Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Сельскохозяйственные работы у русских
Этнография - Народы Европейской части СССР

Цикл полевых сельскохозяйственных работ складывался, помимо обработки почвы, из посева, сенокоса и уборки урожая.

Зерновые хлеба сеяли два раза в год: весной — яровые, осенью — озимые. В южной части России первым из хлебов сеяли яровую пшеницу (в конце марта — начале апреля старого стиля). Самый поздний посев пшеницы совпадал с самым ранним посевом овса. Обе эти культуры сеяли, пока земля была полна влаги. Овес неприхотлив в отношении климата и почвы, но требует влаги и должен оставаться дольше всех на корню, а потому его сеяли как можна раньше («Хоть грязь топчи, а овес мечи»).

Для ячменя нужна была сухая почва. Его сеяли, когда зацветали можжевельник и калина: на юге — в первой половине апреля, а в северных губерниях — во второй половине мая, большей частью приурочйвая сев ко дню Федора-житника (16 мая). Просо требовало много тепла и хорошо переносило засуху, поэтому его сеяли в южных губерниях в конце апреля — начале мая, а в средних — в конце мая. Сев льна и конопли производили после окончания весенних заморозков. Коноплю сеяли на юге во второй половине апреля, в средней полосе — в первой половине мая. Сев льна большею частью производили в южных губерниях в конце апреля, в северных — в 20-х числах мая, приурочивая его ко дню Алены-льняницы (21 мая). Сев гречихи, очень чувствительной к весенним заморозкам, начинали довольно поздно и заканчивали к середине июня — обычно к дням Акулины-гречиш- ницы (13 июня) и Елисея-гречкосея (14 июня).

Сев озимых хлебов — ржи и пшеницы — производили в августе. Рожь старались высевать как можно раньше, так как тогда она, по мнению крестьян, лучше переносила суровую зиму.

Семена для посева употребляли лучшие, полновесные, подсушенные и очищенные (для очистки семян от примеси сорных трав семена опускали в воду).

В некоторых местностях России зерно закаляли, т. е. выставляли перед посевом «на семь утренних зорь». Для сева озимой ржи предпочитали семена последней уборки, считая их более морозостойкими.

Опыт подсказывал крестьянам целесообразность редких посевов, которые давали лучший урожай («Посеешь в крошечку, а вырастает в лукошечку», «Пересев хуже недосева»). Считалось, что ветер и сильный дождь мешали правильному рассеву; мелкий дождь, наоборот, был благоприятен.

Сеял всегда большак, старший в доме мужчина, обычно вручную, из лукошка или мешка. Сеялки в крестьянских хозяйствах даже в начале XX в. встречались редко. При севе соблюдались различные магические приемы, связанные с древними фантастическими представлениями. Семена везли в поле в незавязанных мешках, чтобы «земля не завязалась» для зерен; чтобы не было во всходах сорной травы, сеятель надевал на себя чистую одежду ит. п.

Заготовка сена для скота была ежегодной заботой крестьянина. Большая часть сенокосов после 1861 г. осталась у помещиков, часть лугов из-за малоземелья крестьяне сами распахали под зерновые культуры. Богатейшие природные сенокосы были сосредоточены в пойме Волги и ее притоковг а также в долинах северных рек. Прекрасные степные луга находились в Донской обл., Самарской и Оренбургской губерниях. Травосеяние (клевер, тимофеевка, люцерна) у помещиков начало практиковаться в XVIII в. В конце XIX в. оно было развито главным образом в капитализировавшихся помещичьих хозяйствах. У крестьян северных губерний (Вологодской, Вятской) травосеяние (тимофеевка) было известно раньше, чем оно появилось в Западной Европе, и особенно распространилось с начала XIX в.

