Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Якуты. Общие сведения
Этнография - Народы Сибири

Якуты. Общие сведения

 

Якуты составляют коренное население Якутской АССР, одной из самых больших по территории республик Советского Союза. Назва­ние этого народа взято русскими от тунгусов, которые назы­вают их. Сами себя якуты называют саха, в старинных преданиях — ураьгхай саха.

Якуты причисляются по языку к тюркоязычной группе народов (при­мыкая к северо-восточной ее ветви); однако якутский язык занимает в этой группе несколько обособленное положение. В словаре,

грамматике якутского языка имеется  много монгольских элементов, а также элементов тунгусского и неизвестного происхождения.

Общая численность якутов по переписи 1926 г.—235 926 человек, в том числе мужчин —122 245, женщин — 113 681. Численность город­ского населения 4936 человек, сельского — 230 990 человек. Говорящих на родном (якутском) языке 235 523 человека. По тем же данным, якуты составляли 82.3% всего населения.республики (остальнуючасть представ­ляли: русские 10.4%, эвенки и ламуты 4%, чукчи 0.5%, юкагиры 0.14%).

Основная область расселения якутов — бассейн средней Лены с ниж­ним Алданом и Вилюем. Якуты живут также близ устья р. Олекмы, по рр. Яне, Индигирке, Колыме, Оленеку, Анабару. Почти вся эта область рас­положена в зоне* восточно-сибирской тайги, частью гористой, частью (Ви- люйская впадина) низменной. На Крайнем Севере, вдоль побережья Ледо­витого океана, тянется широкая (до 300 км) полоса безлесной тундры. Общий рельеф края представляет собой постепенно спускающуюся с юга на север покатость, прорезанную в разных направлениях горными хреб­тами (Верхоянский, Черского и др.). Край богат полезными ископаемыми (уголь, железо, алмазы, золото, серебро, свинцовые руды, платина, соль, цветные камни и пр.), до революции, однако, почти не эксплуатировав­шимися. Помимо широко разветвленной сети рек, Якутия богата мелкими озерами. Многие из них в последнее время высыхают. Берега озер и рек, а также многочисленные луговины (алаас'ы) среди тайги составляют оазисы культурной жизни. Климат засушливый, сурово-континентальный, с~же- стокими морозами в течение продолжительной зимы (полюс холода в вер­ховьях Индигирки, около пос. Оймякон), с коротким, но жарким (кроме крайнего севера и горных районов) летом. Почвы солонцеватые, достаточно плодородные. На глубине 1—2 м залегает слой вечной мерзлоты, не препят­ствующей, однако, жизни растений. Среди таежной растительности пре­обладает лиственница, а также сосна, береза и др. Животный мир богат и разнообразен: белка, колонок, горностай, заяц, лисица, медведь, россо- маха, лось, песец, дикий олень, кабарга; многочисленны виды птиц; в реках и озерах водится много рыбы: карась, муксун, нельма, лососе­вые, осетровые, карповые и др.

Расселение якутов по территории республики крайне неравномерно. Около девяти их сосредоточено в центральных районах — в бывших Якутском и Вилюйском округах. Это две основные группы якутского народа: первая из них несколько больше по численности, чем вторая. «Якутские» (или амгинско-ленские) якуты занимают четырехугольник между Леной, ниж­ним Алданом и Амгой, таежное плоскогорье, а также прилегающее левобережье Лены. «Вилюйские» якуты занимают бассейн Вилюя. В этих коренных якутских районах сложился наиболее типичный, чисто якут­ский быт; здесь он в то же время, особенно на Амгинско-Ленском плато, лучше всего изучен. Третья, значительно меньшая группа якутов рас­селена в районе Олекминска. Якуты этой группы более обрусели, по своему быту (но не по языку) стали ближе к русским. И, наконец, последняя, самая малочисленная, но широко расселенная группа яку­тов — это население северных районов Якутии, т. е. басейнов рр. Ко­лымы, Индигирки, Яны, Оленека, Анабара.

Северные якуты отличаются совершенно своеобразным культурно- бытовым укладом: в отношении его они больше походят на охотничье- рыболовческие малые народы Севера, на тунгусов, юкагиров, чем на своих южных соплеменников. Этих северных якутов местами даже и называют «тунгусами» (например, в верховьях Оленека и Анабары), хотя по языку они якуты и сами себя называют саха.

