Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Домашний быт нанайцев
Этнография - Народы Сибири

Домашний быт нанайцев

Главным ездовым животным нанайцев была до революции собака, в гораздо меньшей степени —лошадь. Фольклорные данные свидетельствуют о срав­нительно давнем появлении этого животного у нанайцев. Но лошадей держали в основном «верхние» нанайцы, т. е. акани, и использовали их главным образом для верховой езды и как вьючных животных и лишь отчасти — как упряжных. Важную роль играла собака, имевшая тран­спортное и охотничье значение. Она применялась как тягловая сила: зимой для упряжки в нарты, летом для подъема лодок бичевой вверх по течению реки.

Типы нарт, способы упряжки, устройство собачьей сбруи были сходны у всех народов Амура. Характерны были прямокопыльные парты с дву­сторонне загнутыми полозьями, упряжью шейного типа и продольной упряжкой «змейкой» или «елочкой». Сначала XX в. эта форма упряж­ного собаководства сменилась новым, так называемым восточносибир­ским типом, широко распространенным на Охотском побережье, Кам­чатке, Чукотке среди коренного и старожильческого русского населения. Помимо нарты нанайцы пользовались санями (пара), в которые впрягали лошадь.

Лыжи нанайцев двух типов: малые без меховой подбивки (кунгултэ) и большие, более широкие и длинные, подклеенные мехом (сохсилъта). При ходьбе на лыжах пользуются лыжной палкой.

Для плавания по Амуру служила плоскодонная лодка (тэмчиэн, или угда), сделанная из трех досок с выступающим вперед дном и приподнятым острым носом. На быстрых горных притоках Амура поль­зовались другой лодкой, долбленной из целого куска дерева, преиму­щественно из ивы (аурпя, или огдима). Местное русское население называет этот тип батом. В бате вверх по реке поднимаются при помощи шестов, вниз по течению спускаются, почти не прибегая к веслам. Широко были распространены маленькие лодки-долбленки, дощатые и берестяные. У долбленой оморочки — острый нос и корма; этим и мень­шей величиной она отличается от бата. Оморочки приводятся в движе­ние двухлопастным веслом или парой небольших весел с лопатообраз­ными лопастями. Нанайцам было известно применение паруса.

Раньше у нанайцев были отдельные зимние и летние селения. Наличие зимних и летних селе­ний связано было с сезонными перемещениями, практиковавшимися нанайцами в зависимости от хозяйственных нужд. После вскрытия Амура часть населения отправлялась на осетровые рыбалки для заготовки хря­щей и вязиги. По окончании лова осетровых нанайцы передвигались в места, богатые частиковой рыбой, и заготовляли эту рыбу и рыбий жир. Интересы летней охоты, главным образом на изюбря, играли существен­ную роль при выборе места летнего пребывания. К началу хода кеты население сосредоточивалось на осенних рыбалках для заготовки основ­ного продукта питания, и только после окончания лова лососевых нанайцы возвращались в зимние селения.

Жилища нанайцев разделялись, как и селения, на летние и зимние. Нанайские летники представлены были разнообразными формами: щитом-заслоном, двускатным, коническим и сферическим шалашами, четырехстенным летником, крытым корой (дауро), бязевой палаткой, пологом от комаров. Шалаш конической формы (чоро) покрывался соло­мой или полосами бересты и был наиболее характерен для жителей при­токов Амура, т. е. в основном для киле и акани. Сферический шалаш (хожуран, или анко) служил исконным летним жилищем нанайцев долины Амура. Куполообразный остов этого шалаша состоял из тонких прутьев и покрывался сверху берестяными полосами, нижняя часть жилища опоясывалась цыновкой из камыша. У шалаша было два отверстия — дымовое сверху и входное, преимущественно в части, обращенной к реке. Входное отверстие завешивалось куском бересты или Камышевой цыновкой. Корьевой шалаш дауро встречался главным образом на р. Горин.

Зимним жилищем в недавнем прошлом служили: землянка (серома) со срубом, установленным в вырытой в земле яме; полуземлянка (хурбу) со срубом, несколько возвышающимся над землей; зимник типа китайской фанзы (большого и малого размера); зимнее промысловое жилье (ундхэн) и русская изба. Промысловое жилье ставили на месте зимней охоты; по внешнему виду оно напоминало четырехскатную крышу, в одной из сторон которой была дверь.

