Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Сельское хозяйство Узбекистана
Этнография - Народы Средней Азии и Казахстана

Узбекистан является одним из крупных промышленных районов СССР с высокоразвитым социалистическим сельским хозяйством, в котором занято66% населения республики (перепись 1959 г.). По своей интен­сивности сельское хозяйство Узбекской ССР занимает одно из первых мест в Советском Союзе. Узбекистан — основная хлопковая база Советского Союза, поставляющая более двух третей всего производимого в СССР хлопка. По валовому сбору хлопка он занимает третье место в мире после США и Китая. С развитием хлопковод­ства неразрывно связано развитие всех отраслей народного хозяйства республики, подъем культуры и благосостояния узбекского народа. Видное место в сельском хозяйстве Узбекистана занимает животновод­ство. Республика является крупным поставщиком шерсти и основным производителем каракульской смушки. Здесь разводят и мясо-сальные породы овец, в частности крупнейшую в мире гиссарскую породу. В пос­левоенные годы особое внимание уделяется разведению молочного скота.

Таким образом, сельское хозяйство Узбекистана представляет про­довольственную и сырьевую базу всесоюзного значения для легкой и пи­щевой промышленности. Оно имеет мощную материально-техническую ос­нову: передовую сельскохозяйственную технику, мотороремонтные заводы, высокоразвитое водное хозяйство; химическая промышленность произ­водит для него минеральные удобрения, машиностроительные заводы по­ставляют сельскохозяйственные машины и экскаваторы, энергетическая и топливная промышленность дают электроэнергию и горючее.

Территория Узбекистана в сельскохозяйственном отношении подраз­деляется на три зоны: горная и предгорная, зона орошаемого земледелия и пустынно-пастбищная.

Горная и предгорная зона составляет 20,5 % всей территории респуб­лики.

В верхней части ее расположены горные арчевые леса, занимающие одну десятую площади всей зоны. В предгорьях, на пологих склонах гор и в горных долинах основным занятием населения является земледелие. Эта зона наиболее обеспечена осадками, и поэтому здесь преобладает богарное земледелие на неорошаемых землях. На богарных землях в ос­новном высеваются пшеница, ячмень и масличные — лен, кунжут и др. Посевы успевают созревать в первой половине лета. Вода горных потоков— саев дает возможность разводить здесь также сады и виноградники на небольших орошаемых участках. Остальная часть горных и предгорных территорий используется в качестве сезонных пастбищ — весенних, осенних и летних.

В большинстве колхозов и совхозов этой зоны богарное земледелие (зерновые культуры) сочетается с животноводством мясошерстного на­правления.

Зона орошаемого земледелия занимает всего 18% территории Узбеки­стана; однако, не вся площадь, расположенная в этой зоне, при­годна к орошению, а уже освоенная под поливные посевы и насаждения площадь составляет лишь одну третью часть ее территории. Впрочем, в связи с большими работами по освоению пустынь и степей площадь оро­шаемых земель в республике с каждым годом расширяется.

Среди горных хребтов и песчаных пустынь, в долинах рек, располо­жены орошаемые оазисы, где земледельческая культура известна с древ­нейших времен. Наиболее крупными из них являются Ферганская доли­на, Чирчик-Ангренская долина, Зеравшанский оазис, Кашка-Дарьин- ская и Сурхан-

Среди горных хребтов и песчаных пустынь, в долинах рек, располо­жены орошаемые оазисы, где земледельческая культура известна с древ­нейших времен. Наиболее крупными из них являются Ферганская доли­на, Чирчик-Ангренская долина, Зеравшанский оазис, Кашка-Дарьин- ская и Сурхан-

Среди горных хребтов и песчаных пустынь, в долинах рек, располо­жены орошаемые оазисы, где земледельческая культура известна с древ­нейших времен. Наиболее крупными из них являются Ферганская доли­на, Чирчик-Ангренская долина, Зеравшанский оазис, Кашка-Дарьин- ская и Сурхан-Ширабадская долины и Хорезмский оазис. Новым круп­ным орошаемым оазисом становится Голодная степь.

Поливное земледелие отличается высокой интенсивностью. Главной культурой является хлопчатник, занимающий 60—70% площади всех по­севов на поливных землях.

Из других технических культур на поливных землях возделывают джут, кенаф, табак. В этой же зоне сосредоточены посевы риса, ку­курузы и джугары, многолетних трав, овощебахчевых культур, насаж­дения шелковицы. Здесь же находятся основные массивы садов и вино­градников, пользующихся с давних пор широкой известностью. Жи­вотноводство этой зоны имеет мясо-молочное направление.

Пустынно-пастбищная зона с ее обширными равнинными пространства­ми занимает большую часть северо-западного Узбекистана —Бухарской и Сурхан-Дарьинской областей, Кара-Калпакии. Пустынные участки имеются еще и в Ферганской долине, где они деятельно осваиваются. Эта зона, занимающая 61,4% всей территории республики, представляет со­бой сухие и знойные песчаные пустыни и безводные степи.

Пустынно-пастбищная зона республики пока еще наиболее слабо ис­пользуется в сельскохозяйственном отношении. В юго-восточной ее ча­сти, примыкающей к предгорьям, встречаются в небольших размерах бо­гарные посевы зерновых культур. Довольно значительная часть занята пустынно-степными лесонасаждениями. За последние годы все более обширные пространства пустынь и степей, прилегающие к культурной по­лосе, орошаются и осваиваются под земледелие (см. ниже). Основная же территория их используется под пастбища, главным образом для вы­паса каракульских овец. Здесь организованы крупные каракулеводче­ские совхозы; вместе с ними выпасают свои отары овец на отгонных паст­бищах в песках и колхозы, расположенные в орошаемой зоне. Обводне­ние пустынь и безводных степей путем устройства артезианских скважин создает условия для расширения и улучшения пастбищных угодий.

Узбекистан является одним из древнейших очагов орошаемого земле­делия. Оросительные сооружения в Хорезме прослеживаются со време­ни их зарождения в эпоху бронзы.

Реки Узбекистана принадлежат к системам Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи. К бассейну Аму-Дарьи относятся Зеравшан и Кашка-Дарья, хотя они до Аму-Дарьи не доходят, разбираясь на орошение.

Аму-Дарья и большинство рек ее системы берут начало в наиболее воз­вышенной части Памиро-Алайской горной системы и являются реками с ледниково-снеговым питанием. Их паводок бывает в июле-августе. Сыр- Дарья и реки ее бассейна берут начало с гор меньшей высоты, поэтому в них больше всего воды бывает в июне. Таким образом, максимум воды реки Узбекистана несут как раз в период наибольшей потребности в оро­шении полей. Многие небольшие реки Узбекистана имеют снегово-дож­девое питание. В зависимости от источника питания население Средней Азии подразделяет все реки на два типа: 1) оцсу (белая вода) — реки лед­никового питания и 2) цорасу (черная вода) — реки подземного питания. К черной воде относят и подземные источники, выведенные на поверхность по вырытым под землей галереям (кариз), сообщающимся с поверхностью земли колодцами. На территории Узбекистана кяризы встречаются в предгорьях Нуратинских гор и в Ширабадском районе.

