Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Микронезия: географическая среда, микронезийцы, марианские острова
Этнография - Народы Океании

Микронезия (что в переводе с греческого означает «маленькие острова») включает в себя острова: 1) Марианские; 2) Палау и Яп; 3) Каролинские: 4) Маршалловы, состоящие из двух параллельных цепей: западной — Ралик и восточной — Ратак; 5) Гилберта.

Географическая среда

В Микронезии можно насчитать свыше полутора тысяч островов, если каждую полоску земли или скалу, выдающуюся над водой, считать за отдельный остров. Насчитывают в группе Маршалловых более 800, в группе Каролинских— более 700 островов. Но фактически во всей Микронезии имеется лишь около 100 островов, действительно заслуживающих этого названия; из них заселены около 80.

По размерам поверхности на первом месте стоят Марианские острова (15 островов, 1140 км2), затем идут Каролинские (около 40 собственно островов, 1000 км2), Палау (около 10 собственно островов, 450 км2), Гилберта (16 островов, 428 км2), Маршалловы (около 30 собственно островов, 405 км2). Общая площадь земли всех островов Микронезии — менее 3,5  тыс. км2.

Насколько ничтожны эти площади земли, можно судить по следующему образному замечанию русского мореплавателя Ф. П. Литке о Каролинских островах: «Если б, исключая высокие Юалан, Пыйнипет и Руг, сплотить вместе, кружком, все остальные острова и надеть их на шпиц Петропавловской крепости, то они едва покрыли бы весь Петербург с загородными его домами»1.

Но эти небольшие куски земли раскиданы на огромном пространстве,, на протяжении 5200 км с севера на юг и 2700 км с запада на восток. Несмотря на ничтожную общую площадь этих островов, их считают отдельной частью Океании.

Острова Микронезии делятся по своему происхождению и строению на коралловые и вулканические. К числу коралловых принадлежат все' острова Гилберта и Маршалловы, к числу вулканических — все Марианские. В группах Каролинской и Палау коралловые острова имеют маленькую площадь, вулканические — большую. Острова Юалан (Уа- лан, или Кусайе), Пыйнипет (Понапе) и Руг (Трук), о которых писал Литке в приведенной выше цитате,— это вулканические острова. Все остальные острова Каролинской группы, если не включать в нее Палау и Яп,— коралловые.

Дарвин писал о коралловых островах: «Безмерность океана и ярость прибоя образуют резкий контраст с низкой сушей и гладким обширным пространством зеленой воды внутри лагуны, — контраст, который^ трудновообразить себе тому, кто не видел этого собственными глазами»1.

Вулканические острова круто поднимаются над океаном и часто достигают большой высоты. На о-ве Понапе есть вершины до 900 м, на Кусайе—до 600 м.

Остров Трук представляет собою целую группу островов. Внутри окруженной рифом лагуны, диаметром около 60 км, имеется 16 вулканических островов, общей площадью около 70 км2 (от 0,5 до 12 км2). Все острова населены.

Растительностью коралловые острова бедны, вулканические же богаты. Так, о-ва Понапе, Кусайе и Трук покрыты густыми горными лесами. Климат в Микронезии тропический, морской,с почти постоянной годичной температурой около +26°.

Общие сведения о микронезийцах

Коренные жители Микронезии, микронезийцы, по языку входят в большую группу малайско-полинезийских напопов.

Длительная самостоятельная история микронезийских групп населения привела к появлению специфических отличий в их культуре. Помимо черт, общих всей Микронезии, многие особенности варьировали на разных островах.

В этом плане отчетливо разграничиваются, с одной стороны, западная Микронезия (о-ва Марианские, Палау, Яп), с другой—восточная (о-ва Маршалловы и Гилберта). В восточной Микронезии нет вулканических островов тт, следовательно, нет камня, поэтому орудия изготовлялись из раковин, в то время как в западной Микронезии каменные орудия были широко распространены. Далее, в культуре восточной Микронезии преобладали полинезийские элементы, в западной — индонезийские. Каролинские острова составляли в этом отношении промежуточную группу. Эти различия сложились очень давно и на почве чисто местных условий.

