Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Национальные меньшинства Таиланда
Этнография - Народы Юго-Восточной Азии

Национальные меньшинства Таиланда

Вторая по численности (после кхонтаи) народность тайской группы, обитающая в Таиланде,— лао. В 1965 г. их насчитывалось около 7 млн. 300 тыс. человек. Лао расселены повсеместно в северной гористой части страны и в северо-восточной области, включая нагорье Корат. Они составляют большинство населения в семи северных и пятнадцати северо-восточных провинциях. В научно-популярной литературе распространено мнение, что наименование «таи» или «тхай» (человек) — это самоназвание лао. В действительности же тхай — это групповое межнациональное наименование, которое в равной мере бытует в ЛаЪсе, в Северном Вьетнаме, в Бирме и даже за пределами Индокитая. Общее древнее наименование лао «юнь» сейчас уже ими забыто. Сохранились в качестве самоназваний три былых родо-племенных наименования: лао пунгкао, лао пунгдам и лао кланг.

В пределах Таиланда живут пунгдам (северные лао) и кланг (северо- восточные лао). Последние часто называют себя «исан».

По языку отдельные группы лао немногим отличаются друг от друга. Длительное соседство с собственно кхмерами имело следствием пополнение лексики северо-восточных лао словами, заимствованными у кхмеров; северные же лао пополнили свою бытовую и производственную терминологию словами из языка лава и других горных монов.

Общим для обеих групп лао является выращивание риса: на заливных полях — в долинах, суходольного — в зоне крутых горных склонов. Все лао, хотя и в разной мере, занимаются животноводством и садоводством. Выращивают птицу и свиней, а также крупный рогатый скот, который используют на тягло и для жертвоприношений. Животноводство особенно развито у северо-восточных лао, у которых оно является товарной отраслью. Многие северные лао заняты в горнорудной и лесной промышленности.

По материальной и духовной культуре лао мало отличаются от кхонтаи, но все-таки можно отметить некоторые особенности. Так, у северных лао поселения крупные (400—500 домохозяйств) и по плану кучевые, в отличие от линейных поселений кхонтаи, но тип дома общий.

В семейных отношениях лао по сравнению с кхонтаи более сильны пережитки материнскородовых норм. До сих пор у них встречается миноратное наследование: дом и садовый участок умерших родителей наследует младшая дочь.

Есть различие и между группами лао. Северные лао используют для одежды ткани преимущественно темных тонов, у северо-восточных лао преобладают более яркие расцветки. Обе группы этого народа предпочитают рис клейких сортов, но особенно настойчиво придерживаются этой традиции северо-восточные лао.

Все лао буддисты, в большинстве своем последователи южной ветви Тхеравада, но среди северных лао есть и последователи буддизма северного, махаянистского толка. В связи с этими особенностями, а также различиями в годовом хозяйственном цикле, объясняемыми разными климатическими условиями, наблюдаются некоторые расхождения в характере и сроках проведения основных обрядов производственных и семейных культов.

У лао значительно более четко, чем у других национальных меньшинств Таиланда, развито национальное самосознание. Лао (особенно северо-восточные, т. е. исан) активно борются за демократические реформы, за равноправие национальностей, за автономию страны Исан. Интеллигенция Исана стоит в первых рядах борцов за мир, за выход Таиланда из агрессивных блоков. Преследования прогрессивных деятелей на основании антидемократических законов касаются в значительной степени именно лао.

Шань Таиланда (60 тыс. человек), называющие себя «тхай яй» (дословно старшие тхай, в отличие от кхонтаи, которых называли «тхай ной» — младшие тхай) по языку почти не отличаются от своих соплеменников в Бирме и поддерживают с ними постоянные связи. Это облегчается тем, что многие шань заняты посреднической торговлей; их караваны постоянно посещают самые отдаленные горные районы севера Таиланда и востока Бирманского Союза.

К тайским народам Таиланда относятся также лю (80 тыс. человек) и путай (футхай) — 125 тыс. человек.

