Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Народ мордва: исторический очерк
Этнография - Народы Европейской части СССР

Мордва — самый крупный в Советском Союзе народ из финно-угорской языковой семьи. Численность мордвы, по переписи 1959 г., 1 285,1 тыс. человек. Наиболее компактно она расселена в Мордовской Автономной Советской Социалистической Республике. Кроме того, значительные группы мордвы живут в Саратовской, Пензенской, Ульяновской, Горьковской, Оренбургской, Куйбышевской областях, в Татарской и Башкирской АССР, в Сибири и Средней Азии.

Термин «мордва» служит общим наименованием для всего народа, который делится на две основные группы: мордву-эрзю и мордву-мокшу. Каждая группа сохраняет до настоящего времени свое самоназвание (эрзя и мокша), особенности в языке, материальной культуре (одежде, жилище), народном творчестве.

Эрзя живут преимущественно в северо-восточных и восточных районах Мордовской АССР. Исключение составляет своеобразная локальная группа мордвы-эрзи, живущая в северо-западной части республики, в селениях по нижнему течению р. Мокши с центром в с. Теньгушеве (ныне Темниковский район). К этой так называемой теньгушевской группе мордвы-эрзи относится и население двух сел— Дракино и Кажлодка, расположенных в южной части республики (Торбеевский район). Обособившись еще в XVII в. от общей массы эрзянского населения и живя продолжительное время среди мордвы-мокши, теньгушевская мордва продолжает и поныне сохранять свое культурное своеобразие и самоназвание «эрзя». Народный женский костюм этой группы отличается от костюма основной части эрзи, так же как фольклор и многие обряды, например свадебные. Говорит эта группа на переходном диалекте от эрзянского к мокшанскому языку. Культурное своеобразие ее определяется также сильным влиянием соседнего русского населения, в непосредственной близости к которому она живет уже длительное время.

За пределами республики мордва-эрзя живет преимущественно в Горьковской, Куйбышевской, Саратовской, Оренбургской областях, в Татарской и Башкирской АССР.

Мордва-мокша расселена в основном в западной части Мордовской АССР. За пределами республики мокшанские селения более многочисленны в Пензенской обл. В Татарской АССР и в Оренбургской области мокшанские деревни встречаются наряду с эрзянскими.

Смешанных мокшано-эрзянских деревень в республике нет, но они имеются в Оренбургской и Пензенской областях. За пределами Мордовской АССР встречаются также мордовско-чувашские села, но чаще всего русско-мордовские. Мордовское население, живущее за пределами республики в окружении русских, татар, башкир и других народностей Среднего Поволжья, в ряде случаев утрачивает свои самоназвания «мокша» и «эрзя» и называет себя мордвой.

Среди мордвы выделялись еще недавно и две более мелкие этнографические группы: терюхане и каратаи. Терюхане — группа мордвы, обитавшая в пределах Горьковской обл. недалеко от г. Горького. В наше время она полностью слилась с русским населением, но еще в 1920-х годах терюхане называли себя мордвой, сохраняли ряд особенностей в культуре, одежде, жилище, свадебных обрядах и своеобразную интонацию (хотя говорили по-русски). Каратаи живут в трех селах на территории Тетюшского района Татарской АССР и говорят на татарском языке. Их материальная культура близка к русской, но некоторые обычаи и фольклор весьма своеобразны. Сами они считают себя мордвой. Термин «каратаи» совпадает с названием одного из сел, в которых они живут — Мордовские Каратаи.

Эрзянский и мокшанский языки составляют особую, мордовскую, группу финно-угорских языков. Первый из них в фонетическом отношении ближе к русскому, второй имеет значительно больше особенностей в фонетике и татарских слов в словарном составе.

Теперь мокшанский и эрзянский языки являются литературными языками, на них издаются книги, газеты и ведется обучение в начальных классах. В средней школе преподавание ведется на русском языке, а мокшанский или эрзянский языки и литература преподаются как отдельные предметы. В районах за пределами Мордовской АССР со смешанным русско-мордовским населением обучение детей ведется на русском языке.