Отмечаются следы и более позднего, собсавенно индонезийского влияния: возделывание риса на Марианских островах; гончарство, которое -было известно только на о-вах Палау и Яп; стрелометательная трубка, встречавшаяся только на Палау. Здесь вновь сказывается различие между западной Микронезией и восточной — в последней нет и не было следов позднего индонезийского влияния.

Наконец, и позднейшая история по-разному складывалась в различных местах Микронезии. Первым объектом европейской колонизации оказалась западная Микронезия, и население ее пострадало наиболее сильно.

Жители Марианских островов, чаморро, вели длительную и упорную борьбу против испанских колонизаторов (XVII в.) и все они - их насчитывалось: около 50 тыс.— были истреблены. Численность населения о-вов Палау сократилась от 50 тыс. до 6 тыс. Восточная Микронезия стала объектом колониальных захватов позже. Население здесь меньше пострадало, но прирост его почти прекратился. Например, население Маршалловых островов сейчас, как и в конце XIX в., составляет около 10 тыс.

Различна и судьба традиционной, самобытной культуры островитян западной и восточной Микронезии.

Культура чаморро полностью разрушена. Иначе и не могло быть, раз не осталось прежнего населения. Современные чаморро произошли в результате смешения переселенцев с других островов Микронезии с потомками испанцев, филиппинцев, японцев и др. Представление о чистокровных чаморро и их внешней культуре можно получить только по трудам ранних писателей и путешественников (Пигафетта—1521 г., Гобь- ен — 1700 г., отчасти Коцебу — 1817 г., Фрейсине — 1819 г.).

В современном населении о-вов Палау также заметна примесь японской, китайской и европейской крови. В культуре произошли коренные изменения. Тем не менее жители Палау справедливо считают, что их культура представляет собою результат их собственных усилий, а не внешних влияний. Они убеждены, отмечает один автор, что «культура Палау может иеренести любую катастрофу... Более того, когда они оглядываются на свою историю, то им представляется ясным, что их образ жизни сохранился. Люди живут сейчас совершенно иначе, чем люди прошлых поколений, но они не сомневаются в том, что основа их жизни сохраняется»1.

Культура жителей восточной Микронезии в еще большей мере продолжает сохранять свою самобытность. В ней, как выражаются зарубежные авторы, «сохранилась туземная основа».

Сейчас насчитывается около 110 тыс. микронезийцев. По группам островов население распределяется следующим образом: на Марианских островах — 28 тыс., на Палау — 6 тыс., на о-ве Яп — 3 тыс., на Каролинских — 30 тыс., на Маршалловых — 10 тыс., на о-вах Гилберта — 32 тыс.

По отдельным более крупным островам это население (в группах о-вов Маршалловых, Каролинских, Марианских и Палау) распределяется следующим образом: Гуам — 23 тыс., Трук — 10,5 тыс., Понапе — 5,5 тыс., Сайпан — 3,5 тыс., Ялуит—2 тыс., Кусайе — 1,2 тыс., Майюро — 1,1 тыс. Остальная часть населения этих четырех групп островов живет на 62 островах, зачастую сильно удаленных один от другого. Около половины островов имеет население менее 250 человек каждый.

На больших островах население разбито на отдельные деревенские общины. На о-вах Палау, например, 80 отдельных деревень, на о-ве Яп — около 100 деревень (в прошлом было 235 деревень, но за последние 50 лет численность населения сильно уменьшилась). На небольших островах, все население составляет обычно одну общину.

Марианские острова

Коренное население Марианских островов получило название чаморро от местного слова чамори (вождь). В 1660-х годах, когда на Марианские острова прибыли испанские солдаты и миссионеры-иезуиты, насчитывалось до 100 тыс. чаморро. Но затем последовали 30 лет кровавого «покорения» ча морро испанцами. За это время было истреблено более 40 тыс. человек. Два разрушительных урагана (1671 и 1693) и эпидемии довели численность чистокровных чаморро до нескольких тысяч. На смену истребленным коренным жителям испанцы ввозили колонистов из других своих владений—с Филиппин, из Америки. Среди них растворились и потомки прежних племен.

