Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Башкиры: исторический очерк
Этнография - Народы Европейской части СССР

Башкиры (самоназвание баштгорт) являются коренным населением Башкирской АССР. По данным переписи 1959 г., всего башкир в СССР насчитывается 989 тыс. человек, из них 737,7 тыс. живут в своей республике. Основная масса башкир расселена в долине р. Белой и по ее притокам: Уфе, Быстрому Таныпу—на севере; Деме, Ашкадару, Чермаса- ну, Кармасану—на юге и юго-западе; Симу, Инзеру, Зилиму, Нугушу — на востоке и юго-востоке. Почти вся территория бассейна Белой, стекающей с северных; отрогов Южного Урала, вплоть до ее впадения в Каму, входит в Башкирскую АССР. Только несколько южных и зауральских районов республики расположены в бассейне р. Урал, главным образом в его верховьях, по среднему течению р. Сакмары и ее правых притоков, а также по рекам Большой и Малый Кизил, Таналык.

За пределами республики башкиры расселены компактными группами в Челябинской и Курганской областях (в верховьях р. Миасс и по берегам многочисленных зауральских озер), в Оренбургской обл. (по рекам Сакмаре, Самаре и их притокам) и в Татарской АССР (в долине р. Ик, притока Камы). Небольшие группы башкирских деревень расположены в Куйбышевской и Саратовской областях и в южных районах Пермской обл. И, наконец, около 35 тыс. башкир живет за пределами РСФСР, в основном на территории Казахской, Узбекской и Таджикской ССР.

Природа Башкирской АССР чрезвычайно богата и разнообразна. Здесь сходятся границы нескольких природных географических зон: Зауралье переходит в обширную Западно-Сибирскую равнину, Уфимское плато является частью бескрайних лесных массивов, а холмистая лесостепь Западного Приуралья примыкает к плодородной Приволжской низменности и Русской равнине. Восточную часть Башкирии с севера на юг пересекают хребты Южного Урала, сплошь покрытые лиственными и хвойными лесами.

Климат Башкирии континентальный с умеренно теплым, иногда жарким летом и холодной зимой. Южноуральские хребты создают довольно резкие различия в климатических условиях приуральской и зауральской частей республики. Среднегодовая температура в восточных районах заметно ниже, чем в западных. Особенно резкие колебания летних и зимних температур бывают на Южном Урале (летом температура поднимается до плюс 40°, зимой морозы достигают минус 40—50°).

Разнообразие природных и климатических условий, географическое положение Башкирии на стыке северной лесной и южной степной зон обусловили богатство и разнообразие ее растительного и животного* мира.

Здесь можно встретить альпийскую и субальпийскую растительность в горах Южного Урала, елово-пихтовые и сосновые таежные леса на горных склонах; сухие степи, заросшие ковылем, солончаки. Такие же контрасты и в животном мире.

Башкирия славится своими санаториями, домами отдыха, кумысолечебницами. Санатории Юматово, Шафраново, грязелечебница Янган- тау имеют всесоюзное значение.

В недрах Башкирии сосредоточены крупные залежи железных руд, меди, марганца, значительные запасы золота, серебра, цинка, свинца, алюминия и т. д. Железные руды и руды цветных металлов залегают в юго-восточной и горной частях. Западная Башкирия богата горючими, ископаемыми — нефтью и газом, бурыми углями, горючими сланцами, торфом. Главным богатством республики является нефть, йо перспективным запасам которой Башкирия занимает одно из первых мест r стране.

Особенности географического положения в совокупности со сложным процессом этнической истории башкир наложили отпечаток на их материальную и духовную культуру, обусловив ее многообразие.Это хорошо прослеживается не только в этническом облике народа, его этнографической характеристике, но и в особенностях современного разговорного языка.