В Фергане для орошения служат воды Нарына, Карадарьи и неболь­ших рек — Соха, Исфары, Исфайрама, Кассансая и др. В Ташкентском оазисе наибольшее количество орошенных земель находится в долинах Чирчика и Ангрена. Культурные земли Самаркандской и Бухарской областей питаются водами Зеравшана. Плодородные степи южного Узбе­кистана орошаются водами Кашка-Дарьи, Сурхан-Дарьи и других менее значительных рек. Воды величайшей реки Средней Азии — Аму-Дарьи — орошают культурные земли Хорезмского оазиса.

Использование для ирригации больших рек было сопряжено с прове­дением сложных работ по прорытию каналов и устройству их головных сооружений. В дореволюционный период при низком уровне техники это представляло большие трудности. Местные мастера путем долгого опыта выработали своеобразные технические приемы ирригационного дела. Для определения уклона местности и выбора направления канала они использовали вместо нивелира чашу с водой или, положив на доску мок­рую тряпку, следили, в каком направлении с нее стекает вода. При построй­ке больших магистралей сначала копали небольшой канал и, только убе­дившись в правильности выбранного направления, продолжали работы па проведению крупного канала.

Не менее трудно было определить необходимый для тока воды уклон канала. Если оказывалось, что уклон недостаточен, канал непомерна заиливался, при чрезмерных уклонах русло размывалось слишком бы­стрым течением. Неудачи, видимо, были нередки, так как в Узбекистане известно много начатых и заброшенных каналов. Для защиты от паводков и для направления в канал необходимого количества воды сооружались дамбы трех типов. Наиболее примитивными были береговые дамбы из тщательно утрамбованной земли (Хорезм). Дамбы второго типа представ­ляли собой огромные треноги (сепоя), скрепленные горизонтальной ра­мой; треногу устанавливали в воду на дно, а раму, как и промежутки между треногами, заполняли хворостом, камышом и камнями. Треноги использовали также для устройства плотин, разделяющих воду рек или каналов по нескольким руслам, для отвода быстрины течения в другом направлении и т. д. Третий тип — это дамба из огромной фашины (цора- бура), сооружаемой из хвороста, камыша, камней. Камыш и хворост сте­лили на берегу реки, как ковер. На них клали дерн, камни, насыпали землю и закатывали его, начиная с одного конца. Получалось громад­ное цилиндрическое сооружение в несколько десятков метров длины и несколько метров в диаметре. Его укрепляли обвязками, прикатывали к берегу и опускали; в воду. В сооружении и передвижении фашины уча­ствовало до нескольких сот водопользователей. Карабура использо­вались и для возведения плотин, если нужно было прекратить ток воды в магистральный канал или в самой реке, или закрыть прорыв. Тогда фашины сооружали на обоих берегах реки или канала и одну за дру­гой опускали в воду.

При примитивной технике в прошлом сооружение плотин, дамб, ре­монт крупных отводных каналов было делом очень тяжелым и ответствен­ным. Поэтому в тех случаях, когда повреждение канала, плотины или дамбы грозило бедствием окружающему населению, совершали всевозмож­ные магические обряды. Когда, несмотря на все усилия, прорыв не уда­валось остановить, прибегали к последнему «средству» — под плотину закапывали живого человека, носящего имя Туган (плотина) или Турсун (пусть стоит)

Для регулировки воды в каналах возводили своего рода шлюзы из бревенчатых стоек, просветы между которым заполняли хворостом или закрывали досками.

Каналы могли эффективно функционировать лишь при подъеме уров­ня реки в периоды паводков в летнее время. Зимой при спаде воды в ре­ках каналы пересыхали. Для искусственного подъема уровня воды, что­бы направить ее в канал, приходилось устанавливать плотины и времен­ные подпирающие сооружения из фашин.

Всюду, где уровень воды в арыках не позволял вывести ее на поля самотеком, ставили водоподъемное колесо — чигирь. Чигирь представлял собой большое вертикальное колесо, на ободе которого укреплено несколь­ко десятков кувшинов. При вращении колеса в кувшины захватывалась вода и переливалась в желоб, направляющий ее на лежащие выше поля. Колесо приводилось в движение с помощью лошади, верблюда или тече­нием воды. Более всего чигири были распространены в низовьях Аму- Дарьи и Сыр-Дарьи. Классической страной чигирей был Хорезм, где до революции их насчитывалось до 80 тыс. Там существовали и более при­митивные способы подъема воды: се/гма — перебрасывание воды с ниж­него уровня на вышележащий при помощи ручной деревянной совковид­ной лопаты; депма — то-же, но с лопатой, установленной как рычаг и приводимой в движение ногой; нова — подъем воды при помощи подвижно установленного деревянного желоба, черпающий глухой конец которого то опускается в арык, то поднимается вверх, подавая воду на лежащий выше участок.

В Средней Азии с древних времен сооружались водохранилища. Однако действующих крупных водохранилищ в дореволюционное время в Узбекистане не было. Жители северных склонов Нуратинского хребта (Фаришский район Самаркандской области) создавали небольшие водохранилища, перегораживая каменной плотиной русла горных ручьев. В плотине оставляли небольшое отверстие, затыкавшееся с внутренней стороны тряпичной пробкой, прикрепленной к концу шеста. Когда в во­доеме скоплялось достаточно воды, шест с пробкой выдергивался и вода с большой силой устремлялась в отверстие.

Сооружение дамб, плотин и каналов, ежегодная очистка последних, борьба с эпизодическими водными катастрофами до революции являлась обязанностью населения. Это были общественные работы (хагиар), но в ханствах их организовывало правительство и они носили характер фео­дальных повинностей. Особенно многочисленны были повинности в Хо­резме, где орошение отличалось исключительной трудоемкостью. Дех­кане несли несколько повинностей, связанных с орошением: всенародную — по очистке головных участков магистральных каналов (цазув), мест­ную — по сооружению дамб (качи), очистке распределительной сети и др.

Для распределения воды, организации ремонта и постоянного наблюде­ния за состоянием ирригационной системы существовала многочисленная администрация, избиравшаяся самим населением и получавшая пла­ту за свой труд от дехкан-водопользователей, в старину — натурой, в виде доли урожая, позже — деньгами. Каждое общество, пользовавшееся во­дою канала, избирало из своей среды мираба, регулировавшего водополь­зование. На более крупных оросительных системах, где мирабов было много, избирались главные мирабы (мироб-боши, или орщ-оцсоцол). Для наблюдения за плотинами нанимались специальные надзиратели (ту гон- чи). Водная администрация была очень многочисленна: нацример, на си­стеме Зах-арыка в окрестностях Ташкента было 40 мирабов, возглавляе­мых одним арык-аксакалом. Ирригационную систему левобережья Чир- чика обслуживали 99 мирабов.