Уборка трав начиналась с середины июня. Легче всего было косить мягкие сочные травы лугов, а суходольные жесткие травы косили только «по росе». Травы стремились убрать до «казанской» (8 июля), пока они еще не успели отцвести и потерять питательные соки. Косьбу производили мужчины косами различных типов. На севере обычно употреблялись косы с короткими ножами; в южных степных районах — с длинными и узкими. В северных губерниях на покосах, изобилующих камнями и пнями, употребляли также косу-горбушу, насаженную на короткую деревянную рукоятку. Ею косили как мужчины, так и женщины с поворотом на обе стороны (вправо и влево). Ворошили и сгребали в валы сено граблями женщины, а метали в копны — всей семьей. На севере, чтобы сено не подгнивало, стога устанавливали на помосте, на котором складывался вертикальный конус иа жердей — стожар. В южных степных районах скирды или ометы ставили прямо на землю. Уборка урожая в южных губерниях начиналась со дня Прокопия (8 июля), названного поэтому жнецом, жатвенником. В северных же губерниях рожь обычно жали с Ильина дня (20 июля); ячмень—со второго Спасова дня (6 августа), а овес—с третьего Спасова дня (16 августа).

Жатва была самым тяжелым женским трудом, и период уборки хлебов назывался страдой. В некоторых центральных губерниях существовал старинный обычай — жатву и другие полевые работы начинать всем обществом — миром. По жребию выбирали семейство, которое должно было сделать «почин жнитва». Приступая к зажину первого снопа, приговаривали «стань, мой сноп, на тысячу коп». Жатва сопровождалась различными обрядами и магическими приемами. По окончании ее на последней полосе оставляли несжатой часть овса, которую дожинала вся семья. Несколько же стеблей не срезали, и старший в семье закручивал их, приговаривая: «Вот тебе, Илья, борода, а ты пой и корми моего доброго коня», «Вот тебе, Илья, борода, а нам хлеба вороха». Один сноп сжатого овса приносили домой и для умилостивления «покровителей» скота держали его под иконой Флора и Лавра до Покрова дня (1 октября), после чего скармливали животным (Вологодская губ.).

Крестьяне убирали хлеб серпами, косами, жнейками. До 80-х годов прошлого века в большинстве губерний основным орудием при уборке урожая оставался серп. Формы серпов были очень устойчивы и мало отличались от серпов, употребляемых в X—XIII вв. С конца XIX в. уборка хлеба серпом преобладала только в северных губерниях. В остальной части России бытовала и косьба хлеба, которая в более южных губерниях даже преобладала. Косить хлеб русские стали с XVIII в., употребляя для этого обычную косу или косу с деревянными граблями (крюк).

Серпы и косы изготовлялись кустарями и заводами. Производство серпов особенцо было распространено во Владимирской губ., а кос — на Урале (Артинский завод) и в Виленской губ. (заводы Посселя). Эти косы превосходили по качеству заграничные. Однако продукция русских заводов не удовлетворяла потребности сельского хозяйства, и большое количество кос привозилось из-за границы, главным образом из Австрии. Во второй половине XIX          в. в некоторых помещичьих хозяйствах начали появляться жатвенные машины. В начале XX в. различные жнейки занимали уже значительное место в уборке хлеба у крестьян Северного Кавказа, Поволжья и некоторых южных губерний и областей. В более северных губерниях даже в начале XX    в. жатвенные машины в крестьянских хозяйствах встречались редко. На юге и в средних черноземных губерниях были широко распространены простейшие жатвенные машины,так называемые лобогрейки,или чубогрейки.

Сжатый хлеб связывали в снопы. Скошенный хлеб иногда оставляли в рядах для просушки, после чего сгребали в копны.

В северных губерниях для просушки снопы развешивали на плетнях, кольях и т. п. Обычно же снопы ставили в поле различными способами: вертикально в видъсуслона, бабки, скамейки, груды (северная и средняя полоса России) или же складывали горизонтально в крестцы, четырехугольники, кучки (южная и частично средняя полоса России). Высушенный до наступления ненастья хлеб складывали в зароды в виде продолговатых четырехугольников или в круглые с остроконечным верхом одонья. Коноплю выдергивали и, срезав семенные верхушки, вымачивали; затем сушили, мяли, трепали и чесали. Лен, шедший на семена, косили, а на волокно выдергивали. Для отделения льняного волокна от древесины лен стлали, реже мочили в болотах, озерах, реках или в специально выкапываемых мочилах. В зависимости от этих способов различали лен — стланец и лен — моченец. После этого лен белили, раскладывая его на лугу, а затем мяли, трепали и чесали.