Башкирский язык относится к кыпчакской группе тюркских языков. В современном башкирском языке два диалекта: южный (юрматынский) и восточный (куваканский), различия между которыми главным образом фонетические. Оба диалекта имеют единый основной словарный фонд и грамматический строй. В каждом диалекте различается множество говоров и подговоров, в которых отражаются или архаические особенности древнетюркского языка или различные влияния, являющиеся следствием сложных этнических процессов в период средневековья или позднейших взаимодействий башкирского языка с другими языками, в частности с татарским.

Значительное число башкир говорит на восточном диалекте татарского языка. По данным переписи 1959 г., 348,7 тыс. башкир (35% их общей численности) считают своим родным языком татарский. На территории Башкирской АССР живет 768,6 тыс. татар (23% населения республики), главным образом в северо-западных и западных районах. Башкиры этих районов в течение многих веков находились в тесном контакте с близкими к ним по языку и культуре татарами. В результате длительного и постоянно возраставшего влияния татар западные башкиры в большинстве своем к середине XIX в. восприняли татарский язык и многие элементы татарской культуры. Однако это не единственная причина этнической близости западных башкир к татарам. В формировании башкирской народности, особенно на поздних этапах, заметную роль сыграли кыпчакские племена и этнические группы, которые одновременно явились существенным компонентом в составе татар. Наиболее сильное влияние кыпчакские племена оказали на формирование этнических признаков западных башкир, обусловив тем самым большую близость языка и культуры этой части башкир к языку и культуре татар.

Башкирская АССР — многонациональная республика. Общая численность ее населения составляет 3341,6 тыс. человек, занимаемая территория — 143,5 тыс. км2. Свыше 42% населения Башкирии составляют русские (1418,1 тыс. человек), которые более или менее равномерно расселены, по всей территории республики. Большая часть русского населения живет в городах и рабочих поселках. В Башкирии представлены все основные народности Поволжья. Кроме татар, здесь живут чуваши (110,0 тыс.), марийцы (93,9 тыс.), украинцы (83,6 тыс.), мордва (43,5 тыс.), удмурты (25,3 тыс.). В основном эти народности, как и татары, расселены в северных и западных районах республики, хотя чувашские и марийские села изредка встречаются и в горно-лесных и юго-восточных районах.

Краткий исторический очерк

Вопрос о происхождении башкир в историко-этнографической литературе еще не получил полного разрешения: накопленный наукой археологический и этнографический материал пока не позволяет построить удовлетворительную схему этногенеза башкир. Особенно слабо изучена история башкирского языка. До настоящего времени остается неясным вопрос о языковой принадлежности тех древних племен, которые положили начало башкирскому этносу. Вот уже более полутора •столетий не утихают споры между сторонниками тюркской (Н. А. Аристов, В. М. Флоринский, С. И. Руденко) и угорской (И. Фишер, Ф. Стра- ленберг, М. Кастрен, М. К. Уйфальви, Д. А. Хвольсон, С. А. Токарев) теорий этногенеза башкир. Сторонники угорской гипотезы отождествляют древних башкир с мадьярскими (венгерскими) племенами.

По мнению Д. А. Хвольсона, в трудах которого эта гипотеза получила наиболее четкое оформление, угорские племена, обитавшие на Южном Урале, примерно в середине I тысячелетия н. э. разделились на две ветви. Одна из них двинулась на запад и, сохранив свой язык, дала начало мадьярской народности, а другая, оставшись на месте, постепенно «отю- речилась» и составила ядро современных башкир.

Сторонники тюркской теории Н. А. Аристов и позднее С. И. Руденко, хотя и допускают возможность участия на ранних этапах этногенеза башкир финно-угорских элементов, связывают формирование башкирского народа с древними тюркоязычными племенами Алтая, Южной Сибири и Средней Азии. Однако сторонники и той и другой гипотезы почти не учитывают в своих построениях поздние этапы этнической истории башкир, которые по существу являются определяющими в формировании основных этнических признаков башкирской народности.