Основная масса лю живет в Лаосе и Северном Вьетнаме. Таиландские ученые склонны включать в число лю также народ кхун (конь, или корн), обитающий западных границ Таиланда и в пределах Чёнгтуна (Бирманский Союз)'. Лю по всему комплексу культуры близки к лао. Отмечают лишь, что в их одежде преобладают красный и черный цвета. Женщины носят красную кофточку и поверх нее черный жакет. Юбки, как у тибетцев и многих горных таи, женщины лю делают, сшивая полосы красной, черной и белой ткани, или с нашивными полосками, цвета которых чередуются в такой же последовательности. Мужчины же, как лису в Чёнгтуне, обычно носят синюю прямозастежную куртку и синие или черные широкие штаны.

Путай живут в восточной части провинций Удорн, Убон и Каласин. По материальной культуре они почти не отличаются от лао Лаоса, но язык путай можно сблизить скорее с шаньским, чем с лаоским. По верованиям они буддисты, но с наиболее развитым, по сравнению со всеми другими тайскими народами, культом предков.

Среди живущих в Таиланде народов тибетобирман Народы тибетоской группы можно выделить каренов (коренное игрухшыясияо население занимаемых ими районов) и появившихся здесь на протяжении последних 50—100 лет лаху, лису и акха. В культурном отношении к этим народам близки народы группы мяо-яо (мео-ман).

Основная масса каренов расселена в Бирме. В Таиланде их насчитывается около 130 тыс. человек. Деревни каренов (обычно от 5 до 20 дворов) сосредоточены в провинциях западного и северного Таиланда — Мехонг- сон, Месариенг, Так, Канчанабури, Чианграй, Чиангмай, Лампанг, Пре и Лаипун. Таиландские карены подразделяются на три группы: его, пво, бве; к каренам иногда относят и баоо. Карены первой группы, расселенные по обе стороны границы Таиланда и Бирмы, говорят на одном языке, язык каренов группы пво распадается на ряд диалектов.

Лаху в Таиланде около 15 тыс. человек. В провинциях Чианграй, Чиангмай, Мехойгсон, Лампанг и Так на склонах гор находятся небольшие

(от 5 до 80 хозяйств) поселения четырех племенных подразделений лаху с самоназваниями лаху ньи, лаху на, лаху ши и лаху намуэй (тайские названия этих племен — мухсур. денг, мухсур дам, мухсур куй и мухсур шелех).

Лису (около 20 тыс. человек) живут в провинциях Чианграй, Чиангмай, Мехонгсон и Так. Деревни их расположены над поселениями лаху, на высоте около 2 тыс. м. Самоназвание лису — лусу, тай называют их «лишау».

Акха (икау) расселены в горных районах провинции Чианграй. Численность акха в Таиланде — около 30 тыс. человек.

Мяо и яо появились на территории Таиланда впервые во второй половине прошлого века. В настоящее время поселения их разбросаны по склонам гор, в северном и северо-восточном Таиланде на высоте не менее 1200 м над уровнем моря. Самые южные группы этих народов находятся на расстоянии 300 км от столицы страны Бангкока.

Мяо, общей численностью 50 тыс. человек, представлены тремя подразделениями — белые, черные мяо и гуа мба мяо — говорящими да одном языке и расселенными в провинциях Чианграй, Чиангмай, Лампанг, Пре, Мехонгсон, Так, Питсанулок, Печабун и Лей.

Яо, которых в Таиланде около 15 тыс. человек, населяют провинции Чианграй, Чиангмай, Лампанг и Нан.

Карены ведут оседлый образ жизни и занимаются земледелием, преимущественно богарным мотыжным (на склонах гор на высоте 1000 м и более), и — в меньшей степени — поливным плужным (в небольших горных долинах). В отличие от каренов, остальные народы тибето-бирманской группы и группы мяо-яо занимаются исключительно подсечно-огневым земледелием, требующим частой смены полей (через два-три года) и вследствие этого переселения на новое место через каждые 10—15 лет. Все эти надэоды, включая и каренов, выращивают на своих полях рис, кукурузу, бобовые, сахарный тростник, табак, таро, ямс, овощи. Большое значение в хозяйстве части каренов и всех остальных народов имеет выращивание опиума, предназначенного для обмена (например на соль). Посредниками в торговле между горными и равнинными народами являются, как правило, китайцы, Официально выращивание опийного мака в Таиланде запрещено, существует также запрет на новые вырубки леса для подсечно-огневого земледелия. Однако горные народы не соблюдают этих законов.

