Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



АФРИКА, 1500—1788 гг-
Этнография - История географических открытий

Исследование Африки в крупных масштабах началось лишь в 1788 г., когда была основана «Африканская ассоциация»[1]. До этого времени на африканском континенте в целом не велось систематической исследовательской работы, и даже в тех областях, где кое-какие успехи были сделаны, они были малы по масштабу и невелики по значению. Причин, по которым открытие африканского континента шло так медленно, было несколько. Северноафриканские пустыни изолировали средиземноморские народы от внутренней Африки, а единственная удобная дорога через Египет была частично преграждена турками. В других местах плоские прибрежные области были настолько нездоровыми, что в большой доле приезжие европейцы умирали, отсутствие же судоходных рек, по которым можно было бы подняться от моря, мешало проникновению во внутренние области, в которые можно было добраться разве только пешком* К этим причинам географического порядка следует прибавить сложившуюся веками историческую обстановку. Африка, как известно, лежит на пути к Востоку. В ту пору она рассматривалась как препятствие, которое надо было обойти кругом и посетить только в тех случаях, если и когда к этому вынуждали осложнения в плавании. По сравнению с Востоком и с Новым Светом, экономические ресурсы Африки, за исключением «черной слоновой кости», как называли негров-рабов, считались незначительными и неинтересными. Большого поля для развития торговой деятельности не предвиделось, а тут еще вдобавок во многих частях Африки фанатики-мусульмане делали невыносимой жизнь для христиан. Таким образом, на Африку европейцы обращали внимание только от случая к случаю, когда возникала какая-либо большая географическая проблема вроде вопроса о Нигере или же вопрос о таком позоре для человечества, как торговля рабами.

В течение периода, рассматриваемого нами в этой главе, исследование Африки производилось в пяти основных областях: в Эфиопии, где венецианцы уже порядочное время пользовались торговыми привилегиями; по западному побережью; в долине Конго;
в Южной Африке и в долине Замбези, где европейцы несколько продвинулись вперед. В первой из названных областей посольство Ковильяна имело своим следствием значительно более близкое знакомство португальцев с Эфиопией1. Однако венецианцы, повидимому, хорошо знали Эфиопию гораздо раньше. Так, например, на карте Фра-Мауро, составленной в последние годы жизни принца Генриха Мореплавателя, физико-географическая структура Эфиопии показана с неожиданной степенью точности. Эти- познания Фра-Мауро, однакоже, в основном почерпнул из туземного источника, а именно от приехавшего в Италию эфиопа. Все же остается фактом, что итальянцы, как, собственно, и следовало ожидать, представляли себе структуру Северо-Восточной. Африки лучше, чем португальцы.

За посольством Ковильяна, выехавшего в Эфиопию в 1487 г., последовали другие португальские экспедиции. Однажды обосновавшись на Индийском океане, португальцы вынуждены были защищать свои торговые пути, а кроме того играл роль расчет на то, что дружественная Эфиопия может помочь разбить турок. За политическими и военными экспедициями XVI в. последовали* начиная с 1557 г., поездки миссионеров. Один из них, Педро- Паэш, после полной приключений жизни, отправился в 1603 г- . в Эфиопию, в 1613 г. посетил истоки Голубого Нила и одновременно правильно установил причину нильских разливов.

Другой миссионер, Антон Фернандеш, прибыл в 1604 г. во Фремону 2, а девятью годами позже совершил большое путешествие по стране Галла3 с целью отыскания для португальской' торговли нового пути, поскольку старый путь через Массауа попал в руки турок.

Третий, иезуит Жероме Лобо, попытался открыть путь для проникновения в Эфиопию через Малинди. В ходе своего путешествия он обследовал восточное побережье Африки от острова Паты (у 2° ю. ш.) до реки Джуба, но нового пути ему открыть не удалось, и он вернулся в Индию. Оттуда он направился обратно*- к Красному морю, пересек область Данакиль, достиг Фремоньг и из этого центра объехал ряд местностей Эфиопии, включая'

В 1699 г. в Эфиопию было совершено путешествие из Египта. Группа миссионеров в сопровождении д-ра Понсе прошла от Каира через Донголу и Сеннар, переправилась через Голубой Нил л достигла Гондара. Понсе оставил хорошее описание пути в Эфиопию, но его известие о пребывании в этой стране было принято с некоторыми сомнениями. В Европу он вернулся через Массауа. Аналогичное путешествие, но по несколько другому маршруту было проделано в 1700 г. другим миссионером, Теодором Крумпом. К этому времени Эфиопию знали лучше, чем любую другую африканскую страну подобных же размеров.