Убранный хлеб просушивали обычно на воздухе. Но из-за климатических условий в большинстве районов расселения русских1 применяли и искусственную сушку снопов в специальных помещениях. В конце XIX в. бытовали три типа таких хлебосушилен: овин, рига, шиш.

Наиболее распространен был овин — самобытная и издавна известная у славян постройка. Овин состоял из двух помещений, разделенных пополам: нижнего — подовина и верхнего — садила. У русских было известно два типа овинов: ямный (с подовином, углубленным в землю) и верховой, в котором подовин находился на поверхности земли. Ямные овины встречались на всей территории расселения русских, но преобладали в южных и восточных районах. Верховые овины чаще бытовали в северных и западных губерниях. Обычно овин был срубным, но в южных губерниях в ямных овинах садило нередко делали из плетня, глины, камня, а подовин выкладывали камнем или просто обжигали. В подовине обычно делали печь-каменку, реже кирпичную, а в ямных овинах иногда лишь отводили место для костра— теплыни. В садиле устраивали колосники из жердей и на них ставили снопы для просушивания. Тепло из подовина поступало в садило через специальные отверстия между полом и стенами овина — пазухи и высушивало снопы. Сушку хлеба в овинах производили в октябре — ноябре, обычно ночью, чтобы к утру подготовить снопы для молотьбы.

В конце XIX в. большое распространение получили риги —однокамерные сушильни с полом, потолком, колосниками и с печью в том же помещении, где ставили снопы. Встречались также снопосушильни, в которых сочетались принципы устройства овина и риги. Риги и овины использовались, кроме того, для сушки льна, конопли, рыбы, хмеля, лука, обмолоченного зерна. В качестве хлебосушильни использовался также шиш, имевший большое распространение у народов Поволжья. Шиш состоял из ямы, где разводили огонь, и конусообразно поставленных над ней жердей, на которые клали снопы для просушки. Хлебосушильни строили на гумнах, где также складывали хлеб в снопах.

Обмолачивание происходило на току. Токи были открытые и крытые. Открытый ток представлял собой утрамбованную земляную или глиняную площадку или помост из плотно сколоченных досок. Открытые токи были широко распространены на всей территории расселения русских. В средних и северных губерниях ток делали, как правило, прямоугольной формы, в южных — круглой. Закрытые токи сооружались внутри помещения — в крытых гумнах (на севере и в средней полосе) и клунях-ригах (в южны^ районах).

Для молотьбы русские в XIX — начале XX в. применяли ручные орудия, орудия, приводившиеся в движение скотом, и машины. Молотьба хлеба начиналась с последних чисел сентября и продолжалась до ноября-декабря, а иногда и до весны. Наиболее распространенным орудием молотьбы у русских был цеп (молотило, приуз). Он состоял из деревянных ручки и била, соединенных ремнем (путцем). В западных губерниях встречались цепы, напоминающие белорусские, а у южнорусского населения — украинские. При молотьбе цепами для правильного отбивания такта требовалось определенное число рабочих. При овинной сушке ускоренные сроки молотьбы были особенно необходимы, чтобы высушенные на овине снопы не успели отсыреть. Поэтому в многосемейных домах молотили в четыре, шесть, восемь цепов. Работу эту выполняли мужчины, женщины и дети старше 12 лет. Малосемейные хозяйства производили молотьбу совместно.

Кроме цепов, при молотьбе применялись палки, кичиги, лапы. Кичига (молотилка, чап) представляла собой вырубленный из березы сук (по форме напоминающий человеческую ногу) с веткой, которая служила ручкой. Лапу делали из цельного дерева, вынутого с корнем. Из древнейших спо- собов молотьбы до XX в. сохранилось также выколачивание снопов, или хлыстание. Этот способ применялся для получения соломы на свясла и крыши и, с другой стороны, посевного зерна: снопом ударяли о края бочки, куда падали лучшие, самые тяжелые зерна, или просто стегали о козлы, стойки, стены риги и т. д. Молотьба с применением тяговой силы скота осуществлялась деревянными и каменными катками (зубчатыми или рубчатыми). Этим способом пользовались в хозяйствах зажиточных крестьян. В северных и центральных губерниях применялись катки (молотяги, молотильни, медведи) с одним, двумя или тремя деревянными валами с про* дольными рядами деревянных зубьев. Над валами находилась площадка с сиденьем для молотильщика. В юго-восточных и южных губерниях применяли каменные рубчатые катки-гарманы, обычно вделанные в четырехугольную раму. Молотили также при помощи скота, гоняя лошадей или волов, запряженных в телегу или без нее, по разостланным на току снопам.

