Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Реджанги, лебонги, паминггиры и близкие им народы южной суматры
Этнография - Народы Юго-Восточной Азии

Реджанги, лебонги, паминггиры и близкие им народы южной суматры

К югу от минангкабау, в горных долинах и на плоскогорьях, простирающихся по обе стороны хребта Барисан, а также в обширных районах к югу от Палембанга живет группа народов, связанных по происхождению с переселенцами из области Минангкабау, в разной мере смешавшихся с аборигенным населением, а в более позднее время — с яванцами и друг с другом. Это лебонги, реджанги, пасемахи, семендо, сераваи, кроэ. Некоторые из них дали начало новым группам: так, переселенцы из области Кроэ стали родоначальниками паминггиров, заселивших все южное побережье Суматры; семендо считают иногда подгруппой пасемахов и т. д. По мере продвижения на юг в облике, языке и культуре южносуматранских народов явственно проступают черты яванских — прежде всего сундских — влияний.

Малайскоязычные народы, продвигаясь от побережий по рекам и долинам в глубь Южной Суматры, оттеснили более ранних насельников, родственных батакам абунгов и пубианов, во внутренние районы области. Со второй трети XIX в. началось продвижение сюда малайцев-ребангов, а с начала нашего века — оганов. Поднявшись по рекам с Восточной Суматры до плато Пасемах, они затем повернули на юг, вдоль восточных склонов хребта Барисан.

Кроме малайскоязычных народов, абунгов и пубианов, на Южной Суматре живут яванцы. Первые поселения их были основаны, вероятно, в середине I тыс. н. э. В начале XVI в. большая группа сундов поселилась в нижнем течении реки Ваи Секампунг, их потомки называются сейчас марингґаями. С XVI в. и до начала XIX в. вся Южная Суматра была вассальным владением Бантамского султаната. Много яванских семей живет в некоторых деревнях абунгов, пубианов и паминггиров. Несколько десятков тысяч яванцев (главным образом с Восточной Явы) переселились сюда в последние годы по правительственным планам трансмиграции.

В литературе обычно все население к югу от плато Пасемах называют собирательным именем «лампунги» («лампонги») — от индонезийского названия Южной Суматры.

В культуре малайскоязычных народов Южной Суматры много общего, что позволяет объединить их в одну группу. Заливное, а в горах ладан- говое рисосеяние — основа их хозяйства. Выращивают также клубнеплоды, овощи, кукурузу, бананы; растет роль технических культур: кофе, кокосовой пальмы, перца, табака, каучука. Держат буйволов и мелкий домашний скот. В прибрежных районах развито рыболовство, в том числе с применением больших тягловых неводов. Некоторое значение в хозяйстве имеют лесные пройыслы и охота. У народов этой группы высоко развиты ремесла — особенно ткачество, ювелирное дело и плетение,— испытавшие сильные яванские влияния, что сказывается в технике и орнаменте. Славятся материи с вытканными изображениями людей и животных, а также икатированные тканк с геометрическим орнаментом. Торговля продуктами земледелия и ремесла довольно развита, но в значительной степени находится в руках китайцев.

Дома в деревне обычно ставят в два ряда и довольно редко. Они окружены зеленью. В центре — общинный дом. Во многих деревнях амбары и стойла для скота сосредоточены в одном месте на краю поселения. Широко распространены временные поселения на дальних полях, состоящие из простых хижин. Дома свайные, каркасные, многокамерные, с различными пристройками. Через галерею попадают в общую комнату, за которой находятся отдельные помещения для членов семьи; кухня — в отдельной пристройке. В некоторых районах встречаются большесемейные дома.

Отличительная черта одежды — необыкновенная пышность костюма девушек, особенно по праздникам. На них можно увидеть все семейные ценности: десятки браслетов и шейных колец, диадемы, ожерелья, нагрудные бляхи. К украшениям добавляют разнообразные цветы; материалом для праздничной одежды служат шелк и парча.