Помимо земледелия, эти народы занимаются животноводством: держат быков, свиней, собак, местами коз, повсеместно разводят кур. Часть домашних животных выращивают на продажу, но преимущественно их разводят для ритуальных жертвоприношений. Охота, рыболовство и собирательство являются подсобными занятиями. Развиты ремесла — плетение, ткачество, кузнечество, изготовление бумаги из побегов бамбука (у яо) и пр.

Карены, лаху, лису и акха строят дома на сваях, и только дома мяо и яо стоят прямо на земле. Размеры и конструкция домов различны не только у разных народов, но даже у подразделений одного и того же народа. Так, у лаху ньи дома, как правило, состоят из одной комнаты (10—25 кв. м), тогда как у лаху ши дома многокомнатные и большей площади. Очаг помещается обычно внутри дома.

Типичная одежда этих народов, обычно изготовляемая из тканей домашнего производства,— юбка и кофта (иногда безрукавка) у женщин, штаны и куртка у мужчин, тюрбан у представителей того и другого пола. У некоторых народов имеются закрепленные обычаем отличия в одежде (или головном уборе) замужних женщин и девушек (так, у каренов девушки носят длинное белое платье, а после замужества — юбку и кофту). Часто этнонимы подразделений рассматриваемых народов связаны с преобладающим в их одежде цветом.

При громаднейшем разнообразии в конкретных проявлениях духовная культура этих народов имеет много общих черт. Религия их основана на вере в духов, населяющих и одухотворяющих природу. Для их умилостивления проводятся многочисленные церемонии, сопровождающиеся жертвоприношениями. Важнейший праздник связан с наступлением Нового года (приходится на конец января — начало февраля). Он отмечается пиром, длящимся три дня и три ночи, и сопровождается танцами до полного изнеможения. В течение этого времени деревни горных жителей закрыты для посторонних.

Среди каренов имеются приверженцы буддизма и христианства (протестанты и католики), но и они не утратили древних верований.

Народы рассмотренных групп находятся на стадии сложения классового общества. Однако у них сохраняется племенное деление и некоторые черты первобытнообщинного строя.

Тайское влияние коснулось в основном каренов. В районах их проживания имеются правительственные школы, где наряду с другими предметами обучают тайскому языку. Вслед за тайской проникает и европейская культура, наложившая уже отпечаток на внешний облик каренов (мужчины носят импортные рубашки, на западный манер подстригают волосы и т. п.). Остальные народы тибето-бирманской группы вследствие большей изоляции полнее сохраняют традиционную культуру.

Численность народов, говорящих на языках  мон-кхмерской семьи, составляет в Таиланде 1 млн. 172 тыс. человек. Среди них можно выделить равнинных монов и кхмеров — потомков высокоразвитых народов, создателей древних цивилизаций, а также народы, населяющие возвышенные, покрытые лесами районы страны. Эти горные народы в силу ряда конкретно-исторических причин отстали в своем социально-экономическом развитии и находятся на различных стадиях перехода от первобытнообщинного строя к классовому обществу.

Моны расселены в центральном и западном Таиланде — в провинциях Паклат, Пакрет, Аюттая, Лопбури, Канчанабури и в окрестностях Бангкока. На протяжении всего I тыс. н. э. они были основным населением на территории современного Таиланда и создали свою государственность (см. стр. 248). Значительная часть монов смешалась с пришедшим с севера таи- язычным населением, оказавшись в составе сложившегося в XIII в. тайского государства. Тем не менее часть монов до сих пор сохраняет этническое своеобразие. Численность не затронутых ассимиляцией монов в Таиланде составляет около 90 тыс. человек. Среди них значительный процент составляют моны, мигрировавшие сюда из Бирмы в XVII—XVIII вв. Моны в Таиланде двуязычны: они говорят на родном языке, но знают и язык кхонтаи.

