Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Селения и жилища хантов и мансов
Этнография - Народы Сибири

Селения и жилища хантов и мансов

Селения хантов и манси в прошлом состояли  из 1—10 домов с пристройками, расположенными без всякого плана. Селения отстояли далеко одно от дру­гого. Общее название селения—пугол корт (хант.), паул (манс.; ср. венгерское фалу — «деревня»).

Соответственно с характером своего хозяйства ханты и манси имели жилища кочевого и оседлого типов. Так, ханты и манси-оленеводы жили в заимствованном ими у ненцов чуме (манс. ёрн кол, хант. — ери хот — «ненецкий дом»). Чум этот по устройству ничем не отличался от ненецкого.

Постоянным зимним, а иногда и летним жилищем большинства хан­тов и манси служил срубный дом из нетолстых бревен или толстых плах.

Строился такой дом без потолка, с очень пологой двускатной крышей, покрытой по деревянным планкам полосами специально выделанной бе­ресты, сшитой в большие полотнища. Поверх бересты клали ряд тонких жердей — накатник; вышина сруба равнялась 2—3, длина 5—9 и ширина 4—5 м. Крыша по переднему фасаду несколько выдавалась вперед и опи­ралась на столбы, образовывая сени. В избушку вела небольшая, высоко прорубленная дверь. У манси дверь ориентировали на юг, у хантов — по направлению к реке. В одной или обеих боковых стенках дома делали окна. Прежде зимой в окна вставляли льдину (вместо стекла), летом оконное отверстие затягивали рыбьим пузырем.

В углу дома, справа или слева от двери, устраивали очаг — чувал (чогал, или човал) из жердей, обмазанных глиной. Дрова в чувал стави­лись стоймя. По окончании топки трубу чувала закрывали деревянным кругом или комком моха, сена. Огонь чувала был единственным отопле­нием и освещением жилища. Летом в чувале также весь день поддержи­вали огонь, но не для тепла, а для дыма, защищающего от комаров и мошки.

По двум-трем стенам внутри дома делались из земли низкие широкие нары, которые обшивались по бокам досками или жердями. На нары клали плетенные из травы или тростника цыновки, поверх которых расстилали оленьи шкуры («постели»). Далеко не все ханты умели, однако, плести цыновки. Вдоль свободной от нар стены около входа на полках размеща­лась посуда. В случае совместного проживания в одном доме семей не­скольких братьев нары разделялись невысокими перегородками на отдель­ные отсеки, служившие помещением для отдельных семей. У хантов, про­живших на р. Вах, бытовали земляные жилища (мыг-кат — «земляной дом»). Они представляли собой четырехугольную яму, укрепленную сру­бом, с крышей из жердей, покрытых дерном. Крыша имела сбоку или по­средине довольно большое отверстие для дыма и света. В одной из сторон землянки был устроен ход со спуском из ряда ступенек, закрытый доща­той дверью. Перед дверью жердями отгораживалась небольшая площадка, называемая тебын — сени. Здесь помещались собаки. Очаг устраивали сбоку или посредине землянки.

Встречались у хантов и полуземлянки, имевшие форму усеченной пи­рамиды. Над ямой глубиной 0.5 м ставили 4 наклонных столба, соеди­ненных сверху перекладинами, образующими квадрат. Сбоку к этим перекладинам приставляли бревна и плахи, служившие стенками; верх­ний квадрат из перекладин покрывался жердями. Вся постройка сна­ружи обкладывалась землей и дерном. В некоторых случаях в осно­вании землянки устраивали сруб, три звена которого возвышались над землей. Крышу делали двускатную из накатника и покрывали берестой.

Манси строили только срубные дома: описанные нами выше землянки и полуземлянки у них не встречались. Они были характерны главным об­разом для групп восточных хантов (живших на рр. Вах, Васьюган, Юган).