Об этнической и культурной принадлежности древних племен, живших на территории Башкирии, можно говорить, и то в значительной мере предположительно, лишь начиная с эпохи поздней бронзы, когда Приуралье было заселено носителями срубной, андроновской и абашев- ской культур. Археологи относят представителей этих культур к двум языковым общностям: индоевропейской, в частности иранской (племена андроновской и срубной культур), и финно-угорской (племена абашев- ской культуры). Преемниками племен андроновской и срубной культур на юге Башкирии были савроматы (сарматы), которые, двигаясь с юга, к середине I тысячелетия до н. э. захватили центральные области Башкирии. К северу от территории, населенной сарматами, обитали прямые потомки абашевцев — племена караабызской культуры, представлявшей собой местный вариант ананьинской культуры. Ананьинские племена занимали обширную территорию по среднему и нижнему течению Камы и бассейн Вятки. В последние века I тысячелетия до н. э. север Башкирии заселяли племена пьяноборской культуры, генетически связанной с караабызской.

В эпоху поздней бронзы абашевские и андроновские племена занимались мотыжным земледелием и оседлым скотоводством. Преемники абашевцев — племена ананьинской и пьяноборской культур сохранили эти формы хозяйства. В южных степях в I тысячелетии до н. э. ираноязыч- ные сарматы перешли к кочевому скотоводству, что повлекло за собой значительное расширение территории их расселения и вызвало сравнительно быстрые изменения в общественной жизни этих племен.

В середине I тысячелетия н. э. проникновение сарматов на север усилилось: развитие скотоводства, накопление имущества у родоплеменной аристократии заставляли кочевников пополнять рабочую силу за счет рабов—пленных, которых захватывали во время войн с северными лесными племенами. В это же время на территории Башкирии появились новые культурные элементы, возникновение которых одни археологи связывают с начавшимся проникновением в Приуралье из Западной Сибири древних тюркских, другие —древних угорских племен.

С началом активного продвижения в Восточную Европу гуннов (II —IV         вв. н. э.) этнический состав населения древней Башкирии еще более усложнился: в иранскую и угро-финскую среду начали проникать тюркские племена. Примерно к этому времени относится множество принадлежащих кочевникам разнохарактерных археологических памятников в Южном Приуралье, отражающих чрезвычайно пестрый этнический состав населения этой территории. Пришлые кочевники постепенно смешались с сарматами, вытеснив в то же время часть сарматских племен с их прежних территорий. Отступая под натиском гуннских племен, сарматы в свою очередь вынудили местные финно-угорские племена уйти дальше на север — в бассейн среднего течения Камы. Однако далеко не все местные племена были вытеснены из северных районов Башкирии. С IV по VII—VIII вв. территорию по нижнему течению рек Белой и Уфы и особенно бассейн Таныпа (правого притока Белой) заселяли племена бахмутинской культуры, преемственно связанной с предшествовавшей ей пьяноборской культурой. Бахмутинскую культуру некоторые археологи (А. В. Шмидт, Н. А. Мажитов) связывают с пребыванием в Приуралье мадьярских племен.

Оседание части тюркоязычных гуннских племен в Приуралье дало толчок языковой ассимиляции коренного населения. В последующие века в связи с передвижением в Восточную Европу новых волн тюркоязычных кочевников, а также с заселением в V—VII вв. Среднего Поволжья бул- гарскими племенами этот процесс еще более усилился.

Заметную роль в формировании основных этнических признаков башкир сыграли тюркоязычные племена, входившие в печенежско-огузскую (VIII—X вв.) группу племен. К этому периоду относится приход и расселение на Южном Урале и в Приуралье племен бурзян, тангаур, усер- ган и некоторых других. Именно эта группа племен, первоначальным местом расселения которых, согласно преданиям и легендам, было Приа- ралье, стала основой формирования башкирской народности. В материальной культуре современных потомков бурзян, тангаур и усерган немало общих черт с культурой каракалпаков и в меньшей степени туркмен. С печенежско-огузским периодом этнической истории башкир связано появление на Южном Урале этнонима баиторт. Многочисленные этногенетические предания, распространенные среди башкир, дают основание предполагать, что в составе восточных печенегов еще в период обитания их в Приаралье определенная группа племен носила общее название «башкорт».

