Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Семья у латышей
Этнография - Народы Европейской части СССР

Для начального периода феодализма в Латвии была характерна большая семья. Агрессия немецких захватчиков в XIII в. прервала естественный ход развития латышской семьи. В XIV— XV вв. происходил массовый сгон крестьян с земли, сносились целые деревни, их запашка присоединялась к землям имений, а крестьянские семьи расселялись по хуторам, среди болот и лесов. Такая политика помещиков разрушала сельскую общину. Распространение подворного землепользования приводило к отмиранию общинных связей. Крестьянский двор являлся основной производственной единицей. Помещики препятствовали дроблению крестьянских наделов, а в силу этого и крестьянских семей, так как большесемейные коллективы лучше могли выполнять барщину и вести свое хозяйство.

Только с разрешения помещика крестьянин мог основать новый двор или разделить старый. Поэтому в крупных дворах обычно жили большие семьи, состоявшие из родственников по отцу. Однако членами двора могли быть и не родственники, это были батраки, «пушелниеки» — совладельцы, назначавшиеся в тот или иной двор помещиком. Главой семьи и двора являлся старший в семье мужчина. Однако по усмотрению помещика мог быть назначен хозяином двора не только любой другой член семьи, но и кто-нибудь со стороны. Положение младших родственников хозяина по существу мало отличалось от положения батраков.

Развитие капиталистических отношений подрывало патриархальный характер больших семей. Нередко родственники, в действительности уже жившие отдельными семьями, юридически считались одной семьей и входили в один двор лишь потому, что помещик не давал согласия на раздел.

Развитие капитализма в Прибалтике уже к середине XIX в. повлекло за собой значительное социальное расслоение крестьянства.

Преобладающую часть, более 3Д всего крестьянства, во второй половине века составляли безземельные, работавшие по найму у помещиков и сельской буржуазии. Часть безземельных крестьян уходила в поисках работы в города. Подвижной образ жизни сельских и городских пролетариев, отсутствие у них недвижимой собственности содействовали исчезновению патриархальных отношений и разрушению остатков большой семьи. У безземельных крестьян и городского пролетариата господствующей формой была малая семья. Отдельные большие неразделенные семьи существовали вплоть до середины XIX в. лишь среди зажиточного крестьянства. В Латгалии, в силу особых исторических условий (с 1561 по 1772 г. она входила в состав Польши, а затем Витебской губ.), развитие экономических отношений шло несколько иным путем; она позднее стала на капиталистический путь развития. Поэтому здесь дольше держался замкнутый патриархальный быт, обусловивший сохранение большой семьи. Пережиточно большие семьи существовали в Латгалии еще во второй половине XIX в. Они состояли из ближайших родственников по отцу, чаще всего — из семей нескольких братьев. Численность их достигала 10—15 человек.

Преобладающей формой семьи в XIX в. была малая семья, которая состояла из супружеской пары и неженатых детей, а также одного, реже — двух престарелых родителей. Для латышской семьи, особенно в период буржуазной диктатуры, как в городе, так и в деревне характерна мало- детность.

Главой семьи и собственником всего имущества был отец или старший в семье мужчина. Его слово было решающим как в хозяйственных вопросах, так и во внутрисемейных делах. Глава семьи распределял работу, руководил соблюдением требований культа — возглавлял домашнюю молитву, следил за аккуратным посещением церкви членами семьи и за их поведением. Однако свою власть он, как правило, сохранял лишь до тех пор, пока оставался юридическим хозяином усадьбы. С передачей прав домохозяина наследнику, он часто оказывался на положении неработоспособного и нежелательного иждивенца.

В Латвии, за исключением Латгалии, хозяйство отца переходило к одному, обычно старшему сыну, остальные наследники получали свою долю деньгами. Нередко отец в счет причитающейся сыну наследственной доли обучал его ремеслу или давал образование. Такие факты особенно участились к концу XIX в. в семьях состоятельных крестьян. Младшие сыновья уходили в города или пополняли ряды сельского пролетариата, нередко шли в примаки. Примачество в латышской деревне было широко распространено.