Особенностью хантыйских и мансийских селений была установка в них специальных столбов для привязывания оленей и лошадей. Такой столб вбивался перед каждым домом против переднего фасада. Иногда столбы украшались зарубками, изображениями человеческих лиц, жи­вотных и птиц.

В старину при общественных молениях к этим столбам привязывали жертвенных животных. Каждое хозяйство имело амбар. Амбары — сруб­ные четырехугольные постройки из плах или бревен, поставленные на столбы или на пни высотой в 1—2 м. Количество столбов было различным — от 1 до 4 и более. Столбы затесывались уступом, чтобы воспрепятство­вать мелким грызунам проникать в амбары. Подымались в амбар при помощи приставной лесенки — бревна с зарубками. В амбарах хранили запасы пищи, одежду, утварь, оружие и другое имущество; летом в амбарах спали.

Ханты и манси, имевшие лошадей, строили для них холодные стойла с тонкими стенками и крышей. Иногда ограничивались постройкой навеса на столбах без стенок.

Летом, выезжая на рыбалку или охоту, ханты и манси на местах про­мысла строили временные жилища — шалаши. Шалаш имел прямоуголь­ную форму. Остов такого шалаша строился на месте, из жердей. Сна­ружи и сверху этот остов закрывали берестяными полотнищами. Внутри его вешали пологи от комаров. В этом шалаше помещалась вся семья. Земляной пол в шалаше закрывали ветками и цыновками, плетенными из прутьев ивы или из тростника; поверх цыновок клали оленьи шкуры, В центре шалаша находился очаг — рат Около шалаша постоянно поддерживался огонь — костер, на котором варили пищу, вываривали рыбий жир. В свободное от варки пищи время костер постоянно тлел, давая едкий дым, спасавший людей от мошки и комаров (для этого в него подкладывали ветки гнилой сырой ивы). Зимой, находясь на далеком расстоянии от дома на промысле, охотники жили в избушках (в случае длительного обитания на одном месте) или в различного вида шала­шах, навесах и снежных ямах, крытых плахами, еловыми ветвями или берестяным полотнищем. В стороне от зимних и летних постоянных жи­лищ на деревянном помосте строили печи для выпечки хлеба. Их сбивали из глины, наподобие русской печи без трубы. Над печыо устраивали навес. Такими печами пользовались сообща несколько хозяев.

Посуда собственного изготовления — ложки, чашки, ковши — де­лалась в основном из дерева и бересты. Из дерева делали блюда, называв­шиеся по-хантыйски ап, а по-мансийски аны. В былинах этим же терми­ном называют глиняную посуду. Черепки глиняной посуды находят в раскопках и на территории расселения хантов и манси.

У всех групп хантов и манси широко бытовала покупная глиняная и фаянсовая посуда (чайные чашки), ножи и ложки. Варили пищу в покуп­ных больших медных или железных круглых котлах с железными ручками (хант. саран-пут — «зырянский котел»), или, что чаще, в чугунных ахтас-пут, т. е. «каменный котел». Котлы подвешивались над кост­ром. Упоминания об этих котлах встречаются и в былинах.

Изделия из бересты снаружи украшались орнаментом, выполненным техникой соскабливания внутреннего слоя. Широко распространены были плетенные из кедрового корня корзиночки-корнватики. Необходимой при­надлежностью в хозяйстве хантов и манси были древесные, мелко наско­бленные стружки; ими вытирали посуду, лицо, руки. Изготовляли их из промерзшей древесины тальника, березы, редко сосны и ели, путем скоб­ления ножом при оттаивании. Эти же стружки употреблялись как пере­вязочный материал при ранениях, как подстилка для ребенка и т. д. У северных оленеводов хантов и манси в качестве мужской верхней одежды служила глухая (без разреза впереди, надеваемая через голову) одежда с капюшоном, заим­ствованная ими от ненцев (малица, гусь). Эта одежда у других групп хантов и манси употреблялась только как дорожная. Обычную же верх­нюю одежду их составляли шубы из оленьего и заячьего меха, беличьих и лисьих лапок: по покрою эти шубы были распашными, прямоспинными; они завязывались с помощью ровдужных ремешков или же запахивались и подпоясывались кожаным ремнем с большим напуском — пазухой. На р. Вах охотники ханты на зимний промысел надевали так называемый колек. Это короткая одежда из оленьей шкуры, сшитая мехом наружу. Колек туго подпоясывали и полы спереди затыкали за пояс, чтобы они не мешали быстрой ходьбе на лыжах.