Первое письменное упоминание о башкирах относится к 922 г. и принадлежит Ибн-Фадлану — послу арабского халифа Муктадира к камским булгарам. Ибн-Фадлан сообщает о «стране народа турок, называемого аль-башгирд». Древние башкиры, по сведениям Ибн-Фадлана, занимали территорию по левобережью среднего течения Волги и юго-западному Приуралью; на юго-востоке они граничили с печенегами. Жили башкиры родовым строем. Религиозные воззрения башкир в этот период характеризовались анимистическими и тотемистическими представлениями, свойственными многим народам на ранних этапах их исторического развития.

Окружающий мир представлялся башкирам населенным духами-хозяевами гор, пещер, рек, озер, лесов, ветров, буранов (пэрей, дейеу) и т. д. Некоторые духи почитались как божества. Обожествляли они и представителей животного мира. По словам Ибн-Фадлана, башкиры почитали лебедя, беркута, сокола, ястреба, журавля. У каждого рода было священное животное (или птица), которому поклонялись. Башкиры верили в сверхъестественные свойства костей, зубов и когтей медведя, волка, норки. Их носили в качестве оберега или использовали в магических обрядах. Многие башкирские роды и родовые группы назывались по именам животных и птиц: щян (заяц), айыу (медведь), торна (журавль), йылан (змея) и т. д.

Небесные светила башкиры считали антропоморфными существами. Солнце (тгояш) в старинных народных сказках изображается в виде «красной девы», дочери подводного «царя-владыки»; луна (ай) — как существо мужского пола. Звезды и планеты, по древним народным поверьям, прикреплены к небу толстыми цепями. Для каждого светила имелись определенные, часто довольно образные названия: млечный путь — кош юлы (птичья дорога), полярная звезда —тимер 'ка^ы'к (железный кол), отдельные звезды в Большой Медведице — кара am, бу$ am (соловый конь, серый конь) и т. д.

С заселением в V—VII вв. Среднего Поволжья тюркоязычными бул- гарскими племенами началось постепенное продвижение их на восток, которое позднее, с образованием Булгарского государства, заметно активизировалось. В бассейне р. Белой булгары вошли в этническое взаимодействие с башкирами, оказав заметное влияние на формирование башкирского языка и культуры. Особенно сильно сказалось влияние булгар на западных башкирах, которые долгое время находились в политической зависимости от Булгарского государства. Об активном участии булгарского компонента в этногенезе башкир свидетельствуют этнонимы запад- ных башкирских племен буляр и байляр, многочисленные предания и легенды, эпиграфические памятники Башкирии.

По мере проникновения булгар в бассейн р. Белой и смешения части их с башкирами территория расселения башкирских племен расширялась к северу. Были ли вытеснены угро-финские племена, населявшие север Башкирии, тюркоязычными кочевниками или, смешавшись с пришельцами, приняли участие в формировании башкир, в настоящее время сказать трудно. Скорее всего в определенной среде происходили оба эти процесса. Археологи А. В. Шмидт и Н. А. Мажитов полагают, что носителями бахмутинской культуры были мадьярские племена, в VIII или в начале IX в. покинувшие Приуралье. Совершенно естественно, что до своего ухода мадьяры находились в контакте с соседними башкирскими племенами. Уход основной части мадьярских племен на запад был, видимо, связан с неудачным исходом борьбы с новой волной тюркских кочевников (А. А. Берс). Небольшая группа мадьярских племен могла остаться в бассейне р. Белой и постепенно раствориться в башкирской этнической среде. Это подтверждается наличием племен дъярмат и енё в составе венгров, юрматы и еней — в составе башкир, а также богатым топонимическим материалом. Процесс этнического смешения оставшихся в Приуралье мадьярских племен с башкирами протекал, очевидно, в конце I — начале II тысячелетия н. э.

