Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Русская керамика. Резьба по кости. Вышивка. Ткачество
Этнография - Народы Европейской части СССР

Техника ажура имела широкое распространение и в ряде других видов народного декоративного искусства, в частности, в резьбе по кости.

Изделия из моржовой (или мамонтовой) кости или, как говорили в старину, из «рыбьего зуба» имели распространение в северных районах расселения русских. В XVII—XVIII вв. центром костерезного искусства становятся Холмогоры. Ввиду дороговизны материала и крайне трудоемкой работы резчиков эти изделия были доступны лишь очень богатым людям. В аристократической среде того времени особенно были в моде драгоценные иконы из резной кости, изящные ларцы и секретеры, облицованные пластинками из нее, туалетные приборы, веера и другие предметы роскоши. Туалетные коробочки, декоративные вазы и кубки сплошь покрывались легчайшим кружевным орнаментом, в котором причудливо сливались элементы городских стилей с местной народной орнаментикой. Завитки в стиле рококо великолепно компоновались с близкими им по трактовке растительными завитками, а фантастические животные, заимствованные с запада,— с мифическими существами русских сказок. Получившийся в результате этих слияний орнаментальный стиль получил широкую известность под названием «холмогорского», или «северного барокко». В XIX в. большое влияние на холмогорскую резьбу оказал русский ампир, как и барокко, обогащенный местной народной орнаментикой. Многие холмогорские мастера-резчики передавали свое искусство из поколения в поколение. Из их среды вышел ряд скульпторов, известнейшим из которых был Ф. И. Шубин.

Керамика

Одним из древнейших видов русского художественного ремесла является художественная керамика, производство которой было распространено повсеместно. Высокие узкогорлые кринки, кумганы и квасники, приземистые горшки и миски, кружки и рукомойники были непременной принадлежностью русского быта как в деревне, так и в городе. Сосуды изготовлялись из глин различных оттенков на гончарном круге, обжигались и затем для прочности томились, обваривались или покрывались глазурью. По совершенству и отработанности форм многие из этих сосудов уже сами по себе часто были предметами искусства. Помимо этого, посуду часто украшали тисненым орнаментом и росписью в виде простейших геометрических мотивов, сложной растительной орнаментикой или жанровыми сценками. Крупными центрами русского керамического промысла в конце XVII—XVIII вв. были Ярославль, Ростов, Москва, Гжельская волость Московской губ. и примыкающие к ней районы. Ростов и Ярославль производили главным образом декоративные изразцы с рельефом и росписью. Роспись в виде трав и фигур наносилась по белой эмали одним или несколькими тонами и часто сопровождалась пояснительными надписями. В гжельском промысле первоначально было налажено производство майоликовой посуды и игрушек, а с начала XIX в.— посуды и игрушек, скульптур из фаянса и фарфора. Тарелки, блюда, миски, кувшины и квасники из майолики расходились в громадном количестве по всей стране. По своим стилистическим особенностям гжельская керамика являлась органическим слиянием народной техники (контурный абрис, условность и обобщенность изображения, цвет) и орнаментации (растительная и животная орнаментика, жанр) с новыми городскими стилями. Наряду с росписью фарфоровые изделия украшались и скульптурой. Тематика скульптурных изображений была разнообразна — птицы, животные, крестьяне, занятые различной работой, сатирические статуэтки в манере, аналогичной сати рическим изображениям в других жанрах народного искусства. Одной из популярнейших скульптур этой группы были штофы в виде монаха или монаха-сластолюбца, несущего на спине спрятанную в снопе женщину.