Кхмеры (400 тыс. человек) расселены в провинциях Трат, Бурирам, Сурин, Сисакет. Они также сохраняют свой язык и обычаи. По культуре они почти не отличаются от кхмеров Камбоджи.

Горные моны представлены в Таиланде народом лава. Основные районы расселения лава — провинции северного Таиланда Месариенг, Мехонгсон, Чиангмай, Чианграй, Лампанг. Численность их — 10 тыс. человек. Ввиду разобщенности поселений (состоящих в среднем из 30 дворов) язык лава распадается на несколько диалектов. Лава живут малыми семьями. При выборе невесты предпочтение отдается дочери брата матери. Женитьба на дочери сестры отца запрещена. Овдовевшую женщину может взять в жены холостой брат ее мужа (старший или младший).

Обращение лава в буддизм началось уже в VII в. Однако на большую часть лава буддизм не оказал влияния, и они не знают иной веры, кроме веры в духов. Главными считаются духи деревни и дома — им ежегодно приносят в жертву домашних животных. Организующие церемонию жертвоприношения жрецы (самонг и лам) занимают привилегированное положение в обществе.

Основная масса горных кхмеров расселена в примыкающих к Камбодже районах северо-восточного Таиланда. В провинциях Сурин, Сисакет, Убон и Ройэт живет народ с самоназванием куи (дословно — люди) численностью в 400 тыс. человек. Далекие предки этого народа занимали обширную область между озером Тонлесап и Меконгом. Народы, известные в Таиланде под названиями «чамрэ», «самрэ» и «пор», представляют собой, по мнению некоторых западных ученых, этнографические группы куи. До начала XX в. у куи сохранялись пережитки первобытнообщинных отношений. На куи оказывают сильное влияние живущие по соседству лао и кхмеры. Куи усваивают их языки. Таи называют куи, говорящих на лао- ском языке, «лао соай», а говорящих на кхмерском языке — «кхмер со- ай» (соай — тайское название народа куи).

Ассимиляции, главным образом со стороны лао, подвергаются и другие народы Таиланда, говорящие на кхмерских языках — сек, калонг, кабрао, со, кхму и катины. Их предки были оттеснены в горы тайскими народами. Некоторые группы горных кхмеров переселились в Таиланд из Лаоса сравнительно недавно, в конце XIX— начале XX в. Таковы живущие в районе Наконпанома сек и кабрао, а также со, поселившиеся между озером Нон- глахан и Меконгом, на склонах холмов Пупан и по берегам реки Сонгкрам. Катины же являются потомками древнего населения провинции Нан, в которой имеется 126 катинских деревень с 3500 жителей. Перечисленные выше народы насчитывают по нескольку тысяч человек. В южных районах провинции Корат и в западных районах провинции Чайяпхум имеются поселения народа ньякуол. По мнению некоторых ученых, язык этого народа является звеном, связующим монские и кхмерские языки.

По формам хозяйства и материальной культуре все мон-кхмерские народы, живущие в горной местности, очень близки друг другу и имеют много общего с соседними тайскими народами. Для них характерно под- сечно-огневое земледелие (выращивание риса, перца, табака, хлопка, сахарного тростника, тыквы), разведение домашних животных (буйволов, свиней, собак и кур), собирательство, охота и рыболовство, сооружение жилищ на сваях и т. п.

На более низкой ступени социально-экономического развития находятся семангк, сенои и мрабри, также входящие в группу мон-кхмероязычных народов Таиланда. Основная масса семангов и сеноев расселена на территории Малайи: -В лесах южного Таиланда живет примерно по 1 тыс. представителей этих народов (о них см. «Народы Малайи», стр. 387—391).