Способы распределения воды между водопользователями были осно­ваны на давно установившихся обычаях. Однако эти обычаи, как прави­ло, нарушались в интересах богатых землевладельцев, для которых во­да служила дополнительным средством феодальной эксплуатации широ­ких дехканских масс. В колониальный период порядок водопользования почти не изменился. У богатых феодалов и баев сохра­нялись многие прежние привилегии в отношении пользования водой, подтверждаемые старыми ханскими грамотами, нередко поддельными. В этот период появились новые возможности для злоупотреблений, так как главные арык-аксакалы стали назначаться уездными начальниками; аоскольку они не выбирались, то были независимы в своих действиях от обслуживаемого ими населения.

В советское время система водопользования была коренным образом изменена в интересах трудового дехканства, а сами ирригационные си­стемы перестроены и усовершенствованы. На это дело уже в первые труд­ные для Советской власти годы было ассигновано 50 тыс. руб.

Борьба за воду имела решающее значение для подъема всего сельского хозяйства Узбекистана. Были восстановлены водные системы, пришедшие- в упадок за годы империалистической и, особенно, гражданской войн, началось строительство новых каналов и ирригационных сооружений. В этом был кровно заинтересован весь узбекский народ. Строительство каналов проводилось не только государством: с 1938 г. начались грандиоз­ные народные стройки, в которых участвовало и сельское население и го­рожане. Государство помогало народным стройкам, обеспечивая их тех­ническое руководство. Стройки не прекратились!! в годы войны. К 1942 г. методом народных строек были сооружены на территории Ферганской долины — Большой Ферганский, Северный Ферганский и Южный Фер­ганский каналы, канал Ляган, в Ташкентской области — Южный и Се­верный Ташкентские каналы. В Самаркандской области за десять дней было осуществлено строительство Зеравшанского канала длиной в 45 км. Для рационального использования вод р. Зеравшана создано огромное* Катта-Курганское водохранилище.

В Хорезме и Кара-Калпакии была осуществлена перестройка старой нерациональной системы головного питания. Около 30 истоков паводко­вых каналов было ликвидировано, вместо них построили или перестроили четыре магистральных канала, питание которых обеспечивается через мощные истоки в устойчивых грунтах. Вследствие этого исчезла постоянно грозившая земледельцам Хорезма опасность прорыва реки. Стало возможно регулировать водоток. Поднялся уровень воды в круп­ных каналах и по всей сети; исчезла чигирная система. Для подъема водьг на поля применяются механические насосы. Созданы условия для освое­ния под орошаемое земледелие новых площадей. Полностью освоена Ка­ракалпакская степь центральной Ферганы, ведется большая работа по ос­воению Голодной степи, где уже раскинулись обширные хлопковые поля,, сады, быстро выросли такие города, как Мирзачуль и Янги-Ер.

 

Торжественный пуск первой очереди Южного Голодностепского канала, 1960 г.

В ни­зовьях р. Зеравшана построено второе после Катта-Курганского водохразшлщце Кую-Мазар. В верховьях Ангрена строится Тюябугутское водо­хранилище. Ведется успешная борьба человека со стихией на рубежах великих пустынь Каракум и Кызылкум; год за годом вновь осваиваются земли древнего орошения, которые много веков назад превратились в пустыню.

Идет большая работа по использованию подземных вод. Для того, чтобы жесткую подземную воду смягчить, ее смешивают с проточной водой и в таком виде используют для орошения полей. Особенно важен этот до­полнительный источник оросительной воды в периоды маловодья в ка­налах.

Одновременно с орошением безводных площадей проводится осуше­ние болот, образовавшихся там, где высоко стояли грунтовые воды или собирались сбросовые воды каналов. Еще в начале XIX в. была заболочена центральная часть Ферганской долины; заболачивание и за­соление почвы являлись постоянным бичом для населения земледельче­ского района, расположенного вокруг г. Бухары и других мест в Бухар­ском ханстве. Сильно заболочены были низовья Аму-Дарьи. Народы Сред­ней Азии издавна выработали средства борьбы с этим злом. Они копали дренажные канавы (захкаги), иногда представлявшие собой довольно зна­чительные сооружения, как захкаш Тимура, проходивший с востока на запад около г. Бухары. Однако сооружать крупные дренажные каналы дехканам было не под силу, и в большинстве мест дренажная сеть могла дать лишь незначительный результат.

В Советское время дренажные работы получили большой размах. По­строены

В Советское время дренажные работы получили большой размах. По­строены

В Советское время дренажные работы получили большой размах. По­строены и реконструированы осушительные каналы, улучшено мелиора­тивное состояние заболоченных земель.

Огромную роль в развитии сельского хозяйства сыграл переход на новую систему орошения. Были уничтожены постоянные мелкие каналы, которые делили поля на дробные поливные участки в 1,5—3 га и служили помехой для применения сельскохозяйственных машин. Густая арычная сеть занимала в общей сложности громадную площадь, которая таким образом не использовалась под посев. Теперь вместо постоянных приме­няются временные распределительные каналы. Это позволило укруп­нить поливные участки до 10—40 га, дало каждому колхозу дополнитель­ную площадь в сотни гектаров и позволило значительно повысить меха­низацию сельскохозяйственных работ.

Начал применяться и весьма рациональный, универсальный для всяких участков земли способ орошения при помощи трубопровода, установлен­ного поперек борозд. Вода в борозды течет тонкими струйками из отвер­стий, имеющихся в трубопроводе.

Решения Январского пленума ЦК КПСС (1961 г.) и особенно исто­рического XXII съезда КПСС начинают новый этап в развитии ир­ригации Узбекистана. В этих решениях подчеркивается значение иррига­ции как надежного средства получения гарантированных высоких уро­жаев, как важного условия обеспечения интенсивного развития сельско­го хозяйства.

В Узбекистане намечено уже в текущей семилетке ввести в сельскохозяй­ственный‘оборот не менее 700 тыс. га новых земель. В Голодной степи на­мечается освоить более 200 тыс. га, в Ферганской долине — 160 тыс., в Сурхан-Дарьинском и Кашка-Дарьинском бассейнах — 130 тыс., в Зеравшанской долине — 67 тыс., в Чирчик-Ангренском бассейне — более 40 тыс. и около 100 тыс. га — в низовьях Аму-Дарьи. Для обеспечения систематического прироста этих площадей намечена и уже начала осущест­вляться грандиозная программа строительства крупных, технически усо­вершенствованных ирригационных сооружений — каналов, водохрани­лищ, плотин.