Интереснейшие декоративные сосуды выпускались и в другом керамическом центре — Скопине Рязанской губ. Скопинская керамика по своим формам и характеру орнаментации отличалась ярким своеобразием. Излюбленнейшими мотивами ее были змеи, медведи, хищные птицы, фантастические драконы, туловища которых составляли корпус сосуда, уста — горло, а конечности — его ручки. Изображения на этих сосудах решались в довольно экспрессивной динамической манере. Иногда они дополнительно сопровождались простейшим орнаментом и покрывались цветной свинцовой глазурью, чаще всего зеленого или коричневого цвета. Богато была представлена в Скопине жанровая тематика с сатирическим изображением военных, чиновников и других представителей господствующих классов. Скульптурные сатирические изображения особо характерны для липецкой керамики (Тамбовская губ.), среди которой встречались даже портретные шаржи на представителей царской династии. В Липецке, Скопине, Гжели, а также в курской и тульской керамике существенное место занимала игрушка. Крупнейшим центром ее производства была также Дымковская слобода близ Вятки, где производилась всемирно известная вятская игрушка. Образование там игрушечного промысла было связано со старинным обрядовым весенним празднеством — свистуньей, бытовавшим вплоть до XIX в., во время которого на ярмарке тысячами распродавались свистульки и другие игрушки (фигурки крестьянок, птиц, коней, оленей и других животных, куклы-барыни, куклы-няньки, штатские и военные франты и т. п.). Яркая цветистая роспись (круги, полосы и зигзаги ярких тонов) придавали вятской игрушке особенную праздничность.

Вышивка

Одна из прекраснейших страниц русского народного изобразительного искусства связана с искусством украшения тканей, издавна используемых в быту как для одежды, так и для украшения жилища. В убранстве жилого помещения широкое распространение имели декоративные полотенца. Они служили для обрамления божниц (набожники) и украшения горницы (пакрючники). Особенно большое количество их развешивалось вдоль стен во время свадьбы. Вышитыми полотенцами, но попроще, перевязывали сватов, дружек и других ведущих участников свадьбы.

В женской одежде вышивка обрамляла ворот рубах, оплечье, запястья, вырез сарафана, а также украшала нарядные передники, подолы рубах и юбок. Более тщательно вышивались девичьи и женские головные уборы. Мужская праздничная одежда также украшалась вышивкой (ворот, грудь, подол и рукава рубах). Швы и нитки, которыми выполнялась вышивка, были очень разнообразны. Для украшения одежды и декоративных полотенец первоначально применялся шов набором стежков различной длины, называемый в ряде мест швом по мелкому, характерный также для белорусов (шитье процягом) и украинцев (шитье нызъю). Широкое распространение имели также двухстороннее шитье различных видов, бытовавшее в ряде районов вплоть до 30-х годов XX в., гладь по счету ниток, мелкий крестик (Рязанская, Тамбовская, Вологодская губернии), а кое-где и шов тамбуром, попавший на Русь издревле с Востока, но вошедший в быт только во второй половине XIX в. Для украшения одежды использовались главным образом геометрические мотивы — квадраты, ромбы, «крючья», звездчатые фигуры и различные комбинации из них. В первой половине XIX в. вышивка по холсту выполнялась преимущественно красной нитью, и только в отдельных районах (например в Олонецкой, Тверской и еще некоторых губерниях) была многоцветной. В целом для многих районов оставалась характерной излюбленная гамма (в северных губерниях до конца XIX в.— красно-белая; в южных губерниях — преимущественно красно-зеленая). Интересную локальную разновидность южнорусской вышивки представляет вышивка Шацкого у. Тамбовской губ. Она выполнялась плотным двухсторонним крестом или гладью столь густо, что холщевая основа делалась совершенно незаметной. Эта вышивка по своеобразной технике и красно-коричнево-черной гамме, расцвечиваемой отдельными нитями серебряного, голубого, красного и желтого цветов, имеет много общего с вышивкой проживающей поблизости мордвы.

Севернорусская вышивка на полотенцах и подзорах в значительной степени сохраняла вплоть до XIX в. швы и мотивы, восходившие к глубокой древности. На холсте, вышитом преимущественно двухсторонним швом, красной нитью изображались геометрические орнаменты, а также сценки, фигуры людей, птиц и животных. Тематические композиции чаще всего имели трехчастное построение. Центром их обычно являлась женская фигура, по бокам которой изображались всадники. Эти сюжеты, по предположению некоторых ученых, отразили дохристианский культ женского божества плодородия — образ языческой богини-матери. В северной вышивке часто встречается также мотив дерева с конями или птицами, расположенными по его сторонам, изображения льва, барса, единорога, птицы-сирина, известных еще в искусстве раннефеодального периода. В ярославской и новгородской строчевой вышивке по выдерганному холсту, выполняемой белой ниткой по белому сетчатому фону, преобладают сюжеты жанрового характера, нередко отражающие сцены из помещичьего быта XVIII—XIX вв., народно-бытовые мотивы (женские фигуры в сарафанах и кокошниках), а также изображения различных зверей, птиц и рыб. Геометрический орнамент в северной строчевой вышивке широко применялся для украшения скатертей, покрывал и женских рубах, дополнял сложные многофигурные сцены вышивок на полотенцах.

