание ссоры. У белорусов вынимали ушак, когда в доме лежал покойник, при трудных родах и т. д.

Характерной принадлежностью великорусского жилища является крыльцо (в некоторых говорах «крылец», «крыльчик»), устраиваемое перед наружной дверью, ведущей в сени

Так как при типичном для северно-великорусов перпендикулярном положении всей постройки по отношению к улице входная дверь в сени выходит на боковой фасад, то и крыльцо здесь — боковая пристройка. Исключение представляет собой лишь крыльцо, ведущее в сени у связи из двух изб, так как связь и у северно-великорусов часто ставится вдоль улицы. Наоборот, в южновеликорусских районах, при планировке всей постройки параллельно улице, крыльцо перед дверью в сени располагается всегда со стороны переднего фасада, выходящего на улицу.

Типы устройства крылец очень различны. Простейшее из них — крыльцо в виде небольшой дощатой площадки перед входной дверью с одной-двумя ступенями; следующее по сложности — крыльцо с лестницей; оба эти типа бывают открытыми и крытыми, с односкатным навесом или двускатной крышей. Крытые крыльца могут быть открыты с боков, имея лишь столбики-колонки, поддерживающие крышу, и перила . Крыльца могут быть также зашиты частично, или их делают совершенно глухими, т. е. зашивают досками (в северной и средней полосе европейской части СССР) или рублеными из бревен (в северной части Молотовской обл., в Западной Сибири, в различных районах Алтая); такое устройство крыльца особенно способствует сохранению тепла в сенях. Наиболее сложны крыльца с лестницей и двумя рундуками, т. е. с нижней и верхней площадками: эти крыльца всегда делаются крытыми, для защиты всей пристройки от дождя. На верхней площадке большей частью устраивают проемы — окна (в Западной Сибири решетчатое окно крыльца называется «смотрильным»).

Простое крылечко первого типа характерно преимущественно для поземных южновеликорусских построек, реже оно встречается в средневеликорусских постройках; на Севере, при наличии избы на высоком подклете, оно сочетается с внутренней лестницей в сенях.

Особенно живописны те крытые крылечки Севера и Сибири, в которых лестница, примыкая к стене постройки, круто поднимается на уровень пола избы на высоком подклете или даже непосредственно на второй этаж. Опорой для верхнего рундука служат или выпуски бревен из стены наподобие кронштейнов (так называемое на Севере вислое крыльцо), или столбы-стойки (один, два или четыре), или отдельный сруб. Великорусские крыльца разнообразны и декоративны. Обычно опорные столбы не несут никаких украшений, а резьбой покрываются столбики, поддерживающие крышу крыльца и свес крыши. Крыльца устраиваются преимущественно вдоль южного бокового фасада избы .

Крыльца северного типа с крытыми наружными крутыми лестницами широко применялись в церковном строительстве и в архитектуре боярских и царских теремов; но, в отличие от крестьянских изб, там они представляли обычно симметричную композицию с двумя всходами, поднимающимися к верхнему рундуку с обеих сторон вдоль стены; иногда длинная лестница подходила и перпендикулярно к стене, что в крестьянских избах было величайшей редкостью. Торцовое расположение всхода встречается лишь в избах с невысоким подклетом.

Во многих районах при устройстве крылец сказалось сильное воздействие городских стилей. Так, например, крыльца с проемами в виде одной или трех арок на колонках, распространенные в Заонежье, в Архангельской обл. и на Алтае, несомненно, указывают на заимствование их из городской или церковной архитектуры. Многие крыльца крестьянских домов, например в Ярославской обл., Западной Сибири и в других местах, несут на себе некоторые черты русского ампира. В бывших кулацких домах подгородных районов можно видеть крылечки с широким «венециянским» (тройным) окном и т. д.

Иногда при наличии двухэтажной связи из двух изб с сенями посредине верхняя площадка крыльца превращается в род балкона, наружная лестница к нему исчезает и заменяется наружным входом под балконом, сочетающимся с внутренней лестницей в сенях. Это балхон — на Алтае, галерея — на Севере.

Особенно живописный вид придает высокой избе род узкой галерейки, или крутого балкона, опоясывающего стены жилой части дома на уровне пола второго этажа; практическое назначение галерейки заключается в том, чтобы обходя по ней здание, можно было закрывать оконные ставни, а также утеплять окна зимой; в простейшем виде это сходна — доски, настланные на пропуски — кронштейны, выпущенные из стен сруба. Нередко такие сходни снабжены перилами из крестовулин (перекрещивающихся реек), из выпильных досок или из «балясок» — колонок токарной работы, появившихся в деревне под влиянием города в конце XVIII — начале XIX в. Это уже «балахон», «галдарея», встречающаяся на больших домах старинной архитектуры в Заонежье, в Архангельской обл., на Алтае (рис. 18). Эта деталь наружного убранства избы восходит к традициям древнерусского деревянного зодчества: подобные галерейки — гульбища  устраивались, например, вокруг теремов на боярских хоромах.

