Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Средства передвижения и транспорт эстонцев. Обмен и торговля
Этнография - Народы Европейской части СССР

Важнейшие сухопутные транспортные средства эстонцев с самого начала тесно связаны с сельским хозяйством, а водные — с рыбной ловлей. С возникновением городов в XIII—XIV вв. начались и перевозки крупных торговых грузов в основном по воде. U состоянии наиболее важных сухопутных дорог стали серьезнее заботиться лишь в XVII в., но качество их и в XIX в. оставалось плохим. Вследствие этого перевозки по суше осуществлялись преимущественно в зимний период — по санному пути. Крестьяне вплоть до третьей четверти XIX в. выполняли тяжелую гужевую повинность; на своих лошадях возили обозами сельскохозяйственные продукты, которые помещики отправляли зимой за сотни километров — в Таллин, Ригу, Петербург и т. д. Только строительство железных дорог (первая линия Таллин—Петербург начала действовать в 1870 г.) положило конец долгим обозным поездкам.

Древними упряжными животными в Эстонии были вол и лошадь. Волы до XIX в. использовались при пахоте и для коротких хозяйственных перевозок повсеместно, за исключением узкой юго-восточной полосы (восточная часть совр. Выруского и Пыльваского районов). Волов запрягали обычно попарно при помощи ярма (ike) затылочного типа, прикрепленного к рогам. По распространению этого очень древнего типа ярма Эстония, юго-западная часть Финляндии и Литва представляют собой последние остаточные области Северной Европы, куда оно пришло из Средиземноморья, видимо, при посредстве народов Центральной Европы (древних славян).

Использовать волов в Эстонии перестали в связи с интенсификацией сельского хозяйства и появлением новых сельскохозяйственных орудий во второй половине XIX в., причем в более развитых сельскохозяйствен- ных районах юга Эстонии это произошло быстрее, чем на севере. Последние случаи использования волов крестьянами в северо-западной части страны относятся к 1940-м годам.

Лошади в Эстонии до сего дня запрягаются, как правило, поодиночке, с дугой и оглоблями. Эстония вместе с остальной Прибалтикой и Финляндией образует западную пограничную область широкой территории применения дуги в Восточной Европе. Также и эстонскй^ хомуты по их расширяющейся внизу нагрудной части относятся к восточноевропейскому типу. Запряжка с дугой настолько привычна и характерна для Эстонии, что даже современные железные плуги, бороны и сельскохозяйственные машины, требующие парной запряжки, припрягаются к лошадям зачастую, особенно на западе Эстонии, при помощи дуг. На западе Сааремаа такая парная дужная запряжка была издавна типичной и для гелег и саней, впрочем за последние полвека и там стала обычной общеэстонская однолошадная упряжка. На мызах во второй половине XIX — начале XX в. применялись большие пароконные ломовые телеги, запряженные без дуги.

Дровни (regi) встречаются в Эстонии двух конструктивно сильно отличающихся типов. В материковой Эстонии (исключая крайний северо- запад) распространен восточноевропейский тип дровней с высокими головками, гнутыми вязьями, соединяющими копылья, с грядкой, насаженной на копылья, первая пара которых сопряжена с головками саней при помощи прутьев-стуженей. На островах и в северо-западной части Эстонии распространены дровни меньших размеров, с низкими головками, с копыльями, связанными перекладинами на шипах, на которые свободно опираются грядки. Грядки прикреплены к полозьям деревянными скрепами. Подобный тип дровней был когда-то широко распространен в Европе, но в наши дни уцелел только в отдельных местах Эстонии, западных районах Финляндии, кое-где в Скандинавии и в Альпах. В Эстонии начиная с середины XIX в. этот тип дровней сильно оттеснили дровни восточноевропейского типа, которые благодаря заимствованной у русских широкой грузовой раме оказались гораздо эффективнее западного типа саней. С 70-х годов стали применять дровни с железными подрезами.

В это же время стали оковывать и телеги (vanker), которые ранее совершенно не имели железных частей. Характерной эстонской рабочей повозкой была телега с четырьмя колесами, тогда как по соседству в Финляндии, в Ленинградской и в северных частях Псковской обл. старым типом крестьянского колесного транспорта была двуколка. Телеги в Эстонии были также двух типов. Старинные западноэстонские телеги имели неподвижно соединенные оси и подушки. Для облегчения поворота центральная грядка (лисица), соединяющая переднюю и заднюю ось, состояла из двух соединенных скрепой частей. Восточноэстонская телега повертывалась благодаря подвижной связи передней оси и подушки. В XX в. в связи с промышленным изготовлением телега этого типа проникает и на запад Эстонии.

