Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Семейная жизнь испанцев
Этнография - Народы Зарубежной Европы

Современная Испания с ее монополистической промышленностью, с городами, полными социальных контрастов, проникновением крупного капитала и государственного контроля в деревню, уже не может вернуться, как бы ни желали этого любители традиций, к прежним, хотя бы довоенным (30-х годов) нормам семейного быта. Однако многое еще в стране своеобразно и связано с народными обычаями старины, а многое и сознательно консервируется церковью, старающейся хотя бы через архаические обрядные формы удержать свое влияние на повседневную жизнь испанца.

Обычаи, связанные с рождением и воспитанием детей

Среди обрядов, связанных с рождением ребенка, интересен сохранявшийся во многих селениях Кантабрии и Басконии до второй половины XVIII в. обычай кувады. Он состоял в том, что мужчина имитировал поведение роженицы во время рождения его ребенка.

Ныне в деревнях стараются давать роженице особую пищу, в состав которой обязательно входит панацея от всех болезней — куриный бульон со специями — и анисовая вода. Когда женщина уже настолько оправилась, что может встать с постели, устраивают торжественные крестины по католическому обряду с угощением и танцами.

Из ближайших друзей выбирают крестных (padrinos), число и обязанности которых различны в разных местностях. Падринос заправляют всей крестильной церемонией, несут младенца в церковь, а впоследствии должны помогать крестнику в течение всей его жизни.

В церкви священник кропит головку младенца святой водой (а . не купает, его, как у православных), читает молитву, кладет ему в рот или на губы кусочек соли, чтобы он был остроумным, и нарекает именем одного из многочисленных испанских святых.

Имена девочек, например, почти всегда содержат в себе какую-нибудь форму имени святой девы: Долорес (от Марии де лос Долорес), Мерседес (от Марии де лос Мерседес), Росарио (от Марии дель Росарио), Пилар (от Марии дель Пилар) и т. д.

В Астурии принято дарить на крестины пеленки, а родители обычно отвечают на подарки особой тортильей из яиц, муки, масла и меда. В горах Астурии пастухи по дороге на крестины угощают каждого встречного хлебом, чтобы ребенок вырос добрым человеком. На Канарских островах существует любопытный обычай говорить на крестинах «вы» друг другу среди людей, которые до и после церемонии обращаются друг к другу на «ты».

В семь — двенадцать лет дети принимают первое миропомазание (конфирмацию) в торжественной обстановке, одетые с возможной нарядностью и с цветами в руках.

Совершеннолетие, означающее гражданскую правомочность, наступает, по испанским законам, довольно поздно: в 21 год, а в Арагоне, согласно приложению к кодексу, в 20 лет.

Несовершеннолетние дети не имеют права покидать дом родителей без их разрешения, за исключением тех случаев, когда они вступают в брак или посвящают себя религии.

Предсвадебные обычаи

Обычаи ухаживания, помолвок, женитьб сохраняли и в деревенской и даже в городской Испании известное своеобразие и архаичность вплоть до первых десятилетий нашего столетия.

В южных городах, особенно в Севилье, обычаи средневекового, еще арабского, затворничества развились в течение XVII—XIX вв. в своеобразную, тщательно сохранявшуюся форму ухаживания. Если юноша встречал где-нибудь (даже на улице) девушку, которая ему понравилась, он скромно и на некотором отдалении следовал за ней до дома. Девушка, придя домой, выходила на балкон или к решетке окна, если провожатый ей понравился, или оставалась в комнатах, если он был ей безразличен. Затем начинался длинный период галантных ночных (часов с одиннадцати) разговоров наедине, с балкона или из окна,— pelar la pava (буквально «щипать перья птицы»), период, в который родители собирали справки о женихе. Если полученные сведения удовлетворяли семью девушки, молодому человеку разрешали войти в дом и сделать ей предложение.