Деревня составляет соседскую общину, в ней живут представители разных родов. Родовая структура была в значительной степени нарушена как вследствие интенсивного развития товарно-денежных отношений, так и в результате введения в конце XIX в. территориального административного деления на роды (мега или марга). Оно было проведено с учетом тогдашнего расселения родственных групп, однако за истекшие более чем полвека границы расселения их значительно изменились. Роды у описываемой группы народов имеют разные названия: у пасемахов род называется «сумбай», у паминггиров — «бувей» и т. д. В одном мега может быть несколько таких родов. Роды у всех этих народов патрилинейные. Во главе мега стоит паси- рах, имеющий пышный наследственный титул, например «раджа ди бу- кит» — «князь гор», «чахья негери»—«блеск страны» и т. п.

В семейном праве прослеживаются в разной степени черты отцовского и материнского права, что связано с этногенезом этих народов. В большинстве районов господствует отцовское право. Функции главы семьи переходят к старшему сыну. При заключении брака обязательно внесение платы за невесту (джуджур), размер которой часто очень высок. Молодой человек, не имеющий возможности сразу выплатить всю сумму, поселяется в доме отца жены, отрабатывая долг. Иногда вместо выкупа родные жениха предлагают его сестру в жены в семью невесты. Бывает, что родные невесты воздерживаются от получения части брачной суммы с тем, чтобы иметь право вмешиваться в жизнь молодых супругов и следить за своей дочерью. Высокий выкуп служит причиной как более поздних браков, так и большого числа холостяков. В том случае, когда в семье нет наследников, мужа стараются взять в дом. У семендо такой брак называется «амбилъ анак» («усыновление»). Он может быть временным — до выплаты выкупа; но и после выплаты дети остаются в семье жены; при этом устанавливается принцип матрилинейности.

До брака за нравственностью девушек следят очень строго. Браку предшествует помолвка, которая заключается за полгода — год до свадьбы. Обязательной частью свадебной церемонии является инсценировка похищения невесты. На свадьбу приглашают; не только сородичей, но и членов других родов, живущих по соседству, что нужно не только для придания большей пышности торжеству, но и потому, что юноша и девушка из одного мега не могут танцевать друг с другом и беседовать, сидя рядом. Праздник проводится в общинном доме или в специально построенном павильоне.

У большинства народов этой группы женщины полностью или частично исключены из наследования. У семендо, в наибольшей мере сохранивших черты минангкабауского обычного права, продолжателем рода считается . старшая дочь; она получает в наследство орошаемые рисовые поля, остальное имущество делится между другими детьми.

Южпосуматранские народы исповедуют мусульманство, под покровом которого полной жизнью живут анимистические верования. Например, один из самых больших праздников у семендо — праздник предков. В их пантеоне сохранились и индийские влияния: так, боги называются «дева», а богини —«дева дари», «санг сри».

В фольклоре и литературе наряду с общеиндонезийскими сюжетами много индийских черт, пришедших, видимо, с Явы и, вероятно, из средневековой Сривиджайи. Широко распространены легенды, прямо указывающие на происхождение народов этой группы от минангкабау. Например, у кроэ широко известна легенда о их происхождении от четырех минангкабауских принцев. Издавна реджан- ги, а также лебонги пользовались своеобразной слоговой письменностью ренчонг, являющейся видоизменением индийского письма. Сохранились многочисленные записи на лубе и бамбуковых дощечках.

Из всех видов искусства южносуматранцев особенно развито искусство танца. В их танцах порывистость и страстность воинственных горцев сочетаются с классическим изяществом сундов и яванцев. Очень красив та  мелинтинг, который танцуют четыре девушки и два юноши; танцоры изображают птиц. Тари батин танцуют двое — юноша и девушка; в танце участвуют только тело и руки, ноги остаются неподвижными. Танцуя, юноши и девушки не касаются друг друга. Она обычно демонстрирует невозмутимую скромность и неприступность, он — мягкую страсть.