По языку якутский народ монолитен. Диалектов в нем нет, есть только говоры, слабо отличающиеся один от другого: акающий говор в южной части Амгинско-Ленского нагорья, окающий — в северной его части и на Вилюе.

Древнейшая история Якутского края стала известна лишь в последние годы благодаря археологическим исследованиям, главным образом, А.  П. Окладникова. На верхней и средней Лене найдены палеолитиче­ские стоянки. В эпоху неолита человек обитал уже по всему течению Лены и, вероятно, по ее притокам и по другим рекам Якутии. Неолити­ческие племена вели полукочевую жизнь охотников и рыболовов. Уже тогда намечались и связи, экономические и культурные, этого населения Ленского края с более южными, восточными и западными областями Си­бири. Эти связи еще более упрочились в эпоху бронзы. Еще недавно в науке господствовало мнение, что население Якутии само никогда не умело выделывать бронзу, а только получало бронзовые изделия из При­байкалья и с верхнего Енисея. Теперь доказано (А. П. Окладников), что металлургия бронзы существовала и в самой Якутии, и, кроме того, население ее действительно вело оживленные обменные сношения с пле­менами южной Сибири, откуда впервые и пришло на Лену знакомство с бронзой.

Были ли эти древние племена Ленского края предками современных якутов? Вопрос о происхождении якутского народа является одним из самых сложных в истории народов Сибири. Этот вопрос имеет и свою боль­шую историю. Но решался он до недавнего времени совсем по-другому: предполагалось, что якуты по своему происхождению никак не связаны с древнейшими обитателями Ленского края, что они составляют пришлый элемент в этом крае.

Еще в XVII—XVIII вв. в литературе высказывался взгляд (Исбранд Идее, Страленберг, Миллер, Гмелин, Фишер и др.), что якуты — народ, пришедший с юга, в частности из Прибайкалья. Этот взгляд, позже раз­витый и обоснованный (особенно в конце XIX в. и начале XX в.) иссле- дователями-этнографами, превратился в традиционную теорию «южного происхождения якутов» — теорию, сохраняющую свое господство и сей­час.

Эта теория опирается, с одной стороны, на существующие у самих якутов устные предания о том, что предки их жили некогда в Прибай­калье и были вытеснены оттуда бурятами, а с другой стороны, на несо­мненные факты, говорящие о культурных связях якутов с кочевническим степным югом: такими фактами является прежде всего принадлежность якутского языка к тюркской группе, далее скотоводческое хозяйство якутов вместе с целым рядом связанных с ним элементов материальной культуры (кожаная утварь, приготовление кумыса, масла, верховое и вьюч­ное седло и пр.), некоторые элементы одежды и т. п. Все подобные явления языка и культуры якутов резко выделяют их из среды окружающих таеж­ных народов и сближают с далеким тюркоязычным (отчасти монголоязыч­ным) населением степей южной Сибири и Центральной Азии. Исходя из указанных фактов, традиционная теория и рассматривает якутов как приш­лый народ, живший некогда в Прибайкалье (по мнению некоторых иссле­дователей, еще раньше они жили на верхнем Енисее, в Урянхайском крае и даже в Туркестане). Оттуда впоследствии, согласно преобладающему мнению, в XIII—XIV вв., а по утверждению некоторых гораздо раньше, якуты были оттеснепы на север, в среднее Приленье, где и обосновались, вытеснив из этой области более ранних насельников —тунгусов. Тунгусов якуты, впрочем, частью ассимилировали и заимствовали от них некоторые элементы их таежной культуры (охотничье хозяйство и пр.).

Эта концепция происхождения якутов содержит в себе несомненное зерно истины, поскольку она опирается на очевидные факты. Но она явно одностороння и чрезмерно упрощает проблему. Сторонники этой теории недоучитывают сложности и своеобразия якутской культуры: объясняя происхождение одних явлений якутской культуры, которые действительно связывают ее со степным, кочевническим миром, эта тео­рия в то же время игнорирует наличие других, не менее важных и много­численных культурных фактов, роднящих якутов с их соседями, охот­ничьими народами тайги. С другой стороны, самое проникновение в сред­нее Приленье южных кочевническо-скотоводческих культурных элемен­тов (что является несомненным историческим фактом) нельзя представлять себе, как это делали раньше, в форме совершенно нереальной картины одновременного массового переселения целого народа на расстояние 2.5 тыс. км, через глухую, почти необитаемую тайгу в неведомые север­ные страны.