В деревнях девушки (особенно небогатые) всегда были свободнее в отношениях с парнями и довольно рано становились предметом их внимания во время общественных сборищ.

Сами обычаи выражения симпатии в разных областях различны. В Кастилии и на юге это ухаживание в хороводе. В Астурии и в городах и в деревнях поклонники обычно засиживаются допоздна у девушек на кухне. В мурсийских деревнях флиртуют стоя в дверях барраки, в Андалусии и в Сьюдад-Реаль — через окно и т. д. В Эстремадуре (округ Сагро) и кое-где в Андалусии парень до сих пор, вызывая девушку на свиданье и уходя от нее, воркует как голубь, а во многих селениях Астурии, Эстремадуры и Кантабрии приветствует невесту высоким гортанным покриком «хихиас» или «ихиху». Так как в селах Эстремадуры девушки выходят к женихам обычно в 9 часов вечера, то в этот час на улице от пронзительных «ихиху» хоть уши затыкай. Мурсийские женихи приветствуют своих возлюбленных звуками, которые так и называют «relinchas» (ржание).

Довольно широко распространен обычай pagar el piso, заключающийся в том, что юноша, засватавший невесту не из своего пуэбло, должен поставить вино и угощение компании парней ее односельчан. Это пережиток тех времен, когда увод невесты чужаком считался потерей для общины и возмещался выкупом.

Роль родителей в сговоре очень велика. Обычно они долго обсуждают, на какие средства будут жить молодые, и только после того как улажены хозяйственные вопросы, объявляют о помолвке.

В Леоне и в некоторых местностях Севера это делается за ужином, обязательным блюдом которого бывает треска. Помолвка здесь так и называется «comer bacalao» (есть треску).

Во многих пуэблос Астурии, Леона, Кастилии и Валенсии жених объявляет о помолвке, прокладывая ночью дорожку из соломы от своих дверей к дому избранницы.

Свадьба

Католическая церемония бракосочетания включает помолвку (или обручение), оглашение в церкви и венчание в церкви. Помолвка следует сразу же за предложением. Жених и невеста обмениваются кольцами, затем жених дарит невесте 13 монет (в честь Христа и двенадцати апостолов). Помолвку от венчания должны отделять не менее пятнадцати дней, необходимых для оглашения. В течение двухтрех воскресений, предшествующих свадьбе, священник приходской церкви, в которой намечено венчание, оглашает во время мессы имена жениха и невесты, предлагая присутствующим заявить, если они знают, о препятствиях к браку. Если оглашение прошло благополучно, играют свадьбу.

В деревнях свадьбы обычно приурочивают к осенним месяцам, когда уже собран урожай. День свадьбы — чаще всего суббота, но никогда не вторник — Martes (от Марса — бога войны), который считается нехорошим днем для праздников. В этот день всегда жди драки или ссоры. Пословица говорит: «Еп martes ni te cases ni te embarques» («во вторник не женись и не отправляйся в путь»).

Обрядовая сторона католического венчания одинакова по всей стране и ничем не отличается от венчания в других странах. Не касаясь сейчас обычаев крупных городов, где в послевоенное время свадьбы часто справляют в кафе и ресторанах, все упрощено до предела и похоже на обычные брачные церемонии в европейских городах, остановимся на своеобразных обычаях деревни, где еще придерживаются старинных свадебных ритуалов.

В Каталонии, в Кантабрийском и Баскском районах, в Эстремадуре и Центральной Сьерре свадебный кортеж еще недавно включал повозки с приданым невесты в традиционных резных сундуках из каштана и прялку — символ женского трудолюбия.

В Валенсии, Мурсии и на юге Каталонии молодые и гости (когда свадьба богатая) разъезжают веселыми кавалькадами на украшенных лентами и цветами лошадях. Девушки амазонками, в пышных вышитых юбочках едут позади всадников в узких брюках и круглых сомбреро.