Среди наиболее важных объектов — огромное Чарвакское водохра­нилище на р. Чирчик, емкостью 1,4 млрд. куб. м, строительство Аму- Каракульского канала в Бухарской области, начинающиеся работы по освоению Каршинской степи, где за счет использования вод Аму-Дарьи можно освоить более 1 млн. га новых земель. Здесь намечается строитель­ство машинного канала; электроэнергию для подъема амударьинских вод и машинного орошения дадут газовые электростанции и мощные ГЭС, строительство которых уже ведется. В ближайшие годы начнется также строительство двух мощных плотин — Тахиаташской и Тюяму- юнской — в низовьях Аму-Дарьи; эти два крупных гидротехнических уз­ла откроют широкие перспективы для орошения сотен тысяч гектаров новых земель под хлопчатник на территории прилегающих к Хорезмско­му оазису песчаных пустынь Каракум и Кызылкум. Партия и правитель­ство заботятся о вооружении работников водного хозяйства самой раз­нообразной высокопроизводительной техникой — экскаваторами, буль­дозерами, скреперами, землесосами. Создается мощная индустриальная база

Среди наиболее важных объектов — огромное Чарвакское водохра­нилище на р. Чирчик, емкостью 1,4 млрд. куб. м, строительство Аму- Каракульского канала в Бухарской области, начинающиеся работы по освоению Каршинской степи, где за счет использования вод Аму-Дарьи можно освоить более 1 млн. га новых земель. Здесь намечается строитель­ство машинного канала; электроэнергию для подъема амударьинских вод и машинного орошения дадут газовые электростанции и мощные ГЭС, строительство которых уже ведется. В ближайшие годы начнется также строительство двух мощных плотин — Тахиаташской и Тюяму- юнской — в низовьях Аму-Дарьи; эти два крупных гидротехнических уз­ла откроют широкие перспективы для орошения сотен тысяч гектаров новых земель под хлопчатник на территории прилегающих к Хорезмско­му оазису песчаных пустынь Каракум и Кызылкум. Партия и правитель­ство заботятся о вооружении работников водного хозяйства самой раз­нообразной высокопроизводительной техникой — экскаваторами, буль­дозерами, скреперами, землесосами. Создается мощная индустриальная база

Среди наиболее важных объектов — огромное Чарвакское водохра­нилище на р. Чирчик, емкостью 1,4 млрд. куб. м, строительство Аму- Каракульского канала в Бухарской области, начинающиеся работы по освоению Каршинской степи, где за счет использования вод Аму-Дарьи можно освоить более 1 млн. га новых земель. Здесь намечается строитель­ство машинного канала; электроэнергию для подъема амударьинских вод и машинного орошения дадут газовые электростанции и мощные ГЭС, строительство которых уже ведется. В ближайшие годы начнется также строительство двух мощных плотин — Тахиаташской и Тюяму- юнской — в низовьях Аму-Дарьи; эти два крупных гидротехнических уз­ла откроют широкие перспективы для орошения сотен тысяч гектаров новых земель под хлопчатник на территории прилегающих к Хорезмско­му оазису песчаных пустынь Каракум и Кызылкум. Партия и правитель­ство заботятся о вооружении работников водного хозяйства самой раз­нообразной высокопроизводительной техникой — экскаваторами, буль­дозерами, скреперами, землесосами. Создается мощная индустриальная база ирригационного строительства — производство сборного железо­бетона, гончарных труб и др.

История ирригации не знает примеров такого высокого уровня работ по орошению и освоению новых земель, какой был достигнут при освое­нии Голодной степи, где создается новый крупнейший район хлопковод­ства. Здесь широко применяются индустриальные методы строительства и производятся опыты применения таких прогрессивных приемов ороше­ния, как закрытые трубопроводы с гидрантами, железобетонные лотки, гибкие трубопроводы для поливов, дождевание; заложены опытные уча­стки горизонтального закрытого и вертикального дренажа. Осуществляют­ся опыты автоматизации и телемеханизации управления ирригационной системой.

Во всей республике в настоящее время улучшается техника поливов; многие каналы одеваются в бетонные покрытия, что устраняет фильтрацию и потери воды; ведется борьба с засолением земель путем ме­лиоративных работ, снижающих уровень грунтовых вод.

Передовой опыт и новейшие достижения в области водохозяйственного строительства широко распространяются научно-исследовательскими организациями и квалифицированными специалистами-ирригаторами.

Вода так же, как и земля, является собственностью социалистического государства. Техническое регулирование водного хозяйства в республи­ке — государственное дело.

Государству и общественности пришлось проделать громадную работу по урегулированию водопользования. Теперь между колхозами и сов­хозами воду распределяют специальные водохозяйственные управления отдельных ирригационных систем, а внутри колхозов, где вода распре­деляется по бригадам, очередность и порядок водопользования устанав­ливаются правлением.

Земледелие было исконным занятием оседлых узбеков, развиваясь в оази­сах, в долинах крупных и мелких рек и источников. Все виды расположенных в оазисах земель (поливные, богарные, пастбища и т. д.) разделялись меж­ду кишлаками. Размеры и границы угодий каждого кишлака определя­лись традицией и были постоянными. Размеры поливных земель обуслов­ливались количеством воды, которое отпускалось данному кишлаку в вегетационный период. Площадь орошенной земли увеличивалась в слу­чае появления новых источников поливной воды (прорытия новых кана­лов) или-осушения заболоченных площадей, что в прошлом производи­лось редко и обычно в небольших размерах.

Земля дехкан разделялась на полевую, огородную и садовую. Поля обычно находились на различном расстоянии от жилья, нередко это были разбросанные в разных местах карликовые участки, что представляло существенные трудности для ведения хозяйства; только у зажиточной части крестьянства сосредоточивались более крупные массивы земель. Причина чересполосицы была неодинакова для разных мест. В Фергане это происходило вследствие широко практиковавшейся торговли землей, в долине Кашка-Дарьи и некоторых других районах причина чересполо­сицы коренилась в существовавшем вплоть до Октябрьской революции общинном севообороте, сопровождавшемся переделами земли между жи­телями каждого кишлака.

До последней четверти XIX в. в хозяйстве узбеков основное место банимали зерновые. Наиболее важным злаком, разводимым оседлыми уз- зеками на орошенных землях, была пшеница (бурдой). Распространен был также ячмень (арпа). Обе эти культуры сеяли и на богарных землях. Ячмень созревал раньше пшеницы и убирали его еще недозрелым, так как иначе он осыпался. Просо — обыкновенное (тарщ) и итальянское (цуно%) — сеяли на следующий год после озимой пшеницы или ячменя. Его употребляли в пищу и на корм домашней птице. Необходимость из года в год сеять на одной и той же земле требовала от узбеков-земле- дельцев разработки методов восстановления и повышения ее плодородия. Испокон веков применялись удобрения: помет животных, земля из ста­рых глинобитных построек.

Для посева зерновых на поливных угодьях обработку земли начина­ли еще осенью. Оставленный с весны под паром участок вспахивали дваж­ды и более вдоль и поперек. Пахали омачем, на быках или лошадях. Омач представлял собой деревянное пахотное орудие с чугунным или железным лемехом без отвала, не перевертывавшим пласт земли, а только разрых­лявшим ее на глубину 10—15 см. Боронование производили обычно ома­чем, перевернутым на бок, или бороной-волокушей, представлявшей собой либо толстую доску (мола), либо деревянную раму, заплетенную хво­ростом (шох-мола). Сев производили руками, вразброс, семена заделывали бороной. Поля, занятые зерновыми культурами, поливали дважды: первый раз — вскоре после появления всходов, второй раз — перед на­ливанием колосьев. Применялись и зимние поливы; вода, заливавшая по­ля, замерзала и при постепенном таянии весной хорошо пропитывала почву. К уборке урожая приступали в конце мая — начале июня. Жали серпами (уроц) своеобразной формы, без зазубрин.