В Латгалии существовал обычай делить хозяйство отца на равные доли между всеми сыновьями. Это вызвано как местной традицией, так и экономическими, причинами: в Латгалии преобладали мелкие крестьянские хозяйства, носившие вплоть до начала XX в. полунатуральный характер. Крестьяне не имели достаточных денежных средств для выплаты наследникам их доли и вынуждены были дробить хозяйства. Характерно, что с усилением социальной дифференциации латгальского крестьянства, особенно в годы буржуазной диктатуры, богатое крестьянство, чтобы не ослаблять хозяйство, стало переходить к майоратной системе.

Положение женщины в латышской крестьянской семье было зависимым. Она не считалась равноправной с мужчинами наследницей. Наследственную долю дочерей составляло приданое: выходя замуж, они получали соответственно возможностям хозяйства несколько голов скота, обычно одну корову, одну-две овцы и сундук (во второй половине XIX в.— шкаф) с запасом одежды, белья и тканей, а дочери богатых крестьян нередко и лошадь. Только дочь — единственная наследница — получала все хозяйство отца. Имущественное неравноправие женщин сохранилось ш в буржуазной Латвии.

В рабочей среде положение женщины было более независимым. Этому способствовало участие женщины наряду с мужчиной в общественном труде и самостоятельные заработки. Дёвушки на отложенные деньги готовили себе приданое (в основном из тканей фабричного производства). Однако в рабочей среде приданое имело меньшее значение, чем в крестьянской.

Развитие частнособственнических отношений в крестьянской семье периода капитализма привело к тому, что регулирование всех имущественных вопросов оформлялось документально. В дарственных до мелочей оговаривались права и обязанности родственников по отношению друг к другу, по содержанию престарелых родителей. Содержание нетрудоспособных стариков-родителей возлагалось на наследника. Во многих семьях родители спокойно доживали свои дни, окруженные почетом и заботой со стороны детей и внуков. Бывало, однако, и так, что наследники смотрели на престарелых родителей как на обузу, плохо кормили и одевали их, а иногда и вообще отказывали в содержании. Чтобы обеспечить старость, старик-отец при передаче хозяйства сыну нередко в письменной форме оговаривал за собой право пожизненного пользования небольшим огородом. В собственности матери, как правило, оставалась корова, поскольку она входила в ее приданое. Брат-наследник обязан был снабдить сестер приданым при выдаче их замуж. Незамужние сестры имели право до конца своих дней жить в доме брата, однако участь их обычно была незавидной, они находились на положении даровых батрачек. В семьях рабочих вопрос содержания родителей чаще решался путем устной договоренности между родственниками.

Социальная дифференциация крестьян оказывала большое влияние на семейную жизнь, в частности на заключение браков. Материальный фактор при этом нередко играл решающую роль, особенно у зажиточных крестьян. Браки заключались преимущественно между лицами, принадлежащими к одной социальной прослойке. Средний брачный возраст для девушек был примерно 25 лет, для мужчин — 30 лет. Для неимущих групп он был еще выше. Среди батраков и батрачек, а также фабричных работниц много было несемейных.

В браках между людьми различного имущественного положения нередко значительна была возрастная разница супругов — девушки из бедняцких семей, надеясь улучшить свою жизнь, выходили замуж за пожилых состоятельных крестьян, часто вдовцов. В рабочей среде браки по расчету встречались реже.

При заключении брака в первой половине XIX в. и ранее большая роль в выборе жениха и невесты принадлежала родителям, прежде всего отцу. Особенно сильно это чувствовалось в районах с католическим населением, в районах распространения лютеранства молодежи предоставлялась большая самостоятельность. Браки заключались, как правило, между людьми одного вероисповедания.

Семейная жизнь латышей вплоть до начала XX в. сохраняла много традиционной обрядности, связанной с христианскими религиозными представлениями и с дохристианскими верованиями.