Летняя мужская одежда северных оленеводов хантов и манси по покрою не отличалась от зимней. В качестве летней одежды служили ста­рые малицы или суконные гуси, У южных и восточных хантов-охотников летней одеждой был короткий халат из грубого сукна, отороченный по вороту, рукавам и правой поле мехом. Иногда летняя одежда шилась из брезента в виде плаща.

Зимняя обувь оленеводов хантов и манси (ёрн-еай, т. е. «ненецкая обувь») представляла собой ненецкие пимы из камусов с меховым чул­ком. Южные приобские ханты эту обувь покупали у северных хан- тов-оленеводов. Как и у ненцев, обувь эта прикреплялась под малицей к поясу.

Большинство хантов и манси носило короткую обувь — няра, сши­тую из продымленных лосиных, оленьих или конских камусов, мехом на­ружу. У зимней обуви этого типа верхняя часть оторачивалась сукном, а подошвы выкраивались из прочных и не скользящих «щеток» и шкуры, снятой со лба оленя. Няра надевалась на толстый, длинный чулок (вай), сшитый из сукна, брезента или ровдуги. Подобную обувь носили мужчины и женщины. У мужчин чулки тонкими ремешками прикрепля­лись к поясу поверх рубахи. Летом мужчины и женщины носили ровдуж- ную обувь с подошвой из лосиной кожи. На эту обувь (с помощью расти­тельных красок) часто наносился орнамент.

У южной группы хантов и манси мужские рубахи (хант. ернас, манс. суп) прежде шили из домотканного крапивного холста; они были длиной до колен, с отложным воротником, с вышивкой шерстью на груди и подоле; позднее появились рубахи-косоворотки, также вышитые. Ру­бахи подпоясывали с напуском. В первой четверти XX в. рубахи стали шить из покупных тканей. У северной группы хантов и манси рубахи и раньше шили только из фабричных тканей. Рубаха прикрывала узкие, заходящие немного ниже колен штаны (хант. касъ, манс. манъсуп), кото­рые шили из ровдуги, рыбьей кожи, холста и бумажных тканей. Поверх рубахи мужчины надевали ременный или тканый пояс (хант. антып, манс. днтап), к которому в расшитых бисером мешочках привешивались де­ревянные ножны с ножом, оселок и огниво. Нижняя часть ножен привя­зывалась к ноге, чтобы нож можно было легко и быстро вытащить.

Женская зимняя одежда северных хантов (сах) и манси (саха) — оленья двойная меховая шуба, завязывающаяся спереди. В районах, где было мало оленей, подклад шубы делался из заячьих и беличьих шкурок и из беличьих ланок, из утиных, гагарьих и лебединых шкурок. Женские шубы у восточных хантов шились из заячьих шкурок, беличьих лапок, оленьих ушей и обрезков оленьего меха; сверху их покрывали сукном. Покрой шуб был распашной, с прямыми полами. На такую шубу шло до 800 беличьих лапок. При дальних поездках на оленях женщины, как и мужчины, надевали малицу и гусь. Зимняя женская обувь была ненецкого типа, такая же, как и у мужчин, но отличалась иным рас­положением украшений из полосок разноцветного сукна.