Среди южносуматранских народов больше, чем среди других народов Индонезии, заметен процесс взаимной ассимиляции, в результате которого складывается новая своеобразная культура.

Абунги и Пубианы

Являясь коренным населением Южной Суматры, абунги и пубианы (пабеаны) занимают в настоящее время внутренние районы этой области. Абунги (более 200 тыс. человек) заселяют территорию на юг от реки Ваи Тулангбаванг до реки Ваи Секампунг; а пубианы (точная их численность неизвестна, предположительно не более 10 тыс. человек) — район среднего течения Ваи Секампунг. Как абунги, так и пубианы занимаются подсечно-огневым земледелием (рис, кукуруза, клубнеплоды). Широкий размах'в их хозяйстве приняло выращивание перца, который сажают на расчищенном поле после риса. Первый урожай получают через 8 лет, собирая его дважды в год в течение следующих 25 лет. В последние десятилетия расширились посадки каучуконосов. Из домашних животных разводят буйволов и коз.

Кроме основных деревень, у абунгов имеются многочисленные временные поселения, устраиваемые часто очень далеко, в 10—18 часах ходьбы от основного поселения, на местах посадок перца и лесных расчисток. Все постройки свайные (в том числе и козлятники). В деревне обязательно есть общинный дом. Материальная культура абунгов и пубианов обнаруживает сильные яванские влияния, особенно в одежде и украшениях.

В общественной организации сохранились многие черты отцовского рода. Так, абунги делятся на 19 родов бувэев, которые распадаются на под- роды тпиу (тийю), делящиеся в свою очередь на суку. Суку вместе с лицами, пришедшими в эту группу по браку, представляет собой большую семью (у минангкабау суку — в прошлом род, см. стр. 508). В период зависимости от Бантама и позднее (при голландцах) были введены территориальные подразделения абунгов и пубианов — мега (марга), соответствующие расселению родов, и кампунги. Деревня абунгов — это община, населенная представителями нескольких родов, занимающих отдельные кварталы. Ядро деревни составляют члены одного подрода тиу, который еще сравнительно недавно занимал всю деревню.

Классовые отношения бурно развиваются, особенно в связи с производством на экспорт ряда культур, в первую очередь перца. В абунгских деревнях довольно много яванцев, живущих на положении батраков: за определенное вознаграждение они ухаживают за перечными насаждениями, находясь почти постоянно во временных поселках на дальних полях.

Чрезвычайно интересен социальный институт пепадон. Так называется высокая деревянная скамья, на которой по торжественным случаям сидит лицо высокого ранга, имеющее определенный титул (титулатуру ввели бантамские султаны). Право пепадон можно было купить. Сначала его стремились приобрести главы родов и подродов, старейшины деревень, а затем и каждый состоятельный общинник, желавший выделиться из среды сородичей; появился институт наследственного пепадона. Ранги делились на пять ступеней. Получение высшего стоило очень большой суммы денег; кроме того, нужно было устроить пышное празднество для всей деревни, забив 30 буйволов; при получении ранга второй ступени забивали 14 буйволов или вносили стоимость буйволов вещами. Получивший право пепадона имел ряд социальных привилегий и получал внешние отличия: носил особую одежду, пользовался зонтом и паланкином, мог носить несколько крисов.

Абунги и пубианы в значительной мере сохраняют анимистические верования. До середины XIX в. они практиковали охоту за головами — обычай, общий для многих народов Юго-Восточной Азии (даяков Калимантана, ифугао Филиппин, ва и палаун Бирмы и ассамских нага). С культом предков были связаны многочисленные мегалитические постройки, которые сейчас уже не сооружают.

В настоящее время абунги и особенно пубианы подвергаются сильному культурному влиянию со стороны яванцев, паминггиров и пришедших из Восточной Суматры оганов. Часты смешанные браки. Многие яванцы приняты в абунгские роды.

