Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Семейная и общественная жизнь карелов
Этнография - Народы Европейской части СССР

Основной формой современной карельской семьи является малая семья, состоящая из двух-трех поколений. Численный состав семьи в деревнях в среднем три — пять человек. Главой считается наиболее авторитетный член семьи, чаще мужчина, в его обязанности входит общее руководство хозяйством, однако расходы ведет его жена. В семьях вдов главой обычно является мать, а иногда старший сын. В наше время главенство в семье стало менее выраженным, чем раньше, и укрепляется коллективная форма решения общесемейных вопросов. Особенно это характерно для лесозаготовителей и вообще рабочих.

До второй половины XIX в. у карелов преобладала большая семья (перех), состоявшая из трех-четырех поколений, обычно по прямой нисходящей линии, т. е. деда или отца с сыновьями, их женами и детьми. Численный состав такой семьи доходил до 25—30 человек. Главой ее был дед или отец. Права главы семьи (ижанда) у карелов были очень широкими, но не безграничными. Хотя он и считался хозяином и распорядителем всего достояния семьи, однако все важные дела обсуждал со старшими мужчинами. Имущество семьи, созданное трудом всех ее членов, считалось общим достоянием и не могло принадлежать кому-либо в отдельности, Этот обычай очень зорко охранялся всеми взрослыми членами семьи. Поэтому ижанда не имел права отдать что-либо из имущества семьи постороннему человеку без согласия других ее старших членов. Продать что-либо, в особенности если это касалось скота, хозяин имел право только с согласия хозяйки (эмянда). Поступив самовольно, ижанда нарушал существовавший издавна обычай.

Домашнее хозяйство вела эмянда. Чаще всего это была жена ижанда, обычно она сохраняла свое положение хозяйки до самой смерти. В ведении ее находились уход за домашним скотом (кроме лошадей), приготовление пищи и хранение продуктов, изготовление одежды и т. п. Ей подчинялись все женщины в семье.

Положение женщины в семье было довольно стесненным. Женщина, даже пожилая, целиком зависела от мужа, подчинялась эмянда и в конечном счете — ижанда. Невестки выполняли основную работу по дому. Информаторы рассказывают, что до революции невестка в течение года •с момента свадьбы до1лжна была соблюдать запрет — не показываться перед свекровью простоволосой, без повойника, ибо это считалось тяжелым нарушением древнего обычая и «могло навести на семью несчастье». Рассказывают, что когда-то молодуха каждое утро обязана была кланяться свекрови в ноги, когда та давала распоряжения относительно работы на день.

Вместе с тем в семье мужа невестка сохраняла некоторые права на личное имущество. Они простирались на продукты ее собственного труда, связанные с обработкой льна и конопли, и на приданое, куда входили домотканые материи, постель, белье, а также скот.

Дочери(тютярет)счжт&л.ись членами семьи.После выхода дочери замуж родители теряли на нее права, они переходили к мужу и его родителям.

Таким образом, карельская большая семья в основных своих чертах напоминала семейную общину у русских.

На протяжении длительного времени внутри большой семьи происходил процесс складывания новой общественной формы — малой семьи. В последней четверти XIX в. в связи с интенсивным проникновением капиталистических отношений в карельскую деревню особенно активно началось разделение больших семей. Уже в предреволюционное десятилетие господствующей формой становится малая семья. Разделам способствовали и такие факторы, как отход крестьянского населения на промыслы .

Выделившиеся малые семьи жили самостоятельно, однако между членами разделившейся большой семьи поддерживались тесные родственные связи. В силу установившейся традиции старики-родители оставались в семье младшего сына, который вел хозяйство сам, но при решении важных экономических вопросов обычно обращался за советом к отцу.

В прошлом у карелов встречалось, хотя и довольно редко,примачество. Зятя «принимали», если родители уже состарились, не было сыновей, а для ведения хозяйства требовался мужчина. Кличка кодавявю (букв.— «домашний зять») сохранялась за зятем-примаком на всю жизнь. В семье жены он не имел решающего голоса, в деревне чаще всего был известен под фамилией или прозвищем жены.

За годы Советской власти процесс распада больших семей в Карелии становится еще более интенсивным. Меняется и положение женщины, получившей равные права с мужчиной во всех сферах общественной жизни. Изменилось экономическое положение семьи. Все взрослые стали работать в колхозах, на лесопунктах, и тем самым получили экономическую самостоятельность.

Широко распространились, особенно после войны, смешанные в национальном отношении браки. Наиболее интенсивно процесс этнического смешения проходит в лесных поселках и городах. Очень часты браки между карелами и русскими или белорусами.

В прошлом карельская девушка стремилась выйти замуж как можно раньше, не только потому что после рождения сына она становилась более полноправным членом семьи мужа, получала защитника в его» лице, но и потому, что остаться в «старых девах» считалось в деревне боль- тим позором. Брачный возраст у карелов на рубеже XIX — XX вв. колебался для мужчин от 20 до 30 лет, для девушек — от 17 до 26 лет. Предпочтение, отдававшееся ранним бракам, находит свое объяснение в стремлении получить в дом работницу. Теперь девушки вступают в брак (по среднему подсчету) в 22 года, средний брачный возраст мужчины 25 лет.