Экспедиция Джемса Брюса к Голубому Нилу, совершенная в 1768 г.7 привлекла внимание Европы к подобным путешествиям. Из Нижнего Египта он направился в Косейру на Красном море, откуда отплыл на Массауа, причем поехал долгим кружным путем по северной части моря, заходя по пути в некоторые порты аравийского побережья, вплоть до Баб-эль-Мандебского пролива. Из Массауа он направился в глубь Эфиопии, в Гондар, а от него добрался до истоков Голубого Нила. Вернулся он через Египет и Нубийскую пустыню. Брюс сделал мало настоящих ■открытий, но сам очень неохотно признавал достижения своих предшественников-иезуитов1[2] Путешествие его имело то значение, что пробудило интерес к исследованию Африки. Составленное им пространное описание его путешествия правильно отображает работу его хорошо проведенной научной экспедиции.

Соприкосновение европейцев с западным побережьем Африки началось, если не считать путешествий карфагенян, еще в эпоху •средневековья; однако до эпохи принца Генриха Мореплавателя европейцами не было сделано даже попытки исследования территории за побережьем. Правда, генуэзцы еще с XIII в., а венецианцы с XIV в. интересовались торговлей с Северной Африкой и через них, так же как через евреев и арабов, в Европу просачивались кое-какие сведения2. В 1447 г. некий купец по фамилии Мальфанте совершил путешествие до большого центра западноафриканской торговли—Туата. Он же много наслышался о бассейне Нигера вообще и городе Тимбукту в частности от родственника одного из богатейших купцов этого города3. Другой, много

Многие другие историки открытий склонны, напротив, преувеличивать открытия Брюса, забывая о достижениях португальских путешественников XVI—XVII вв.—Прим. рго.

путешествовавший по странам Леванта флорентинец, очевидно около 1469 г., сумел добраться до Тимбу-кту с севера. Как раз в это время португальцы закончили открытие всего западно- африканского побережья и основали свою торговую факторию .

Развитие торговли в XVI в. повело к более близкому знакомству с побережьем Западной Африки, и на сцену появились другие государства, стремившиеся получить свою долю во вновь обнаруженных богатствах; география, однако, получила от всего

этого очень мало.

Выдающимся событием этого века было опубликование «Описания Африки» Льва Африканца, объехавшего большую часть Западной Африки. Работа его изобилует чрезвычайно ценными описаниями; она была переведена на большинство европейских языков и оставалась наиболее авторитетным трудом по этой части Африки вплоть до начала новой эпохи в ее исследовании1.

В XVII в. исследование внутренней части Африки шло очень медленно. В 1618 г. француз Поль Эмбер был похищен в Марокко и увезен в Тимбукту. Впоследствии он описал свои приключения и лишения. В том же году англичанин Томпсон поднялся далеко вверх по течению реки Гамбии и в 1616 г. добрался до точки, лежащей в 650 км от ее устья. Год 1620 отмечен путешествием Джобсона, которому, по крайней мере частично, удалось исполнить намеченный им план и разузнать как следует о торговле Тимбукту.

Если Гамбия была большой дорогой для проникновения англичан, ту же роль для французов играл Сенегал. В 1637 г. французская экспедиция поднялась на значительное расстояние вверх по этой реке. Еще через 60 лет Андре Брю совершил два путешествия вверх по реке и собрал сведения о золотоносном районе Бамбука в районе верхнего Сенегала, где вблизи устья реки Фалеме французы учредили военный пост. В 1715 г. французы основали другой пост по течению реки Фалеме, а в 1716 г. Компаньон частично обследовал местность между Фалеме и течением Сенегала выше этого пункта. Об успехах французов к этому времени лучше всего можно судить из описания Африки в опубликованной в 1728 г. книге Ж. Б. Лаба «Новое повествование о Западной Африке» (Nouveile relation de I'Afrique occidentale).

Несколько продвинулись в глубь страны от западного побережья и англичане. В 1723 г. Стибс поднялся по реке Гамбии до водопада Барраконда. Он пришел к заключению, что истоки реки должны быть где-то недалеко и что Гамбия не имеет ничего общего с Нигером. Еще через три года капитан Смит произвел съемку реки, а в 1732 г. капитан Лич составил хорошую ее карту. В 1738 г. служащий «королевской африканской компании» Фрэнсис Мур выпустил хорошее описание страны, но, надо сказать, что вне рамок нескольких речных долин англичане по-ка стоящему очень мало знали Западную Африку. Настоящее исследование ее началось лишь с великими путешествиями конца века, целью которых было разрешение проблемы реки Нигера.