К концу XVIII в. чистокровных чаморро уже не было. О. Е. Коцебу, посетивший Марианские острова в 1817 г., писал: «Если бы я мог возвратиться к тому времени, когда Магеллан открыл сии острова, то «Рюрик» давно окружен бы был уже множеством лодок веселых островитян, но теперь сего уже не было... с того времени истреблено все поколение природных жителей Ладронских (т. е. Марианских) островов. Тщетно озирались мы, не встретим ли лодки, тщетно смотрели, не увидим ли на берегу человека; нам даже показалось, что мы находимся у необитаемого острова. Вид сей прекрасной земли,— продолжал Коцебу,— родил во мне горестные чувствования: в прежние времена плодоносные долины сии служили обиталищем для народа, провождавшего дни свои в тишине и счастьи; теперь стояли здесь одни прелестные пальмовые леса и осеняли могилы прежних жителей»1.

На о-ве Гуам Коцебу записал: «Из числа коренных здешних жителей существует на всем острову одна только чета; со смертью сих двух человек угаснет поколение древних ладронов»2.

Все ранние писатели и путешественники описывают чаморро, как людей высокого роста и атлетического сложения, с некоторой склонностью к полноте. «Они сохраняли прекрасное здоровье до преклонного возраста,— говорил испанский иезуит Санвиторес,— и жили обычно до девяноста и ста лет» 3. Путешественники много говорят о большой физической силе мужчин чаморро. Отмечают также добродушие в повседневном быту, гостеприимство и другие положительные черты их характера.

Это был народ, имевший развитую культуру. Чаморро возделывали рис, изготовляли глиняную посуду; широко был развит обмен между жителями различных островов Марианской группы; обмен существе вал также между населением Марианских и Каролинских островов. Люди с о-ва Яп приезжали на Гуам за камнем. Единицей обмена на Марианских островах служили изделия из раковин.

Основным занятием населения Марианских островов было земледелие. Орудиями для обработки почвы служила палка с заостренным концом (танум) и каменная мотыга (акоа). Рис жали ножами из острых раковин. Рис был для чаморро основным источником пропитания. Ранние путешественники говорят, что чаморро питались также ямсом, бананами, кокосовыми орехами, плодами хлебного дерева, сахарным тростником; в пищу шла рыба, мясо черепах, летучих мышей, разных птиц.

По данным Пигафетты, разделение труда между мужчинами и женщинами было следующим: «Женщины не занимаются полевыми работами, а проводят время дома за плетением цыновок, корзин и изготовлением других хозяйственных предметов из пальмовых листьев»1. Они следили за детьми, а также собирали съедобные корни и листья в лесу, ловили ручными сетями рыбу на рифах, изготовляли глиняную посуду, кокосовое масло, готовили пищу. Мужчины работали на полях, ловили рыбу сетями, строили дома и лодки; на них лежала вся ремесленная работа по дереву и камню.

Лука и стрел у чаморро не было. Не было также мечей и щитов. Главным оружием служило копье с наконечником из человеческой кости. Употреблялась праща. Войны, насколько известно, были редки и не кровопролитны.

В море чаморро выходили на двойных лодках с парусами треугольной формы.

Одежда почти отсутствовала: в большинстве случаев ограничивались поясами из волокон. Во время дождя и на праздниках употреблялась одежда, сшитая из листьев пандануса, и такие же шлемы, но ни покрой, ни вид их не известны, так как образцов не сохранилось. Употреблялись распространенные по всей западной Микронезии украшения из черепаховых подвесок и раковин. Татуировка отсутствовала, в отличие от Полинеии. Зубы, и это характерно для всей западной Микронезии, красилш в черный цвет.

Чаморро жили деревнями (сонгсопг) и хуторами вблизи своих полей. По словам миссионера Санвитореса (1668), в прибрежных деревнях на Гуаме насчитывалось 50—150 домов и хижин, в деревнях внутренних районов по 6—20. Всего на Гуаме было около 180 деревень. В конце XVII в. главной деревней на всей группе Марианских островов была деревня Ага- на («Агадна» у Коцебу) на северо-западном берегу Гуама. Здесь жили люди высшего социального ранга. Они обитали в 53 больших домах, стоявших иа столбах или на сваях каменной кладки. В деревне было также около 150 маленьких хижин из листьев, где жило остальное население.