В свадебных ритуалах встречаются обычаи, напоминающие о том времени, когда невесту покупали. В Каталонии и во многих других местах путь молодым часто перегораживают лентой, требуя выкупа за невесту. В некоторых пуэблос леонской Монтаньи после выхода из церкви один из парней преграждает дорогу молодым и отнимает невесту у жениха, поднимая ее на руки со словами: «Кто поручится?» Падрино (крестный) отвечает: «Я поручусь!» и платит дружкам так называемые «derechos» вином и хлебом или деньгами. После этого невесту возвращают жениху.

Угощение всегда устраивают в доме невесты, который ее родители обязаны предоставить молодым для их семейной жизни.

Непременным свадебным блюдом бывает (во всяком случае, в центральных и южных районах) arroz con leche (сладкий рис в молоке).

Во многих местах подарки начинают собирать во время обеда, пуская по столу специальную тарелку. Подарки продолжают собирать и во время танцев. Каждый приглашающий невесту должен их положить на блюдо, которое держит один из крестных.

Бывает, что свадьба длится семь-восемь дней после венчания. И все это время — масса музыки, песен, танцев и фейерверков.

Танцы всегда открывает невеста. Особенно выделяются многолюдные свадебные танцы в горах Саламанки, в астурийских деревнях, в пуэблос Алькаррии и Гвадалахары. Здесь танцуют на площадях, полных народу, с большим свадебным витым хлебом (rosco), устраивают конкурсы и награждают им лучшую пару, а потом делят его между всеми присутствующими.

Когда наступает ночь, поют серенады под окном новобрачных, а если женится вдовец, вдова или пожилые люди, устраивают шумные cencerr ados (кошачьи концерты), сопровождаемые звоном колокольчиков, грохотом трещоток и сковород. В начале XX в. этот обычай был запрещен и теперь встречается довольно редко. Его описание можно прочесть в поэтическом изображении андалусской свадьбы у Хуана Валера в «Хуаните Длинной», переведенной на русский язык.

Кое-где сохранились очень своеобразные свадебные обычаи. В провинции Толедо, например, молодые в ночь перед свадьбой спят у своих крестных, которые сообщают им всевозможные сведения о брачной жизни. В некоторых горных селениях леонской Монтаньи молодые проводят порознь ночь у крестных уже после свадебного ужина.

В деревнях на свадьбу часто надевают народные праздничные костюмы, но специальная свадебная очень сложная одежда сохранилась только в Jla- гартере (провинция Толедо). В Средиземноморье свадебные костюмы менее строги и традиционны, но зато очень легки и красивы. Женщины здесь накидывают на голову кружевную мантилью, мужчины иногда надевают черные плащи и твердые шляпы самых разнообразных фасонов.

Пережиточные формы семейных обычаев

Своеобразный семейный уклад сохранился в некоторых изолированных местностях и у представителей отдельных этнографических групп. Так, определенная тенденция к эндогамным (внутренним") бюакам до сих пор наблюдается в горном районе Марагатерия в Леоне, в долине Пас у пасьегос Сантандерской Монтаньи, у цыган, у жителей нищей Эстремадурской местности Лас Урдес, у басков некоторых районов Гипускоа. Причины этой довольно строгой этнической или областной эндогамии различны. У марагатос, пасьегос, цыган и в Лас Урдес она сохраняется в значительной степени из-за традиционного избегания этих групп, вызванного предрассудками окружающего населения. У басков, напротив, тенденция к изоляции идет от них самих и вызвана стремлением уберечь от ассимиляции семьи, гордые своим древним происхождением и великолепно знающие многовековую генеалогию своего рода.

В местности Кабрера Баха (Леон) еще в 1940-х годах соблюдался обычай ceibas, который многие этнографы рассматривают как пережиток промиску- итетных половых отношений первобытных времен. Юноши и девушки этого района каждый год с мая по октябрь спят вместе на сеновалах и только потом мужчины выбирают себе в жены девушку по вкусу. В Ла Банья (Леон) свободное добрачное сожительство разрешалось каждый год в августе.

