Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Народы восточного Тимора
Этнография - Народы Юго-Восточной Азии

Народы восточного Тимора

На острове Тимор расположена португальская колония. Она занимает восточную часть острова, небольшую территорию Окусина севере индонезийской части Тимора и три небольших островка, прилегающих к Тимору на севере и северо-востоке. Площадь колонии 14 900 кв. км. (о народах индонезийской части Тимора см. раздел «Народы Юго-Восточной Индонезии.

Восточный Тимор — остаток колониальных владений Португалии на территории Индонезии. Сухопутная граница была установлена голландско- португальским договором в 1859 г. и восстановлена после краха голландской империи в Индонезии в 1950 г., когда она разделила индонезийскую и португальскую территории Тимора. На Восточный Тимор распространяется статус заморских территорий Португалии, предусматривающий самоуправление колоний. На деле это не выполняется: все административные посты в «португальской провинции Тимор» занимают португальцы. Как политически, так и экономически Восточный Тимор остается колонией.

Рельеф португальской части Тимора горист. Наиболее высокие горные хребты расположены на западе. Восточная часть территории представляет собой каменистое плато. На юге горы отступают, оставляя место узкой и длинной долине.

Климат жаркий, экваториальный. Растительность преимущественно саванного типа. Влажные экваториальные леса расположены лишь на южном побережье и кое-где в горных ущельях центра, защищенных от дыхания австралийских сухих ветров. Реки большую часть года не судоходны. Поэтому преобладает здесь сухопутный транспорт. Все административные центры колонии соединены дорогами. Устройством и ремонтом этих дорог по указаниям португальской администрации занимается местное население безвозмездно. Имеется пароходное и самолетное сообщение, котэрое соединяет Тиморскую провинцию с Португалией, а также с индонезийской частью Тимора. До 1962 г. граница между португальской и индонезийской частями Тимора была открыта. В 1962 г. португальцы закрыли границу, прервав связи между жителями пограничных районов, существовавшие на продолжении столетий. Народы Восточного Тимора близко родственны народам индонезийской части острова. Культура их не только близка, но во многом идентична.

Население Восточного Тимора насчитывает 550 тыс. человек. Из них португальцы и представители иных пришлых национальностей составляют 15 тыс. человек. Местное население представлено несколькими крупными народами. Тетумы, живущие и в индонезийской части острова, в Восточном Тиморе, насчитывают 210 тыс. человек. Это основной этнический компонент Восточного Тимора. Тетумы живут почти на всем острове, но наиболее компактно — на низменности южного побережья и на севере пограничной области. Маре (60 тыс. человек) живут в пограничной области. На крайнем западе северного побережья расположены селения токоде (50 тыс. человек). В горном районе от северного до южного побережья острова живут мамбаи (100 тыс. человек), на востоке северного побережья — макас- яаи (60 тыс. человек), а на крайнем востоке Тимора—дагада (35 тыс. человек). Португальские чиновники и военные (3 тыс. человек) живут в административных центрах как и большинство китайцев, арабов, индийцев (всего 2 тыс. человек), занимающихся торговлей, ремеслами и промышленным предпринимательством .

Антропологически население Восточного Тимора характеризуется смешением южномонголоидного и меланезийско-папуасского типов, иногда с резким преобладанием последнего. Языки коренного населения принадлежат к индонезийской группе. В то же время именно в восточной части Тимора имеется группа языков (бунак — язык народа маре; языки макассаев и дагада), которые лексически и грамматически отступают от норм индонезийских языков и приближаются в некоторых отношениях к папуасским.

Основа экономики Восточного Тимора — производство экспортных культур. В горах на севере расположены плантации кофе, дающие 85% экспорта колонии. Плантации кокосовой пальмы и гевеи поставляют копру и каучук, также занимающие видное место в экспорте. В последние годы временно прекращен вывоз сандалового дерева, которое хищнически вырубали для экспорта.

Португальские торговые фирмы не смогли соперничать со своими англо- голландскими конкурентами и потеряли монополию на экспорт и импорт своей заморской провинции.

Плантации принадлежат в основном португальцам, а также представителям местной феодальной верхушки. Работают на них общинники, до сих пор выполняющие некоторые повинности в пользу феодалов, и наемные рабочие— жители окрестных деревень, которые по истечении контракта возвращаются в свои селения.

Основные пищевые продукты в Португальском Тиморе — кукуруза и рис. Кроме того, выращивают просо, пшеницу, ячмень, картофель, батат, фасоль и бобы, чеснок. Эти культуры идут в пищу и на продажу. Как и в западной части Тимора, здесь господствует подсечно- огневая система земледелия. Савахи немногочисленны и принадлежат преимущественно феодалам.