Современные советские исследователи (А. П. Окладников, С. А. Тока­рев) не отрицают наличия южных элементов в составе якутского населения и якутской культуры, но они пытаются дать им иное объяснение. Прежде всего лишь недавно обращено должное внимание на сложность и разно­родность якутской культуры. Антропологические данные (М. Г. Ле­вина) говорят о наличии в составе якутского населения не менее двух расовых компонентов, из которых один (преобладающий) очень близок к типу западных бурят, а другой, весьма вероятно, связывается с древним населением таежной Сибири. Данные этнографии указывают на существо­вание в культуре якутов, наряду с южными скотоводческими, некоторых автохтонных таежно-охотничьих элементов. Что касается языка якутов, то его основной словарный фонд и грамматический строй имеют несом­ненно тюркский характер. Вместе с тем, в якутском языке имеются также значительные заимствования из монгольского и тунгусского языков. Акад. В. В. Радлов (1908 г.) высказал предположение, что в словаре, фонетике и даже в грамматическом строе якутского языка имеется дотюрк- ский, более древний слой, частью монгольского, а частью неопределимого пока происхождения.

Позднейшие исследования, правда, не подтвердили этого предположе­ния; однако, вопрос о нетюркских элементах в якутском языке еще под­лежит изучению. Анализ названий якутских родоплеменных групп (из­вестных по документам XVII в. и по более поздним данным) подтверждает, что в составе якутского населения имеются и пришлые с (юга) группы. К ним можно отнести, судя по названиям, теперешние батулинские, хорин- ские, туматские, эргитские и некоторые другие роды и наслеги. Можно считать, что с юга, из Прибайкалья постепенно проса­чивались в бассейн средней Лены скотоводческие группы, несшие с собой кочевнический культурный уклад. Повидимому, одна из основных групп этих переселенцев с юга принадлежала к курыканам — тюркскому народу, обитавшему в западном Прибайкалье в IX—X вв. н. э. Так как часть курыканов впоследствии влилась, видимо, в состав западных бурят, то отсюда и объясняются многие черты сходства в культуре западных бурят и якутов и распространенность среди тех и других одного и того же антропологического типа.

Движение на север было очень длительным и постепенным. В Амгинско- Ленском междуречье в условиях, благоприятных для скотоводческого хозяйства, эти пришлые группы оседали, сталкиваясь здесь с местным охотничье-рыболовческим населением. В процессе экономического и куль­турного общения шло постепенное поглощение пришельцами местного населения. Более высокий, скотоводческий тип хозяйства и южные эле­менты культуры, а также тюркский язык получили преобладание.

Таким рисуется, в свете современных взглядов, процесс этногенеза якутов.

Точные исторические известия о якутах имеются только начиная со времени их первого соприкосновения с русскими, т. е. с 1620-х гг., и присое­динения к Русскому государству. Якуты не составляли в то время единого политического целого, а делились на целый ряд независимых друг от друга племен. Однако родоплеменные отношения уже разлагались, и имелось налицо довольно резкое классовое расслоение. Царские воеводы и служи­лые люди использовали межплеменную рознь, чтобы сломить сопротивле­ние части якутского населения; они использовали также и классовые про­тиворечия внутри него, поведя политику систематической поддержки господствующего аристократического слоя — князьцов (тойонов), которых они и превратили в свою агентуру по управлению Якутским краем. С этого времени классовые противоречия среди якутов начали все более обо­стряться.

Положение массы якутского населения было тяжелым. Якуты вы­плачивали ясак соболиными и лисьими мехами, несли ряд других повин­ностей, подвергаясь вымогательствам со стороны царских служи­лых людей, русских купцов и своих тойонов. После неудачных попы­ток восстаний (1634, 1636—1637, 1639—1640, 1642 гг.), после перехода тойонов на сторону воевод якутская масса могла реагировать на притес­нения только разрозненными, изолированными попытками сопротивле­ния и бегством из коренных улусов на окраины. К концу XVIII в., в результате хищнического хозяйничанья царских властей, обнаружи­лось истощение пушных богатств Якутского края и его частичное запустение. Одновременно якутское население, по разным Причинам пере­кочевавшее из Ленско-Вилюйского края, появилось на окраинах Якутии, где ранее его не было: на Колыме, Индигирке, Оленеке, Анабару, вплоть до бассейна Нижней Тунгуски.