До конца XIX в. в двух районах Леона (Валенсия де Дон Хуан и Саагун) сохранялся обычай дислокального брака. Муж и жена здесь спали под одной крышей всего лишь ночь после свадьбы. Затем они опять расходились по домам родителей, с которыми вели общее хозяйство, а друг друга навещали только для выполнения супружеских обязанностей. Свой очаг они создавали уже после смерти родителей, часто имея трех-четырех детей, воспитанных в семье матери.

Современная семья

Социологические обследования последнего десятилетия в городах и пуэблос, населенных более чем тысячью жителями, показали, что средняя семья в них состоит из четырехпяти человек — с двумя, реже с одним, еще реже стремя детьми в каждой.

В деревнях в среднем на семью приходится пять-шесть детей, а иногда и десять — двенадцать. И обычно чем семья беднее, тем детей больше. Однако высокая детская смертность в деревне уменьшает разрыв между размерами городской и сельской семьи.

Обычно женатые дети отделяются от родителей, поэтому семьи чаще всего состоят из двух поколений.

Испания — одна из немногих европейских стран, в которых законом еще со времен римского права разрешено жениться в очень молодом возрасте: мужчинам с четырнадцати, женщинам с двенадцати лет. Правда, столь ранние браки стали сейчас исключением и обычный брачный возраст — 18—20 лет для девушек и 20—22 для юношей, в рабочей среде — старше, и самый высокий брачный возраст наблюдается среди интеллигенции (мужчины около 30 лет, женщины в 24—26 лет).

Вплоть до второй половины XIX в. в Испании считался действительным только церковный брак. Первая испанская республика приняла в 1870 г. закон, признающий гражданский брак как для некатоликов, так и для католиков. Однако после поражения революции и реставрации монархии были узаконены две формы брака: церковный для католиков и гражданский для некатоликов. Супруги, желающие зарегистрировать свой брак в муниципалитете, должны были предварительно заявить о том, что они не исповедуют католичество. И опять для католиков, т. е. для большинства населения страны, гражданский брак стал недоступным.

Так продолжалось до того момента, когда республика 1931 г. приступила к коренной ломке прежнего законодательства и снова легализовала две формы брака: гражданский и церковный для лиц любого вероисповедания. Количество церковных браков в период с 1932 по 1939 г. сильно сократилось. Однако впоследствии проклерикальная политика франкистского правительства и давление официального общественного мнения постепенно создали положение, при котором гражданский брак практически стал вызовом обществу. Хотя закон его не запрещает, но для регистрации в муниципалитете требуются теперь документы, подтверждающие, что вступающие в брак не католики. Лица другого вероисповедания, протестанты например, берут такие свидетельства у своего пастора.

Атеистам документально подтвердить их некатоличество некому, и они, махнув на все рукой, венчаются в церкви.

Особенно хорошо механика неписаного давления церкви на семейную жизнь испанцев видна в современной практике разводов. Как известно, по каноническому праву католической церкви, брачный обет, данный супругами перед богом, может потерять силу только с их смертью. Один лишь папа римский вправе расторгнуть брачные узы. Но, конечно, к нему обращаются нечасто. Больше всего этим путем пользовались короли и знатные сеньоры, да и то в прошлом. Поэтому вопрос о разрешении гражданского брака католикам одновременно является и вопросом о предоставлении большинству населения Испании права на развод в случае неудачной семейной жизни.

Только в 1932 г. церковный брак был признан расторжимым. Однако в аристократической и буржуазной среде развод продолжали считать позором. Первая испанская женщина, получившая в 1932 г. развод, — внучка бывшего премьер-министра Испании Констанция де ла Мора — пишет в своих мемуарах, что ей пришлось порвать со своей семьей, чтобы соединиться вторым браком с любимым человеком, хотя он был из рода кардинала Сиснероса, духовника Изабеллы Католической.

