Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Русская одежда. Традиционная одежда сельского населения
Этнография - Народы Европейской части СССР

Русская традиционная одежда сложилась в основных чертах в докапиталистический период. Возникновение некоторых ее основных особенностей связано с формированием культуры еще древнерусской народности и восходит к очень отдаленным временам.

Традиционная одежда сельского населения

В эпоху феодализма изменение традиционной народной одежды шло довольно медленно, но с развитием капиталистических отношений она подвергалась существенным изменениям. К XIX в. русская традиционная одежда, сохранявшаяся в основном в крестьянской среде, подверглась изменениям, в особенности с развитием отходничества, которое оказывало существенное влияние на быт деревни.

Значительнее всего различалась одежда крестьян Севера (Архангельская, Вологодская, Новгородская, Костромская и другие губернии) и Юга (центральных черноземных губерний, а также Рязанской, Калужской и др.), хотя и в северных и в южных губерниях основные черты ее были общими.

Мужская одежда, более единообразная, чем женская, почти повсюду состояла из рубашки — косоворотки и нешироких штанов. Шили их из белого холста или крашенины — пестряди. Рубаха была прямого покроя с небольшим стоячим воротником или по-старинному — голошейкой, т. е. без воротника. В праздник молодые люди из более состоятельных крестьянских семей надевали косоворотки из ярких покупных тканей, плисовые шаровары, заправляли их в сапоги с голенищами, собранными «гармоникой». Иногда деревенские щеголи носили серебряную серьгу в одном ухе. Бороду в дореформенной деревне обычно не брили. Волосы подстригали в кружок и носили шапки, валяные из овечьей шерсти (коричневые грешневики> или черепенники, похожие на цилиндр). Зимой носили шапки на меху, иногда с ушами (^треух, малахай). Верхняя одежда мужчины состояла из кафтана (зипуна, сермяги, понитка). Наиболее зажиточные крестьяне шили верхнюю одежду из покупной ткани. Эта одежда плотно запахивалась на левую сторону и застегивалась на крючки или пуговицы. Наряду со старинной цельнокроенной одеждой (с клиньями по бокам) стала распространяться одежда с отрезной спинкой и с борами, т. е. со сборками от талии. Кроме того, носили суконную одежду в виде длинного, расширяющегося книзу халата, имевшую различные названия — армяк, азям, свита (Орловская, Калужская губернии), однорядка (Сибирь). Зимой носили овчинные шубы, более короткие полушубки (шившиеся чаще отрезными в талии и с борами) и длинные, широкие, как халаты, овчинные тулупы, с цветным кушаком, обычно надевавшиеся в дорогу поверх шубы. Мужская одежда у разных групп казачества была сходна по покрою с украинской одеждой и одеждой соседних восточных народов. Рубаху шили с разрезом посредине груди и носили заправленной в широкие шаровары. Большое влияние на мужскую одежду оказала военная форма казаков, в которую в свою очередь вошли элементы местной народной одежды: черкеска, бурка, шапка-кубанка и др. Одежда русских в Сибири наряду с общерусскими чертами имела свою специфику, вызванную тем, что русское население Сибири пополнялось из разных областей России. В частности, своеобразие мужской одежды проявлялось в рубахе с прямыми поликами (плечевыми вставками), характерной для белорусов и украинцев, и широких штанах.