Обводная галерейка устраивалась в старину и на богатых избах донских казаков. У них, на затопляемых весной берегах среднего и нижнего Дона, дома устраивались на высоких подвалах, что вызывало необходимость устройства стипениц (лестниц), ведущих к крылечкам, переходящим в галерейки. Эти галерейки охватывают дом с трех сторон на уровне жилого этажа. Они поддерживаются кронштейнами из выпускных бревен.

Из деталей, оживляющих гладь бревенчатой стены северных изб, следует отметить балкон (который в Архангельской обл. называется выход), расположенный перед светелкой, или вышкой. Светелку устраивают над передом — избой, выходящей на улицу (стены вышки врубаются в бревенчатый фронтон и тем увеличивают его прочность, или, по терминологии архитекторов, жесткость). Балкон настилается на пропуски — кронштейны, которыми служат выпущенные концы нижних бревен боковых стен вышки. Выходы очень разнообразны по конструкции, украшаются резьбой и росписью.

Конструктивные детали (балконы, галереи и пр.), оживляющие бревенчатый сруб, совершенно отсутствуют в белорусском жилище.

В большинстве случаев в нем нет и крыльца. Вместо этого иногда на землю перед входом кладут плоский камень или старый жернов, широкий брус или одну-две плахи, в северных районах (например, в Витеб- щине) пристраивают к входной двери небольшой деревянный помостик помосток в Минской, Могилевской и других областях устраивается в некоторых домах незатейливое крылечко, носящее название ганок, ганык. Название это проникло в Белоруссию и Украину из польского языка, в котором оно заимствовано от немецкого Gang.

В противоположность белорусским постройкам, для украинских жилищ многих районов характерно наличие крыльца (называемого также ганок, или ганка), или, точнее, легкой галерейки или крытой терраски, примыкающей к передней, а иногда и к боковым стенам хаты.

Галерейка-ганок образуется большим выносом соломенной крыши, который по переднему фасаду хаты опирается на деревянные столбики, а на боковых стенах поддерживается кониками — кронштейнами, выпускаемыми из верхней обвязки хаты-мазанки (например, в Полтавщине, Харьковщине). Если хата поземная, то столбики врубают в нижний брус, утопленный в грунте вровень с поверхностью земли; если уровень пола хаты выше поверхности земли, то нижний брус укладывают на стулья (обрубки бревен), галерею мостят досками и устраивают к ней деревянную лесенку.

Поверх столбиков, между ними и свесом крыши, кладут верхнюю обвязку в два-три яруса; столбики обычно гладкие, слегка отделывается лишь их верхняя часть; между нею и нижним брусом обвязки иногда помещают прокладку из доски, наподобие примитивной капители.

В карпатских хатах ганок почти всегда поддерживается резными столбиками и с пола до середины бывает закрыт.

Наружные крытые галереи, опоясывающие здание кругом, характерны и для церковного деревянного зодчества восточных славян. Это так называемый нищевник (от слова «нищий», так как здесь обычно собирались нищие, ожидающие подаяния) старых деревянных церквей русского Севера (преимущественно высоких шатровых) и опасання (в значении «опоясывающий», «пояс») в деревянных церквах Украины, главным образом в Правобережной. По технике устройства нищевник и опасання являются формой, однородной с донскими галерейками; низ покоится на деревянных пропусках, выпускаемых из стен здания, или реже на опорных столбах. Такая крытая галерея служит для предохранения низа здания от дождевой воды и для того, чтобы не вмещающиеся в храме или ожидающие начала богослужения прихожане могли укрываться от дождя и солнца.

Опасання южнорусских и прикарпатских церквей и нищевники северных храмов достигают большого разнообразия и придают живописность памятникам древнего деревянного зодчества. Эта архитектурная деталь подтверждает общность архитектурных и плотничьих приемов строительного искусства у всех восточных славян .

Интересно отметить, что произведенная польскими исследователями реконструкция контыны (древнего языческого храма поморских славян) во многих деталях напоминает старинные украинские деревянные церкви. К близким выводам о характере древних культовых сооружении восточных славян пришел и советский исследователь Л. А. Динцес, сопоставив данные древних письменных источников, археологии и пережиточных форм народной архитектуры и изобразительного искусства .

Рассмотренные детали построек — крыльца, балконы, галереи — в их сложных формах могли сооружаться только специалистами плотниками довольно высокой квалификации; приглашать плотников для отделки изб могли только зажиточные середняки и кулаки, беднякам эти украшения были недоступны.