В XI в. в южнорусских степях сложилось обширное кыпчакское объединение. Тесное взаимодействие башкирских племен с племенами Дешт- и-Кыпчака, проникновение многочисленных кыпчакских родоплеменных групп (кыпчак, тамьян, канлы и др.) до среднего и нижнего течения р. Белой и далее на север продолжались более двух столетий. Это привело к тому, что кыпчакский период оказался решающим в формировании языка и культуры башкирских племен. Именно тогда в основных чертах сложилась и этническая карта Башкирии.

В XIII—XIV вв. в процесс этногенеза башкир включились родоплеменные группы, попавшие в Приуралье вместе с волной монгольских завоевателей. Крупные передвижения племен и родов в этот период расширили территорию расселения башкир. Кыпчакские родоплеменные группы, хлынувшие после разгрома монголами Дешт-и-Кыпчака в Южное Приуралье, оттеснили местные башкирские племена на север, в горнолесные районы. Пришлые тюркские, частично монгольские по происхождению племена (табын, катай, сальют и др.) направились в северо-восточную часть Башкирии, где заселили Уфимское плато, долины рек Инзер, Зилим, Сим, верховья р. Миасс. Позднее, в XV—XVI вв., они продвинулись дальше на восток, в Зауралье. Западные башкиры в XIII— XIV вв. продолжали заселение северных земель и достигли р. Тулвы, притока Камы.

К концу XV —началу XVI в. окончательно сложилась башкирская народность и сформировались ее основные этнические признаки.

Более чем двухвековое господство монголов имело тяжелые последствия для башкирского народа; оно не только задержало развитие производительных сил, но и привело к длительному культурному и хозяйственному застою. В XIII—XIV вв. основными занятиями башкир оставались кочевое скотоводство, охота и бортничество. Башкиры были обложены тяжелым ясаком, главным образом в виде дорогих мехов. Монгольские ханы, опираясь на башкирскую знать, установили в подвластных им землях жестокий деспотический режим.

В XV в. Золотая Орда, раздираемая феодальными междоусобицами, бесконечными войнами и набегами, распалась. На ее развалинах образовалось несколько феодальных ханств. Еще в конце XIV в. из Золотой Орды выделилась Ногайская Орда. Кочевья Ногайской Орды были обширны: на юге они простирались до Каспийского и Аральского морей, на севере в их состав входила значительная часть южных и центральных районов Башкирии. Северо-восточные башкиры, кочевавшие по рекам Ай и Юрюзань, а также башкиры зауральских областей вошли в Сибирское ханство. Башкирское население по нижнему течению р. Белой подчинилось Казанскому ханству.

Все эти ханства были экономически отсталыми, политически непрочными феодальными государствами. Башкиры-кочевники жестоко страдали от усилившейся в XV—XVI вв. междоусобной борьбы казанских и особенно ногайских феодалов. Однако отдельные стихийные выступления башкир против господства Ногайского, Казанского и Сибирского ханств в условиях раздробленности Башкирии к успеху привести не могли. В этой обстановке башкирские племена одно за другим добровольно вошли в состав Русского государства. Присоединение Башкирии к Русскому государству, начавшееся в 1555 г., завершилось в основном к 1557 г.

Вхождение в состав Русского государства, несмотря на антинародную политику царизма, гнет и эксплуатацию со стороны русских и башкирских феодалов, а позднее и буржуазии, все же имело прогрессивное значение для башкирского народа, способствовало развитию экономики и культуры края.