В женской одежде наиболее ярко выделялись два типа — северно- и южнорусский. Общей для всех областей была рубашка с поликами и воротом в сборку. В этом заключалось существенное отличие русской женской рубашки от туникообразной рубашки соседних финноязычных народов (мари, мордвы, удмуртов). В северных губерниях рубахи шили с прямоугольными вставками (с прямыми поликами) из холста, кумача, ситца. Рукава, плечи, ворот рубашки (т. е. части, которые не закрывались сарафаном) украшались вышивкой или тканым узором. Часто украшался и подол рубахи, так как переднюю полу сарафана нередко поднимали и подтыкали у пояса. Особенно богаты и ярки были праздничные рубахи молодых женщин. Крестьянки северных губерний (Новгородской, Архангельской, Вологодской, Ярославской, Костромской и др.) поверх длинной холщовой рубашки надевали сарафан. Сарафан обязательно подпоясывался тканым поясом, высоко под грудью или низко под животом. Крестьянские сарафаны были нескольких типов. Наиболее древний тип с цельным передним полотнищем и широкими проймами, иногда с фальшивыми откидными рукавами, опускавшимися сзади у проймы, назывался шушун, сушпан, сукман. По покрою и названию он близок к болгарским сукманам, что свидетельствует о его древности. Шушун, сукман у русских шили преимущественно из красного или синего сукна. В середине XIX в. его носили в немногих местах (Псковской, Новгородской, Олонецкой губ.), главным образом старухи. Наиболее распространенным в это время был сарафан клинник — косоклин- ный сарафан, распашной, застегивавшийся спереди сверху до подола на металлические пуговицы. Шили его из кумача или китайки, из крашенины и сукна. Лишь в более богатых семьях, особенно на севере, в Поморье, в торговых поволжских городах и селах их шили из шелковой, а иногда из парчовой ткани. Сарафан прямого покроя на лямках под названием «круглый», «московский» был более поздней формой. В XIX в. он постепенно вытеснил клинник и другие более старые типы сарафана. Для «круглого» сарафана брали главным образом узорчатую ткань: ситец, набойку, пестрядь, а более богатые — атлас, штоф, кашемир. Поэтому в зависимости от материала сарафан называли атласник, штофник, кашемирник, песпгрядилъник, кле- пговник.

С сарафаном в праздничные дни замужние женщины на севере носили нарядные головные уборы — кокошники, чёлки, венцы и др. Наиболее богатые из крестьянок, а также купчихи в городах, шили койошники из дорогих тканей (например, парчи) и украшали их настоящим жемчугом. Более бедные шили бусовые кокошники, украшенные поддельным жемчугом. Сравнительно дорого стоившие венцы и кокошники тщательно берегли и передавали по наследству из поколения в поколение.

На севере и на юге в одежде отражалось не только социальное, но и семейное положение крестьян. Особенно ярко это проявлялось в головных уборах и прическах женщин. Обычай требовал, чтобы у замужней женщины волосы были тщательно закрыты головным убором. Обычно замужние женщины носили повойник, или кичку, сверху которой надевали сороку — вышитый чехол из холста или кумача. Замужние женщины расчесывали волосы на пробор, заплетали две косы и укладывали на голове, тщательно пряча волосы под сороку или кокошник. Показаться «простоволосой», т. е. с непокрытой головой, считалось для русской крестьянской женщины позором, «грехом». Прическа девушек состояла из одной косы; в нее вплетались так называемые косники — цветные ленты, подвески из бисера. Более древним нужно считать ношение волос распущенными; этот обычай сохранялся в XIX — начале XX в. только в свадебном обряде, когда невеста отправлялась под венец с распущенными волосами. Девушки носили головной убор в виде обруча, круга или венца, в виде перевязки-ленты, при этом верх головы оставался открытым. Зимой они покрывали голову платком. В праздники на севере женщины носили ожерелья из янтаря и местного жемчуга, добывавшегося в северных реках.

В южнорусской деревне замужние женщины поверх рубахи с косыми поликами, перехваченной поясом, надевали поневу — своеобразную юбку из шерстяной клетчатой, большей частью, синей ткани, собранной у пояса на вздержку. Надевание на невесту поневы перед свадьбой сопровождалось известным обрядом. Южнорусская понева — растополка (Орловская, Калужская, Курская губернии) состояла из трех шерстяных полотнищ, полы которых не сшивались друг с другом и образовывали щель сбоку или спереди. Впсследствии в поневу стали вшивать четвертый кусок другой, однотонной холщовой или бумажной ткани (прошву). Такая понева называлась в народе глухой (Тульская, Рязанская, Тамбовская, Воронежская, Пензенская губ.). Спереди, поверх рубахи и поневы повязывался холщовый вышитый фартук (занавеска, запон), который укреплялся выше груди или надевался через голову. В большей части южнорусских губерний поверх рубахи носили нагрудник — короткую одежду прямого покроя с рукавами или без них из холщовой или тонкой шерстяной домотканой материи (на- вершник, шушун, шушпан, касталан, сукман).