Мрабри, или юмбри («люди джунглей») — самоназвание, пожалуй, наиболее отсталого из всех народов Таиланда. Лаосцы называют мрабри духами желтых листьев, что по-лаоски звучит как «питонглуанг». Произошло это название оттого, что лао часто находят брошенные мрабри ветровые заслоны из веток с уже пожелтевшими листьями, тогда как их создатели скрываются в джунглях, стараясь не встречаться с более сильными соседями. Мяо называют их «духами джунглей» («маку»). Численность мрабри составляет предположительно несколько сот человек. Трудно сказать, когда они появились на территории Таиланда. Мрабри расселены в провинциях Нан, Пре и Чианграй, в джунглях западной части плато Корат и в районе, заключенном между реками Мейом и Менам, вокруг истоков реки Намва.

Основу хозяйственной деятельности этого маленького народа составляют собирательство и охота, рыболовство играет второстепенную роль. Мужчины охотятся на диких зверей, крыс, змей. Орудием охоты служат копья со сделанным из пальмовой древесины древком длиной 3—4 м и железным наконечником (мужчины обрабатывают способом холодной ковки железо, получаемое при обмене с соседями). Женщины и дети собирают клубни, дикие плоды, мед, воск, червей. В поисках пищи мрабри вынуждены часто переходить с места на место. Из широколистного кустарника они плетут ветровые заслоны, опирающиеся на шесты высотой около 2 м или прислоняемые к дикорастущему бамбуку.

Дважды в год мрабри приходят в деревни лао и мяо и обменивают шкуры, рога, мед, воск, корзины и циновки на рис, лопаты, железные ножи, спички, опиум, табак, бетель, спирт, мясо, старую одежду. Обмен между группами самих мрабри отсутствует.

Единственная одежда мрабри — набедренная повязка, но нередко и она отсутствует. Желая украсить себя, они вставляют в проткнутые мочки ушей скрученные листья, кусочки дерева или бамбука. От лао они заимствовали обычай татуировки.

Живут мрабри небольшими группами (меюм), около 10 человек, состоящими из одной и более семей. Они скитаются в пределах своего района, ограниченного ручьями и холмами (сейчас эти границы соблюдаются менее строго). Счет родства ведется по мужской линии. После заключения брака жена переходит в группу мужа.

Мрабри верят в духов, которых делят на злых (дкат и баа) и добрых (ерурэй). Местом их пребывания считают деревья, животных, реки. Духам приносят в жертву животных. Мертвых хоронят в том месте, где они скончались, в глубоких могилах, на правом боку, с рукой под ухом. Рядом с покойником кладут его вещи.

Малайцев в Таиланде насчитывается 900 тыс. человек. Они расселены в четырех провинциях в полинезийской группы южном Таиланде — Патани, Яла, Наративат и Сонгкла. На долю немалайского населения (тайского и китайского) в прибрежных районах этих провинций приходится лишь 20—25%, внутренние районы населены почти исключительно малайцами.

Малайцы образуют в конгломерате народов Таиланда обособленную в лингвистическом, антропологическом и этническом отношениях группу, родственную народам соседней Малайи и Индонезии.

Основцым занятием малайцев в Таиланде является земледелие. Воз- делываемая-земля используется главным образом под рисовые поля и плантации кокосовых .пальм, и каучука. Большую роль в хозяйстве малайцев, живущих по берегам Малаккского полуострова, играет морской промысел. Они ловят макрель и менее ценные породы рыб, а также креветок и крабов. Рыбу ловят сетями, переметами и удочками. В йоре рыбаки выходят на лодках длиной от 3 до 17 м. В малайских поселениях на побережье Сиамского залива часть жителей занимается исключительно рыбной ловлей, в то время как остальные совмещают ловлю рыбы с земледелием. Питаются малайцы рисом, рыбой, овощами и фруктами (свежими и вареными), на праздничных пирах едят карри с мясом.

Малайцы строят деревянные дома на сваях высотой 3 м, крышу покрывают глиняной черепицей.

Костюм мужчин и женщин состоит из саронга, дополняемого у женщин блузой, а у мужчин рубашкой.