В прошлом сельское население, особенно беднота, передвигалось как правило, пешком. Длительные пешие переходы и путешествия были часты еще в конце XIX в. Например, известный эстонский художник Анте Лайкмаа пришел учиться в Дюссельдорф из Риги пешком. До середины XIX в. часто ездили верхом в простом деревянном седле. Зимой ездили на дровнях или санях (saan). По всей материковой Эстонии зажиточные крестьяне пользовались особыми ездовыми санями с кузовом из луба, которые по своей конструкции не отличались от восточноевропейских дровней. Во второй половине XIX в. они сменились различными новыми типами саней. На рубеже XIX и XX вв. крестьяне все больше используют для езды обычные дровни, на которых ставилась заимствованная у русских решетчатая спинка. Специальные выездные телеги распространились в зажиточных слоях крестьянства только во второй половине XIX в. При этом на юге стала особенно популярной линейка, обычная и у латышских крестьян. С появлением кованых телег быстро стала исчезать верховая езда; с первых десятилетий XX в. ее окончательно вытеснили велосипеды.

Поскольку охота в Эстонии уже столетиями имела очень скромное значение, то и лыжи, старинное средство передвижения охотников, в XIX в. были редки и сохранялись в основном в районах крупных лесных массивов. Эстонские лыжи относятся к особому южному типу, они широкие, короткие, без желоба на нижней поверхности и без палок. Современные спортивные лыжи распространились лишь после первой мировой войны. В наши дни ходьба на лыжах — один из наиболее популярных массовых видов спорта в Эстонии. В конце XIX в. кое-где на северо-западном побережье мальчишки бегали на коньках из берцовых костей коровы или лошади. Когда-то такие коньки служили важным средством передвижения при охоте на тюленей со льда, а также при зимнем подледном лове рыбы.

Во внутренних водах рыбаки пользуются (отчасти и в наши дни) очень старыми типами лодок: обычны дощатые плоскодонки, а кое-где на юго-востоке Эстонии можно иногда еще видеть долбленые челноки. У сету, как и в сопредельных русских районах, встречаются двойные соединенные между собой челны. На более крупных западноэстонских реках, в бассейнах Пярну и Казари, изредка используются еще долбленые из осины легкие челны с гнутыми бортами, в 5—6 м длиной. Эстония, Латвия и Финляндия являются западной частью огромной области распространения этого типа лодок, характерного для народов Северо-Восточной Европы и Сибири.

Бескилевые озерные лодки, распространенные в бассейнах Чудского озера и оз. Выртсъярв, по конструкции идентичны с лодками северо-запада России, и до начала нашего века строились обычно русскими мастерами. На Чудском озере и на реках Эмайыги и Нарве местные русские предприниматели перевозили объемные грузы, главным образом дрова, на больших ладьях с громадным рейковым парусом. Последние старые ладьи уничтожили фашистские оккупанты в дни Великой Отечественной войны. В настоящее время для транспортировки грузов пользуются баржами на буксирной тяге.

Эстонские морские суда однотипны с судами других народов побережья Балтики. Эстонцы побережья до XIII в. пользовались, очевидно, большими судами, сходными с кораблями викингов.

От периода феодализма жители эстонских берегов унаследовали только небольшие лодки, борта которых на время дальних морских поездок повышали, надставляя две-три дополнительные доски. Такие лодки обычно находились в общей собственности четырех-пяти дворов. На них совершались смелые путешествия не только в прибрежных водах, но и за море, в Финляндию и Швецию.

С 1860-х годов XIX в. во многих местах побережья стало развиваться кораблестроение. Быстро росли местные грузовые перевозки — камня, дров и пр. в Ригу, Таллин, Пярну, Вентспилс и т. д. Прибрежные крестьяне начали строить и парусники для дальних плаваний, на которых эстонские моряки совершали торговые поездки по Северному морю и Атлантике. Наиболее важным центром кораблестроения было побережье Хяэдемеесте на юго-западе Эстонии, где на латышской границе в Хейна- сте (Айнажи) в 1864 г. была основана морская школа. В период расцвета эстонского кораблестроения в 1899—1904 гг. на побережье было построено 74 больших парусника. Вслед за этим кораблестроение и мореходство эстонских поморов стали быстро отступать на задний план, вытесняемые растущей конкуренцией пароходов, а также вследствие падения цен за транспортировку грузов. Особенно сильный удар эстонскому морскому парусному флоту был нанесен первой мировой войной, во время которой погибла большая его часть.