Для южнорусских крестьянок характерным головным убором была кичка, имевшая часто форму рогов. В отличие от кокошника она была сложным убором, состоявшим из твердой части (кичка, рога), на которую надевали чехол из ткани (сорока), украшенный вышивкой; сзади подвязывали позатылъ- ник из ткани с длинной бисерной поднизью.

Праздничный наряд молодой женщины в южнорусской деревне дополняли бисерные гайтаны, жерёлки и другие шейные и нагрудные украшения, а также низанные из разноцветного бисера подвески и украшения из птичьих перышек; пучки Селезневых перьев (кудри) и павлиньрг перья прикреплялись у висков, а шарики из белого гусиного пуха (пушки) — к ушам.

Женский русский костюм в XIX в. был очень красочен, особенно в южнорусских областях. Крестьянки украшали его вышивкой и ткаными узорами, умело сочетая их с кумачовыми вставками, с нашитыми полосками шнура, лент, позумента, блесток и пр. Женская верхняя одежда была сходна с мужской. Как на севере, так и на юге женщины одевались в сермяжные кафтаны, зипуны, овчинные полушубки, тулупы и т. п.

Распространенной обувью крестьян дореформенного периода, особенно в южных областях, были лапти, изготовлявшиеся преимущественно из липового лыка. От украинских и белорусских лаптей они отличались «косым» (диагональным) плетением и формой — их делали с закругленными носами (головками). Лапти носились с онучами из холста или сукна и привязывались к ноге веревочками или шнуром (оборами). Из коры березы плели, кроме того, босовики, ступни в виде башмаков, которые носили чаще на босу ногу и не привязывали к ногам. В некоторых районах, особенно в центральных черноземных губерниях, во второй половине XIX в. лапти составляли не только будничную, но и праздничную и обрядовую обувь; венчали и хоронили в лаптях. Праздничные лапти назывались писаные и отличались мелким плетением, покрывавшим головки лаптей. Местами (северо-западные губернии, Кубань, Поволжье) носили поршни — обувь, сделанную из одного куска кожи; их укрепляли на ноге при помощи веревки или ремешка. Праздничную обувь составляли сапоги с высокими голенищами (русские сапоги). Они были дороги и доступны не всем в деревне. Среди казачества была широко распространена кожаная обувь разных типов (в особенности сапоги). Крестьянские женщины по праздникам носили грубые кожаные туфли — коты с вязаными чулками своей работы. Валеная обувь без голенища или с суконным голенищем известна была издавна, но делать валяный сапог целиком (с голенищем) первыми научились кустари Семеновского у. (Нижегородской губ.) в начале XIX в. Затем производство валенок широко распространилось по России.

Кроме южно- и севернорусского комплексов женской крестьянской одежды, известен западнорусский традиционный комплекс. В Смоленской и некоторых соседних с ней губерниях вместо кички или кокошника женщины нередко носили полотенчатый головной убор (iширинку, наметку), поневу не из трех, а из двух полотнищ, по покрою сходную с белорусской поневой и украинской плахтой. Понева местами была вытеснена полосатой шерстяной юбкой, андараком. Андарак и белая суконная свита, которую носили в Смоленской губ., характерны и для белорусов.

В среднерусской полосе (Московская, Владимирская, Тверская и другие губернии) женская одежда была более близка к одежде северной деревни, так как там господствовал комплекс с сарафаном, хотя ранее, в XVIII — начале XIX в., там еще бытовала понева. В XIX в. сарафан (под названием шубка) стали носить и в южнорусских областях, где преобладала понева.

В результате перемещения служилых людей и переселений крепостных крестьян помещиками на юге образовывались более или менее значительные группы населения, сохранявшие долгое время традиционную одежду тех мест, откуда они были переселены. С переселением служилых людей из центральных областей на юге еще в XVI — XVII вв. распространились сарафан и кокошник, а из западных районов — тип женского костюма, состоявший из рубахи с большим отложным воротником, поверх которого одевалась полосатая юбка (андарак).