Среди мордвы очень широко распространен русский язык. Все мордовское население, за исключением отдельных пожилых женщин, не выезжавших за пределы своей деревни, знает русский язык. В городах, на производстве, в средних и высших учебных заведениях эрзя и мокша общаются на русском языке, так как общение между ними на родных языках затруднительно.

Население Мордовской АССР довольно пестрое. Перепись 1959 г. показала, что мордва составляет 36% населения республики, первое место по численности в ней занимают русские; на третьем месте стоят татары. В небольшом числе в республике живут также украинцы, белорусы, чуваши, марийцы.

Мордовская АССР расположена в зоне лесостепи. Из рек, протекающих на ее территории, более крупные Сура, Мокша, Цна, Алатырь. Республика богата лесами, преимущественно лиственными; леса чередуются с большими пространствами пашни и лугов.

Краткий исторический очерк

Первые сведения о мордве относятся к середине I тысячелетия н. э. Вперые мордва под названием морденс упоминается у готского историка Иордана, жившего в VI в. В сочинении византийского писателя Константина Багрянородного (X в.) названа страна «Мордиа». Название «мордва» встречается уже в Начальной летописи и в дальнейшем не сходит со страниц русских летописных сводов.

В настоящее время автохтонность мордвы уже не подлежит сомнению. Изучение древних мордовских поселений и могильников дает возможность установить преемственную связь мордвы с более древними местными племенами эпохи бронзы. Это подтверждает мнение ряда исследователей о том, что мордовские племена сложились на базе древних племен Среднего Поволжья. Генетическая связь мордвы с культурой местных племен, в частности с Городецкой культурой, которая была распространена в Поволжье с VII в. до н. э. по V в. н. э., отчетливо прослеживается в орудиях труда, типах жилища, технике изготовления гончарной посуды, украшениях и т. д. Наиболее ранние археологические данные, позволяющие судить о жизни мордовских племен, относятся к первым векам нашей эры. Жители древних городищ середины I тысячелетия н. э. занимались скотоводством, подсечным земледелием и охотой на пушного зверя. Множество находок железных изделий указывает на сравнительно высокий уровень развития ремесла. В VIII—IX вв. мордовские племена начали переходить к пашенному земледелию.

Некоторые советские ученые (В. В. Гольмстен, Е. И. Горюнова и др.) на основании археологических данных отмечают существование в конце I тысячелетия нескольких групп мордовских племен. Нижнесурская группа занимала северо-западные районы теперешней Чувашской АССР и северо-восточную часть Горьковской обл.; верхнесурская — север Саратовской и восточные районы Пензенской обл.; цнинская группа — западную часть Тамбовской обл. Еще одна группа мордовских племен, по- видимому, обитала по течению Оки, вдоль территории нынешней Рязанской обл. Начиная от устья р. Москвы, вплоть до районов, расположенных несколько ниже впадения Мокши в Оку, найдены остатки древних поселений и многочисленные могильники II—VIII вв., обычно называемые рязанскими. Их инвентарь имеет много общего с предметами типичных мордовских могильников, открытых под Пензой и Тамбовом, на реках Суре и Цне. Сходство прослеживается в обряде погребения, в костюме и украшениях. Именно это племя, по мнению В. В. Гольмстен, было известно его соседям под названием мордвы и с VI в. начало упоминаться в письменных источниках.

Вместе с тем археологические данные свидетельствуют о раннем культурном смешении приокских мордовских племен со славянскими. Ранние славянские погребения покрывают более древние мордовские могилы.

Старая Рязань, возникшая на месте мордовского городища как славянский город, восприняла название его древних насельников. Академик А. А. Шахматов считает несомненным родство слов «Рязань» и «эрзянь». В X в. мордва здесь, по-видимому, ассимилировалась со славянами, так как на этой территории не известны более поздние мордовские могильники. Следы мордовской культуры сохраняются в современной культуре приокского населения, в нерусских географических названиях, в особенностях старинного женского костюма, типе плетения лаптей, украшениях, орнаменте и т. д. С ассимиляцией приокских мордовских племен их самоназвание «мордва» было утрачено, и перенесено русскими на всю группу родственных им племен, которые сложились позднее в народ, известный в настоящее время под названием «мордва».

