Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Народы Саравака, Сабаха и Брунея
Этнография - Народы Юго-Восточной Азии

Народы Саравака, Сабаха и Брунея

В северной части сстрова Калимантан (Борнео) расположены территории Саравак и Сабах, вошедшие в сентябре 1963 г. в Федерацию Малайзию. Английский протекторат Бруней также предполагалось включить в Малайзию, однако антиколониальное восстание, начавшееся в декабре 1962 г., и противоречия между султаном Брунея и организаторами Малайзии привели к тому, что султанат Бруней остался вне Федерации. Все эти области Северного Калимантана населены родственными народами, они имеют общее историческое прошлое, и поэтому могут быть описаны в одной главе.

Площадь Саравака — 125,2 тыс. кв. км, столица — город Кучинг. В Сараваке 840 тыс. жителей (1965 г.). Население концентрируется в основном в юго-западных районах страны, обширные территории на северо-востоке и особенно по индонезийской границе населены слабо.

Сабах имеет площадь 76 тыс. кв. км, столица — город Джесселтон, численность населения — 525 тыс. человек. Население сосредоточено преимущественно в западной прибрежной части и в районах, расположенных ближе к границе с Сараваком; восточная же часть (кроме узкой прибрежной полосы) заселена слабо. Наибольшая плотность населения на острове Ла- буан. В городах живет около 15% населения. Сельские поселения, как и в Сараваке, расположены в основном вдоль рек и морского побережья.

Султанат Бруней до второй половины XIX в. занимал всю северную часть Калимантана, включая территорию Саравака и Сабаха. В настоящее время площадь его составляет всего 5765 кв. км (почти в 20 раз меньше Саравака). Столица — город Бруней. С юга, запада и востока султанат окружает территория Саравака, которая вклинивается в Бруней и в центре. Общая численность населения на 1965 г. составляла 105 тыс. человек, в том числе в городе Бруней — 18 тыс. человек. Средняя плотность населения — 7 человек на 1 кв. км — вдвое больше, чем в Сараваке и Сабахе. Наиболее компактно заселена западная часть султаната, особенно районы нефтепромыслов.

Коренное население этих территорий составляют народности, известные под общим названием «даяки». Это ибаны, или«даяки моря» (272 тыс. человек), дусуны (197 тыс. человек), меланау (55 тыс. человек), кедаяны (45 тыс. человек), муруты и келабиты (общей численностью 33 тыс. человек), кайяны (25 тыс. человек), кенья (10 тыс. человек), а также группа мелких племен, объединяемых под названием «клемантаны», а иногда — «даяки суши» (60 тыс. человек). Они заселяют западную часть территории Саравака и сопредельные внутренние районы (см. стр. 539). У этих народов много . общего в материальной культуре, в общественном устройстве, обычаях, верованиях и в языке с даяками, живущими в индонезийской части острова. Некоторые группы даяков живут по обе стороны границы (которая в джунглях никогда не была четко определена). Так, в индонезийской части острова живет большинство клемантанов (75% общей численности), кенья и кайя- нов, более половины мурутов и келабитов, часть ибанов.

Ибаны — наиболее многочисленная группа населения Саравака. Они расселены по всей его территории, но более компактно — в центральных (прибрежных и внутренних) районах. Небольшая часть ибанов живет в Брунее (2,5 тыс. человек). Название «ибан» («бродячие») было дано им кайянами, а ныне принято ими самими как самоназвание. Дусуны и близкие к ним муруты составляют наиболее многочисленную группу населения Сабаха. «Дусуны» — общее название, данное другими народами этой группе племен, имеющих общий язык и культуру; сами же эти племена название «дусун» не употребляют, каждая группа имеет свое самоназвание. Меланау живут компактной группой на побережье центрального Саравака, от устья реки Реджанг до границ с Брунеем, а также на территории последнего. Название «меланау» дано этому народу малайцами; самоназвание их — «а-лико» («люди реки»). В культурном отношении меланау занимают промежуточное положение между малайцами и даяками. Родственные по языку кайянам, они в настоящее время имеют больше общего с малайцами (религия, занятия, антропологический тип, жилище, одежда и т. д.), что явилось результатом смешанных меланау-малайских браков.