Ниасы

Вдоль западных берегов Суматры, в стороне от морских путей, узкой цепочкой протянулась группа островов, окруженных коралловыми рифами и песчаными отмелями. Берега островов либо болотистые, либо гористые, имеют очень мало удобных гаваней. Коренное население (ниасы, ментаваи, энггано и др.), жившее в длительной изоляции, сохранило в своей культуре много древних черт. Говорят эти народы на различных языках, относящихся к суматранской группе, почти все коренные жители относятся к протоиндонезийцам; в той или иной мере у них прослеживаются и веддоидные черты.

Наиболее многочисленно население острова Ниас (380 тыс. человек), которое антропологически сближают с батаками. Во внешнем облике и культуре отдельных групп ниасов есть существенные различия, особенно между северными и южными. Ниасы— земледельцы. Они выращивают клубнеплоды, прежде всего бататы, кокосовую пальму, а также занимаются рисосеянием, преимущественно на ладангах, а в последние десятилетия — и на заливных полях. В прибрежных районах занимаются морским рыболовством. Большую роль играет охота на кабанов, обезьян, оленей. Разводят свиней (в том числе и для ритуальных целей). Развито изготовление оружия (копья, ножи, кинжалы); ниасы умеют также выковывать шлемы и панцири из листового железа. Разнообразно плетение, резьба по дереву и камню. В прошлом одежду выделывали из луба и из волокон бананов. Своеобразным ремеслом было изготовление для воинов плетеных панцирей и шлемов, а также курток из кожи.

На южном Ниасе деревни большие, с центральной улицей, мощенной массивными каменными плитами; дома стоят вплотную друг к другу. К горным деревням ведут каменные лестницы с установленными по сторонам каменными изваяниями людей и животных (еще сохраняющиеся традиции мегалитической культуры). Некоторые деревни обнесены каменной стеной. На севере деревни меньше. Они расположены на вершинах гор, куда ведут извилистые тропы. В центре деревни находится центральная площадь, также вымощенная плитами. И здесь деревни окружены каменной стеной, а нередко еще и земляным валом; прежде между деревнями часто велись кровавые войны.

Дома свайные, каркасные, на севере овальные в плане, на юге — прямоугольные. Дома старейшин на южном Ниасе выделяются размерами и оригинальностью архитектуры. Такой дом имеет размеры в среднем 20X 10 м и стоит на 50—70 очень толстых (в обхват) сваях до 1 м высотой. Крыша очень крутая, двухскатная, со слегка прогнутой плоскостью скатов. Деревянные части дома богато украшены резьбой. Половину дома занимает общая комната; в глубине ее к потолку поднимаются ступени во всю ширину дома, на которых во время торжеств сидят гости (согласно рангам). На другом конце общей комнаты — очаг, за ним — отдельные помещения для жителей дома. В каждом доме обязательно есть место, где стоят изображения предков.

Основная, пища ниасов — батат (вареный, жареный и даже сырой), печеная кукуруза, продукты морского рыболовства. Рис едят по торжественным случаям, так же как и свинину и курятину. Жуют бетель.

Одеждой мужчинам служит ткань, обернутая вокруг бедер, и куртка с рукавами или без них. Женщины носят короткий каин и кофточку, волосы удерживают плетеным обручем. Прежде женщины ходили обнаженными до пояса. И мужчины и женщины носят плетеные шляпы. Украшения указывают на ранг владельца: так, золотые украшения могут носить лишь старейшины высокого ранга. На южном Ниасе встречается татуировка.

Деревня у ниасов составляет общину соседского типа во главе с наследственным старейшиной. При вступлении на должность старейшины нужно устроить пышное угощение. Община состоит из патрилинейных большесемейных, общин. Родовой характер поселений нарушен. Домом и приусадебным участком распоряжается либо большая семья, либо выделившаяся из нее малая, землей — либо тот, кто ее обработал (северный Ниас), либо вся община (южный Ниас). У ниасов давно сложилось отчетливое сословное деление на привилегированных (старейшины и члены их семей), свободных рядовых общинников и рабов. Рабами становились либо должники, либо военнопленные; они жили в отдельном доме.