Португальцы проявляли активность в районе Конго почти с того момента, когда эту реку открыл Диего Кан. Здесь, как и в Эфиопии, пионерами были католические миссионеры, В 1490 г. организованная ими экспедиция достигла в 300 км от побережья города, позже получившего название Сан-Сальвадора. Негритянский царь и множество туземцев перешли в христианство» и миссионеры составили себе общее представление о стране, как вдруг в 1570 г. их работа была прервана вторжением людоедов «жагга». Нападение людоедов было отбито, но в ходе войны пор- тугальцы потеряли завоеванное было ими положение и не сумели его вернуть до XVII в. Они запроектировали ряд крупных экспедиций, Б том числе поход с реки Конго в Эфиопию, но из них ничего не вышло. Сделанное около 1578 г. Лопешом общее описание страны содержит множество точных сведений, но вместе с тем изобилует всякого рода преувеличениями, которые могут быть результатом лишь малой осведомленности.

Тем временем португальцы добились успехов в Анголе. Впер- вые они попали туда в 1559 г., а пятнадцатью годами позже зало,- жили поселок на берегу вблизи Лоанды. К концу столетия они уже очень крепко обосновались в Анголе и старались добраться до Бенгелы. Перенесение резиденции епископа из Сан-Сальва- дора в Лоанду в самом начале XVIII в. еще более подняло значение Анголы, а в 1606 г. была сделана попытка открыть сосбще- ние с Замбези.

Прежде чем перейти к ходу географических исследований в XVIII в., мы должны еще упомянуть приключения одного англичанина, Эндрю Баттелла, попавшего в 1589 г. в кораблекрушение у берегов Бразилии и увезенного португальцами в качестве пленника в Африку. Он провел ряд лет недалеко от берега Анголы, после чего был выдан в качестве заложника дикарям «жагга», в обществе которых он исколесил часть южной Анголы. В конце концов ему удалось добраться до Англии и оставить кое- какое описание виденных им мест, не имевшее, конечно, почти никакого научного значения.

Более близкому знакомству с географией этого района в течение XVII в. мы обязаны прежде всего деятельности монахов- капуцинов. Они прибыли в 1645 г. и им, повидимому, удалось добраться до Маньянга вблизи водопада на Конго. В 1651 г. другой экспедиции как будто бы удалось добраться до местности к северу от Стэнли-Пул [3], и, хотя нет возможности точно проследить маршруты этих монахов-миссионеров, мы все же можем законно предположить, что они исследовали большую область к северу и к востоку. Ктому времени, когда в 1686 г. Дэппер составил свое описание Африки, река Куанго уже была, очевидно, открыта[4] и стало известно множество топографических деталей местности между этой рекой и берегом моря, но после этого, вплоть до XIX в., никаких успехов в исследовании этой области отметить более нельзя.

Португальцы сделали довольно значительные успехи и на восточном берегу. Здесь в первые годы исследования их политика находилась под прямым влиянием необходимости защиты морских коммуникаций с Индией и тем самым была связана с ходом аналогичных исследований в Эфиопии. К 1507 г. Кильва и Момбаса, так же как побережье к северу от Момбасы, Софала и Мозамбик, попали в руки португальцев. В 1588 г. Мозамбик стал главным португальским портом в Африке, и в него заходили все каботажные суда.

Португальцы, естественно, торговали с туземцами по побережью, но, насколько можно судить, не пытались проникнуть вглубь Африки иным путем, кроме как по Замбези. Впервые они попытались организовать укрепленный пост на Замбези в 1513 г., а к 1531 г. достигли Сены. Еще через несколько лет они основали посты в Тете, далеко вверх по течению реки, и в Килимани, на побережье. К середине века они уже очень много знали о Замбези. Важнейшим стимулом для проникновения в глубь страны было золото королевства Мономотапы, а для товарообменных операций с ним местоположение Тете подходило как нельзя лучше. Кроме купцов этот район изучали и миссионеры-доминиканцы, впервые появившиеся здесь в 1577 г.

В самом начале XVII в. португальцы приступили к покорению этого туземного королевства Мономотапы, а в 1616 г. Гаспар Бокаррош совершил путешествие от расположенной на реке Замбези, выше Тете, пристани Чикоа в Кильве на побережье океана— через южный конец озера Ньяса и реки Луженда и Ровума. Еще через шесть лет был выдвинут проект открытия сообщения с Эфиопией по этому вновь открытому озеру Ньяса, но из проекта ничего не вышло. Португальцы удовольствовались тем, что распространили свое влияние на внутреннюю область, что дало им контроль над большей частью территории, лежавшей за Софалой и простиравшейся до Замбези[5]. Никаких новых географических открытий не было сделано вплоть до экспедиции Ласерды в 1798 г., но эта последняя относится уже скорее к последующему периоду научного исследования, чем к эпохе открытий путешественников-пионеров[6].