В наши дни в деревне еще сохраняются прежние типы дровней и телег, хотя с каждым годом и в сельскохозяйственном транспорте растет значение тракторов и автомашин. Для индивидуальных коротких поездок выездные сани и особенно телеги употребляются редко, а еще недавно господствовавший велосипед вытесняется мотоциклами, мотороллерами и легковыми автомобилями.

В междугородной связи, помимо железных дорог, все большее значение приобретают многочисленные автобусные линии. Эстонская дорожная сеть густая и содержится в хорошем состоянии, с каждым годом заметно растет число асфальтированных автомобильных дорог. Широкое развитие получил регулярный воздушный транспорт. Если раньше западные острова осенью и весной во время плохого льда оказывались надолго изолированными, то теперь обеспечена их непрерывная связь с материком.

Показатели грузового и пассажирского движения на душу населения в Эстонии выше средних показателей по СССР. Медленнее развивался водный транспорт, который особенно сильно пострадал в Отечественную войну. Однако в последние годы торговый флот Эстонской ССР заметно увеличился и модернизирован, значение этого дешевого вида транспорта опять быстро растет.

Обмен и торговля

Даже в условиях натурального хозяйства, господствовавшего до середины прошлого века, крестьянин выменивал или покупал некоторые товары, которые он сам не производил, и продавал небольшое количество своей продукции. Не говоря уже о соли и железе, крестьяне покупали отдельные предметы одежды и украшения, например шелковые ленты, платки, тесь- МУ> бусы, нитки, крючки и т. д.

В XIX в., уже в его первой половине, количество и ассортимент покупных предметов постепенно возрастает. Все чаще приобретаются железные инструменты, утварь, элементы одежды — шапки, обувь и некоторые продовольственные товары, особенно по праздникам (сельдь, сахар* чай, кофе, крупчатка, рис, изюм и сладости).

Обмен в разных формах производился и между самими крестьянами. Как уже упоминалось, вплоть до начала XX в. крестьяне меняли у прибрежного населения зерно на рыбу, у древоделов — на деревянную посуду, у причудских огородников— на лук и цикорий.

Своеобразной формой меновой торговли было так называемое партнерство («сябрщина»), сложившееся с давних времен и сохранявшееся вплоть до 30-х годов XX в. между крестьянами северо-восточной части Эстонии (Вирумаа) и финскими рыбаками. Безземельные и малоземельные финские рыбаки северного побережья и островов Финского залива из года в год меняли в Вирумаа рыбу на зерно. У каждой финской рыбацкой семьи была среди вирумаских крестьян семья, с которой они по старому обычаю считались друзьями, или «сябрами» (эст. sober). Только с ней или во всяком случае при ее посредничестве производился обмен. Финские сябры приходили в определенное время на своих лодках. К ним навстречу на побережье выходили эстонские сябры. Сначала происходил обмен подарками: финны дарили сушеную на бересте рыбу, кусковой сахар, финские булки, трубки, табак; эстонцы в свою очередь — яйца, овечью шерсть, чулки, варежки. После этого начинался обмен товарами. Четверик (четверть бочки) соленой салаки шел за двойной объем зерна. Эстонские и финские сябры ездили друг к другу в гости. Своих сябров имели на материке и эстонские рыбаки с островов.

Странствующие торговцы-коробейники (harjukesed, harjuskid, букв, «щетинщики») были по преимуществу русские из Псковщины или из волжских и даже из более отдаленных губерний. Торговали они обычно с осени до весны. Свои товары они возили зимой на ручных санках, в остальное же время года носили на спине в коробе. Продавали коробейники в основном различный мелкий товар: вязальные спицы, иглы, нитки, красители, перстеньки, бусы, шелковые ленты, тесьму, головные щетки разные лекарства и т. п. Многие щетинщики меняли свои товары на щетину, чему и обязаны своим прозвищем. С середины XIX в. щетинщики начинают все чаще продавать, кроме мелочей, хлопчатобумажные ткани: материю для чепцов и передников, ситцы, шелковые платки и пр. В конце XIX в. в деревне спрос на ткани все возрастает, и многие торговцы начинают ездить с маленьким возом товаров. К концу XIX в. появились отдельные странствующие торговцы из эстонцев. Кроме всего прочегог они торговали книгами. С возникновением на рубеже XX в. лавок в местечках и деревнях странствующие торговцы исчезают.