В административном отношении малайские провинции, как и все остальные провинции Таиланда, делятся на районы. Каждый район состоит из нескольких самоуправляющихся общин (тамбон). Тамбон объединяет жителей нескольких близко расположенных деревень — кампонгов. В кам- понгах живут семьи, нередко связанные между собой родственными отношениями и владеющие землей на правах частной собственности.

Обрабатывают землю и пересаживают рассаду риса, объединяясь в группы, состоящие из родственников, друзей и соседей. Члены этой же группы помогают друг другу во время подготовки пиров, сопровождающих церемонии по случаю семейных торжеств.

Рождение ребенка считается радостным событием. По традиции, 40 дней после родов женщина проводит, лежа возле огня. На седьмой день или через три месяца после рождения ребенка в честь наречения имени устраивается семейное торжество. Когда мальчику исполняется 14—15 лет, проводится самая важная в его жизни церемония — обращение в мусульманство (масук джави), сопровождающаяся пирами и включающая обряд обрезания.

Брачный возраст девушки 15—16 лет, юноши— 20 лет. В течение четырех лет до замужества девушка ведет затворническую жизнь. Жених и невеста должны быть из разных деревень. Семья жениха платит за невесту калым. Свадьба отмечается двумя церемониями: религиозным освещением брака и угощением (макан пулом), устраиваемым дважды,— в доме невесты и в доме жениха. Гости — родные, друзья, соседи — дарят новобрачным деньги. По обычаю, супружеские отношения начинаются лишь по истечении трех ночей. В первую ночь между новобрачными на ложе кладут три подушки, на которые ставится сосуд с водой. Во вторую ночь сосуд уносят и убирают одну из подушек, в последующие ночи убирают остальные подушки. Этот искусственный «барьер» между супругами создается для того, чтобы жена могла привыкнуть к мужу (с которым она познакомилась только на свадьбе), освоиться с положением замужней женщины после той замкнутой жизни, которую она вела до замужества.

Малайцы Таиланда еще в XIV в. приняли мусульманство. Мечеть и звуки барабана, извещающие о времени молитвы, придают малайским деревням колорит, отличающий их от соседних тайских деревень. Жители кампонга, посещающие одну мечеть, принадлежат к одной религиозной общине. Ее возглавляет имам. При мечети имеется комиссия из 12 человек, назначаемая религиозным мусульманским центром провинции. Председатели этих центров образуют комитет, глава которого является консультантом по вопросам мусульманской религии при правительстве Таиланда.

В повседневной жизни малайцы сохраняют пережитки домусульман- ских верований, например шаманизм. Посредником между людьми и духами малайцы считают шамана (бомо). Он лечит болезни, вызываемые духами, заклинаниями и чтением отрывков из Корана.

В деревнях ежегодно совершаются церемонии в честь духа-хранителя деревни. Малайцы-земледельцы чтут духов риса, рыбаки — духов моря. Подношения духам риса делаются в период пересадки рассады. В конце рыболовного сезона в некоторых малайских поселениях на берегу Сиамского залива совершаются церемонии жертвоприношения злым духам моря — ханту лаут. Плот из бамбука, на который помещают часть туши буйвола и другую пищу, отвозят в открытое море. Другую половину жертвенного буйвола съедают на пиру сами рыбаки. В церемонию входят соревнования гребцов и запуск бумажных змеев.

В провинции Сонгкла малайцы живут в разнородной этнической среде вместе с таи и китайцами и поэтому, смешавшись с ними, они в значительной степени утратили своеобразие. Малайцы провинций Яла, Нарати- ват и Патани, отделенных непроходимыми джунглями от остальных провинций Таиланда, в меньшей степени подвергались тайской ассимиляции.

Политика правительства Таиланда, направленная на растворение малайского национального меньшинства в тайской нации путем ущемления его политических прав, насаждения через школы тайского языка, буддийской религии, вызывает протест малайцев, сохраняющих сознание свсей национальной обособленности.

Вдоль западного побережья Малайского полуострова и на прилегающих островах архипелага Мергуи живет народ, называющий себя маукен или мокен (от слов «окен» — соленая вода и «мо» — нырять). Маукенов в Таиланде насчитывается около 2 тыс. человек. Кхонтаи называют их чаоле («люди воды»), бирманцы — селунами.