картаСильным толчком в развитии производительных сил края был начавшийся сразу после присоединения к Русскому государству массовый приток в Башкирию пришлого населения. Заселение территории Башкирии было результатом как правительственной колонизации, наиболее активно проводившейся в XVI —XVII вв., так и народного переселенческого движения, принявшего особенно широкий размах в XVIII—XIX вв. Правительственная колонизация была преимущественно военного характера, она проводилась с целью заселения территории вокруг городов и крепостей, созданных вдоль крепостных линий, построенных в XVIII в. по южным и восточным границам башкирских земель. Поток добровольных переселенцев составляли выходцы из центральных районов России и Среднего Поволжья, крестьяне разных национальностей, бежавшие от безземелья и крепостничества. Они расселялись мелкими группами по всей Башкирии, главным образом в ее западной участи.

Быстрое заселение Приуралья и Южного Урала, строительство крепостей и заводов привело к возникновению крупных населенных пунктов— торговых и промышленных центров. В 1586 г. был основан г. Уфа, несколько позднее — города Бирск и Белебей. В XVIII в. на Южном Урале появились сравнительно крупные заводские поселения. Уже в 1781 г. на территории Оренбургской губ., в состав которой входила вся Башкирия, было 30 действующих и 4 строящихся завода.

С ростом горнозаводской промышленности усилился приток на Урал крестьян—русских и других национальностей. Переселенческое движение сильно изменило национальный состав населения. Башкирия превратилась в многонациональный край. В XVII—XVIII вв. башкирские деревни чередовались с русскими, татарскими, марийскими, мордовскими, чувашскими, удмуртскими. Среди переселенцев преобладало русское и татарское крестьянство. К середине XIX в., когда территория Башкирии вошла в Уфимскую губ., русские и татары составляли большинство ее населения. По данным переписи 1912—1913 гг., в Уфимской губ. Было 2           659 430 жителей, из них 876 539 русских и 846 413 башкир, т. е. общая численность русского населения превышала число коренных обитателей края. Татарское население Уфимской губ. превысило к этому времени 600 тыс. человек.

Массовое крестьянское переселение в Приуралье уменьшило количе-. ство свободных земель. Это привело к тому, что башкиры стали оседать на бывших своих кочевьях, которые раньше использовались лишь для летних или зимних пастбищ. В XVI—XVIII вв. башкирские деревни появились в Зауралье, по рекам Миасс и Уй, по берегам многочисленных озер, в отдаленных горно-лесных районах.

Социально-политическая обстановка в Башкирии в XVII—XVIII вв. была сложной. Башкиры-общинники подвергались жестокому гнету. Размеры ясака и других многочисленных податей, установленных царским правительством, были непосильны для населения. Колониальная администрация творила произвол и беззакония при сборе податей. Башкирия была окружена сетью крепостей, форпостов и редутов, на которых башкиры обязаны были нести разорительную для них военную службу. Царское правительство проводило политику закрепощения башкирского народа: указом 1736 г. были запрещены народные собрания башкир (джиин); боязнь вооруженных выступлений побудила колониальную администрацию уничтожить башкирские кузницы, запретить башкирам покупать оружие, порох.

В то же время уже с момента присоединения к России царизм проводил политику, рассчитанную на создание социальной опоры в лице башкирских феодалов. Баи, мурзы, тарханы, старшины — в большинстве потомки родовой знати, став проводниками политики царской администрации, жестоко эксплуатировали трудящихся башкир.

На протяжении XVII—XVIII вв. башкиры десятки раз выступали против колониального и феодального гнета. Стихийные выступления против царской администрации возникали еще в XVI—XVII вв. Башкирские феодалы, используя свое влияние на трудовые массы, стремились придать выступлениям антирусскую направленность. Однако уже с начала XVIII в. трудящиеся башкиры стали выступать не только против национально-колониальной политики крепостнического Русского государства, но и против гнета и эксплуатации башкирских феодалов. В ходе этой борьбы башкиры все чаще объединялись с русскими крестьянами. Яркое выражение боевой союз русского и башкирского народов нашел в крестьянской войне 1773 —1775 гг. под предводительством Емельяна Пугачева. Крестьянская война выдвинула из среды башкир выдающихся предводителей. Таков, например, сподвижник Пугачева Салават Юлаев — легендарный герой башкирского народа.