В Начальной летописи упоминается наряду с другими племенами, обитающими на Оке, племя «мурома», родственное мордве, но имеющее свой язык. С конца X в. Муромская земля упоминается в летописи уже как земля Русского княжества.

Сведения о дальнейшей этнической истории мордвы крайне скудны, они сводятся лишь к отрывочным сообщениям арабских писателей и русских летописцев. Из письма хазарского царя Иосифа, датируемого X в., известно, что в эпоху расцвета Хазарской державы мордовские племена находились в зависимости от нее и, подобно многим другим племенам, платили хазарам дань. В том же письме Иосифа упоминаются многие народности Поволжья, в частности племена буртасы и арису. О буртасах писали арабы, упоминаются они и в «Слове о погибели Рускыя земли» (XIII в.), и в русских грамотах XVI—XVII вв. В настоящее время наименование народа буртасы утрачено, и вопрос об их этнической принадлежности является спорным. Одни исследователи причисляют их к тюркоязычным народам, другие видят в буртасах племя угорского происхождения, наконец, третьи сопоставляют их с мордвой-мокшей, считая, что «мокша» — это самоназвание группы племен или народности, которая была известна ее восточным соседям под названием буртасов.

Племя арису, или арта, сопоставляется лингвистами с названием «эрзя». Однако об арте, или арисе, арабские писатели сообщают очень немногое, так как они не поднимались по Волге дальше владений булгар и плохо знали землю арты. Все же имеются данные, свидетельствующие о том, что эта земля лежала на пути из владений булгар в Киевскую Русь. Путь этот проходил по Волге, Оке, через водораздел Оки и Днепра и далее вниз по Днепру. Как указывают древние памятники, эрзя занимали южную часть теперешней Горьковской обл. с центром, где ныне находится г. Арзамас, название которого явно связано с этнонимом «эрзя».

Различия в культуре мокши и эрзи по археологическим данным начинают прослеживаться уже с VI—VII вв. Вместе с тем эти племена, обособившись, продолжали сохранять тесные связи, близость культуры и языка.

В IX—XII вв. мордовские земли находились между двумя крупными государственными объединениями: с северо-востока и востока они примыкали к стране волжских булгар, на западе были ограничены течением Оки и граничили с землями древнерусского Киевского государства. С юга открывались просторы степей для кочевых орд. Устье Оки являлось прекрасным стратегическим пунктом, здесь князем Юрием Всеволодовичем в 1221 г. был основан Нижний Новгород, который стал форпостом Русского государства, опорным пунктом русской колонизации и базой для продвижения во владения булгар и мордовские земли.

Западное Поволжье, населенное мордовскими племенами, мало-помалу включалось в состав земель, которые были обложены данью русскими князьями. Мордва оказывала упорное сопротивление, скрываясь в лесных дебрях или открыто выступая против русских войск и организуя походы на Нижний Новгород. Тем не менее основная часть приокской мордвы- эрзи и муромы — племени, близкородственного мордве, к началу XII в. прочно слилась с русским сельским населением. Связи с русскими прослеживаются в хозяйстве (земледелии), материальной культуре (жилище, одежде, украшениях) и языке. В то же время племена, жившие в бассейне верхней Цны и Мокши, Суры и Пьяны, подпали под влияние булгар.

Несмотря на скудные известия русских летописей, все же можно составить представление о жизни мордовских племен в XII и XIII вв.

К этому времени у мордвы в основном завершился процесс распада родовой общины, на смену которой в связи с развитием пашенного земледелия пришла сельская, или соседская, община.

Однако еще долго продолжали сохранять свою силу патриархальнородовые отношения.