Подобные же явления наблюдались у казаков, сформировавшихся из русских выходцев из разных областей и включавших также неславянские элементы. У донских казаков бытовало несколько типов женского костюма: у верховых казачек можно было найти поневу и рогатую кичку, местами — сарафан и кокошник; на среднем и нижнем течении Дона широко бытовали распашное платье прямого покроя с широкими рукавами, надевавшееся поверх рубашки (кубелек), и головной убор в виде вязаного колпака, сходного с головным убором татарок. В одежде уральских казачек господствовал комплекс с сарафаном. У терских — было много общего с одеждой кавказских горцев, у кубанских казачек также были свои отличия в одежде (домотканная, иногда полосатая юбка и др.)*

Среди старожильческого"; населения Западной Сибири бытовал сарафан; для Восточной Сибири более характерна была юбка-сукманка. Со второй половины XIX в. переселенцы из южных областей принесли туда свою специфику одежды. В Сибири экономический уровень жизни крестьянства был выше, чем в деревне Центральной России,что сказалось на всем бытовом укладе сибиряков, в частности и на одежде. В сибирской деревне уже с XVII в. стали распространяться покупные ткани (китайские и русские), и городской костюм вытеснял другие виды одежды. В Сибири не носили лаптей, и обувь как выходная, так и будничная шилась из кожи или меха (ичиги, бродни, унты и др.). Повседневные связи кресть- янина-сибиряка с местным населением (бурятами, якутами, эвенками и др.) сильно отразились и на одежде. Русские крестьяне использовали местные виды одежды и обуви, хорошо приспособленные к сибирским условиям. Вместе с тем русская одежда оказала большое влияние на развитие одежды народов Сибири.

Вообще, русская одежда накладывала отпечаток на одежду других народов России. Русские кустарные и фабричные ткани, платки, кушаки, сапоги, полушубки, тулупы широко распространились по всем уголкам России и даже за ее пределами.

Одежда господствующих классов в России

Резкие различия в одежде разных классов русского общества особенно усилились с начала XVIII в. По указам Петра I дворяне стали носить западноевропейскую одежду. Старое русское платье разрешалось носить лишь духовенству и крестьянам. Взамен стрелецких кафтанов, колпаков и разнообразной одежды дворянской конницы Петр ввел новое обмундирование для регулярной армии и форменную одежду для гражданских чиновников по западноевропейским образцам. Каждому «чину» полагалась своя одежда, имевшая ярко выраженный сословный характер. Мундиры военных чиновников различных ведомств, учащихся (среди которых особо выделялись школы для привилегированных сословий), соответственно различавшиеся по цвету, покрою, отделке, пуговицам и т. п., являлись характерной принадлежностью быта царской России.

На протяжении XVIII — XIX вв. дворянский костюм менялся в соответствии с модой, особенно в высших аристократических кругах. Вычурные тяжелые костюмы и прически XVIII в. (с фижмами, турнюрами у женщин, бархатными и парчовыми камзолами и кафтанами у мужчин, пудреными париками и т. д.) к концу века и в первой четверти XIX в. вытеснялись более простыми (хотя и изысканными) платьем и прическами стиля «ампир», соответствующими общеевропейской моде, подражавшей античным образцам. Для женской одежды классического стиля характерна была высокая талия и прямые линии юбки. В начале 30-х годов женский костюм господствующих классов видоизменяется — лиф удлиняется, а юбка становится пышной. В 60-х годах распространяется кринолин. У мужчин с начала XIX в. обычным становится фрак, затем его вытесняет из повседневного обихода длинно- полый сюртук, а фрак остается парадной одеждой вплоть до XX в. Жилет был необходимой принадлежностью мужского костюма; короткие штаны, еще бытовавшие в первой половине века, в дальнейшем полностью вытесняются длинными панталонами.