Большой каркасного тина зимник китайского образца (фанза) имел решетчатые стены из ивовых и ольховых прутьев, обмазанные с обеих сторон глиной. В зимнике этом были глинобитные печи (от 2 до 4) со вма­занными сверху китайскими чугунными котлами и земляной пол. Отапли­валось жилище дымоходами, проходящими от печей в пустотелых нарах вдоль стен (канами). Далее дым поступал в высокую трубу из дуплистого дерева, находившуюся поодаль от жилья. Оконные рамы заделывали зимой рыбьей кожей или китайской промасленной бумагой, а летом — Камышевой решеткой. Отличительная особенность внутреннего убран­ства этого жилья, как и у других жителей Амура, — большой помост, установленный на подпорках посреди зимника. На помосте хранились различные предметы домашнего обихода и орудия охоты и рыболовства. В домах этого типа в старину обитали большие патриархальные семьи. Каждый член патриархальной семьи имел определенное место на нарах. Глава семьи и его жена занимали почетное место у очага. В период мань­чжуро-китайского господства перед домом шамана обычно стояли высо­кие деревянные столбы с резными изображениями драконов, змей, яще­риц, лягушек и т. д. Перед жилищем судьи, а также нанайца, женатого на маньчжурке (обычно дочери какого-либо чиновника с Сунгари), были шесты с изображением кукушки. У подножья шестов устанавливали дере­вянные изображения духов предков.

Китайское влияние сказывалось и на домашней обстановке: в жили­щах встречались шкапчики со множеством выдвижных ящиков, различ­ного типа сундуки китайского происхождения. Китайская мебель — при­вилегия зажиточной части нанайского населения — была недоступной роскошью для бедноты.

Из хозяйственных построек особенно характерны были амбары на столбах.

В период русской колонизации большие дома китайского образца (фанзы) стали сменяться малыми фанзами, с двумя нарами и одним оча­гом. Это стояло, видимо, в непосредственной связи с процессом разло­жения большой патриархальной семьи. Во второй половине XIX в. у нанайцев появились первые русские избы. Эти жилища с характерной для них обстановкой были также лишь у наиболее зажиточной части нанайцев. Под влиянием русского населения на Амуре довольно широко распространились печки из листового железа и керосиновые лампы. До появления керосина для освещения пользовались жирниками, изго­товлявшимися из песчаника, глинистого сланца и других матери­алов.

Условия жизни нанайцев были до революции весьма тяжелыми. Жилища, при отоплении дымоходами, проходящими под нарами, бывали обычно полны дыма; земляной пол, вследствие сырости и привычки пле­вать на пол, покрыт слоем грязи; пыль и копоть осаждались в изобилии на полочки, перекладины и балки жилища. Употребление мыла и стирка одежды были почти не известны нанайцам. Тяжелые жилищные условия, некультурность, нищета массы трудящихся и отсутствие каких-либо мер по охране народного здоровья способствовали развитию различных болезней и увеличивали смертность.

Преобладание того или иного промысла у разных групп нанайцев отражалось в прошлом на материале, употреблявшемся для одежды. Жители притоков Амура, т. е. киле, у которых охота доминировала над рыболовством, одежду делали главным образом из лосиных и оленьих шкур и кож. У насель­ников долины Амура, где ведущее значение имело рыболовство, изгото­влялась, главным образом, летняя одежда из рыбьих кож. Торговля с китайцами способствовала проникновению к нанайцам тканей и одежды китайского происхождения. Значительное распространение эти предметы получили у «верхних» нанайцев, акани.

Шелковые материи, дорогие китайские халаты и шубы были только у богатых нанайцев. Нанайские старшины носили халаты из шелка высшего качества, специальные шапки и обувь. Одежда этих нанайцев резко отличалась и по материалу и по покрою от одежды всей остальной массы. Во второй половине XIX в. получили некоторое распространение материалы и одежда русского происхождения. Но несмотря на китай­ское и русское влияние, самобытная одежда нанайцев из рыбьих и звери­ных кож сохранялась вплоть до Октябрьской социалистической рево­люции.

Существовало несколько видов нанайской национально]! одежды — повседневная, праздничная, промысловая, обрядовая и т. д. Основные части мужской и женской одежды следующие: халат (пгэтуэ) с запахи­вающейся направо полой, отличающийся от китайского отсутствием стоячего воротника и более узкими рукавами, пояс (омол), узкие и корот­кие штаны (пэру) и ноговицы (гарон), оригинальная часть женского костюма — особого вида нагрудник (.лэлу) с металлическими подвесками, который некоторые женщины носили под халатом. Зимой носили несколько халатов, а также ватную и подбитую мехом одежду.

Национальная обувь (ота) имела невысокое голенище, с разрезом спереди. Внутрь обуви вкладывали стельку из уссурийской осоки. Зимняя обувь делалась из рыбьей, а летняя — из звериной, преимуще­ственно кабаньей, кожи. Среди горинских киле распространена была обувь эвенкийского покроя. Обувь надевали поверх чулка (доктон) матер­чатого (иногда на вате), мехового или кожаного.