Но уже и в те первые десятилетия соприкосновение с русским народом оказало благотворное влияние на экономику и культуру якутов. Русские принесли с собой более высокую культуру; уже с середины XVII в. на Лене появляется земледельческое хозяйство; русский тип построек, русская одежда из тканей, новые виды ремесла, новые предметы обстановки и быта постепенно стали проникать в среду якутского населения.

Чрезвычайно важно было то, что с установлением русской власти в Якутии прекратились межплеменные войны и грабительские набеги тойонов, что раньше составляло большое бедствие для якутского населения.

Было пресечено и своеволие русских служилых людей, не раз враждо­вавших между собой и втягивавших в свои распри якутов. Установив­шийся уже с 1640-х годов в Якутской земле порядок был лучше преж­него состояния хронической анархии и постоянных усобиц.

В XVIII в., в связи с дальнейшим продвижением русских на восток (присоединение Камчатки, Чукотки, Алеутских островов, Аляски), Яку­тия играла роль транзитного пути и базы для новых походов и освоения дальних «землиц».

В 1720—1740-х годах, в связи с экспедициями Беринга, выросло зна­чение тракта Якутск—Охотск, по которому перевозилось много грузов (этот тракт сохранил свое значение до середины XIX в.). Все это втяги­вало Якутию в систему экономических связей России и тем самым подни­мало общий уровень производительных сил края.

Приток русского крестьянского населения (особенно по долине р. Лены, в связи с устройством почтового тракта в 1773 г.) создавал условия для культурного взаимовлияния русского и якутского элементов. Уже в конце XVII и в XVIII в. среди якутов начинает, хотя вначале и очень медленно, распространяться земледелие, появляются дома русского типа. Однако количество русских поселенцев оставалось даже в XIX в. сравнительно небольшим.

Наряду с крестьянской колонизацией в XIX в. большое значение имела отправка в Якутию ссыльно-поселенцев. Вместе с уголовными ссыль­ными, имевшими отрицательное влияние на якутов, во второй половине

XIX в. в Якутии появились политические ссыльные, сначала народ­ники, а в 1890-х годах и марксисты, которые сыграли большую роль в культурном и политическом развитии якутских масс. Влияние полити­ческих ссыльных особенно усилилось тогда, когда в 1900-х годах в составе их появились большевики. В числе ссыльных большевиков в Якутии оказались такие крупные партийные работники, как Курнатовский, Ба­бушкин, Орджоникидзе, Урицкий, Ольминский, Петровский, Ногин, Ем. Ярославский и др. Первые организации РСДРП в Якутии были созданы ссыльными большевиками. Они же руководили и революционным движе­нием 1905—1906 гг. и начавшейся революцией 1917 г.

К началу XX в. в экономическом развитии Якутии, по крайней мере центральных ее районов (Якутский, Вилюйский, Олекминский округа), наблюдались большие успехи. Был создан внутренний рынок. Рост эко­номических связей ускорял развитие национального самосознания.

Несмотря на жестокую эксплуатацию якутской бедноты царизмом и собственной буржуазпо-тойонской верхушкой, классовая борьба в якут­ских улусах до 1890-х годов ограничивалась лишь глухими и скрытыми формами. С этого же времени стала все более разгораться борьба улусной бедноты за землю, находившуюся в руках тойонов. Однако растущее не­довольство было отчасти- использовано самими тойонами, которые в эпоху революции 1905—1906 гг. сумели искусным маневром отвести это недовольство от себя и направить его исключительно в сторону борьбы с царским чиновничеством. В 1906 г. тойоны создали Союз якутов — бур­жуазно-националистическую организацию, которая, впрочем, просуще­ствовала недолго.

Во время буржуазно-демократической революции 1917 г. движение якутских масс за свое освобождение развернулось глубже и шире. Оно вначале находилось (особенно в г. Якутске) под преобладающим руковод­ством большевиков. Но после отъезда (в мае 1917 г.) большинства полити­ческих ссыльных в Россию в Якутии одержали верх контрреволюционные силы тойонства, вступившего в союз с эсеровско-буржуазной частью рус­ского городского населения.

Борьба за советскую власть в Якутии затянулась на долгое время.

Только 30 июня 1918 г. власть советов была впервые провозглашена в Якутске, и лишь в декабре 1919 г., после ликвидации колчаковщины во всей Сибири, в Якутии окончательно установилась советская власть.