Все эти способы молотьбы в конце XIX в. с развитием капитализма начали вытесняться молотилками (ручными, конными и паровыми). Широкое распространение получил отхожий молотильный промысел, когда кустари со своими молотилками ездили по соседним селам и даже губерниям и за плату молотили хлеб. Развился кустарный промысел по производству молотилок. Большой известностью пользовались юрьевские молотилки (Владимирская губ.). По всей России славились смыковки и рязанки (Рязанская губ.). Ручные молотилки преобладали в северном и озерном районах, конные — в Нижнем Поволжье, паровые — на Кубани. С распространением молотилок в начале XX в. постепенно упразднялась сушка снопов в овинах и ригах, так как на молотилках молотили снопы, просушенные на воздухе.

После молотьбы приступали к веянию зерна. Наиболее распространенным было веяние на ветру при помощи лопаты. Решета применяли для веяния главным образом в южнорусских губерниях. Обычно их употребляли для очистки хлеба после веяния. В некоторых районах для этого применяли проволочные решета, подвешенные на треногу (грохоты). В Тамбовской и Рязанской губерниях у крестьян в конце XIX в. очистка хлеба на грохотах была отхожим промыслом. Развитие капитализма в России вызвало во второй половине XIX в. появление ручных и конных веялок, производство которых было особенно развито в Вятской и Рязанской губерниях. Кустари-вея- лочники давали веялки на прокат менее состоятельным соседям, которые занимались веянием как промыслом.

Для хранения обмолоченного зерна служили житницы, или амбары. Стены амбаров делали из бревен, а в безлесных местностях из плетня, камня, глины, самана, мелового известняка и даже соломы, в зажиточных хозяйствах — из кирпича. Амбары делали с полом, без окон и часто без потолка. Внутри вдоль стен отгораживали сусеки для хранения разного вида зерна. В северных заволжских районах амбары строили в два и даже в три этажа. В некоторых центральных и южных областях встречался древний способ хранения хлеба в земляных ямах, обожженных внутри.

Для размола зерна и выделки крупы на всей территории расселения русских были широко распространены водяные и особенно ветряные мельницы. Изредка строились мельницы, приводимые в движение животными (лошадьми, волами). Ветряные мельницы встречались двух видов — стержневые и шатровые. Разница между ними состояла в том, что у столбовок поворачивалась к ветру вся мельница, у шатровых — только крыша с крыльями. Первые были особенно широко распространены на севере. Вторые встречались главным образом в средней полосе, на юге и западе. Водяные колесчатые мельницы ставились на реках, при искусственных запрудах, устроенных с помощью плотин. По способу подведения воды к колесу различались два типа водяных мельниц: 1) с наливными колесами, на которые вода падала сверху; 2) с пошвенными (подливными) колесами, на которые вода била снизу. На полноводных реках строились также небольшие наплавные водяные мельницы, приводившиеся в движение не падением воды, а ее течением. В холмистых и горных местностях (Пермской губ., Средне-Русской возвышенности, на Южном Урале и других местах) было много небольших водяных мельниц с вертикальным колесом простейшего устройства (мутовок).. Их ставили на быстрых ручьях без запруд и вода отводилась к ним по специальному каналу или деревянному лотку. В некоторых местах Восточной Сибири, например в Приангарье, имелись водяные мельницы — ледянки.

Их ставили на льду речек на время ледостава, а весной убирали. Мельницы принадлежали как отдельным крестьянам, так и группе домохозяев. Строительство мельниц на артельных началах особенно было распространено в Сибири. Купцы и промышленники строили крупные мельницы — крупчатки и паровые, продукция которых шла на сбыт. Такие мельницы сосредоточивались вблизи железнодорожных и водных путей, особенно много их было в Поволжье.

Хозяйственные постройки русских крестьян, по своему устройству отражавшие этнические традиции населения, были приспособлены к потребностям мелкого крестьянского хозяйства.