Основной формой заключения брака у карелов является гражданский брак, регистрируемый в сельском или поселковом совете. Венчание в церкви ныне встречается очень редко.

В манере поведения и обычаях карельской молодежи, относящихся к досвадебному периоду, имелось много любопытных и по происхождению» архаичных черт, например питкякижа («длинная игра»). У карел-ливви- ков юноша с любимой девушкой после праздничного гулянья могли постучать в любой дом деревни, и их должны были впустить, причем хозяева стелили для них постель, которой они, впрочем, не пользовались. Молодая пара могла пробыть в избе до утра, а затем, не предупредив хозяевf уйти. О ночном «визите» на утро становилось известно всей деревне, а парень с девушкой считались помолвленными.

Среди карельских девушек широко бытовало стремление к сохранению и утверждению своего лемби — девичьей чести, достоинства, привлекательности, «славутности» (доброй молвы). У калининских карелов с лемби был связан обычай «доставать славу» при поднятии нового колокола на колокольню. Девушка должна была зубами оторвать ворсинку от веревки, на которой поднимали колокол. Считалось, что девушка «достает свою- славу», что добрая молва о ней разнесется, как колокольный звон, далека за пределы деревни.

Если в старину выбор супруга зачастую не зависел от чувства, то- теперь молодые люди сами выбирают себе спутника жизни. В наше время свадебная обрядность очень упростилась. На территории Карелии можно* выделить три формы свадебного торжества: свадьба с сохранением некоторых элементов традиционной обрядности, вечеринка, имеющая наибольшее распространение, комсомольская свадьба.

Карельская традиционная свадьба чрезвычайно близка к северновеликорусской. Как и у русских, старинный свадебный ритуал карелов носил коллективный характер. В свадьбе участвовала значительная часть населения деревни не только в качестве гостей, но и сватов (сеуатту), дружек (дружкат), плакальщиц (иянениткея — букв, «голосом плачущая»), поезжан (муддайжет) и т. п. Следует заметить, что почти вся свадебная терминология карелов русского происхождения.

Важную роль в свадебном обряде играли магические элементы, часто» видоизмененные позднейшими представлениями и обычаями. Магические и символические действия сопровождали расставание невесты с родным домом, семьей, с подругами, вступление в новый дом и семью. Целью магических действий было обеспечить благополучие новой семьи, ее материальный достаток.

На карельскую, как и на северновеликорусскую свадьбу некоторых районов, приглашался своего рода специалист по магии —колдун (тие- дойниекку в южной части Карелии, патъвашка — в северной), причем на карельской свадьбе колдун был официальным лицом, фактически руководил всей свадьбой и, как удачно выразился этнограф Г. X. Богданов, если «...свадьбу сравнить с кораблем, то патьвашка, несомненно, являлся! бы ее капитаном». Как и у русских, на свадьбе родственники кладут в особую тарелку на столе деньги для молодых «на обзаведение». Вместе с тем карельская свадьба отличается некоторыми особенностями. Например, у карелов существует обычай «подмены» невесты, т. е. жениху, когда он приезжает за невестой, предлагают сначала других девушек и лишь после этого выводят невесту. На свадьбе вместо «горько» кричат «топпу он» («соринка есть»).

В современной свадьбе сохраняются некоторые черты традиционной обрядности: устройство свадебного стола у невесты, а затем у жениха, обычай «подмены» невесты, определенные правила поведения родственников, соревнование в устройстве стола между родней жениха и невесты, встреча свадебного поезда стрельбой из ружья в воздух и горящими факелами, понимаемые ныне как стремление «оказать честь молодым». В качестве игрового момента сохраняется обычай обсыпания молодых ячменем, разостланная шуба, «заставы», торжественный перевоз приданого невесты и др. Следует отметить роль крестной матери и старшего брата невесты в современном свадебном обряде, восходящую, вероятно, к обычаям далекого прошлого. Активное участие в современной свадьбе принимает общественность.

Наряду с указанными традиционными моментами в свадебной обрядности карелов появились новые черты. Отмерла религиозная сторона обряда — венчание заменилось записью в загсе. Теперь на свадьбе не причитают и не только на самой свадьбе, но и в предсвадебное время поются веселые песни. Жених и невеста веселятся вместе с гостями. Современный свадебный обряд значительно короче, оживленнее. Никаких утренних обрядов после свадьбы не соблюдается. «Девишники» и ритуальные «бани» отошли в прошлое. Если кто-нибудь их и устраивает, то только ради шутки.