Ладанги находятся в собственности сельских общин. Орудия труда те же, что и на Индонезийском Тиморе: мотыга, палка с заостренным концом, нож для срезания стеблей риса. Видное место в экономике Португальского Тимора занимает животноводство, развитое у всех народов колонии. Кожи животных идут на экспорт.

Промышленность развита слабо. Преобладают предприятия, обрабатывающие экспортное сырье: лесопильные заводы, кожевенные фабрики. Издавна в восточной части Тимора были известны источники нефти. Местные феодалы во время праздников устраивали фейерверки, поджигая нефть, собранную у ее выходов. Португальцы передали концессии на разведку и разработку нефти англо-американским нефтяным компаниям.

Города Восточного Тимора в основном похожи на тиморские города индонезийской части (см. стр. 528). Столица Восточного Тимора — город Дили (население 7 тыс. человек), разрушенный во время второй мировой войны, отстроен заново. Розовый губернаторский дворец, церковь в стиле барокко, место для прогулок у моря, черепичные крыши и палевые стены домов в сочетании с роскошной тропической растительностью — так выглядит европейская часть Дили. А по соседству — узкие китайские улочки и туземные кварталы.

Сельские поселения Восточного Тимора — кучевого плана. Они располагаются около дороги, у реки, на морском побережье. Новые деревни, строящиеся кое-где для плантационных рабочих, имеют уличный план.

Жилища местного населения — свайные дома, четырехугольные в плане, с двухскатной или четырехскатной крышей, или круглые, стоящие на утрамбованной земле. Первый тип жилища характерен для жителей долин и приморской полосы. Эти дома ничем не отличаются от жилища тетумов Индонезийской части Тимора (см. стр. 579). Круглые дома характерны для горных районов и встречаются преимущественно в восточной части острова, где живут макассаи и дагада. Их жилище строится из воткнутых впритык кольев или из камней. В каменных домах дверь делают на большой высоте, поднимаются к ней по приставной лестнице. Коническую крышу кроют атапом или травой аланг-аланг. Высокая и крутая крыша спускается почти до самой земли. Окон нет. Пол глинобитный или дощатый. Посередине жилья находится очаг, вокруг которого на плетеных циновках спят члены семьи. Под влиянием португальцев зажиточные семьи стали строить наземные дома с окнами и с открытой верандой, через которую входят в дом.

Пища и одежда жителей Восточного Тимора те же, что и в индонезийской части острова. Своеобразная деталь встречается только в мужском костюме знати: это старинный португальский военный мундир, перепоясанный через плечо тканью местного производства.

В экономике Восточного Тимора товарно-денежные отношения играют сейчас определяющую роль, но частная собственность на землю и здесь не развилась. Земля не продается. Подсечно-огневое земледелие способствует сохранению общинного землевладения. Большое значение имеет взаимопомощь. Как и в других областях Малых Зондских островов, семья распоряжается по своему усмотрению урожаем, собранным с участка, выделенного ей во временное пользование. В общественных отношениях заметны и феодальные пережитки, проявляющиеся в том, что бывшие феодалы владеют лучшими землями, пользуются безвозмездной помощью общинников и в глазах местного населения имеют сверхъестественную власть, что способствует сохранению их авторитета в общественной жизни.

Малая моногамная семья с патрилокальным поселением и патрилинейным наследованием преобладает в Восточном Тиморе. Вместе с тем, существуют и группы родственников, занимающие несколько домов в деревне или образующие в горных изолированных областях отдельное поселение. У тетумов, маре и кемак сохранился пережиточно трехродовой союз. Определенные патрилинейные родственные группы, представители которых теперь иногда живут в разных деревнях, связаны брачными узами с двумя другими определенными родственными группами.

Брак иногда заключается по католическому обряду, а чаще в соответствии с местными обычаями. В любом случае обязательна уплата выкупа за невесту. Бытует и брак-умыкание.

Хотя большая часть населения Восточного Тимора числится обращенной в католичество, и здесь в повседневной жизни люди остались анимистами. Первое место среди анимистических культов принадлежит культу предков. Наи Маромак — дух основателя поселения у тетумов считается наиболее могущественным. Влияние католической религии на местные верования сказалось в том, что кроме Наи Маромака верят в существование еще двух сверхъестественных существ: носителя зла и защитника добра. Пережитки тотемизма проявляются в почитании некоторых животных (крокодила — у тетумов, угрей — у мамбаи, маленьких черных змеек — у дагада). Многие земледельческие обряды пронизаны магией.