Ограниченность документов и материалов не позволяет пока полностью осветить вопрос о формировании феодальных отношений у мордвы. Однако А. П. Смирнов и некоторые другие ученые придерживаются правильной, на наш взгляд, точки зрения, предполагая, что у мордвы к IX—XII вв. уже появилась феодальная верхушка, которая имела связи с феодальной верхушкой своих соседей. В богатой усыпальнице булгар найдено погребение мордовки. Летопись упоминает о мордовских князьях Пургасе и Пуреше, живших в XIII в. Пуреш (мокша) был союзником русского князя Юрия и выступал вместе с ним против эрзи, предводительствуемой Пургасом, который находился в вассальной зависимости от булгар.

Мордва была оседлым земледельческим народом. Зиму она проводила в селениях и жила в избах. Селения были окружены пашнями и выгонами для скота. Летом мордва жила в легких постройках около полей или на своих лесных бортевых и охотничьих угодьях, в зимницах, которые, как можно полагать на основании упоминания о них в некоторых документах,, представляли собой поселения, близкие по типу к хуторам или заимкам. Для защиты от внешних врагов мордва строила окруженные высоким тыном городки, а в лесах устраивала «тверди» — убежища, в которых укрывалась от неприятеля, покидая дома и имущество.

С развитием феодальных отношений происходила консолидация мордовских племен в народность. На ее формирование оказали влияние славянские племена, а затем древнерусская народность.

Мокша и эрзя с давних пор сознают себя как один народ. Этому способствовали торговые связи, общий тип хозяйства, близость территории и необходимость совместно обороняться от набегов хазар, печенегову булгар. К началу XIII в. процесс консолидации мордовских племен усилился, но потом был заторможен монголо-татарским нашествием.

В XIII—XIV вв. мордовские племена находились под властью монголов. На юге мордовских земель, среди лесов по р. Мокше, монголами был основан улусный город Мухши (современный Наровчат). Создание административного центра повлекло за собой проникновение в край монголо-татарской знати. Естественно поэтому, что на южной группе мордвы — мокше — сильнее, чем на эрзе, сказалось влияние татарской, более южной культуры. Поселения татар возникли здесь еще во времена Золотой Орды.

Монголо-татарское влияние прослеживается в инвентаре мордовских могильников XIV в.—в украшениях, типичных для золотоордынских городов Поволжья, в обряде погребения и т. д.

По-иному складывались исторические судьбы мордвы-эрзи. В середине XIV в. суздальский князь Константин Васильевич, перенеся свою столицу из Суздаля в Нижний Новгород, начал расширять границы своих владений. Мордва-эрзя оттеснялась от берегов Оки и Волги в леса, а на ее месте поселялись выходцы из Суздальского княжества. Русские владения распространялись все дальше в глубь мордовских земель. Северная группа мордвы-эрзи к концу XIVв. окончательно утратила свою самостоятельность и стала данницей русского князя, а Нижний Новгород, упрочив свое положение, приобрел большое экономическое значение.

С ростом политической мощи Москвы мордовские князья изменили^ свою ориентацию и стали поддерживать московского князя. Вовремя осадьг Казани мордовские отряды участвовали в ликвидации татарских засад.

После падения Казанского ханства (1552 г.) мордовские земли вошли в состав Русского государства. Для мордвы это было единственным спасением от опустошительных набегов кочевых племен. С целью обороны степных границ Московское государство начало строить засечные черты и укрепленные города. Под влиянием экономически и культурно более развитого русского народа ускорился процесс перехода мордвы к более прогрессивным формам производства, были восприняты от русских некоторые элементы материальной и духовной культуры, расширилось проникновение в мордовскую среду русского языка, что способствовало укреплению экономических связей с соседним русским населением и обогащению мордовского языка. Вместе с тем усилился процесс колонизации русскими мордовских земель. Около городов, построенных на мордовских землях, образовывались деревни русских поселенцев. Возникли десятки монастырей, занимавшиеся распространением христианства среди мордвы, они владели большими земельными угодьями. Жалованные от московского государя земли и угодья получали также служилые люди из- татар, мещеры и самой мордвы.