Нынешнее законодательство устанавливает две формы расторжения церковного брака: объявление его недействительным, с правом снова жениться, и так называемый divorcio (буквально «развод»), а на самом деле лишь разъезд супругов без права вторичного вступления в брак и свободного владения своим имуществом.

Для объявления брака недействительным необходимо доказать неспособность состоять в браке (психическая ненормальность и другие болезни).

Чтобы получить право на разъезд, нужны такие веские причины, как плохое обращение со стороны одного из супругов, требование перейти в чужую религию, осуждение на долгий срок, попытка проституировать жену или дочь, а также измена одного из супругов (измена мужа считается достаточным поводом для развода только в случае ее огласки).

Но даже тогда, когда есть признаваемые законом причины для развода, он очень затруднен. В 1959 г., например, было выдано 240 тыс. лицензий на брак и подано всего лишь 975 заявлений о разводе. Из этих 975 просьб около четверти были отклонены, а по остальным было получено разрешение только на временный разъезд. В Мадриде с его более чем двухмиллионным населением в этот же год было разрешено всего 52 развода, из которых лишь 17 давали право на создание новой семьи. Ханжеская борьба за «укрепление семьи», объявленная франкистским правительством, практически поощряет негласные измены и проституцию.

Испания дольше, чем какая-либо другая страна в Европе, сохраняла патриархальные порядки в семье. Вплоть до начала XX в., а вернее сказать, до 1930-х годов, женщины высших и средних классов вели довольно уединенную жизнь и были очень стеснены в вопросах трудоустройства, образования и общественной деятельности. Более того, классический образ дуэньи, неразлучной компаньонки девушки из хорошей семьи, был вовсе не литературным, а вполне реальным препятствием для ее свиданий с молодыми людьми. Девушки из состоятельных семей воспитывались обычно в монастырских школах, где закладывались основы их довольно поверхностного светского, но очень строгого религиозного воспитания. Церковь обычно контролировала всю их жизнь, сводившуюся преимущественно к семейным обязанностям, светским выездам и общению с духовником.

В рабочих и крестьянских семьях женщины были несколько свободнее, так как нужда часто вовлекала их в общественную жизнь, но зато они сталкивались с дискриминацией другого рода: замужних женщин часто не брали на работу.

Положение женщины в сельских местностях различных районов Испании и поныне неодинаково. В северных провинциях — Астурии, Сантандере, Леоне, так же как у басков и галисийцев, женщина принимает участие в полевых работах и равноправна в делах семьи. Более того, в Леоне во многих местах в то время как женщины работают в поле, мужчины часто остаются дома и занимаются домашним хозяйством. В Кастилии только в западной части провинции Бургос и на западе Саморы и Саламанки женщины работают в поле. На юге только в Валенсии женщины работают наравне с мужчинами.

В Андалусии, Кастилии и Эстремадуре женщина принимает минимальное участие в полевых работах, но зато положение ее в семье гораздо более зависимое. Возможно, что традиция подчинения женщины в этих провинциях тянется еще со времен арабского завоевания.

В 1926 г. испанские женщины впервые приобрели ограниченные избирательные права, а после революции 1931 г. их политическое положение было уравнено с положением мужчин. Гражданская война 1936—1939 гг. вовлекла женщин в бурный водоворот общественной жизни, помогла им скинуть груз вековых предрассудков. Однако с поражением испанского народа в 1939 г. дискриминация женщин вновь возобладала. Франкизм выдвинул лозунг «возвращения женщин к домашнему очагу». Работающие женщины стали получать за равный с мужчинами труд вдвое меньшую зарплату. Гражданский кодекс объявлял, что «жена должна подчиняться мужу», «следовать за мужем, куда бы он ни поехал», что муж управляет всем имуществом семьи, является юридическим представителем жены, что жена но имеет права отчуждать имущество семьи, а также приобретать крупные ценности без согласия мужа. Политическое бесправие женщин не бросалось в глаза только на фоне общего бесправия.