Рукавицы (качама) покрывали рыбьей кожей или материей. Руку у запястья обматывали нарукавником (хуэптун) из материи или рыбьей кожи, обычно орнаментированным.

Головные уборы (апун) нанайцев очень разнообразны: меховые шапки с наушниками, поярковые шапки китайского типа, летние берестяные шляпы (невысокий конус с широким основанием), китайские широко­полые соломенные шляпы и пр. Женские головные уборы, особенно зимние, по форме отличались от мужских. Широко распространена была прежде зимняя стеганая шапка на вате, имеющая вид шлема, с шишечкой на макушке. Женщины носили также фетровые шапки в форме колпака, с отогнутыми вверх краями, а летом — берестяные конусовидные голов­ные уборы. С приходом на Амур русских распространились головные платки.

Из промысловой одежды своеобразием отличался костюм охотника на соболя. Он состоял из небольшой, богато орнаментированной шапочки с наушниками, увенчанной собольим или беличьим хвостом, головного и наплечного покрывала, меховой безрукавки (миата), наголенников из рыбьей кожи, обуви и орнаментированного передника.

Праздничная одежда отличалась от повседневной главным образом лучшим качеством материала и обилием украшений. Среди обрядовой одежды множеством своеобразных деталей и богатством орнаментировки особенно выделялся женский свадебный костюм.

Украшения были довольно широко распространены среди зажиточ­ных нанайцев. Получали их главным образом от маньчжуров и китайцев, отчасти от якутов и русских. Из старинных украшений следует отметить кольца, браслеты, женские ушные и носовые серьги. Последние продер­гивались через перегородку и боковые крылья носа.

Мужчины нанайцы, начиная с середины XVII в., стали придержи­ваться маньчжурского обычая брить или коротко выстригать переднюю часть головы от виска до виска, заплетая остальные волосы в одну косу. Женщины стали заплетать волосы в две косы и плоско укладывать их вокруг головы, по примеру маньчжурок. Женская маньчжурская при­ческа распространена была больше среди «верхних» нанайцев; у других нанайцев замужние женщины обычно заплетали волосы в две косы, а девушки носили одну косу.

Еще в конце XIX в. у нанайцев существовала татуировка. Она была распространена главным образом среди акани. Татуировали руки, пере­носье и лоб. Производили татуировку, продергивая сквозь кожу нитку, окрашенную китайской тушью или соком особого растения (дафаро).

В недалеком прошлом основу питания нанайцев составляла рыба; только у киле большую роль играло мясо. Зерновые культуры, овощи и мясо домашней свиньи у «верхних» нанайцев играли большую роль, чем у других групп, так как именно у них существовали зачатки хлебопашества, огородничества и живот­новодства. Пищевой режим зажиточных нанайцев отличался от питания бедноты обилием и разнообразием продуктов. Излишек продуктов у богатых нанайцев давал им возможность эксплуатировать бедноту. Известны были случаи, когда бедняк продавал в голодные годы в рабство своего ребенка богатому нанайцу за несколько фунтов пшена.

Основная масса трудящихся питалась в основном продуктами рыбо­ловства, охоты и дикорастущими растениями. Из рыбы первенствующее значение имела кета. Рыбу и мясо потребляли в сыром, мороженом, вареном, вяленом (юкола) и копченом виде. Наиболее распространенные способы заготовки впрок — вяление (сушка на солнце и ветру) и копчение. Засолка рыбы и икры появилась, повидимому, после русской колони­зации. Кроме того, существовал весьма оригинальный способ сохранения частиковой рыбы: рыбную массу вываривали в собственном жиру, про­дукт, получающийся при этом, назывался таксан. Растительная пища — различные съедобные травы, грибы, ягоды и коренья — заготовлялась впрок преимущественно просушкой на солнце и ветру.

Излюбленные блюда нанайцев: бода — жидкая каша из чумизы (чумиза — вид пшена) с икрой, без соли, тала — мелко нарезанная сырая рыба, фирун — сухая черемуха, смешанная с рыбьим жиром. Лакомством считались также голова кеты, костный мозг, желудок белки, наполненный орехами, и т. д. Обрядовая пища употреблялась на поминках и в других случаях. К ней относилось и фигурное печенье, изображавшее птиц. Отвар чумизы считался напитком духов.

Посуда зажиточных нанайцев свидетельствовала о сильном китай­ском, а позднее русском влиянии. Основная масса нанайцев пользовалась преимущественно посудой собственного изготовления. Делали ее из дерева, бересты и рога. Тонкостью и изяществом работы отличались деревянные ложки и коробки для табака, украшенные резным орнамен­том. Широко распространены были плетенные из ивовых прутьев кор­зины.