Колхозный водомер-водовынуск на Маргеланской оросительной системе. Участковый гидротехник распределяет воду между колхозами

Молотьбу производили при помощи животных (лошадей, волов, ослов), которых гоняли по разложенным на току (хирмон) снопам, предваритель­но освобожденным от перевязки. Постепенно, по мере размельчения со­ломы (сомон) копытами животных, подкладывали новые снопы. Веяли вручную, сначала деревянными вилами, а потом широкой деревянной лопа­той. Посевы зерновых на богаре так же, как на орошаемых землях, бывали озимые и яровые. В южных районах, где постоянного снежного покро­ва почти не бывает, резкого разграничения между сортами пшеницы ози­мой и яровой не было, одни и те же семена могли высеваться и осенью и весной.

На богарных землях равнинно-предгорной зоны земледелие носило до революции глубоко экстенсивный характер. Удобрения не применялись, а для восстановления плодородия почвы земля оставлялась под. перело­гами или под черным паром (гиудгор).

Дехкане были беспомощны перед стихийными бедствиями, самым ча­стым из которых была засуха. Не находя путей для борьбы с неурожая­ми, дехкане прибегали к различным магическим приемам и обрядам. Для вызывания дождя устраивались жертвоприношения и общественные трапезы. Женщины надевали на палку или лопату женскую одежду и но­сили это чучело, называемое Сус-Хотин или Су-Хотин, по кишлаку, рас­певая при этом обрядовые куплеты. Хозяйка каждого дома обливала жен­щин и чучело водой и давала им продукты. Затем женщины всего кишла­ка собирались у реки и устраивали трапезу из собранных продуктов. В отдельных районах этот обряд выполняли и мужчины.

Много бедствий приносила дехканам саранча; бороться с этим злом дехкане также не уме­ли. Поливная пшеница почти всегда давала хорошие урожаи — 90—120 пуд. с дес., тогда как богарная — в лучшие годы — не более 30—40, а в неурожайные иногда не возвращала и семян. Качество зерна богарной пшеницы было значительно выше, и она ценилась дороже. Урожайность ячменя составляла 100—140 пуд. с десятины. Он употреблялся на муку для хлеба, а также служил кормом для лошадей.

Зерно мололи на водяных мельницах (сув тегирмон) или на мельницах, приводимых в движение силой животных (харос). Бытовали также и руч­ные мельницы (ергучоц).

Вследствие необычайно высокой и постоянной урожайности (150— 180 пуд. с дес)., в хозяйстве оседлого земледельца большое место занимало сорго — жухори. Это растение давало крестьянам крупу и муку, а вы­сокие стебли его издавна служили прекрасным кормом для скота. Джу­гара требовала хорошей обработки почвы, удобрения, неоднократных оку­чек. Головки джугары после созревания срезали большими ножами или серпами и доставляли в мешках на ток. Часть джугары, предназначае­мую для семян, оставляли необмолоченной; ее связывали по нескольку гоЛовок в пучки и подвешивали к балкам потолка в жилых помещениях.

Кукуруза (маккажухори), сходная с джугарой по возделыванию и упртреблению, в дореволюционный период была распространена мало. Чфто вместе с джугарой и кукурузой сеяли бобовые — маш, фасоль, которые ценились как питательный продукт; их высевали и на отдель­ный: полях.

Самой ценной из зерновых культур являлся рис. В Узбекистане было известно несколько местных сортов риса. Но разводить рис можно было лишь в тех районах, где имелось обилие воды. Под посевы отводили ни­зины, нередко с выходом на поверхность грунтовых вод. Рис сеялся на одних и тех же землях из года в год. Почва не истощалась, так как был выработан способ удобрения ее стеблями самого растения: при жатве их срезали высоко от корня, и оставшиеся на поле части растения запахива­ли; сгнивая, они давали хороший перегной.

Культура риса требовала огромного труда. Рисовые поля разделяли на ровные площадки (пол), расположенные террасами; каждый пал окру­жали валиками, в которых по диагонали оставляли два отверстия — для впуска и выпуска воды. После тщательной вспашки и устройства палов, на поле на несколько дней пускали воду. Перед самым посевом поч­ву под водой боронили особой бороной (дандона). Она представляла собой доску с деревянными или железными зубьями. Сеяли прямо в воду, которая поддерживалась проточной до созревания риса; по мере роста ра­стений уровень ее не повышали. Не менее тяжелы были и такие работы, как выпалывание сорных трав и камыша, исправление валиков. Их выполняли стоя в воде. Лишь за несколько дней до уборки урожая почву просушивали. Сжатый и связанный в снопы рис отвозили на ток* моло­тили и провеивали. С десятины получали 120—160 пудов неочищенного риса (гиоли). Его очищали от шелухи на водяных толчеях-рисорушках, владельцы которых работали из доли, получая шестую или четвертую часть зерна, или за деньги.

Из других культур сеяли на поливных землях люцерну, бахчевые, сажали виноград и плодовые деревья, возделывали также некоторые ви­ды масличных растений: кунжут, лен (зигир), мак (кукнор), из настоя го­ловок которого приготовляли наркотический напиток, а из семян полу­чали масло, сафлор (махсар), дававший масло и оранжевую краску для шелка.

Узбекские дехкане исстари возделывали и хлопчатник, однако до середины XIX в. он занимал на их полях небольшое место — преоблада­ли зерновые. Местный сорт хлопчатника (жойдори вуза) отличался тем, что при его созревании коробочки не раскрывались. Очистка от коробо­чек требовала большого дополнительного труда, а на международном рын­ке среднеазиатский хлопок, поступавший в продажу неочищенным от семян, ценился невысоко. Высокотоварной культурой среднеазиатский хлопок сделался лишь с конца XIX в., когда во всех областях русского Туркестана стали сеять американские высокопроизводительные сорта хлопчатника. С этого времени изменилось все хозяйство

Узбекские дехкане исстари возделывали и хлопчатник, однако до середины XIX в. он занимал на их полях небольшое место — преоблада­ли зерновые. Местный сорт хлопчатника (жойдори вуза) отличался тем, что при его созревании коробочки не раскрывались. Очистка от коробо­чек требовала большого дополнительного труда, а на международном рын­ке среднеазиатский хлопок, поступавший в продажу неочищенным от семян, ценился невысоко. Высокотоварной культурой среднеазиатский хлопок сделался лишь с конца XIX в., когда во всех областях русского Туркестана стали сеять американские высокопроизводительные сорта хлопчатника. С этого времени изменилось все хозяйство

Узбекские дехкане исстари возделывали и хлопчатник, однако до середины XIX в. он занимал на их полях небольшое место — преоблада­ли зерновые. Местный сорт хлопчатника (жойдори вуза) отличался тем, что при его созревании коробочки не раскрывались. Очистка от коробо­чек требовала большого дополнительного труда, а на международном рын­ке среднеазиатский хлопок, поступавший в продажу неочищенным от семян, ценился невысоко. Высокотоварной культурой среднеазиатский хлопок сделался лишь с конца XIX в., когда во всех областях русского Туркестана стали сеять американские высокопроизводительные сорта хлопчатника. С этого времени изменилось все хозяйство узбеков-земле- дельцев: из зернового полунатурального оно стало хлопководческим, то­варным.