К началу XVIII в. высшую прослойку в мордовском обществе составляли мурзы и тарханы, приравненные в правах к русским служилым людям. Они владели обширными поместьями и крестьянами и не платили податей. Мурзы назначались в походы, несли станичную и сторожевую- службу. Впоследствии многие из них крестились, закрепили за собой вотчины и вошли в состав русского дворянства (Мордвиновы и др.). В дальнейшем большая часть служилого местного дворянства измельчала вг сильно обеднела.

Одной из повинностей, ложившихся тяжелым бременем на нерусские народы Поволжья, в том числе на мордву, было так называемое лашман- ство. С 1718 г. все работы Казанского адмиралтейства по заготовке корабельного леса были возложены на коренное население Поволжья. С каждых девяти душ мужского пола в возрасте от 15 до 60 лет брали на осеннее и зимнее время двух человек — конного и пешего. Если требовались работники на год, брали с 25 человек одного конного и двух пеших. Такой отрыв работников на долгое время разорял крестьянское хозяйство.

После первой ревизии (1724 г.) мордовское население было причислено к государственным крестьянам и уравнено в правах с русским тягловым крестьянством. Оно должно было давать рекрутов, посылать артели па постройку Петербурга, на строительство флота и другие работы, уплачивать в казну ямские деньги, нести обязанности ямской службы и т.п. Мордовское население, жившее на землях дворцовых вотчин, с образованием уделов (1797 г.) стало числиться крестьянами удельного ведомства. Некоторая часть мордвы была приписана к винокуренным, поташным и красильным заводам для выполнения в определенный срок заводских работ, которые засчитывались за подати. Часть местного населения стала монастырскими крестьянами. Наконец, значительную группу среди мордвы составляли крепостные барские крестьяне; по данным десятой ревизии (1858 г.), их насчитывалось до 20%.

Крепостные крестьяне находились в очень тяжелом положении. Кроме подушной подати, которая взималась в одинаковом размере как с удельных, так и с монастырских крестьян, они должны были платить оброк помещику, размеры которого, по словам И. Т. Посошкова, достигали очень больших размеров: «рублев по восемь или малым чем меньше». Особенно притесняли крестьян бурмистры (барские управляющие) ж старосты.

Часть мордовского населения, уравненная в правах с русскими государственными крестьянами, фактически находилась в более бесправном положении, чем русские крестьяне. Купцам было запрещено торговать в мордовских селениях, ввозить туда оружие и военные припасы. Мордва могла покупать необходимое лишь в городе и то в ограниченном количестве. Запрещение изготовления и ввоза металлических изделий, частей земледельческих орудий, предметов домашнего обихода искусственно консервировало применение деревянных орудий, деревянной посуды и других примитивных бытовых предметов.

Мордва не имела права поселяться в городах, а могла жить там лишь •ограниченное время и в небольшом числе. Вследствие этого мордовское население сосредоточивалось почти исключительно в сельских местностях.

Чрезвычайно остро для мордвы стоял земельный вопрос. Лучшие земельные и лесные угодья раздавались русским помещикам, которые, организуя на этих землях крепостные хозяйства, строили мельницы, поташные и винокуренные заводы, насильно переселяя сюда крепостных крестьян из различных районов России. Мордва сгонялась со своих исконных земель, переселялась в другие районы. Помещики травили луга, косили сено и хлеба, отбирали скот, не позволяли мордве заниматься пчеловодством и охотой на ее наследственных угодьях.

Результатом таких притеснений и непосильных обложений явилось полное разорение мордовского населения и запустение его земель. Мордва покидала свои исконные земли, уходила в зимницы, скрывалась в лесах, шла через Самарскую луку в Заволжье в поисках свободной земли. Мордовские поселки возникали в Саратовской, Уфимской губерниях и даже в Сибири.

Одной из главных задач колониальной политики царизма в Поволжье являлась полная ассимиляция местных народностей путем внедрения православия и уничтожения национальной культуры.