Рыбная ловля доставляет маукенам главные средства к существованию. Обычно во время отлива мужчины выходят в море на выдолбленных из дерева челнах длиной около 8 м с бамбуковой крышей, крытой сшитыми пальмовыми листьями. Ныряльщики добывают со дна моря жемчуг, кораллы и трепангов. Мангровые заросли, обнажающиеся б период отлива, представляют богатые возможности для собирания крабов, моллюсков и других «даров моря». Этим занимаются женщины и дети.

У маукенов отсутствует длительная оседлость. Они перемещаются от острова к острову в своих лодках, не останавливаясь подолгу на одном месте. Только во время дождей живут они на суше в хижинах из бамбука или в вытащенных на берег лодках.

Обитатели 10—30 лодок объединяются в группу, называемую «кабанг». С маукенами издавна ведут товарообмен китайцы и малайцы. В обмен на соль, опиум, рис и рыбу, в которой нуждаются маукены в период дождей, торговцы получают жемчуг, трепангов, съедобные гнезда саланганы и пр. Пользуясь низким уровнем развития маукенов, китайцы и малайцы извлекают из этого товарообмена большую выгоду для себя. Часть маукенов ассимилирована малайцами, их называют «оранг-лонта».

Маукены верят в духов катои, которые, по их представлениям, могут быть и злыми и добрыми. В джунглях они строят им жилища (папанду), рядом с которыми воздвигают два столба длиной примерно 5 м, украшенных резьбой, для добрых духов и два столба покороче — для злых духов. Эти храмы продолжают стоять на покинутых маукенами островах. У каждой группы маукенов есть свой остров, куда они отвозят умерших. Они стараются держаться подальше от могил, возле которых, как они полагают, обитают злые духи. Тело умершего вместе с его вещами и пищей кладут н& платформу на сваях и покрывают бамбуком. Голова покойного должна быть направлена на запад, где ежедневно «умирает» солнце. Когда умирает обладатель челнока, челнок разрубают на две части: в одну из них кладут завернутое в циновку тело покойного, другою его прикрывают.

Переселения китайцев в пределы Индокитайского полуострова известны с конца I тыс. до н. э. Но на постоянное жительство в Сиам китайцы начали приезжать несколько веков тому назад. В XVII в. в столице Тайского королевства Аютии проживало 3 тыс. китайцев. Во второй половине XIX в. происходило интенсивное переселение китайцев в страны Юго-Восточной Азии. Правительство Сиама поощряло их иммиграцию. В стране не хватало рабочей силы, и наемный труд китайских иммигрантов использовался в производстве риса на экспорт, на плантациях сахарного тростника и перца, в лесной и горной промышленности и железнодорожном строительстве.

В настоящее время китайцы составляют второй по численности после тай компонент в населении Таиланда — их примерно 5 млн. 500 тыс. человек. Основная масса китайского населения в Таиланде сосредоточена в долине реки Менам и в районе перешейка Кра. Китайцы составляют значительный процент городского населения страны. В больших городах Таиланда имеются китайские кварталы, являющиеся деловыми центрами («предприятие» и жилище китайца находится обычно в одном помещении). В Бангкоке в китайском квартале Сампанг сосредоточена едва ли не половина населения города, а в окрестностях Бангкока проживает примерно половина китайского населения страны. Почти во всех городах страны имеются магазины и лавочки китайских торговцев, рестораны и отели, которые содержат китайцы.

Китайские иммигранты в Таиланде — в основном выходцы из южных провинций Китая (Гуандун, Гуанси, Фуцзянь) и говорят на различных диалектах (чаочжоусском, хакка, хайнаньском, кантонском, фуцзяньском). Китайцы, говорящие на одном диалекте, образуют землячества. По принципу землячества формируются профессиональные группы (так, 98 % владельцев кожевенных магазинов говорят на хакка, 97% китайцев, работающих в рисоочистительной промышленности, говорят на чаочжоусском диалекте). Однако в условиях эмиграции эти различия отступают на задний план, и все китайцы Таиланда, на каком бы диалекте они ни говорили, образуют одну этническую группу и ясно осознают себя китайцами.