В конце XIX в. в вышивку одежды и декоративных полотенец проникает ряд городских мотивов и, в частности, получивший повсеместное распространение узор розы, выполнявшийся строчкой или крестом (кре- стецкая, владимирская строчка).

Для центральных и южнорусских областей более типичны геометрические узоры, отличающиеся большей яркостью и многоцветностью, чем узоры северной вышивки. Одной из наиболее интересных по орнаментальному решению вышивок среднерусской полосы является красочно-декоративная цветная перевить, получившая особенное развитие в Смоленской, Калужской, Орловской и Тульской губерниях.

Золотое я жемчужное шитье

Большое развитие у русских получило золотое шитье, которое применялось не только для церковных облачений, в дворянском и купеческом костюме, но и в народной среде в качестве украшения праздничной, свадебной одежды и главным образом головных уборов (очелья сорок, позатыльники, полики рубах, платки, безрукавки и т. д.). Во многих узорах золотого шитья использовались народные рисунки—дерево, птицы, коньки, розетки, кроме того, изображались вазоны, растительные завитки, гирлянды, заимствованные из московского городского искусства XVI—XVII вв. Очагами золотошвейного дела являлись монастыри и отдельные промысловые центры (например в Торжке Тверской губ.).

По запасам речного жемчуга в XVI—XVII вв. Россия была самой богатой страной в Европе. Больше всего его вылавливали в северных реках, благодаря чему жемчуг как отделочный материал широко использовался в одежде всех слоев общества. Особенно богато и нарядно были расшиты жемчугом парадные головные уборы женщин северных губерний — кики, кокошники, девичьи челки, повязки, коруны. Шитье жемчугом применялось для отделки парадной одежды духовенства и церковной утвари. В XVIII в. в связи с падением добычи жумчуга широкое распространение получили его заменители — колотый перламутр, белый бисер и стеклярус, а в южных губерниях, где носили многоцветные головные уборы из тканей, парчи и галунов,— цветной бисер.

Кружево

Использовались бисер и жемчуг также и в кружевном деле — особенность, характерная только для русского металлического кружева. Кружево, сплетенное из злато-серебряных нитей, входило как отделочный материал в одежду высших классов России в XV —XVII вв. В это же время, по всей вероятности я народном быту, имело распространение нитяное кружево, вязавшееся по счету петель (численное кружево). Оно употреблялось для обрамления полотенец, подзоров, передников и других предметов одежды и обихода. В XIX в. появилось кружево сцепное, выполнявшееся по специальным узорам — сколкам. Особенно широко его плетение было развито в Туле, Балахне, Вологде, Белозерске, Ростове и в ряде районов Московской, Ярославской, Рязанской, Тульской, Тверской и Орловской губерний. Товарное кружевоплетение первоначально было сосредоточено в помещичьих мастерских и находилось под сильным влиянием Запада; западноевропейские образцы (типа валансьен, брюссельских, брабантских) копировались и воспроизводились русскими кружевницами.

Наибольшее развитие этот художественный промысел получил во второй половине XIX в. Особую известность приобрели вологодские кружева, которые повсеместно стали известны в России и неоднократно получали почетные дипломы и премии на международных выставках. Благодаря своей красоте и своеобразию вологодское кружево становится предметом вывоза даже в страны с таким развитым кружевным производством, как Франция и Бельгия. Плели вологодское кружево чаще всего из одноцветных белых ниток. По легкому сетчатому фону многопарного кружева выводили причудливый узор геометрического или растительного характера, выполненный более плотно сдвинутыми нитями. В орнаментации рязанского кружева преобладали геометрические мотивы. Многоцветность и красочность, характерная для южнорусской орнаментации в целом, отразилась и на расцветке кружев, часто исполняемых в два или даже три цвета.

Набойка

Существование набойки на Руси отмечается еще в XII в. Узорные набойные ткани первоначально стоили очень дорого и употреблялись главным образом в быту высших слоев, для изготовления церковного облачения, знамен и шатров; в народном костюме они использовались только в качестве отделки.