Примерно такое же положение существовало на всем архипелаге: простой народ жил в хижинах из листьев, а знатные строили дома на столбах или на сваях каменной кладки. Такие столбы до сих пор сохранились на некоторых островах, но, к сожалению, археологически они еще не изучались.

Один из авторов, видевший подобные столбы на о-ве Тиниан, описывает их следующим образом: они походят на усеченные пирамиды, основание которых по своему размеру неодинаково. Высота их около 4 м, а самая большая ширина основания 1 м. Колонна заканчивается вверху массивным полушарием, в 2 м в поперечнике. Колонны сделаны из смеси песка и извести, настолько затвердевшей, что на первый взгляд их можно почесть каменной массой. Каждая колонна монолитна, полушарие скреплено тем же цементом. Стоят колонны в два ряда, по шесть колонн в каждом„ и так симметрично, что составляют как бы улицу. Прочность их удивительна. Ни одна из них не упала, не треснула, не рассыпалась. Только на двух из них треснули полушария. Все путешественники, посещавшие Марианские острова, отмечали эти археологические памятники.

Подобные сооружения очень своеобразны и не имеют параллелей за пределами Микронезии. Видимо,- это остатки своего рода свайных построек, но сваи — каменные, результат приспособления микронезийцев к жизни на коралловых островах, где легче сделать каменную колонну, чем найти подходящую древесину.

Общественный строй населения Марианских о-вов

Все население чаморро делилось на три общественных слоя: мату а — высший слой, ачаот — средний слой, мангатчанг—низший слой.

К сожалению, данные об этих социальных группах и отношениях между ними крайне скудны. В руках матуа был контроль над производством и обменом на всех островах группы. Из их среды выходили воины, мореплаватели, рыболовы, строители лодок, торговцы. Что касается ачаот, то о    них известно только, что они помогали матуа во всех делах. Один из авторов называет ачаот младшими сыновьями матуа.

Мангатчанг—это «простой народ», отстраненный от участия в общественной жизни высшего класса посредством различных ограничений и табу. Запрещен был брак между мангатчанг и матуа. Мангатчанг не имел права быть воином, мореплавателем, строителем лодок, торговцем. Рыболовство было ограничено для него ловлей с острогой Главным занятием мангатчанг было земледелие. Мангатчанг не мог есть и пить в домах матуа, ему запрещено было даже приближаться к их домам. Если ему нужно было что-либо спросить матуа, он должен был говорить с дальнего расстояния. При встрече с матуа он должен был низко кланяться.

Каждый остров делился на районы, включавшие одну или несколько деревень. Во главе района стоял вождь (магалахе) со своей семьей (жена, младшие братья, потомки). Это были матуа и ачаот. Все остальное население района принадлежало к слою мангатчанг. Надо полагать,что магалахе распоряжался всеми землями района и рыболовными участками.

К сожалению, экономический строй чаморро остался совершенно неизвестен. Нет никаких сведений о том базисе, который создал эти социальные порядки. Повидимому, земля уже стала частной собственностью знатных: источники говорят о их «фамильных имениях». Можно предполагать, что общество чаморро стояло на грани перехода от первобытнообщинного строя к классовому.

Но наряду с нарождающимся классовым продолжал еще существовать и родовой строй. Чаморро объединялись в роды, принадлежность к которым определялась по линии матери. Возможно, что род сохранял еще признаки экзогамии. При всех сколько-нибудь значительных работах члены рода собирались вместе и помогали друг другу.

Известно также, что на Марианских островах существовало общество холостой молодежи, носившее название улитао, или уритао. Члены его жили в отдельных домах холостяков и, как выражается один из старых авторов, «предавались эпикуреизму». Очевидно, здесь речь идет о возрастном классе юношей; они жили в мужском доме, служившем клубом.

Целый ряд черт указывает на высокое положение женщин.

Один из старых авторов писал, что «женщины не имели прав королевских, но в советах и судах пользовались таким сильным влиянием, что правление в суде находилось в их руках, а не в руках мужчин. В доме же владычество их было неограниченным».

