Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Семейная и общественная жизнь мордовцев
Этнография - Народы Европейской части СССР

Общественные отношения в мордовской деревне до революции почти ничем не отличались от существовавших в южнорусской деревне; здесь тоже господствовала община. Капиталистическое развитие, выделение кулачества и сельскохозяйственного пролетариата у мордвы шло в общем теми же темпами, что и в русской деревне среднеземледельческой полосы (Пензенской, Тамбовской, Саратовской губерний).

В настоящее время мордва живет отдельными небольшими семьями в пять-шесть человек. Однако еще в прошлом веке для нее были характерны большие патриархальные семьи. Особенно многолюдные семьи были у мокши.

Численность большой мордовской семьи в 70-х годах XIX в. достигала иногда 30—40 человек. Такая семья состояла из старика — хозяина дома, его взрослых сыновей, имеющих свои семьи, и внуков, иногда тоже женатых. В начале XX в. большие семьи стали встречаться реже, так как женатые сыновья начали отделяться. Типичная малая мордовская семья в предреволюционное время состояла из семи-восьми человек. В процессе выделения малой семьи создавались некоторые промежуточные формы. Так, например, разделившись, члены семьи часто продолжали вести общее хозяйство, обрабатывать общий надел. При разделах сыновья ставили свои избы на усадьбе отца. Усадьбы, на которых стояло по три и даже по четыре дома родственников, встречались в 1920-х годах довольно часто, особенно у мордвы-мокши.

В прошлом столетии в мордовском семейном быту еще сказывались отдельные пережитки родовых отношений, хотя они были значительно слабее, чем у соседних народов — мари, удмуртов.

Мордовские семьи на общественных трапезах после молений группировались по родовому признаку. В 60-х годах XIX в. в некоторых деревнях еще можно было встретить родовые кладбища и «священные» рощи. Члены семьи имели общий родовой знак собственности — тавро, изображавший колесо, вилы, спицы и другие бытовые предметы или геометрические фигуры. Отделившийся член семьи прибавлял к тавру новый значок.

Степень родства в мордовской семье накладывала на ее членов определенные обязанности и связывала их установленными правилами. Старшие пользовались большим авторитетом у всех членов семьи. Власть отца — главы семьи (покштя) — была непререкаема, и сын, даже старший (сире), до 30 лет, а иногда и старше, находился в полной зависимости от родителей. Отец был судьей в домашних делах и распорядителем семейного имущества. Непочтительного сына отец мог лишить наследства, выгнать из дома. Но, сделавшись нетрудоспособным, отец терял свое положение и свои права.

Женатые и холостые члены семьи пользовались одинаковыми правами. На семейном совете имел голос каждый, достигший 16 лет. Женщина, вошедшая в дом, с рождением первого ребенка также становилась равноправным членом семьи. Однако фактически сохранялась ее зависимость от свекра. Молодушка не должна была показываться свекру с босыми ногами и открытой головой, в продолжение года нельзя было сидеть, при родителях мужа.

Особым уважением у замужней женщины пользовался дружка уредев (обычно дядя — брат матери), и никого она так не стыдилась и не боялась, как своего уредева. При уредеве она не могла сидеть, петь песни и смеяться, не показывалась босой. Своего мужа женщина, как и дружку, не называла по имени.

Весь доход, получаемый членами семьи, в том числе и значительная часть заработка отходника, поступал в общее пользование. Жена и дети отходника, остававшиеся в семье, пользовались такими же пара- вами, как и другие. Женщина выполняла работы наравне с мужчиной; кроме того, она должна была одевать и обшивать мужа и детей, для этого ей из общего хозяйства выдавались кудель и шерсть. Даже приданое молодой — корова, телка, поросенок — шло в общее пользование семьи. Только деньги, вырученные за холст и за собственные рукоделия, принадлежали женщине, и она их тратила на приобретение украшений и нарядов. Праздничный национальный костюм составлял личную собственность каждой женщины. Головной убор и ожерелья передавались по наследству.

Мордовская девушка с ранней юности начинала готовить себе приданое, складывая его в особую липовую кадку с крышкой (парь).

У мордвы нередко встречались неравные по возрасту браки. Богатый отец старался скорее женить сына и взять в дом новую работницу. Родители девушек задерживали их дома и часто ранее 25—30 лет не выдавали замуж. Жених же бывал на 10—15 лет моложе невесты. Эти бытовые явления нашли отражение в мордовском фольклоре: во многих песнях женщина жалуется на свою горькую долю, на жизнь с маль- чиком-мужем.

В XVIII в. одной из форм заключения брака было умыкание — насильственное похищение девушки. Позднее, в XIX и XX вв., умыкание иногда совершали с согласия невесты. Поводом к умыканию служило нежелание родителей невесты отдавать девушку за выбранного ею жениха. Для жениха умыкание было выгодно, так как ему не приходилось тратиться на свадьбу. Однако наиболее распространенной формой в дореволюционное время являлся брак по сватовству. Свадьба сопровождалась многочисленными обрядами. Согласно обычаю за несколько дней до свадьбы невеста по вечерам начинала причитать и оплакивать свою жизнь, прощаясь с родным домом и своими подругами. Девичество отождествлялось со свободой и волей, замужняя жизнь рисовалась в черных, неприглядных красках. Все обряды, связанные с невестой, имели характер инсценировки насильственного увоза или подчеркивали куплю невесты. Перед ней развертывалась трагедия перехода в чужую семью, в чужой род. Отголоски родовых пережитков наиболее долго сохранялись именно в брачных обрядах. Так, например, по сообщению И. Н. Смирнова, у эрзи Самарской губ. мать жениха перед отъездом невесты из дома обязана была обойти всех ее родных и оставить в каждом доме по ковриге зхлеба. У эрзи Симбирской губ., по сообщению того же автора, невеста ходила по родственникам й искала у них защиты от «чужих людей» — родственников и родителей жениха, которым продал ее отец.

В настоящее время свадебные обряды почти не соблюдаются, сохраняются лишь отдельные обычаи, например приготовление некоторых традиционных блюд к свадебному пиршеству. Девишник теперь заменяется вечеринкой с танцами, на котором невеста уже не «плачет», т. е. не поет прощальных песен.

Браки заключаются по взаимному согласию молодежи, преимущественно в возрасте от 18 до 27 лет. Широко распространены смешанные •браки, в особенности с русскими.

В царской России мордовские женщины не получали земельного надела. Женский труд оценивался значительно ниже мужского.

Ныне мордовские женщины принимают активное участие в государственном, хозяйственном и культурном строительстве страны, получили право избирать и быть избранными во все органы Советской власти. ‘Среди мордовок есть депутаты Верховных Советов СССР, РСФСР, Мордовской АССР. Многие мордовки — передовики промышленности и сельского хозяйства — коноплеводы, животноводы, доярки и др. за самоотверженный труд награждены орденами и медалями.

Огромную заботу проявляет Советское государство о женщине-матери. Многодетным и одиноким женщинам государство выплачивает пособие. За последние годы тысячи матерей Мордовской АССР награждены орденом «Мать-героиня» и медалями материнства. Хорошо организована охрана материнства и младенчества. Могла ли мечтать мордовская крестьянка, до Великой Октябрьской социалистической революции рожавшая в холодном хлеву или бане, о родильном доме, женской консультации, детских поликлиниках, молочных кухнях, садах и яслях? Теперь Бее это прочно вошло в быт, стало обычным явлением.

Но самым замечательным достижением ленинской национальной политики является создание многочисленных женских национальных кадров разных профессий.