Китайцы являются главной рабочей силой в ведущих отраслях промышленности Таиланда. Значительная часть их занимается ремеслами (ткачи, плотники, сапожники) и работает в сфере обслуживания (содержатели отелей, ресторанов, слуги в домах европейцев и т. п.). Но основная сфера деятельности самодеятельного китайского населения — торговля, оптовая и розничная.

Местный китайский крупный капитал захватил весьма существенные позиции в таиландской экономике. Он не только играет важную роль в торговле и банковском деле, но и преобладает в ряде отраслей промышленности. Практически все предприятия в Таиланде, принадлежащие китайской буржуазии, контролируются восемью монополистическими группировками, объединяющими наиболее крупных китайских капиталистов. Китайские дельцы, связанные с иностранными фирмами, составили основу компрадорского слоя.

Тайская буржуазия, сталкиваясь с конкуренцией со стороны местной китайской буржуазии, проводит националистическую политику, направленную- на ущемление своей более сильной соперницы. Такова экономическая подоплека дискриминации китайского национального меньшинства, особенно лиц, не имеющих таиландского гражданства. В стране действуют законы, по которым не менее половины рабочих на предприятиях некоторых отраслей промышленности должны быть тайской национальности (точнее — быть гражданами Таиланда). Китайцы не допускаются к торговле свежей рыбой, шелководству, ряду ремесел и некоторым другим видам деятельности, лишены права приобретать землю. Дискриминационные меры в отношении китайского населения значительно усилились после образования КНР и установления в Таиланде военной диктатуры. Таиландское правительство резко ограничило китайскую иммиграцию: по закону 1950 г. разрешается въезд в страну не более 200 человек китайской национальности в год, при этом каждый китаец облагается пошлиной в размере 1 тыс. бат.

Образовательный и натурализационный цензы для участия в выборах лишают многих китайцев политических прав. Ассимиляторская политика проводится в области просвещения. Китайские школы преследуются, в них введено изучение тайского языка, искореняются предметы, связанные с изучением китайской культуры.

Следует подчёркнута что дискриминационные меры почти не затрагивают местного .китайского крупного капитала, заключившего союз с бюрократическим капиталом тайской национальности и связанного деловыми узами с видными представителями правящего буржуазно-помещичьего блока. Китайский крупный капитал активно поддерживает реакционный политический курс правящих кругов Таиланда и пользуется их ответной благосклонностью.

До XX в. в Таиланде почти не было китаянок, в конце XIX — начале XX в. были распространены смешанные браки мужчин-китайцев и женщин таи.

Потомки от смешанных таи-китайских браков в большинстве случаев слились с кхонтаи. В связи с тем, что с 1920 г. в Таиланд начали приезжать китаянки, смешанные браки между китайцами и таи почти прекратились, так как китайцы предпочитают брать в жены женщин своей национальности, и китаянки крайне редко выходят замуж за мужчин кхонтаи.

Практика браков преимущественно между лицами китайской национальности, своего рода «этническая эндогамия», способствует национальной обособленности. Сохранение родного языка, китайские школы, компактное проживание в китайских кварталах, специфическая форма жилища (наземные постройки в отличие от свайных тайских), соблюдение традиционных китайских норм семейной жизни (почтение к старшим, обязательность согласия родителей на брак и пр.), верность культу предков, посещение китайских храмов, празднование традиционных праздников, наконец, связи с родственниками в Китае и сохранение национального самосознания, в условиях дискриминации со стороны правительства Таиланда свидетельствуют о том, что китайское население в Таиланде имеет этническое своеобразие.

Вместе с тем китайцы в Таиланде не могут не испытывать на себе влияния окружающего тайского населения. Китайцы, родившиеся в Таиланде, формируют прослойку людей с двойной национальностью: полутаи-полуки- тайцев, образ жизни которых представляет собой нечто среднее между нормами жизни того и другого народа.