Характерны упоминаемые Гобьеном женские собрания, на которые мужчины не допускались. Женщины приходили туда в лучших одеждах и исполняли различные песни и пляски, подробности которых Гобьену установить не удалось.

Отмечается полная свобода девушек до брака. Девушкам разрешалось посещать дома холостой молодежи. При сватании в качестве свата выступала мать. Практиковался брак отработкой.

Трудно установить из противоречивых сведений, был ли брак патрило- кален или матрилокален. Во всяком случае наличие брака отработкой указывает на пережитки матрилокальности.

Улов от рыбной ловли отдавался жене, которая распределяла его среди родственников.

Любопытны брачные взаимоотношения. По рассказу Гобьена и позднейших авторов, в случае неверности жены муж изгонял ее из дома, но не имел права наказывать ее. Единственное, что он мог сделать, это вызвать своего соперника на поединок. Напротив, если муж нарушил супружескую верность, то жена наказывала его жестоко. Один из ранних наблюдателей описывает подобный обычай следующим образом: жена, узнав, что муж имеет неприятные для нее связи, передает немедленно эту новость всем женщинам селения, которые, надев мужские шлемы, собираются в назначенное место с дротиками в руках. В таком воинственном наряде в боевом порядке они приближаются к дому виновного, опустошают его поля, обрывают плоды с деревьев, набрасываются на самое жилище. Если муж не спрятался или ие убрался из дому заблаговременно, они нападают на него и преследуют до тех пор, пока не выгонят на улицу. Бывало и так: женщина оставляла свое жилище и уведомляла родственников, что не может жить с мужем; тогда родственники являлись в дом виновного, ломали, разбивали и уносили все, что попадалось под руку, и счастлив был хозяин, если мстители ограничивались только этим и не разрушали его жилища.

Далее указывается, что кто бы ни подал повод к разрыву, дети всегда оставались при матери.

По смерти мужа все имущество переходило к его жене. После смерти женщины имущество забирали ее родственники. Если умирала мать, то кормление и воспитание детей, особенно грудных, брали на себя ее родственники, очевидно, из ее рода.

Вообще между людьми одного рода и даже одного поколения существовала постоянная и непременная обязанность помощи друг другу. Помощь оказывали в случае родов, брака, погребения, постройки дома или лодки, обработки полей. Если женщина нуждалась в лодке и подобных предметах, принадлежащих любому ее родственнику, то она приносила ему кружок из черепахового щита и говорила: «Я даю тебе такую-то вещь, возьми ее вместо такой-то вещи, мне нужной». Отказывать было нельзя.

Рассказывая об этом обычае, Гобьен старался подчеркнуть высокое значение и привилегии, которыми пользовались женщины. За черепаховый кружок, в сущности символический дар, женщина могла получить от своих родственников любую необходимую ей вещь.

Все эти данные, несмотря на их отрывочность, показывают, что здесь существовали характерные черты матриархального родового устройства.

Религиозные верования чаморро состояли по преимуществу в культе мертвых (аните) и предков. Черепа их употреблялись колдунами для магических целей.

Год у чаморро делился на 13 лунных месяцев. В море они ориентировались по звездам. Существовали знахари, вернее знахарки, с очень развитой специализацией по лечению вывихов и переломов и других болезней. Было известно употребление некоторых целебных трав.

Наконец, чаморро имели развитой фольклор и музыку, но образцы до нас не дошли. Из музыкальных инструментов известны только два типа флейт, из них одна носовая, т. е. полинезийского типа.

Вся эта своеобразная и по-своему богатая культура ныне совершенно исчезла. Быт современного населения Марианских островов полностью подчинен капиталистическим порядкам, в нем мало самобытного. Старая культура уступила место новой, очень пестрой, сложившейся из самых различных элементов, привнесенных многими этническими группами: испанцами, мексиканцами, японцами, филиппинцами, которые принесли с собой ремесла и искусства, новую одежду и развлечения (петушиные бои), новые религии (христианство католического исповедения, буддизм). Все это соединено с немногими остатками самобытной культуры чаморро.

До второй мировой войны чаморро жили в деревнях и небольших городах близ побережья. Во время войны все города были разрушены, в том числе и столица Гуама — г. Агана.