Танцевально-песенное творчество народов Восточного Тимора испытало сильное влияние португальцев. Сохраняется и самобытное искусство, богаты: фольклор. Система образования находится в руках португальцев. Существует три типа общеобразовательных учебных заведений: миссионерские школы, дающие элементарное образование, светские начальные школы и школы второй ступени. Обучают европейцев и местное население по португальской программе. Преподавание ведется на португальском языке. В школы второй ступени принимают лишь «наиболее подготовленных» детей из местного населения. Существуют и частные школы.

Длительное политическое разделение привело к тому, что народы двух частей Тимора пошли по различным путям развития. На Восточном Тиморе, очевидно, идет процесс ассимиляции наиболее крупным и развитым народом тетум других, менее развитых и малочисленных народов. Способствует этому и объявление официальным языком провинции языка тетум, становящегося вторым языком иноязычных народов.

Население Кокосовых островов (Килинг) и острова Рождества

(справка)

Оба острова расположены в восточной части Индийского океана: остров Рождества на расстоянии 400 км к юго-западу от Явы, а Кокосовые острова еще на 900 км дальше к западу. Сейчас они являются зависимыми территориями Австралии и управляются официальными представителями австралийского министерства по делам территорий.

Острова очень небольшие: площадь острова Рождества — 161 кв. км, а Кокосовых островов только 12,5 кв. км. Соответственно невелико и их население. На Кокосовых островах перепись 1961 г. зарегистрировала 606 человек, а на острове Рождества в 1963 г. жили 3 тыс. человек. Тем не менее этнография этих островов представляет определенный интерес. Вплоть до XIX в. они оставались необитаемыми, несмотря на то, что европейцы открыли их еще в начале XVI в., в период интенсивного освоения морского пути из Европы к Островам Пряностей. Только в 1826 г. Кокосовые острова привлекли внимание шотландского авантюриста Джона Клунис-Росса, который основал первое поселение на атолле Хоумайленд. Там и сейчас находится единственный на архипелаге поселок под тем же названием. Рассчитывая создать на островах плантации кокосовых пальм, Клунис-Росс поселил здесь около 150 переселенцев. Известно, что среди них были уроженцы Явы, Суматры, Тимора и даже островов Сулу. Языком общения этих первых жителей Кокосовых островов стал, как и по всей Индонезии, малайский язык. На нем говорят и современные островитяне. Почти все они (переписью зарегистрированы 423 малайца Кокосовых островов) работают на кокосовых плантациях, принадлежащих семье Клунис-Росс. Кокосовая пальма — единственная культура, произрастающая на бесплодных почвах островов и единственный источник дохода. Все предметы первой необходимости — продовольствие, одежду, даже лодки для рыбной ловли и дома поставляет семья Клунис-Росс, владеющая почти всей землей. Таким образом капиталистическая эксплуатация приняла на Кокосовых островах специфическую, но развитую форму. Новый вид деятельности открылся для жителей острова после строительства в послевоенный период международного аэропорта «Кокосовые острова». На островах есть небольшой госпиталь, две начальные и одна средняя школы.

Кроме малайцев Кокосовых островов, довольно значительный процент в населении занимают европейцы — 183 человека. По происхождению большинство их — англичане и англо-австралийцы. Это чиновники местной администрации, служащие аэропорта, члены семьи Клунис-Росс.

На острове Рождества первое поселение было основано англичанами в 1888 г. Население его составляло вначале всего несколько человек. Но в 1897 г. там открыли залежи фосфорно-кислого кальция. Монополизировавшая залежи компания «Кристмас Айленд фосфат компани» завезла рабочих из Сингапура и Малайи. Почти все современное население (2 тыс. китайцев, 700 малайцев) работает на фосфатных разработках. Большинство европейцев и австралийцев (300 человек) — служащие фосфатной компании. Три группы населения живут каждая в отдельном квартале поселка Флаинг Фиш Коув. Смешанные браки редки. Население имеет лишь небольшие огороды, а потому зависит от завоза продовольствия из Австралии и Сингапура.

Однобокий характер развития островов, отсутствие сельского хозяйства и всевластие землевладельцев тяжело отражаются на жизни местного населения. Кокосовые  острова находятся сейчас перед угрозой снова стать необитаемыми. Копра больше не может прокормить растущее население. Администрация вынуждена не только поощрять, но и оплачивать расходы по эмиграции жителей (в Сингапур и на Северный Калимантан). Эта же угроза ожидает в недалеком будущем и население острова Рождества, где фосфатов, по подсчетам специалистов, должно хватить только на 40 лет.