Купцы и мещане начали постепенно переходить к ношению «немецкого платья» уже в петровское время, однако в их одежде (особенно в старообрядческих семьях) долго сохранялись черты, общие с крестьянской одеждой. В середине и даже во второй половине XIX в. «русский наряд» — сарафан и кокошник — носили еще женщины в некоторых городах России, хотя нередко и этот костюм подвергался сильному влиянию моды. Рубашку шили с открытым воротом (декольте), а юбку делали на кринолине и т. д. Мужчины носили рубахи-косоворотки навыпуск, иногда поверх рубахи — жилет и поддевку. В конце XIX — начале XX в. одежда буржуазии все более приближается к одежде дворян. В женской одежде преобладали различные моды с тугообтягивающим лифом и широкой юбкой (турнюр и т. д.), с буфами у плеча. В начале

XX в. в моду входят узкие платья, и силуэт женского костюма резко меняется. В мужскую одежду все шире входит пиджак, смокинг, визитка; характерным головным убором становится котелок (вместо ранее распространенного цилиндра). Прочно удерживается также мягкая широкополая фетровая шляпа, появившаяся в России еще со времен А. С. Пушкина, под южноамериканским названием «боливар».

Одежда трудящихся города и ее влияние на одежду крестьян

Со второй половины XIX в. интенсивное развитие капиталистических отношений в России обусловило резкие изменения в быту города и деревни. Росло городское население, изменялся его социальный состав, начал формироваться новый класс — рабочих. В городах появляется тип «мастерового», «фабричного» человека с более высокими требованиями и культурными запросами по сравнению с чисто земледельческим населением, сохранявшим еще черты патриархального быта. Одежда населения крупных центров кустарной промышленности (Кимры, Гжель, Павлово, Ворсма) уже в середине XIX в. подверглась более значительным изменениям по сравнению с крестьянской. В конце XIX — начале XX в. эти изменения стали особенно заметными. В. И. Ленин, приводя данные о развитии павловских металлообрабатывающих промыслов, писал: «Жизнь таких центров, как Павлово, сложилась совершенно по-городскому, выработав несравненно более развитые потребности, более культурную обстановку, одежду, образ жизни и т. д., чем у окрестных «серых» земледельцев»1. В обиход рабочего все более входит костюм, состоящий из «пары» или «тройки»: пиджака, жилетки и брюк из фабричного материала, которую надевали с русской косовороткой из фабричной ткани, перехватывая ее узким поясом, иногда шнуром с кистями на концах. Праздничная косоворотка была вышита на груди, по подолу и рукавам. Брюки носили заправленными в русские сапоги. Обычным становится ношение белья. Верхняя одежда состояла из пальто городского покроя конца XIX в. или характерной «поддевки» из фабричной ткани со сборами вокруг талии. В начале XX в. входит в обиход короткая прямая одежда на вате — типа пиджака. Широко распространяется картуз.

Одежда разных групп рабочих в конце XIX — начале XX в. различалась в зависимости от большей или меньшей степени связи рабочих с деревней. Имели значение и профессии, условия производства и квалификация, а в связи с этим и уровень заработка рабочего, уровень его бытовых и культурных запросов. У кадровых рабочих Москвы, Петербурга и других крупных индустриальных центров таких профессий, как металлисты и печатники, в одежде сохранилось менее всего старых традиционных черт. Передовая часть — революционные рабочие, в частности молодежь,— по своему облику и одежде мало чем отличалась от демократической интеллигенции. Праздничная одежда квалифицированных рабочих, особенно у мастеров, значительно отличалась от одежды рядовых рабочих. Они надевали, например, «сорочку» с заложенной в складки «грудью», иногда — галстуки и даже щегольскую черную «пару» или «тройку».