Между тем женщины все больше и больше вовлекались в промышленный и сельскохозяйственный труд. По данным 1960 г., в тридцатимиллионной стране 2 млн. женщин были заняты наемным трудом (из них 25% работало и сельском хозяйстве, 25% в промышленности и в ремесле, 7% в конторах в 40?о были прислугой). По старой традиции, в производстве обычно бывали заняты незамужние женщины в возрасте до 22—25 лет или уже лет за 40, вырастившие детей. Уменьшение количества мужчин вследствие гражданской войны и политических преследований (эмиграция, тюрьмы) привело к тому, что стало работать очень много одиноких женщин тридцати-тридца- типятилетнего возраста.

Начиная с 1951 г. проблема прав женщин стала предметом обсуждения в печати, вокруг нее завязалась бурная полемика. В июле 1961 г. правительство было вынуждено принять закон о политических, профессиональных и трудовых правах женщин, признающий равноправие их во всех областях общественной жизни и принцип равной оплаты за равный труд. Теперь испанским женщинам предстоит борьба за проведение этого закона в жизнь.

Похоронная обрядность

Обряды, связанные со смертью и почитанием умерших, строже соблюдаются в северных областях (Галисия, Кантабрийские горы, Баскские области), слабее всего — в Средиземноморском районе. По старой христианской традиции, покойника хоронили в белом саване и на него клали распятие, но в последнее время чаще всего хоронят в обычной одежде.

В первую ночь после смерти у гроба горят витые свечи (в северных районах) или лампадки с оливковым маслом, и обязательно кто-нибудь бодрствует. Это ночное бодрствование называется velorio.

В Астурии, Сантандере, Галисии и Арагоне женщины на похоронах часто громко причитают. Еще в начале этого века во многих районах севера на похоронах нанимали за плату специальных плакальщиц — planideras, и чем богаче был человек, тем больше их было. Цена, уплаченная плакальщицам, часто указывалась на дисковидных стелах, украшающих старинные баскские могилы.

Везде во время похорон обычно раздают милостыню деньгами или хлебом.

На севере в день похорон устраивают обильное угощение, южнее провожающих угощают только хлебом (или бисквитами) и вином.

Поминальный день по всей стране — день всех святых (1 ноября). В этот день посещают кладбища и устраивают семейный ужин из местных традиционных блюд и особых поминальных кушаний (самое распространенное — castanada из вареных или жареных каштанов). В Мадриде, Барселоне и других городах жареные каштаны продают в день всех святых на улицах. Там, где нет каштанов, в поминки едят особую мучную кашу с медом и молоком — gachas или puches.

В последнеевремя в городах в качестве поминальной еды стали делать всевозможные печенья и пирожки.

Траур по умершим соблюдается очень добросовестно. Строгий траур, во время которого носят только черный цвет, продолжается один год, полу- сгрогий длится 6 месяцев и допускает сочетание белого с черным. В некоторых местностях о трауре объявляют, закрывая парадную дверь дома и поднимая балконную решетку, которую опускают только через девять дней. На Канарских островах в течение восьми дней в доме умершего не готовят горячей пищи. Поэтому считается позором для родственников умершего, если в эти дни у них в доме дымится труба. На острове Менорка в год траура не белят фасад дома.

Особо отмечают траур по умершим насильственной смертью. На месте убийства или несчастного случая раньше ставили крест с распятием (в Кастилии, в пиренейском Арагоне, в горной Каталонии), кое-где в Леванте и Андалусии насыпали кучи камней. На дорогах Галисии осталось много таких громадных каменных крестов средневековой давности. В прежние времена на них вешали кружки для сбора милостыни в пользу монастыря или церкви, воздвигших их, и вырезали имена умерших, за которых молились прохожие.