С вторжением в XIII в. в Прибалтику немецких крестоносцев латыши были насильно крещены. Однако христианство долгое время воспринималось латышами формально, а в быту они продолжали придерживаться, несмотря на преследования властей и церкви, старых языческих обрядов. Традиционная свадьба латышей представляла собой сложный обрядовый цикл. Непременной составной частью свадебных церемоний являлось сватовство. Сваты привозили с собой обычно пиво или водку, которые распивались в случае благоприятного исхода сватовства. Основные свадебные торжества устраивались после церковного венчания сначала в доме невесты, а затем — жениха. По дороге от церкви к дому устраивались заграждения (goda varti), через которые свадебный поезд пропускали только после уплаты «выкупа» — небольшого угощения. Этот обычай в шуточной форме бытует в деревне и в наши дни. Новобрачных на пороге дома невесты встречали хлебом-солью и пивом (вином) родители, благословлявшие молодых. В первой половинеXIX в. известен еще был обряд встречи новобрачных с огнем, свидетельствующий о былой вере в очистительные свойства огня. Известно также обсыпание молодых зерном для счастливой семейной жизни. Семейная трапеза сопровождалась песнями — состязаниями «дружб» обеих сторон. В пользу новобрачных в доме невесты и жениха собирались подарки, а новобрачная делала родителям и ближайшим родственникам мужа традиционные подарки, в которые входили предметы ее рукоделия. Этот обычай сохранился и в наши дни в городе и в деревне. Невестка, как правило, и теперь дарит свекрови платье или ткань на платье, шаль, делает подарок и свекру.

В полночь обычно совершался обряд посвящения молодой в замужние женщины — надевание чепца (micosana). Свекровь снимала с новобрачной венок — символ девичества — и надевала ч*пец. В настоящее время в сельской местности надевание чепца приняло шуточную форму. В городе этот обряд существовал еще в 20—30-х годах XX в.

К вечеру первого свадебного дня, а чаще всего на второй или на третий день на свадьбу приходили ряженые (tyekatnieki), изображавшие зверей и птиц, цыган и т. д. Они развлекали гостей песнями, шутками и танцами. Ряженые приходят на деревенскую свадьбу и теперь. К числу наиболее древних обычаев, сохранившихся на свадьбах еще во второй половине XIX в., следует отнести жертвы, которые приносила молодая в доме мужа. Обходя со свекровью или мужем усадьбу, новобрачная на очаге, в бане, в клети, колодце оставляла ленты, иерчатки для «умилостивления» домашних духов, покровительствовавших семейному очагу.

Старинные свадебные обряды продолжали сохраняться в свадебном церемониале вплоть до начала XX в. и позже несмотря на враждебное отношение перкви. Служители культа строго следили за выполнением церковного венчания. Вплоть до установления в Латвии буржуазной республики только церковный брак считался законным. На введение в буржуазной Латвии наряду с церковным браком гражданского немалое влияние оказала Великая Октябрьская социалистическая революция.

С рождением ребенка и крестинами у латышей было связано много различных поверий и обрядов, призванных обеспечить ребенку счастливую жизнь. Почти до середины XIX в. крестьянки рожали в бане — особо почитаемом месте, где, как предполагалось, обитали духи, помогающие при родах. Формой поздравления роженицы и ребенка был обычай «смотрин» (raugasiet). Приходили без приглашения родные и знакомые, принято было приносить с собой подарки, главным образом еду — масло, кашу,, мясо, кисель и т. д., а также белье для ребенка. В крестные родители приглашали уважаемых людей, так как считалось, что их характер передается крестнику. Дома по возвращении из церкви устраивались праздничная трапеза, танцы, собирались подарки новорожденному «на зубок», «на мыло» ит. д.

В похоронных обрядах латышей долгое время сохранялись обычаи, восходящие к культу предков. При помощи различных обрядов стремились обеспечить душе покойника благополучие в загробной жизни и снискать тем самым его расположение. Похороны устраивали всегда очень торжественно, обходились они дорого. До конца XIX в. сохранялся обычай хоронить с покойником различные вещи, необходимые в «загробной жизни»: с мужчиной — белье, обувь, трубку с табаком, а в древности — оружие, с женщиной — нитки, пряжу и т. д. Позднее распространился обычай класть в гроб деньги.