Вдоль всего побережья Северного Калимантана расселены малайцы. В основном это потомки переселенцев XIII—XV вв. с острова Суматры и из Малакки. Малайский язык стал языком общения для всего населения северной части острова; широко распространилась малайская культура и исповедуемая малайцами религия — ислам. В начале XX в. развитие на Северном Калимантане плантационного хозяйства, а также открытие нефти в Брунее и Сараваке повлекло за собой новый приток иммигрантов, среди которых были выходцы из Индии, с Филиппин, но главным образом яванцы. В устьях рек и на прибрежных островках Северного Калимантана живут племена так называемых морских кочевников (оранг-лаут) — баджау, иллануны и др.

Как и в других странах Юго-Восточной Азии, на севере Калимантана имеется значительное число китайцев (свыше 400 тыс. человек). Европейцев всего 6 тыс. человек (в основном англичане). Живут они в крупных городах и на больших плантациях. В их руках находятся основные капиталы, они занимают руководящие посты в администрации страны и в полиции.

В древний и средневековый периоды история народов Северного Калимантана неотделима от истории остальных народов острова. Англичане утвердились здесь лишь в середине ХЖв. К этому времени южные две трети острова были уже голландской колонией, а северную занимал султанат Бруней. Султан Брунея обратился за помощью в подавлении волнений даяк- ских племен к английскому авантюристу Дж. Бруку. За это Брук в 1841 г. получил от султана земли и право сбора налогов в области Саравак, входившей в султанат; вскоре Брук стал независимым раджой. Ему удалось значительно расширить территорию Саравака. В 1862 г. была основана «Британская компания Северного Брунея», также увеличившая свою территорию и превратившаяся в государство Британское Северное Борнео (ныне Сабах). В 1888 г. над всей территорией Северного Калимантана был установлен английский протекторат. После второй мировой войны английское правительство добилось отказа династии Бруков от прав на Саравак, и с 1946 г. Саравак и Британское Северное Борнео стали коронными колониями Англии. Султанат Бруней по-прежнему остался протекторатом. Перед включением в Федерацию Малайзия Сараваку 31 августа 1963 г. было предоставлено «самоуправление де-фагіто». В Брунее верховная власть принадлежит султану. В 1959 г. была принята новая конституция.

В экономическом отношении Саравак, Сабах и Бруней представляют собой отсталый, преимущественно аграрный район с многоукладной экономикой. Около 80% населения Саравака и Сабаха и примерно половина населения Брунея заняты в сельском хозяйстве. Отличительные черты сельского хозяйства этих районов— низкий уровень производства, техническая отсталость, нерациональное использование земель. Основнаяг часть коренного населения продолжает вести натуральное или полунатуральное хозяйство. Важнейшая продовольственная культура — рис, который выращивают повсеместно. Большинство даяков возделывают суходольный рис, применяя ту же подсечно-огневую систему обработки почвы, что и в индонезийской части острова. Дусуны и часть ибанов культивируют заливной рис, причем обычно под поля занимают топкие болотистые места; при обработке их используют в качестве тягла буйволов. Своего риса не хватает, и около 30% потребляемого риса ввозится. Повсеместно выращивают также кокосовую и саговую пальмы (добыча саго — основное занятие значительной части меланау), кукурузу, бананы, ямс.

Большие площади на Северном Калимантане заняты под экспортные культуры, среди которых первое место принадлежит каучуконосам. Большая часть плантаций каучуконосов состоит из мелких (не более 1 га) участков; первичная обработка каучука ведется самыми примитивными способами. Ввиду того что английская администрация была заинтересована в производстве каучука, на Северном Калимантане возникли и крупные плантационные хозяйства капиталистического типа. По мере развития товарно-денежных отношений и увеличения роли денег в даякских общинах, каучуконосы — выгодная культура — все глубже внедряются в крестьянские хозяйства. Это оказывает непосредственное воздействие на саму общину, ускоряя ее разложение. Многие вожди ибанов втягиваются в торговлю каучуком и заводят лавки в прибрежных городках, где еще недавно в торговле господствовали китайцы. Все чаще ибаны или клемантаны — владельцы небольших плантаций используют за денежную плату труд даяков из соседнего племени или даже своих неимущих однообщинников.

Из других экспортных культур важное значение имеют перец и саго для Саравака, копра — для Сабаха. Новые для этого района культуры — какао и масличная пальма. Товарным огородничеством в окрестностях городов и крупных селений занимаются китайцы.