Царское правительство в своей политике, помимо местной феодальной знати, опиралось и на мусульманское духовенство. Ислам (суннитского толка) был занесен в Башкирию в X—XII вв. купцами и мусульманскими миссионерами из Средней Азии и Булгарии. Особенно широко эта религия распространилась среди башкирского населения ко времени владычества золотоордынских ханов, когда ислам насаждался среди башкир не только проповедями, но и силой оружия. Ислам, утверждающий извечность имущественного и социального неравенства, в первую очередь был принят башкирской родоплеменной знатью и стал сильным орудием эксплуатации в руках формировавшегося класса феодалов. В XVII —XVIII       вв. мусульманское духовенство в Башкирии было уже довольно многочисленной и влиятельной социальной силой. Взаимоотношения людей в обществе и в семье были подчинены религиозно-правовым установлениям шариата. Мулла практически руководил всей жизнью башкирского аула. Он вмешивался во все споры и неурядицы, участвовал в семейных и общественных празднествах. Представители духовенства оказывали большое влияние на формирование идеологии молодого поколения, так как в их руках находилось обучение грамоте и религиозное воспитание детей. В последней четверти XVIII в. правительство Екатерины II стало проводить в Башкирии политику, направленную на использование влияния мусульманского духовенства в интересах царизма. В Уфе было создано духовное управление (муфтихат) мусульман Поволжья и Западной Сибири, которое всей своей деятельностью активно поддерживало официальную политику царской России.

Однако башкиры, особенно восточных районов, не были последовательными приверженцами ислама. У них не получили распространения многие религиозные обряды, характерные для народов Средней Азии и Ближнего Востока, исповедующих ислам; не все его догмы и предписания строго выполнялись. Религиозный фанатизм был чужд основной массе башкирского народа. В верованиях башкир было немало элементов, восходящих корнями к доисламским религиозным воззрениям. Древнейшие понятия о дуализме души и тела и о существовании загробной жизни были поддержаны исламом и по-своему осмыслены, хотя в конкретном мышлении, в образных представлениях относительно самостоятельного существования души у башкир осталось много от первобытной религии. Сохраняя веру в то, что душа покидает человека во время сна, они думали, что она принимает определенный образ: белого комочка, мухи, утки и т. д. Башкиры верили в злые души (убыр, мэскэй), которые якобы оставались жить на земле после смерти людей, вступивших при жизни в связь с нечистой силой.

В конце XVIII в. (1798 г.) в Башкирии была введена кантонная система управления, превратившая башкир в военное сословие. Башкирия была разделена на 12 кантонов, которые выставляли на военную службу определенное число башкир со всем снаряжением. Повинности башкир не ограничивались военной службой; они привлекались к работам на казенных горных заводах и приисках. Военная служба отвлекала значительную часть мужчин от хозяйства и в конечном итоге явилась одной из причин упадка скотоводства. За 15—20 предреформенных лет поголовье лошадей по некоторым уездам Уфимской губ. сократилось на 65%.

С проникновением в первой половине XIX в. в башкирскую деревню товарно-денежных отношений усилилась начавшаяся еще в XVIII в. массовая скупка купцами, заводчиками, помещиками башкирской земли. Нередко огромные земельные площади приобретались за бесценок, что являлось в сущности не чем иным, как ограблением земельных богатств башкир.

В 1865 г. кантонная система была отменена, башкир приравняли к сельским жителям и подчинили общим губернским и уездным учреждениям. Быстрое развитие капитализма в России в пореформенный период в известной мере захватило и Башкирию. Расхищение башкирских земель под видом «продажи», отчуждения «свободных земель» приняло еще большие масштабы. «Земельная лихорадка» захватила буржуазию, чиновников, военных. За несколько десятилетий было расхищено около 2 млн. десятин башкирских земель.