Совершенно по-новому устраивается комсомольская свадьба. Она свободна от всяких предрассудков, пережитков магических обрядов, свойственных традиционной свадьбе. Инициатива в устройстве свадьбы принадлежит комсомольской организации, которая одновременно чествует жениха и невесту как хороших работников и активных комсомольцев. В противоположность традиционной свадьбе родственники жениха и невесты делают общий подарок молодым. Комсомольские свадьбы чаще всего устраивают в рабочих поселках.

У верхневолжских карелов в семейном быту много общего как с северными карелами, так и с русским населением. Однако большая семья распалась у них значительно раньше, чем в Карелии. В отличие от северных карелов при разделе семьи у верхневолжских карелов вначале строили дом для отделяющегося сына и лишь после этого делились.

В настоящее время семьи верхневолжских карелов в деревнях малочисленны— два—четыре человека, многие члены семьи давно уехали в города или большие села, где работают на промышленных предприятиях, однако поддерживают тесную связь с родственниками, приезжают в отпуска и т. п. Свадебная обрядность у верхневолжских карелов была такая же, как у северных, теперь часто устраивается свадьба-вечеринка. Еще раньше, чем у карелов КАССР, здесь получили признание смешанные в национальном отношении браки, причем дети от них обычно считаются русскими. Поэтому русский язык уже давно проник в семью, хотя во многих семьях говорят и по-карельски.

Современная общественная структура у карелов такая же, как и у других народов Советского Союза. Основная масса населения карельских деревень — рабочие совхозов или подсобных хозяйств, леспромхозов, значительная часть карелов живет и работает на лесопунктах.

У карелов, как и у других народов нашей страны, действенную активизирующую роль играют партийные, профсоюзные, комсомольские и другие общественные организации. Большое участие принимают карелы в работе советских государственных органов, в производственных совещаниях и т. д. В лесных поселках и крупных деревнях созданы и работают добровольные народные дружины, товарищеские суды. Не представляют в этом отношении исключения и верхневолжские карелы.

У карелов в прошлом очень сильны были пережитки дохристианских верований, которые частично еще сохраняются до настоящего времени среди представителей старшего поколения. Так распространены воззрения, будто весь мир населен духами-хозяевами: леший (меччахине), водяной (ведехине), домашние духи, в особенности покровители дома и хозяйства (эмянда, ижанда, лиявейниекку).

С верой в духов связано много поверий и обычаев. Например, в хлеву убирали навоз особой деревянной лопатой, а не вилами, «чтобы не поранить покровителя скота». Важной особой у карелов был колдун (тие- дойниекку), которого обязательно приглашали, например, когда весной в первый раз выпускали на выпас скот, чтобы колдун дал «отпуск» пастуху для сохранения стада от нападения медведя, или когда кто-либо серьезно заболевал или заблудился в лесу.

Некоторые рощи считались священными. Запрещалось что-либо приносить оттуда домой, тем более рубить там деревья и даже сучья. В рощах совершали жертвоприношения (резали овец и там же съедали мясо). С принятием православия на месте прежних языческих жертвенников в рощах ставили часовни, посвященные христианским «святым», чаще всего «покровителям» скотоводства —Егорию, Власию, Флору и Лавру и др. Большое развитие у карелов имели культ мертвых и почитание умерших. Трижды в год в установленные дни ходили с плачем на могилы, захватив с собой еду, часть которой съедали, а часть оставляли на могилах.

Устраивали поминки (муйстайзет) после смерти и на девятый, двадцатый и особенно на сороковой день, так как считалось, что покойник после этого окончательно покидает землю. В наше время поминание умершего в эти дни часто практикуется, но карелы говорят, что отмечают это по, традиции — «ведь так еще и старики делали».

С рождением ребенка у карелов было связано также много обычаев и представлений. Беременная женщина скрывала даже от родственников приближение родов, уходила в хлев и чаще всего там рожала. Пуповину ребенка, если это был мальчик, закапывали в хлеву, если же девочка — то засушивали и хранили за притолокой входной двери, «чтобы девушка была славутной». При тяжелых родах женщину опускали на лесенку, ведущую в «каржину», так как, по поверью, здесь была захоронена старшая женщина рода, она и должна была облегчить роды.

При строительстве дома соблюдался обычай класть под большой угол деньги, капельку ртути, которую закладывали в стволик глухариного пера и затыкали зерном ячменя. Когда поднимали коньковое бревно, следили, чтобы кто-либо не ударил его топором, иначе в доме якобы не будут жить мужчины.

У верхневолжских карелов существовали такие же верования, как и у северных. Следует отметить, что некоторые элементы верований у них сохранились значительно дольше, чем у северных карелов, например празднование дня кегри (кегрипяйвя, 21 ноября ст. ст.). В этот день кто-либо из жителей одевался «плохонько», закрывал лицо или надевал маску. Там, где было много детей, кегри с утра приходил под окно и пугал их. В это утро хозяйки пекли для кегри блины, к этому дню каждая девочка должна была выпрясть хотя бы немного пряжи, «чтобы можно было показать кегри». У северных карелов о кегрипяйвя уже давно не помнят даже старики.