Интересен обряд «последнего угощения»: перед выносом тела провожающих угощали вином и закусками. В более ранний период, как об этом свидетельствуют источники, относящиеся к первой половине XIX в., угощали не только провожающих, но и душу умершего, для которой ставился отдельный прибор. После погребения приглашенные возвращались в дом умершего на поминки, а всех остальных, пришедших проводить умершего в последний путь, угощали на кладбище. Этот обычай широко бытует и в наши дни. Иногда заключительная часть похорон, по желанию покойного и если он был преклонного возраста, проходила сравнительно весело, с пением, так как верили, что душе будут неприятны слезы и причитания.

В настоящее время преобладают небольшие семьи в три-пять человек. Они состоят, как правило, из супругов, двух-трех детей и одного, реже двух престарелых родителей. Женатые дети обычно ведут хозяйство самостоятельно. Главой семьи в большинстве случаев является муж. Лишь в тех семьях, где муж когда-то пришел в хозяйство как примак, жена и теперь считается главой семьи. Жены пользуются большой самостоятельностью, важные вопросы супруги решают совместно. В условиях социализма возникли новые отношения между родственниками, основанные на равноправии, любви и взаимном уважении, чуждые тлетворного влияния денег. К нетрудоспособным родителям в семьях относятся внимательно и заботливо. Полностью исчез позорный обычай заключения договоров о содержании престарелых родителей. Колхозы и государственные предприятия оказывают помощь нетрудоспособным колхозникам, а также ушедшим на пенсию.

Распределение работ в домашнем хозяйстве зависит в основном от степени занятости членов семьи. Повседневная домашняя работа — приготовление пищи, поддержание чистоты в доме, стирка белья и т. д.— является обязанностью женщин. Правления колхозов по возможности стараются предоставить женщинам такую работу, которая позволяет им находиться поблизости от дома или иметь длительный перерыв, например при работе на фермах. Во многих колхозах и совхозах организованы детские ясли и сады, в значительной степени освобождающие женщин-ма- терей от ухода за детьми. Мужчины выполняют наиболее тяжелую работу: чистят хлев, вспахивают огород, чинят инвентарь, заботятся о ремонте жилых и хозяйственных помещений, заготавливают дрова.

В отличие от единоличного крестьянского хозяйства, где все недвижимое имущество и скот, за исключением приданого жены, считалось собственностью отца, основное имущество колхозного двора является собственностью всей семьи. Распоряжаются денежными средствами родители, распределяя их на общие нужды. Во многих семьях деньги хранят в сберкассах, особенно если предполагается крупная покупка (приобретение мебели, коровы, мотоцикла и т. д.).

За годы Советской власти в Латвии коренные изменения претерпели и взгляды на брак. Ныне при заключении брака решающую роль играют личные склонности молодых людей — браки по расчету исчезли. Как пережиток встречаются браки со значительной возрастной разницей супругов. За последние годы снизился средний возраст вступающих в брак (для мужчин 24—25 лет, для женщин — 20—23 года). К числу новых явлений, распространившихся в Латвии за годы Советской власти, можно отнести заключение смешанных браков — латышей с русскими, украинцами, белорусами, эстонцами и т. д., особенно в среде рабочих. В буржуазной Латвии, правящие круги которой проводили националистическую политику, воспитывая народ в духе враждебного отношения к другим напиям, такие браки были исключением.

Новым явлением для сельского населения можно считать наличие значительного числа семей, в которых наряду с колхозниками имеются работники государственных предприятий, интеллигенция — врачи, учителя, агрономы. Это — преимущественно младшее поколение, которое только в условиях советского строя получило возможность учиться в вузах.

Молодая пара в первое время после свадьбы обычно живет у родителей одного из супругов, однако по возможности старается поселиться отдельно. Приданое почти потеряло свое прежнее значение, однако девушки всегда стараются запасти для себя белье и одежду. Во многих семьях колхозников сохранился обычай отдавать дочери, выходящей замуж, теленка или овцу. Мебелью молодожены обзаводятся самостоятельно. Дом остается тому из детей, который живет в нем вместе со стариками-родителями. Существенные изменения за годы советского строя произошли в воспитании и положении детей в семье. В прошлом родители, занятые тяжелым изнурительным трудом, не могли уделять детям много внимания. Они в первую очередь старались привить им основные житейские понятия и рано приучали их к труду. Трудовая жизнь и работа по найму детей из многих неимущих семей начиналась в семь-восемь лет. Дети в семьях трудящихся Советской Латвии окружены заботой и вниманием. У них много книг, игрушек, дети всегда чисто и аккуратно одеты. Большую помощь семье в деле воспитания детей оказывают детские сады и ясли. Громадное влияние на формирование сознания детей и развитие их умственных способностей имеют школа, пионерские и комсомольские организации.