Что касается Южной Африки, то настоящее исследование ее началось лишь с конца XVIII в. Португальцы знали Столовую бухту, которая позже стала пунктом захода для направлявшихся в Индию и Индонезию английских и голландских торговых судов; но постоянного поселка там не было вплоть до 1652 г., когда территорию нынешнего Капштадта оккупировали голландцы. Слухи о богатых землях к северу и рассказы о королевстве Мово- мотапе потянули голландцев на север. В 1660 г. экспедиция, искавшая королевство Мономотапу, проникла на небольшое расстояние за реку Олифанте, а еще через два года голландцы, после дальнейшего продвижения, достигли земель бушменов. В 1668 г. они вышли к заливу Моссел-Бэй, а в 1685 г. отряд под начальством Симона Ван-дер-Стелл открыл страну Малую Намакву, где была обнаружена медь. Все эти путешествия происходили на ближайшей к Капштадту территории; о Южной же Африке в целом в XVII в. было мало что известно.

Следующая стадия исследования Южной Африки ознаменована одной экспедицией 1705 г. в Натал и другой, 1720 г.» к заливу Делагоа. Обе эти голландские экспедиции были морскими, и целью их было найти более благоприятные для колонизации местности. Однакоже в 1736 г. голландцы снарядили и отправили сухопутную экспедицию в восточном направлении и таким путем пришли в соприкосновение с южноафриканскими неграми-банту. Некоторые члены отряда и его начальник Хюб- нер были убиты туземцами; те же, кому посчастливилось вернуться в Капштадт, не принесли с собой сколько-нибудь большого географического материала. Неудача этого отряда компенсировалась экспедицией 1752 г под начальством Бейтлера. Она двигалась, в общем, параллельно южному берегу и проникла на короткое расстояние за реку Кей, к северо-востоку от того места, где теперь расположен порт Ист-Лондон. На обратном пути экспедиция исследовала большую внутреннюю область.

В 1760 г. удалось пересечь реку Оранжевую, а в следующем году специально посланный отряд углубился далеко в территорию за этой рекой, достигнув страны Большой Намаквы. Это открыло для сношений целую область к северу от мыса Доброй Надежды. Еще через шесть лет Р. Дж. Гордон вышел к Оранжевой реке вблизи ее слияния с Ваалем, а в 1778 г. Патерсон отправился в экспедицию в восточном направлении и за Большой Рыбной рекой нашел страну кафров. В следующем году оба исследователя провели некоторое время в долине нижнего течения реки Оранжевой. К этому же периоду относятся путешествия Спаррмана в стране кафров и Ле-Вайяна как в восточной, так и в северной областях. Оба они были скорее натуралистами, чем географами, и хотя оба, и в особенности Ле-Вайян, совершили далекие путешествия, географии они дали не много.

XV! I в. завершается двумя замечательными экспедициями в страну Большую Намакву(1791—1792 гг.), в ходе которых была достигнута Китовая бухта. Таким образом, к концу века уже выяснились общие очертания территории вплоть до реки Оранжевой, в некоторых же точках на западе стало кое-что известно и о лежавших за этой рекой сухих и бесплодных районах Юго- Западной Африки.


[1] См. ниже, гл. XIV, стр. 358.—Прим. ред.

[2]

в Адраре1; отсюда они добрались в 1477 г. до Тимбукту; в южном же направлении, после того как торговля перцем2 приняла большие размеры, они проникли во внутреннюю часть Бенина.

[3] Стэнли-Пул—обширный озерный бассейн на Иижием Конго, площадью более 200 кв. км у нынешнего Браззавиля.—Прим. ред.

[4] Первым до нее, в 1660 г., добрался голландец Ян ван-Хердер.—Прим автора.

[5] Некоторые авторы утверждают, будто португальцы хорошо знали Це^ральную-'Африку, но приводимые ими доказательства, опирающиеся главным образям на старые карты, не совсем убедительны. Герой одного из произведений1 Дефо, капитан Джон Синглтон, совершает воображаемое путешествие поперек Африки, }< для этого, повидимому, используется какая-то карта того времени.—Прим. автора.

[6] См. ниже, гл XIV—Прим автора.