Производство хлопка было очень трудоемким, оно отнимало все силы и время крестьянина. При крайне низкой технике один крестьянин мог справиться с обработкой лишь 6 танапов земли, в то время как под зер­новыми он мог обработать 10—12 танапов.

Почву для посевов хлопка готовили с осени. Ее вспахивали и хорошо поливали. Весной вспашку повторяли. Сохранялся крайне непроизводи­тельный посев хлопка вразброс по ровному полю. При этом много семян пропадало, так как всходы приходилось сильно прореживать. Более про­грессивным был посев в лунки, на грядках. При первом способе посева полив производился сплошным заливанием поля, что вело к образованию корки, мешавшей растениям развиваться. За сезон окучивали хлопок не­сколько раз. К сбору хлопка приступали в начале сентября и проводили его в два-три приема. Урожайность хлопка была низкой. Несмотря на возросшую роль хлопководства в экономике Туркестана в конце XIX — начале XX в., агротехника его до революции оставалась очень примитив­ной. Большую часть собранного на полях хлопка-сырца крестьяне от­давали землевладельцу-баю или скупщикам хлопкоторговых фирм, а часть, оставшуюся для хозяйственных нужд семьи, для изготовления тка­ней, очищали от семян на деревянном ручном станке (чигириц). Крайняя отсталость и застойность сложившейся много веков назад культуры зем­леделия объясняется историческими условиями XIX — начала XX в. Крестьяне колониального Туркестана, Бухары и Хивы не могли улуч­шать хозяйство сколько-нибудь существенно. Не располагая средствами даже на пропитание своей семьи, крестьянин-бедняк, работавший на землях бая как издольщик, не мог вкладывать средства в хозяйство, и зем­ледельческая техника у издольщиков, как правило, стояла ниже, чем у дехкан-середняков. Богачи также не вкладывали средств в улучшение хозяйства. Все их старания были направлены лишь на то, чтоб сосредо­точить в своих руках как можно больше земли. Она

Почву для посевов хлопка готовили с осени. Ее вспахивали и хорошо поливали. Весной вспашку повторяли. Сохранялся крайне непроизводи­тельный посев хлопка вразброс по ровному полю. При этом много семян пропадало, так как всходы приходилось сильно прореживать. Более про­грессивным был посев в лунки, на грядках. При первом способе посева полив производился сплошным заливанием поля, что вело к образованию корки, мешавшей растениям развиваться. За сезон окучивали хлопок не­сколько раз. К сбору хлопка приступали в начале сентября и проводили его в два-три приема. Урожайность хлопка была низкой. Несмотря на возросшую роль хлопководства в экономике Туркестана в конце XIX — начале XX в., агротехника его до революции оставалась очень примитив­ной. Большую часть собранного на полях хлопка-сырца крестьяне от­давали землевладельцу-баю или скупщикам хлопкоторговых фирм, а часть, оставшуюся для хозяйственных нужд семьи, для изготовления тка­ней, очищали от семян на деревянном ручном станке (чигириц). Крайняя отсталость и застойность сложившейся много веков назад культуры зем­леделия объясняется историческими условиями XIX — начала XX в. Крестьяне колониального Туркестана, Бухары и Хивы не могли улуч­шать хозяйство сколько-нибудь существенно. Не располагая средствами даже на пропитание своей семьи, крестьянин-бедняк, работавший на землях бая как издольщик, не мог вкладывать средства в хозяйство, и зем­ледельческая техника у издольщиков, как правило, стояла ниже, чем у дехкан-середняков. Богачи также не вкладывали средств в улучшение хозяйства. Все их старания были направлены лишь на то, чтоб сосредо­точить в своих руках как можно больше земли. Она была основой их доходов и положения в обществе, давала им в руки средства извлекать значительные

Почву для посевов хлопка готовили с осени. Ее вспахивали и хорошо поливали. Весной вспашку повторяли. Сохранялся крайне непроизводи­тельный посев хлопка вразброс по ровному полю. При этом много семян пропадало, так как всходы приходилось сильно прореживать. Более про­грессивным был посев в лунки, на грядках. При первом способе посева полив производился сплошным заливанием поля, что вело к образованию корки, мешавшей растениям развиваться. За сезон окучивали хлопок не­сколько раз. К сбору хлопка приступали в начале сентября и проводили его в два-три приема. Урожайность хлопка была низкой. Несмотря на возросшую роль хлопководства в экономике Туркестана в конце XIX — начале XX в., агротехника его до революции оставалась очень примитив­ной. Большую часть собранного на полях хлопка-сырца крестьяне от­давали землевладельцу-баю или скупщикам хлопкоторговых фирм, а часть, оставшуюся для хозяйственных нужд семьи, для изготовления тка­ней, очищали от семян на деревянном ручном станке (чигириц). Крайняя отсталость и застойность сложившейся много веков назад культуры зем­леделия объясняется историческими условиями XIX — начала XX в. Крестьяне колониального Туркестана, Бухары и Хивы не могли улуч­шать хозяйство сколько-нибудь существенно. Не располагая средствами даже на пропитание своей семьи, крестьянин-бедняк, работавший на землях бая как издольщик, не мог вкладывать средства в хозяйство, и зем­ледельческая техника у издольщиков, как правило, стояла ниже, чем у дехкан-середняков. Богачи также не вкладывали средств в улучшение хозяйства. Все их старания были направлены лишь на то, чтоб сосредо­точить в своих руках как можно больше земли. Она была основой их доходов и положения в обществе, давала им в руки средства извлекать значительные

Почву для посевов хлопка готовили с осени. Ее вспахивали и хорошо поливали. Весной вспашку повторяли. Сохранялся крайне непроизводи­тельный посев хлопка вразброс по ровному полю. При этом много семян пропадало, так как всходы приходилось сильно прореживать. Более про­грессивным был посев в лунки, на грядках. При первом способе посева полив производился сплошным заливанием поля, что вело к образованию корки, мешавшей растениям развиваться. За сезон окучивали хлопок не­сколько раз. К сбору хлопка приступали в начале сентября и проводили его в два-три приема. Урожайность хлопка была низкой. Несмотря на возросшую роль хлопководства в экономике Туркестана в конце XIX — начале XX в., агротехника его до революции оставалась очень примитив­ной. Большую часть собранного на полях хлопка-сырца крестьяне от­давали землевладельцу-баю или скупщикам хлопкоторговых фирм, а часть, оставшуюся для хозяйственных нужд семьи, для изготовления тка­ней, очищали от семян на деревянном ручном станке (чигириц). Крайняя отсталость и застойность сложившейся много веков назад культуры зем­леделия объясняется историческими условиями XIX — начала XX в. Крестьяне колониального Туркестана, Бухары и Хивы не могли улуч­шать хозяйство сколько-нибудь существенно. Не располагая средствами даже на пропитание своей семьи, крестьянин-бедняк, работавший на землях бая как издольщик, не мог вкладывать средства в хозяйство, и зем­ледельческая техника у издольщиков, как правило, стояла ниже, чем у дехкан-середняков. Богачи также не вкладывали средств в улучшение хозяйства. Все их старания были направлены лишь на то, чтоб сосредо­точить в своих руках как можно больше земли. Она была основой их доходов и положения в обществе, давала им в руки средства извлекать значительные прибыли путем разнообразных форм эксплуатации мало­земельных и безземельных крестьян.