Женской летней одеждой был суконный или хлопчатобумажный халат яркого цвета, украшенный по подолу, полам, обшлагам и вороту нашивками из бисера, цветной материи и четырехугольных литых из олова бляшек; такие бляшки женщины отливали сами в специальных формочках из мяг­кого камня или сосновой коры. Женские пояса отличались от мужских более нарядным оформлением и были уже мужских.

Женские рубахи южных групп хантов и манси были туникообразного покроя, из крапивного и льняного холста; их вышивали крестом синей и красной шерстью. Рубахи у северных групп хантов и манси были рус­ского покроя; их шили из различных тканей, с прямым разрезом на груди. Бытовавшие у них платья были татарского покроя, с кокеткой и широким воланом. У рубах восточных хантов широкий отложной воротник, обшлага и ластовицы делались из иного материала, чем вся рубаха. С прекращением производства крапивного холста южные ханты стали шить платья, кофты и юбки такие же, как и местные русские крестьяне, причем юбки делали очень широкие.

Штаны женщины носили не везде. Как у хантов, так и у манси с на­ступлением половой зрелости девушка надевала особый пояс-повязку (върып), который носила до старости.

Других головных уборов, кроме шапки-капора, не было ни у мужчин, ни у женщин. Мужчины летом, а часто и зимой не покрывали голову. Летом для защиты от комаров голову повязывали шейным платком.

Женщины зимой и ле­том носили большие го­ловные платки с широ­кой каймой и бахромой. Платок носили набро- шенным на плечи и голову, со свободно свисающими концами, еложенными неровным треугольником по диагонали; малый треугольник женщины спускали на лицо, закрывая его таким образом от мужчин, старших родственников мужа.

В прошлом у южных хантов женщины носили головные повязки с на­лобниками из бисера, которые назывались са- равать (ср. татарск. са­рауц). Волосы ханты и маиси в прежние вре­мена не стригли. Муж­чины, разделив волосы на прямой пробор, свя­зывали их по бокам в два пучка и обвивали их красным или другим цветным шнурком. Жен­щины заплетали волосы в две косы, вместе с лож­ными косами обвивали их цветным шнурком в виде жгутов и украшали медными подвесками. Как мужчины, так и женщины вплетали в косы тесьму, украшенную по затылку прямоуголь­ным кусочком кожи или сукна с нашитыми на нем медными пуговицами (у женщин пуговиц было пять, у мужчин четыре). Косы у женщин соеди­нялись внизу толстой медной цепочкой, которая не давала им раскачи­ваться и свисать, мешая при работе. На цепочку подвешивали кольца, бубенцы, бусы и другие украшения. Женщины у хантов и манси носили большое количество медных и серебряных колец. У южных хантов были широко распространены женские бисерные украшения; воротники, раз­личные нагрудные украшения, накосники и т. п. Бисер завозился рус­скими купцами. Основные цвета бисера были: белый, синий, черный и красный. Детская одежда более прочно сохраняла в покрое и в материале старые формы одежды взрослых, например детям еще шили одежду из птичьих шкурок уже в то время, когда в одежде взрослых этот материал исчез. Изготовление одежды лежало целиком на женщине. Женщины приготовляли шкуры, ровдугу и другие материалы для одежды, различ­ные нитки для сшивания шкур, бересты, материи; они вышивали бисером, наносили орнамент различными способами и т. д.

Ткацкое искусство было известно хантам и манси, проживавшим по Салыму, Иртышу, Демьянке и Сосве, а также на Оби, в районе устья Иртыша и вверх до устья Салыма. У этих групп имелся очень примитивный ткацкий станок. Такой же ткацкий станок и тот же способ тканья был распространен и у тобольских татар. Многие названия частей ткацкого станка у этих групп хантов и манси и у тобольских татар совпадают. Ткацкое искусство у хантов и манси не шло дальше изготовления са­мого простого холста, который в прежние времена делали из крапивы и лишь впоследствии из конопли. Но уже к началу XX в. ханты холстов не ткали, и ткацкие станки встречались в быту очень редко.