У набоек XVII—XVIII вв. чаще всего окрашивался (в серый и ко- ричнево-красный тон) фон ткани, узор же благодаря нанесению на ткань состава, препятствующего осаждению краски, оставался не закрашенным. В XIX в. получила распространение синяя (кубовая) краска, по которой набойные мастерские получили название синилъни. В это время набойка дешевеет и широко входит в народный быт. Узоры набивных тканей XVIII, и особенно XIX в., разнообразны. Среди них можно было встретить орнаменты геометрического типа, развитую растительную орнаментику, а также изображения птиц, зверей и всадников. Постепенно обогащается и цветовая гамма. Особой нарядностью отличались ткани для сарафанов, расцвечиваемые поверх кубовой набойки ягодками ярких, чаще всего красных и желтых цветов.

Ткачество

Домашнее ткачество было развито вплоть до Великой Октябрьской революции повсеместно, за исключением районов, расположенных близ крупных городов и промышленных центров. Простейшие пониточные ткани и продукция различных видов сложного ткачества (вранье, выборы) украшались геометрическим орнаментом, чаще всего в виде клеток или шашечек, ромбов и крестообразного орнамента. Сочетание тонов в них обычно было контрастное: синий с желтым, красный с зеленым и т. п. Особой красотой отличались узорные ткани, применявшиеся для понев, юбок, запонов молодых женщин, а также для декоративных полотенец. Узор полотенец, служивших для украшения божниц и горниц, подбирался особенно тщательно. Он состоял из ряда параллельных, тонко подобранных по цвету и орнаменту полос, часто дополнялся ручной вышивкой и кружевом. В орнаментации тканых полотенец (на севере — белых, а в южной полосе — многоцветных) вплоть до начала XX в. сохранился ряд геометрических мотивов, идущих от глубокой древности,— ромбов, квадратов и крестообразных фигур различной сложности. Эти орнаменты в одинаковой мере были распространены в ткачестве, плетении (например в плетеных поясах) и в вышивке.

Существенную роль в украшении интерьера сельского жилища играли домотканые половики и коврики. Материалом для них служила грубая льняная или конопляная пряжа и лоскутки, а на юге России — шерсть. В Курской, Воронежской, Тамбовской и Рязанской губерниях искусство ковроделия достигло высокого уровня и превратилось в подсобный промысел. Особой известностью пользовались курские безворсовые ковры (попонки, постилки), а также махровые ковры, употреблявшиеся как покрывала и насундучники. В XVIII — первой половине XIX в. преобладали безворсовые ковры типа мерных дорожек, украшенные геометрическим орнаментом, ковры с круговыми каймами и симметрично расположенным орнаментом геометрического типа и более сложные по композиции ковры с несимметричным орнаментом. К концу XIX в. становится господствующим растительный тип орнаментики. Трактовка значительно изменилась. Под влиянием фабричных тканей и, в частности, изделий ситценабивных фабрик, побеждала более натуралистическая тенденция в передаче растительных мотивов, что сказывалось, особенно в трактовке отдельных элементов узора («розы», «тюльпаны», «маки»). В начале XX в. спрос на ковровые изделия упал, товарное производство их сократилось, но домашнее ковроделие в упомянутых областях сохранилось.

Богатейшая сокрови щница русского народного искусства послужила цочвои, на которой выросло профессиональное искусство во всех его разновидностях — живопись, графика и так называемое прикладное искусство. Архитекторы, художники и скульпторы не только черпали из народного искусства отдельные мотивы; на него опирались целые направления русского искусства. Характерные черты русской жанровой живописи складывались не без влияния народной живописи и, в частности, лубка. Народная бытовая тематика находила отражение и в других видах профессионального искусства, например в скульптуре, среди каслинских изделий из чугуна, в продукции ряда фарфоровых заводов (например изделия завода Гарднера). Несомненен также и факт обратного влияния профессионального искусства на народное.

В конце XIX — начале XX в. народные мастера в ожесточенной борьбе за существование были зачастую не в силах творчески перерабатывать городские образцы, слепо копировали их, не согласуя с материалом, его фактурой и формой предмета. В результате этого в народное искусство, и особенно в его товарную продукцию, вошло много безвкусных образцов в аляповатом псевдорусском стиле и стиле модерн. Народные приемы и орнаментика продолжали господствовать в традиционных, в том числе и связанных с крестьянским бытом изделиях.