Современное земледелие узбеков, осуществляемое в крупных социа­листических хозяйствах — колхозах и совхозах — коренным образом отличается от дореволюционного.

Изменилось соотношение культур, достигла высокого уровня агротехни­ка их возделывания, повысилась урожайность, расширились посевные пло­щади. Теперь в колхозах и совхозах орошаемой зоны пшеницы засевают мало. В результате экономического районирования в общесоюзном масшта­бе Узбекистан снабжают хлебом зерносеющие области. Однако в колхозах и совхозах, расположенных в зоне богарного земледелия, зерновые куль­туры и поныне составляют важную отрасль хозяйства. Хотя и сейчас оста­ется зависимость урожая от дождей, бороться с неблагоприятными ме­теорологическими условиями колхозникам легче. Ученые-селекционеры и практики из колхозников и работников совхозов вывели путем улуч­шения ценных местных сортов специальные засухоустойчивые сорта пше­ницы и ячменя для богарного земледелия. Ведется постоянная работа по усовершенствованию агротехники богарных культур. Там, где позволяет рельеф местности, применя­ются тракторные плуги и сеялки, а также зерновые комбайны. В связи с тем, что озимые дают значительно бо­лее устойчивые и высокие урожаи, чем яровые, за пос­ледние годы колхозы и сов­хозы этой зоны перешли в основном на посев озимых. Располагая сельскохозяйст­венными машинами, земле­дельцы могут теперь произ­водить все работы в более короткие сроки, что благо­приятно отражается на уро­жае.

Из зерновых сильно воз­росло значение кукурузы, джугары и особенно риса. Кукуруза и джугара дают те­перь высокий и устойчивый урожай зерна и стебля, ко­торые используются на корм общественному скоту. С этой целью сеется в неболь­шом количестве просо; оно также дает зеленый корм и зерно, которое сдают на колхозные птицефермы. В Узбекистане имеются специализированные рисосеющие хозяйства, рас­положенные по поймам рек, в местах, богатых водными источниками. В хлопководческих колхозах эту ценную культуру также сеют на тех участках, где имеется обилие воды; на засоленных почвах рис входит в се­вооборот, особенно при освоении новых земель. Его агротехника способ­ствует промывке почвы и после риса здесь уже можно сеять другие культуры, в частности хлопок. В Узбекистане выведены свои местные сорта риса, наилучшим образом приспособленные для узбекской нацио­нальной пищи.

Однако основой всего земледельческого хозяйства колхозов и совхо­зов, расположенных в зоне орошаемого земледелия, является хлопковод­ство. Выращиванием хлопка Узбекистан вносит большой вклад в общесоюзное хозяйство. Успешное развитие хлопководства узбекский на­род считает своей национальной гордостью и интернациональным дол­гом. Вместе с тем хлопок, как чрезвычайно ценная и выгодная культура является основой благосостояния и материальной обеспеченности сель­ского населения республики. Поэтому хлопчатник пользуется у узбеков особым вниманием и любовью, колхозники не жалеют

Однако основой всего земледельческого хозяйства колхозов и совхо­зов, расположенных в зоне орошаемого земледелия, является хлопковод­ство. Выращиванием хлопка Узбекистан вносит большой вклад в общесоюзное хозяйство. Успешное развитие хлопководства узбекский на­род считает своей национальной гордостью и интернациональным дол­гом. Вместе с тем хлопок, как чрезвычайно ценная и выгодная культура является основой благосостояния и материальной обеспеченности сель­ского населения республики. Поэтому хлопчатник пользуется у узбеков особым вниманием и любовью, колхозники не жалеют

Однако основой всего земледельческого хозяйства колхозов и совхо­зов, расположенных в зоне орошаемого земледелия, является хлопковод­ство. Выращиванием хлопка Узбекистан вносит большой вклад в общесоюзное хозяйство. Успешное развитие хлопководства узбекский на­род считает своей национальной гордостью и интернациональным дол­гом. Вместе с тем хлопок, как чрезвычайно ценная и выгодная культура является основой благосостояния и материальной обеспеченности сель­ского населения республики. Поэтому хлопчатник пользуется у узбеков особым вниманием и любовью, колхозники не жалеют труда для выра­щивания этого требовательного, но и щедро вознаграждающего за труд растения.

Хлопководство — самая трудоемкая отрасль сельского хозяйства. Несмотря на то, что именно в хлопководстве больше всего развита механизация, хлопок требует напряженной работы в течение всего года.

Осенью, еще не собрав весь урожай, колхозники приступают к ра­ботам по подготовке земли к посеву. За последние годы хлопкоробы стали все чаще применять зимние поливы и зяблевую вспашку. В то время как трактористы распахивают поля под зябь и производится чистка иррига­ционных каналов, наиболее опытные колхозники планируют поливные карты, поливальщики (сувчи) пускают воду на поля, чтобы промыть поч­ву я насытить ее влагой. В феврале пашут и одновременно вывозят на по­ля удобрения. Боронуют поля дважды, вдоль и поперек: один раз перед, другой раз после посева. Раньше сеяли в мае, и растения нередко не ус­певали до осенних холодов дать свой полный урожай. Теперь сев начи­нают в марте — апреле, исходя из климатических условий микрорайона, и проводят его, благодаря тщательной агротехнической подготовке, в сжа­тые сроки. В северных районах высевают скороспелые сорта хлопчатника. Сев производится машинами, причем во многих колхозах и совхозах приме­няются сеялки точного высева.

В течение всего вегетационного периода за хлопчатником ведется тщательный уход. Едва появились всходы, их окучивают и одновременно прореживают. После этого неоднократно проводятся полив, окучки, чеканка, культивация.

Еще недавно культиватором обрабатывали хлопковые поля лишь в продольном направлении, междурядия взрыхляли кетменями. Эта операция поглощала значительную часть труда колхозников, так как оку чивание производилось после каждого полива (до 6—7 раз). Осуществляю­щийся за последние годы переход на посев хлопчатника квадратно-гнез­довым способом, при котором растения располагаются продольными и поперечными рядами, позволяет обрабатывать хлопчатник машинами. Это освобождает колхозников от тяжелой и непроизводительной ручной работы, дает им возможность направлять свои силы на лучшую обработ­ку полей.