Уже после покорения Казанского ханства одной из забот Ивана IV было обращение «инородцев» в православие. Миссионерская деятельность усилилась в XVII в. во времена патриарха Никона. Но особенно большой размах массовое крещение мордвы получило в середине XVIII в., с учреждением «конторы новокрещенских дел», проводившей работу среди поволжских «инородцев». Ревностные служители церкви крестили мордву целыми деревнями и даже волостями. Нижегородский епископ Дмитрий Сеченов в течение двух лет (1740—1742 гг.) успел окрестить более 17 тыс. человек. Методы крещения были двоякого рода. С одной стороны, продолжали применяться еще старые приемы прямого насилия, когда мордву заставляли креститься силой оружия и угрозами; с другой стороны, крестившимся обещали материальные льготы: освобождение от подушных сборов, рекрутчины и заводских работ на определенное количество лет, кроме того, новокрещенным выдавали некоторую сумму денег и одежду.

К середине XIX в. мордва считалась христианизированной. Однако длительное время, еще продолжали сохраняться дохристианские верования. Часто церковные и языческие обряды сосуществовали, тесно переплетаясь между собой. Многочисленные древние мордовские божества, олицетворявшие силы природы, считались преимущественно женскими существами, как, например, мать леса (Виръ-ава), мать воды (Ведъ-ава), мать ветра (Варма-ава), мать огня (Тол-ава) и др. По всей вероятности, эти представления возникли у мордвы еще в ту отдаленную эпоху, когда в хозяйстве и общественной жизни ведущая роль принадлежала женщине.

Наряду с божествами женского рода мордва, хотя и в меньшей мере, почитала и мужские божества (отца леса—Виръ-апгя, отца земли—Мод-атя и др.)» считавшихся мужьями женских] божеств. По народным представлениям, почти все мордовские божества воплощали одновременно и злое и доброе начало. Чтобы умилостивить их и получить помощь в хозяйственной деятельности и семейной жизни, устраивали моления (<озкспг) на полях, в лесах, у воды, в жилище, совершали жертвоприношения. Позднее, с развитием классового общества, возникла вера в единого верховного бога. Эрзя называли его паз—Нигике-паз, или Вере-паз (верхний бог), а мокша — гикай. Однако былые представления о многих мелких божествах-покровителях продолжали еще долго проявляться в старых обрядах.

Большое место в верованиях мордвы занимал культ предков. Связанные с ним погребальные обряды представляли сочетание язычества с православием. Хоронили умерших в долбленых колодах, позднее — в обычных тесовых гробах. С умершим клали любимые и необходимые ему при жизни вещи: с мужчиной — хлеб, нож, кочедык (инструмент для плетения лаптей), с женщиной — холст, иглу, нитки и веретено. У мордвы- терюхан долго сохранялся обычай класть детям в гроб пряники, конфеты и цветы. В более отдаленные времена, по рассказам стариков, закапывали в могилу мужчины соху, борону, телегу.

По представлениям мордвы, умерший мог возвращаться в свой дом и оказывать своим живым родственникам помощь или, наоборот, вредить им. Чтобы уберечь себя от вреда (болезни или смерти), который мог нанести умерший, совершался ряд охранительных действий. Помещение, где лежал покойник, тщательно мыли и окуривали, связанные с ним вещи (сосуд, из которого его обмывали, и т. п.) бросали за околицу, прося умершего не возвращаться в дом.

Поминки совершались в дни, установленные православной церковью, т. е. в день похорон, а затем на 9-й, 20-й и 40-й дни после смерти; давно умерших родственников поминали в так называемые родительские дни, а также на пасху, Ильин день, троицу и т. д.

В поминках по умершему принимали участие все родственники. В ритуал поминального обряда, помимо молитвы и общей трапезы, включалась инсценировка прихода покойника в дом родственников и обратных проводов его в загробный мир.

Руссификация, проводившаяся с таким ожесточением царским правительством и православной церковью, больше всего коснулась мордовских крепостных крестьян Нижегородской губ., которые раньше и теснее столкнулись с русскими. Обрусению быстро поддались также мордовские переселенцы в Саратовской и Самарской губерниях. Пензенская и тамбовская мордва, жившая более компактной группой, дольше сохраняла свою языковую и культурную самобытность.