Дети обычно несут определенные обязанности в работах по дому и на участке. Подростки, как правило, работают в каникулярное время на колхозных полях.

Становление нового быта идет по пути создания коммунистического образа жизни советских людей. В связи с этим формируются новые традиции и обычаи. Так, в республике прочно вошли в быт праздник детства, день совершеннолетия, дни памяти умерших, отмечаемые без церковного ритуала. Быстрое распространение и укрепление этих новых народных обычаев служит лучшим доказательством преобразования быта трудящихся республики. Однако в сознании людей, особенно старшего поколения, пережитки прошлого сохраняются до сих пор. Некоторая часть населения Латвии, особенно католики, продолжают придерживаться религиозных обрядов. Например, погребение умерших, особенно в деревне, производится нередко по церковному обряду.

Еще совсем недавно многие родители крестили детей, но за последние годы положение резко изменилось. Общественные организации республики проделали большую работу, чтобы праздники гражданского наречения имени ребенку получили широкое распространение и стали бы отмечаться коллективно. «Праздники детства» проводятся в колхозах и на предприятиях, где от имени общественных организаций малышам вручаются подарки и свидетельства, где записаны имя ребенка, имена и фамилии его родителей и восприемников. На праздник собираются не только родственники, но и вся общественность колхоза, совхоза или предприятия.

Весьма популярны и любимы молодежью праздники совершеннолетия, вытеснившие церковный обряд конфирмации. Впервые в республике праздник совершеннолетия юношества с участием общественных организаций отмечался в 1958 г. С тех пор это стало традицией и праздники юношества отмечаются красочно и торжественно. Общественность колхозов и предприятий ведет большую подготовительную работу по организации праздника. Для юношей и девушек устраиваются семинары, на которых их знакомят с революционным прошлым нашей Родины и успехами социалистического строительства, правами и обязанностями советских граждан, читаются доклады по актуальным для молодежи вопросам.

В день праздника молодежь поздравляют представители партийных, комсомольских и советских организаций, вручая им свидетельства о совершеннолетии, подарки и цветы.

Новые традиции все больше входят и в свадебный церемониал. В наши дни церковный брак встречается сравнительно редко. Церемония регистрации брака происходит торжественно, помещение сельсовета или загса празднично украшается, играет музыка, исполняются народные песни. Жених и невеста появляются в сопровождении родных, знакомых, товарищей по работе. Свадьбы отмечаются только в том доме, в котором новобрачные будут жить. Коллективы, в которых работают новобрачные, преподносят им ценные подарки. Нередким явлением стали так называемые комсомольские или общественные свадьбы, организацию и проведение которых полностью принимает на себя общественность предприятия или колхоза.

Новые традиции постепенно складываются и в обрядах похорон и обычаях поминания умерших. Недавно общественность республики поставила вопрос о проведении дня поминания умерших без участия церкви. Первые такие начинания нашли живой отклик в народе, и с 1959 г. почти повсеместно этот день отмечается без участия церковников. Торжества проводятся обычно в один из выходных дней, о чем сообщается в местной газете. Кладбища к этим дням убирают особенно тщательно. На кладбище приходят не только местные жители — со всей республики съезжаются люди, чьи родные и близкие похоронены здесь. День поминания умерших начинается выступлениями представителей общественности, которые вспоминают павших героев-революционеров, похороненных на этом кладбище, и людей, умерших в течение прошедшего года. Исполняются траурные мелодии. Затем собравшиеся расходятся к могилам своих близких и родных. На церковное поминание, когда священник проводит богослужение непосредственно на кладбище и по ритуалу на могилах зажигают свечи (так называемый вечер свеч), теперь ходят преимущественно только представители старшего поколения.