Заметную роль в хозяйстве населения Северного Калимантана играет рыболовство (морское и речное), причем товарный характер оно имеет в основном у китайцев и малайцев. Коренные жители до сих пор занимаются охотой и собирательством. Для охоты применяются сумпитаны с отравленными стрелами и различные ловушки. Из ремесел у даяков развито ткачество, в котором особого мастерства достигли ибаны — лучшие ткачи на острове, а также плетение из бамбука, ротана и различных трав, ювелирное дело, гончарство, обработка дерева.

Колониальный характер экономики Северного Калимантана дает себя знать и в промышленности. Это сказывается в преимущественном развитии добывающей промышленности и в преобладании иностранного — особенно английского — капитала в ее ведущих отраслях. Основные запасы нефти находятся на территории Брунея. Она составляет 90% экспорта Брунея. По добыче и экспорту нефти (около 4 млн. т в год) Бруней занимает второе место в Юго-Восточной Азии (после Индонезии). Монополия английских компаний,безраздельно господствовавших в нефтяной промышленности Брунея, была поколеблена законодательством, принятым в 1963 г. султаном: увеличилась доля султана в доходах от нефтеразработок, было предоставлено право вести разведку нефти любым иностранным компаниям.

Кроме нефти, на Северном Калимантане имеются месторождения медных и железных руд, угля, фосфатов, но они почти не разрабатываются. Развивается добыча природного газа. Новой, но быстро растущей отраслью промышленности стала добыча бокситов (преимущественно в Сараваке). В горнодобывающей промышленности заняты преимущественно малайцы и китайцы, но растет и число даяков. В настоящее время значительную часть экспорта Саравака и особенно Сабаха составляет лес и продукция лесообрабатывающей промышленности. 70% территории Саравака и Брунея и 80% территории Сабаха покрыто лесами, не менее 250 видов деревьев имеют промышленное значение. В Брунее экспорт леса очень затруднен мелководьем рек — единственных транспортных артерий. Другие отрасли обрабатывающей промышленности (пищевая, строительная, текстильная и пр.) представлены в основном мелкими предприятиями, технически плохо оснащенными. В них занято 6 тыс. человек в Сараваке и 1 тыс. человек в Сабахе, т. е. соответственно 0,7 и 0,2 % населения.

Материальная культура даяков Северного Калимантана, очень близкая традиционной культуре даяков индонезийской части острова, в большей степени испытала малайское влияние. Поселения даяков обычно расположены у воды и до недавнего времени состояли из одного-двух длинных домов на сваях. Сейчас традиционный тип дома можно встретить у ибанов, кайя- нов, кенья. В каждом таком доме живет несколько десятков родственных малых семей. По плану дом ибанов не отличается от длинного дома Центрального Калимантана.Вдоль всего дома идет открытая веранда;внутри он состоит из коридора и жилой части.Каждая семья занимает построенную для нее жилую комнату (билек), чердак над ней, часть галереи и веранды. Эти помещения составляют личную собственность семьи, живущей в них. Таким образом, у ибанов сохранилась лишь форма старого поселения, ибо ъ длинном доме живут отдельные малые семьи, занимающие каждая свою секцию дома. В настоящее время идет процесс разделения длинного дома на отдельные дома для каждой малой семьи. Постройка и расположение последних напоминают разрезанный на части длинный дом. Нередко при таком отдельном семейном доме, который строится неподалеку от длинного, имеется лавка. У большинства других групп даяков длинный дом как основная форма поселения уступил или уступает место индивидуальным домам. Так, у дусунов и клемантанов преобладают индивидуальные жилища, но кое-где сохранились длинные дома, но меньшего размера, чем у ибанов, не более чем на 4—5 семей каждый. Жилище мурутов—маленькие низкие домики. У меланау место длинных домов заняли селения малайского типа. Кампонги делятся на кварталы, совпадающие с территориями прежних длинных домов; в каждом квартале живут родственные семьи.

Основу пищи даяков составляет рис, который едят с разными приправами. Исключение составляют меланау: в их рационе, как и в хозяйстве, на первом месте стоит саго. Исламизированные группы даяков не едят свинину и мясо многих диких зверей. В питании прибрежних даяков важная роль принадлежит рыбе.