Целый комплекс мероприятий применяется в колхозах для борьбы с вредителями сельскохозяйственных культур, употребляются разнооб- разные химикалии, существуют специальные бригады химизаторов; при этом широко используется авиация. Среди колхозников, много лет прора­ботавших в этих бригадах, выросли хорошие специалисты-практики. Ра­ботой колхозных химизаторов руководят государственные учреждения, где имеются специалисты-энтомологи и химики.

Хлопок поливается сейчас более часто чем раньше; число поливов доводят до 8 раз. В конце августа раскрываются первые коробочки хлоп­ка, а в сентябре приступают к его сбору, продолжающемуся по мере со­зревания коробочек. До последних лет хлопок убирали руками; многие колхозники и колхозницы достигали при этом изумительных успехов. Узбекскими хлопкоробами была разработана техника сбора хлопка дву­мя руками, что давало возможность лучшим сборщикам доводить свой дневной сбор до 200 кг и выше.

За последние годы Партией и Правительством были осуществлены чрез­вычайно важные мероприятия, повлиявшие на коренное изменение струк­туры, системы и методов ведения хлопкового хозяйства, на решение спе­цифических проблем подъема хлопководства. На совещаниях передовиков хлопкосеющих республик, состоявшихся в 1954 и 1956 гг., был нанесен удар не изжитым еще консервативным взглядам на механизацию обра­ботки хлопчатника, открыт путь для внедрения новых, прогрессивных приемов агротехники хлопководства.

В 1958 г. в Москве, в Кремле, состоялся первый в истории Всесоюз­ный курултай хлопкоробов, на котором был поставлен вопрос о завер­шении комплексной механизации хлопководства, выдвинута задача заменить кетмень, которым с древнейших времен обрабатывался хлоп­чатник, современной техникой. Было принято решение о создании и про­изводстве в массовом масштабе хлопкообрабатывающих и хлопкоубо­рочных машин. Для миллионов хлопкоробов, особенно для женщин, это имело огромное значение, так как означало освобождение их от крайне тяжелого физического труда.

Теперь механизированы все основные процессы возделывания хлоп­чатника, успешно решается проблема машинной уборки урожая. Вводятся в строй новые, усовершен­ствованные образцы хлопко­уборочных машин, собира­ющие 12—13 и более тонн сырца в день. Произошел пе­релом в психологии, в соз­нании людей, в их отношении к хлопкоуборочной машине. Выросли замечательные кад­ры механиков-водителей. По почину Героя Социалисти­ческого Труда, узбечки Тур- суной Ахуновой разверну­лось широкое патриотическое движение за овладение убо­рочной техникой. Тысячи девушек по ее примеру сели за штурвал машины.

Соблюдение научно раз­работанной агротехники, учи­тывающей многовековой на­родный опыт, хорошая осна­щенность колхозов и совхо­зов машинами дают узбекс­ким хлопкоробам гарантиро­ванный и устойчивый уро­жай. В среднем по республи­ке он составляет 20—23 ц с га, а отдельные колхозы и брига­ды получают по 30—40 и более центнеров. На состо­явшемся в Ташкенте в 1961 г. совещании работников сельского хозяйства Средней Азии, Азербайджана и южных областей Казахстана было принято решение о том, чтобы в бли­жайшие годы каждый из хлопкосеющих колхозов и совхозов повысил урожайность хлопка минимум до 25 центнеров с гектара. Это даст по Узбекистану дополнительно 500—600 тыс. тонн хлопка.

Хлопководство представляет собой самую развитую отрасль современ­ного земледелия узбеков. В ней выше всего степень интенсификации, здесь лучше всего проявляется высокая современная агротехническая куль­тура узбекских земледельцев.

Сельскохозяйственная техника, применяющаяся на колхозных полях, состоит из очень разнообразных машин, число которых увеличивается с каждым годом; это тракторы различных систем и с различными прицеп­ными машинами, обыкновенные и квадратно-гнездовые сеялки, обеспечи­вающие точный высев семян, окучники, культиваторы с приспособлениями для одновременного внесения удобрения, различные аппараты для борьбы с сельскохозяйственными вредителями, хлопкоуборочные и куракоубо- рочные машины, ворохоочистители и т. д. Особенно повысилось исполь­зование этой техники после того, как в 1958 г. она по решению прави­тельства была продана колхозам и перешла в их полную собственность.

Как отмечалось выше, для увеличения плодородия почвы, широко применяются различные удобрения. Поныне сохраняют большое значе­ние естественные удобрения всех видов, но наибольшее значение имеют минеральные искусственные удобрения, производство которых растет на базе созданной в Узбекистане после революции химической промышлен­ности. Такие удобрения вносятся в почву при помощи машин.

В районах орошаемого земледелия развивают так­же огородничество, которое в прошлом не имело большо­го товарного значения. Сей­час в колхозах общественное овощеводство стало высоко­товарной отраслью хозяйст­ва. В хлопководческих кол­хозах для огородов выделя­ются специальные участки.

Часто урожай с них продают на колхозном рынке. В при­городных районах овощевод­ство сделалось основой мно­гих специализированных кол­хозов. Огороды разводят и на приусадебных участках.

В них выращивают, как и раньше, морковь, лук, свек­лу, редьку, репу, красный перец. Из бахчевых культур выращивают дыни, арбузы, огурцы, тыкву. Тыквы-гор- лянки самых различных форм и размеров высушивают те­перь, как и прежде, и при­меняют в качестве посуды, табакерок ит. д. В дополне­ние к тем овощам, которые возделывались узбеками ис- покон веков, и тем, которые вошли в быт после присоединения к России (картофель), сейчас большое распространение получили помидоры, ка­пуста, болгарский перец, баклажаны и др.

Узбекские сорта дынь, арбузов и тыкв известны своими великолепны­ми вкусовыми качествами, особенно дыни, некоторые сорта которых на­селение умее' сохранять до нового урожая. Многие колхозы получают от продажи дынь и арбузов большой доход.

Издревле в Узбекистане знали культуру люцерны, об этом сообщали еще древние китайские авторы. Люцерна (йунеич^а, беда) употребляется как фураж для скота (главным образом лошадей) в свежем и в сухом видах. Раньше люцерну высевали на небольших участках при дехканских усадь­бах, поэтому ее ценное качество — способность повышать плодородие поч­вы — не использовалось в полной мере. Это свойство люцерны было хо­рошо известно узбекскому земледельцу, и если земля истощалась, ее за­севали люцерной. Люцерна стояла на одном поле шесть-семь лет и больше, давая по три-четыре укоса за сезон. Сейчас люцерна употребляется для нужд общественного животноводства и в то же время восстанавлива­ет плодородие полей, занятых хлопчатником. В хлопководческие колхозы и совхозы внедряется хлопково-люцерно-кукурузный севооборот.

Садоводство — исконное занятие узбеков. В оазисах выращивают пло­довые деревья, которые дают населению значительное количество фруктов, потребляемых в свежем и сушеном виде. Из плодовых деревьев рас­пространены абрикос, персик, миндаль, яблоки, инжир иджида. В не­большом количестве разводят различные сорта слив, вишен, черешни.