Разграбление башкирских земель имело тяжелые последствия для трудящихся башкир. Хозяйство приходило в упадок. Во многих башкирских районах ведение кочевого скотоводства стало невозможно. Значительная часть башкирского населения, не успевшая к этому времени перейти к земледелию, разорялась; башкиры вымирали целыми деревнями. В конце XIX — начале XX в. запустение и нищета царили во многих башкирских селах. Тысячи разорившихся башкир покидали свои деревни и в поисках заработка уходили батрачить в кулацкие хозяйства, на отхожие промыслы, на уральские заводы.

В пореформенный период среди башкир усилилось социальное расслоение. Развитие капитализма привело к зарождению местной, в основном торговой, буржуазии и кулачества (байства). Одновременно шел и процесс формирования башкирского рабочего класса. Однако в целом башкиры были слабо втянуты в капиталистические отношения; численность башкирского промышленного пролетариата была незначительной.

К началу XX в. более 90% населения Башкирии занималось сельским хозяйством. По данным переписи 1897 г., городское население в Уфимской и Оренбургской губерниях составляло 5—10%; среди башкир городских жителей не насчитывалось и одного процента.

Промышленность Башкирии по уровню технического оснащения была чрезвычайно отсталой. В сельском хозяйстве были сильны пережитки феодализма: в начале XX в. в руках тысячи помещичьих семей находилось 3,3 млн. десятин земли, тогда как более 360 тыс. малоземельных крестьянских дворов имели всего 4,6 млн. десятин.

Борьба против колониального и феодального гнета в конце XIX в. переросла в борьбу против капиталистической эксплуатации. Как и по всей стране, в Башкирии в период первой русской революции 1905 — 1907 гг. прокатилась волна стачек. Крестьянские выступления охватили все уезды губернии. В Уфе и некоторых других городах были созданы боевые органы революционной борьбы рабочего класса—Советы рабочих депутатов. Трудящиеся массы башкир принимали активное участие в революции 1905—1907 гг. Их выступления влились в общий поток крестьянского движения края.

Поражение первой русской революции не сломило воли народа. Вместе со всеми трудящимися России, во главе с русским пролетариатом башкирский народ вел мужественную борьбу с самодержавием и местной эксплуататорской верхушкой, борьбу, которая в октябре 1917 г. увенчалась победой социалистической революции.

Октябрьская революция открыла новую страницу в истории башкирского народа. В условиях Башкирии социалистическая революция слилась с национально-освободительным движением, с борьбой за советскую автономию. В этой борьбе большевики встретили яростное сопротивление буржуазных националистов, пытавшихся спровоцировать вражду между трудящимися башкирами и русскими рабочими и крестьянами. Но планы контрреволюции были сорваны революционными массами. Башкирские крестьяне, значительная часть которых в первые дни революции подпала под влияние буржуазных националистов, в огне гражданской войны убедились, что правда на стороне коммунистов, что только Советская власть защищает интересы угнетенных народов. Борьбу трудящихся башкир против местной эксплуататорской верхушки, белогвардейцев и контрреволюционных националистов возглавила Коммунистическая партия, в рядах которой объединились лучшие представители башкирского народа: Шагит Худайбердин, Багау Нуриманов, Бахтигарей Шафеев и многие другие. Эта борьба увенчалась полной победой. В марте 1919 г. был опубликован декрет ВЦИК о создании Башкирской Автономной Советской Республики.

Советская автономия явилась наиболее целесообразной формой приобщения ранее отсталого в экономическом и культурном отношении башкирского народа к социалистическому строительству. На основе советской автономии, при братской помощи русского народа, в единой семье народов СССР башкиры смогли, преодолев свою вековую отсталость, достичь огромных успехов в экономическом и культурном развитии.