Непомерно тяжелые обложения и гнет помещичьей эксплуатации, жестокость обращения, насильственная христианизация — все это побуждало мордовское население к активным выступлениям за уничтожение крепостного гнета. Мордва принимала деятельное участие в крестьянских восстаниях под руководством Ивана Болотникова, Степана Разина и Емельяна Пугачева.

Протест мордвы против феодально-колониального гнета иногда носил религиозную окраску и был направлен одновременно против господствующей христианской религии, за возрождение старой мордовской веры. К таким движениям принадлежит и терюшевское восстание 1804 г., возглавлявшееся крестьянином Кузьмой Алексеевым из дер. Большое Сесь- кино Терюшевской волости Нижегородского уезда.

Проникшие в мордовскую деревню товарно-денежные отношения вызвали усиленное расслоение мордовского крестьянства. В начале XX в. территория современной Мордовии представляла собой отсталый аграрный район царской России с развитым помещичьим и монастырским землевладением, где эксплуатация трудового крестьянства помещика* ми и кулаками сочеталась с колониальным гнетом царского правительства.

Промышленность на территории современной Мордовии в это время была представлена мелкими предприятиями полукустарного типа с отсталой техникой. Общее число рабочих в них не превышало 3 тыс. Наиболее видное место в промышленности занимали винокуренные заводы. Основным источником дохода населения было сельское хозяйство, однако основная масса мордовского крестьянства имела ничтожные земельные наделы и влачила жалкое существование.

Непомерно высокие подати, всей своей тяжестью ложившиеся на плечи главным образом крестьянской бедноты, еще больше разоряли крестьянство и превращали значительную часть его в деревенских пролетариев. Чтобы не голодать, мордовские крестьяне нанимались работать у местных помещиков и кулаков или уходили на заработки во все концы страны. Условия работы отходников были очень тяжелые: рабочий день длился с восхода до захода солнца, а оплата изнурительного труда была крайне низкой, составляя всего 25—40 коп. в день на своем довольствии.

Естественно поэтому, что мордовское крестьянство приняло активное участие в революции 1905—1907 гг. Большое влияние на развертывание крестьянского движения оказали выступления железнодорожных рабочих, являвшихся проводниками революционных идей в среду трудящихся крестьян. Уже весной 1905 г. зачастую крестьяне стали бросать работу у помещиков, а к осени революционное движение охватило многие сел? Мордовии. Крестьяне делили помещичьи земли, громили помещичьи усадьбы и винокуренные заводы. В течение 1905—1907 гг. на территории нынешней Мордовии было разгромлено более 500 помещичьих имений.

После поражения революции 1905 г. тысячи мордовских крестьян подверглись аресту, порке и ссылке на каторгу.

Февральская революция 1917 г. существенного изменения в положение мордвы не внесла. Временное правительство, в котором большую роль играли эсеры, стремилось удержать мордву, как и другие национальности России, в том же положении, в каком они находились при самодержавии.

Коренные изменения произошли только после победы Великой Октябрьской социалистической революции. Советская власть была завоевана трудящимися Мордовии под руководством Коммунистической партии в ожесточенной борьбе против эсеров и меньшевиков. В течение первых лег существования Советской власти на территории Мордовии еще продолжалось упорное сопротивление кулацко-эсеровских и белогвардейских бандг организовывавших здесь мятежи и контрреволюционные восстания. И только в 1921 г. враги были окончательно уничтожены.

В 1921 г. в Самаре состоялась конференция большевиков, которая подвела итоги борьбы трудящихся за Советскую власть и наметила пути дальнейшей работы. Большое место в этой работе отводилось вопросу о национальном строительстве Мордовии.

В 1928 г. был образован Мордовский национальный округ, вошедший в состав Средневолжского края. 10 января 1930 г. округ был преобразован в Мордовскую автономную область, а 22 декабря 1934 г.— в Мордовскую Автономную Советскую Социалистическую Республику в составе РСФСР с центром в городе Саранске.