Традиционная малайская одежда довольно широко распространена у коренных жителей Северного Калимантана. В последнее время вместо саронга мужчины — как даяки, так и малайцы — чаще стали носить короткие штаны и рубашки с рукавами до локтя. Однако у даяков сохранилась и традиционная одежда: набедренная повязка у мужчин, каин и саронг — у женщин; верхняя часть тела обычно открыта. Наиболее живописен ибан- ский женский наряд, состоящий из короткого саронга, украшенного многоцветным тканым узором, и своеобразного корсета из ротановых колец, унизанных медными колечками. Юбки и корсеты того же типа иногда носят женщины дусун и других северных племен. Очень красочен костюм даякско- го воина, который надевают теперь лишь при исполнении ритуальных танцев. Мужчины-даяки, в прошлом отпускавшие длинные волосы, теперь все чаще коротко подстригают их, женщины плотно зачесывают волосы назад и стягивают их в узел на затылке. И мужчины, и женщины носят всевозможные украшения: браслеты для рук и ног, ожерелья. Кайянки носят по.нескольку тяжелых колец-серег, которые нередко оттягивают мочки ушей до плеч.

До сих пор у некоторых групп даяков сохранилась татуировка (у кай- янов — у мужчин и женщин, у дусунов и мурутов — только у мужчин). Узоры татуировки всегда имеют определенное магическое значение; у мужчин она в прошлом была связана с охотой за головами, последние случаи которой имели место в период японской оккупации Калимантана (жертвами этой охоты были японцы). В прошлом юноша признавался мужчиной только после того, как он приносил в селение человеческую голову.

Селение даяков, состоит ли оно из одного-двух длинных домов или ряда индивидуальных домиков, представляет собой соседскую общину.

Основной социальной и экономической ячейкой внутри общины является малая семья. Каждая такая семья ведет отдельное хозяйство. В ее собственности, кроме части дома, находится участок земли и другое имущество. Хозяйственные функции общины наиболее отчетливо дают себя знать в виде различных форм взаимопомощи. У ибанов и клемантанов Саравака трудовая взаимопомощь основывается на определенных правилах: труд мужчины, женщины, ребенка считается эквивалентным; оказанная помощь требует обязательной компенсации. Как правило, такая трудовая кооперация охватывает не всю общину, а группу семей внутри нее. Во главе общины стоит старейшина. У ибанов это туа румах — глава длинного дома. Туа румах — главный судья, жрец, а при случае и военачальник. Он занимает лучшую комнату в доме, лучшее место в лодке; в обработке его участка поля ему помогают другие члены длинного дома. Должность старейшины чаще выборная, но у кайянов и кенья она стала наследственной. Старейшины всех селений округа избирают старосту — пенгхулу, который получает жалование от правительства.

Как отмечалось выше, семья у даяков обычно малая. Лишь у дусунов и мурутов до сравнительно недавнего времени, по-видимому, существовала большая семья — хранительница семейного имущества. Обычно лишь один из взрослых детей — сын или дочь — остается жить с родителями. У кайянов, дусунов и мурутов после заключения брака молодые в течение года или более остаются в семье жены, а затем переселяются в дом родителей мужа. У ибанов примерно одинаковое число патри- и матрилокальных поселений. Дети могут быть членами либо семьи отца, либо семьи матери* в зависимости от места поселения родителей. Юноши и девушки пользуются добрачной половой свободой; в некоторых длинных домах есть специальные комнаты, где они проводят ночи.

Подавляющее большинство даяков до сих пор сохранило анимистические верования предков. В каждом длинном доме есть жрец. Магические и ритуальные обряды сопровождаются жертвоприношениями. Пантеон даяков включает множество бестелесных духов и слабо персонифицированных богов. У ибанов самый популярный из богов — Сингаланг Буронг. Это бог войны в образе коршуна-стервятника. По верованиям дусунов и мурутов, у каждого человека имеется несколько душ, похожих на человеческие тела, вложенные одно в другое. Даяки деревень, соседящих с малайскими, нередко являются мусульманами. Есть также небольшая группа христиан.

Развитие капитализма в Северном Калимантане, при всем ограниченном характере этого развития в условиях колониальной экономики, постепенно сказывается на состоянии традиционных сельских институтов даяков. Все большее число даяков втягивается в торговлю, ростовщичество становится обычным явлением, растет отходничество. Усиление имущественного расслоения внутри общины говорит о распаде традиционной организации даяков. Эти процессы на Северном Калимантане протекают более интенсивно, чем в индонезийской части острова.