Земледельческую продукцию крестьяне сбывали главным образом городским купцам, а свой скот и немногочисленные ремесленные изделия продавали или меняли обычно на ярмарках. Ярмарки устраивались в старину по определенным традиционным дням в городах и местечках. В XIX в. число ярмарок выросло во много раз. Их стали устраивать не только в городах и около церквей, но и около корчм, принадлежавших мызам. Пайде славился конной ярмаркой, местечко Вяндра — скотной; в посаде Калласте на западном берегу Чудского озера в марте проводилась большая так называемая Ледовая ярмарка, на которую с западного и восточного побережья озера съезжалось много русских и эстонских крестьян, чтобы закупить себе все нужное на лето. На ярмарках появлялись авинурмские древоделы со своей посудой, прасолы и мясники, купцы с городскими товарами, русские коробейники, латышские ткачи и токари, еврейские торговцы жестяным товаром, ситцами и обувью. Обязательно на каждую ярмарку приезжали и цыгане-барышники.

Ярмарка со своими старыми традициями издавна предоставляла и желанную возможность для развлечений и встреч с близкими и дальними знакомыми и родственниками. Поэтому она носила характер большого народного праздника с различными увеселениями. На ярмарках собирались скоморохи, вожаки с медведями, гадалки, часто устраивались карусели. В XX в. небольшие местные ярмарки стали исчезать.

После первой мировой войны возникли уже и в сельских центрах большие магазины. Многие из них были кооперативными и действовали на капиталистических началах. Они обслуживали главным образом сельскую верхушку.

В современных условиях торговля и принципиально, и по размерам оборота резко отличается от прежней, капиталистической торговли. Опираясь на быстро развивающееся промышленное и сельскохозяйственное производство всего Советского Союза, советская торговля в Эстонской ССР доводит все умножающиеся по количеству и разнообразию товары до местного потребителя. Сеть магазинов как в городах, так и в деревнях из года в год растет и модернизируется.

Наряду с государственной торговлей быстрыми темпами расширяется кооперативная. Ее товарооборот в Эстонии с 1950 по 1961 г. вырос примерно в три раза. Огромный рост торговли в республике обусловлен не только неуклонным увеличением социалистического производства, но одновременно и несравнимо с прежним повысившимся уровнем благосостояния и покупательной способности трудящихся. Росту товарооборота способствует и то, что в деревне резко сократилось мелкое домашнее производство. Сельские жители приобретают самые различные хозяйственные товары: мебель, фабричную обувь и одежду, а также значительную часть пищевых продуктов: хлеб, мясо, колбасу, масло, сыр и др. Село, как и город, предъявляет широкий спрос на книги, музыкальные инструментыг радиоприемники, телевизоры, различные электроприборы и пр. Повышение благосостояния и культурного уровня видно хотя бы из того факта, что в 1961 г. сельское население Эстонии купило мебели более чем в 10 раз и радиоприемников и музыкальных инструментов более чем в 7 раз по сравнению с 1950 г.

Торговля в Советской Эстонии является, как и во всей стране, одним из важных факторов в ликвидации бытовых различий города и деревни.

Товарооборот Эстонской ССР охватывает преимущественно пять республик — Российскую федерацию, Украину, Латвию, Литву и Белоруссию. При этом более двух третей его приходится на РСФСР (в первую очередь на Москву и Ленинград).

Основные статьи ввоза в Эстонию из других республик Советского Союза составляют различные пищевые и вкусовые продукты (сахар, рис и др.), товары текстильной и швейной промышленности, металлоизделия, топливо, автомашины, тракторы и др. В братские республики вывозятся в свою очередь эстонские ткани, трикотаж, изделия швейной промышленности, пищевые продукты (рыба, рыбные консервы, масло и т. д.), а также химикалии, электромоторы, мебель, радиоаппаратура и др.