В семейных отношениях господствует отцовское право. На северном Ниасе до брака жених и невеста не должны встречаться; на южном Ниасе жених до брака может поселиться в доме отца невесты и помогать в работе (это снижает брачную сумму). После выплаты брачной суммы жена полностью переходит к мужу (хотя продолжает сохранять свою родовую принадлежность). Многоженство встречается лишь у старейшин.

Подавляющее большинство ниасов — анимисты, у них развит культ предков и магия. До наших дней сохраняются мегалиты. Это либо изображения предков, либо разнообразные каменные сооружения, покрытые сложной резьбой и посвященные предкам. Внутри некоторых каменных плит — специальные отверстия для хранения черепов умерших. С культом предков и анимизмом связана широко распространенная прежде охота за головами, поводом к которой было любое важное событие жизни ниаса. В похоронных обрядах ниасов много общего с аналогичными обрядами у батаков и особенно у даяков (см. стр. 521—523, 548).

В настоящее время нчасы оставили многие прежние обычаи (такие, как охота за головами, человеческие жертвоприношения, подпиливание зубов и пр.), давно прекращены войны между деревнями. В жизнь ниасов прочно вошли товарно-денежные отношения: многие свои продукты они продают, покупая необходимое.

Ментаваи

Ментаваи населяют архипелаг Ментавай, где, кроме них, живут также малайцы, минангкабау, яванцы, китайцы и др. Общая численность населения — 30 тыс. человек, из них ментаваев — не более 10 тыс. человек. Они стоят на более низком культурном уровне, чем ниасы. Основное их занятие — выращивание клубнеплодов, рыболовство и сбор моллюсков, добывание саго, охота. Охотятся с копьем и, в отличие от большинства индонезийцев, с луком и стрелами. Стрелы отравляют ядом. Гончарства и ткачества, обработки металлов ментаваи не знают; все металлические орудия — покупные. До сих пор употребляют каменные орудия.

Деревни ментаваи строят у реки без четкого плана, ограждений у них нет. Большесемейные дома имеют до 40 м длины и по конструкции напоминают дом гайо и аласов. Дома свайные, входят в них по бревну с зарубками и попадают на открытую галерею, где находится очаг. Новые дома рассчитаны на одну семью; они, как правило, однокамерные, редко двухкамерные.

Одежда несложна: у мужчин это набедренная повязка из луба, удерживаемая ротановым поясом; у женщин — короткая юбочка из толстого слоя расщепленных листьев бананов; верхняя часть тела прикрыта подобием куртки, также из листьев, либо оставляется открытой. И мужчины и женщины носят плетеные шляпы разнообразной формы. Украшений немного, только шаманы украшены чрезвычайно пышно. Почти все тело у ментаваев покрыто татуировкой, которую начинают наносить с раннего детства и продолжают делать до зрелого возраста.

Деревня представляет собой родовое поселение, в котором живут представители нескольких родов. Род у ментаваев тотемный. Сородичи занимают один или несколько длинных домов, и составляют вместе с женами большесемейную общину, управляемую старейшиной. Деревенские связи слабы, отселение родичей в другую деревню — обычное дело. Нет и общего деревенского управления. Семейная жизнь регулируется нормами отцовского права. Брачного выкупа нет; мужчина лишь дарит что-нибудь будущей жене и помогает в работе ее отцу. Брак моногамный. Наследуют сыновья, но отец может часть имущества подарить при жизни дочерям.

По религии ментаваи — анимисты. Они считают все предметы одушевленными, поэтому неохотно расстаются даже с обыденными бытовыми вещами, боясь потерять душу этого предмета. Считается, что дом разваливается, или лодка течет не от ветхости или пробоины, а оттого, что их душа ушла. Праздник умилостивления духов, совершаемый по особо важным случаям, длится иногда месяцами. Поэтому роль деревенского шамана весьма велика. Широко распространенная в прошлом охота за головами теперь исчезла.