В ряде других отраслей промышленности, где не требовалось особой квалификации рабочих, составив не был постоянным. Они все время пополнялись за счет земледельческого населения, сохранявшего тесную связь с деревней. Это сказывалось на их быте, в частности и на одежде. На многих фабриках работали жители окружающих сел и деревень (в Павловом Посаде, Орехово-Зуеве, Егорьевске. Богородске, Ивановен др.),

Одежда женщин-работ- ниц, дочерей и жен рабочих в крупных промышленных центрах также существенно отличалась oi крестьянск ой. Помимо белья, она состояла из юбки с кофтой (блузкой) или цельного платья, но их фасоны, отделка, расцветка менялись в зависимости от моды. Текстильщицы Орехово-Зуева (Московской губ.) в конце XIX — начале XX в. в праздник надевали ситцевые или более дорогие, например, кашемировые платья (шелковые были недоступны). Шили платья сами или отдавали портнихам, которые шили по журналам мод того времени. Прически носили также соответственно моде. На голову летом накидывали шарф из легкой ткани или плетеную кружевную косынку; зимой повязывались теплым платком или шалью. Молодые девушки обзаводились зонтиками, для вечеринок покупали перчатки, недорогие веера. Вновь прибывшие на фабрику крестьянки приносили с собой свое крестьянское платье, которое быстро меняли на костюм городского типа, принятый в рабочей среде. Приобрести новую одежду при низких заработках было трудно. Только наиболее квалифицированные рабочие могли позволить себе «лишнее» в костюме.

Особой спецификой отличался женский костюм рабочих Урала. Полу- крестьянский характер хозяйства уральских рабочих в значительной мере определял бытовой уклад. Даже в конце XIX в. в среде уральских рабочих сохранялись старые черты быта, особенно у старообрядцев. В праздники женщины надевали традиционный костюм, состоявший из рубашки, косо- клинного сарафана и парчового кокошника или шамшуры — своеобразного головного убора в виде шапочки с твердым дном. Сильная кержацкая прослойка (Нижний Тагил, Екатеринбург и др.) способствовала сохранению этих традиций, которые в других рабочих центрах давно исчезли.

Под влиянием городского быта традиционный крестьянский костюм все более вытеснялся одеждой из фабричных тканей, сшитой по городской моде того времени. Женщины-крестьянки стали носить ситцевые сарафаны с лифом или шить так называемые «полуплатья» на кокетке, без рукавов, а во многих местах заменяли сарафан юбкой и кофтой, реже — платьем. Покрой одежды с кокеткой входит в быт деревни. Крестьянские женские и мужские рубашки из домотканины или фабричной ткани стали шить на кокетке. Тяжелые кички и кокошники заменялись легким повойником или сборником (чепцом из ситца), сверху повязанным платком. В деревне появились головные уборы, которые бытовали в рабочей и городской мещанской среде — наколки (род овальной шапочки на картонной основе, покрытой атласом или бархатом), файшонки (плетеные ажурные косынки). С распространением этих головных уборов волосы женщин закрывались уже не полностью. Городской костюм среди женщин-крестьянок распространялся, конечно, постепенно и далеко не везде. Изменения мужской одежды происходили быстрее и шире, особенно под влиянием отхода на промыслы. Вместо холщовых портов входили в обиход штаны из покупной ткани и плисовые (из бумажного бархата) шаровары; рубаху-косоворотку шили из покупной ткани; поверх нее надевали жилет. Большое распространение получил в деревне картуз, широко известный в городе. Зипуны и сермяги, кафтаны из домотканины стали заменяться поддевкой, чуйкой, сибиркой из фабричного материала.

Особенно стремилась в своей одежде подражать модам города в конце XIX — начале XX в. сельская буржуазия.

В связи с работой на фабрике, жизнью в городах в одежду беднейшей части крестьянства тоже интенсивно проникала городская одежда.

В целом накануне Октябрьской революции одежда крестьян разных областей России не была однородной. Наряду с городской одеждой, особенно распространявшейся в областях с интенсивным развитием капиталистических отношений, сохранялась традиционная одежда; существовало еще домашнее и кустарное ткачество, что было наиболее характерно для многих центральных черноземных и некоторых губерний нечерноземной полосы (Рязанской, Калужской и др.). Немалую роль в сохранении старинной одежды сыграли старообрядцы (Заволжья, Севера, Дона, Урала и Сибири), стойко придерживавшиеся своих старых обычаев, а также одежды.