Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Восточнославянские языки
Этнография - Народы Европейской части СССР

Население Европейской части СССР, различное по своему этническому составу, говорит преимущественно на восточнославянских, балтийских, финно-угорских и тюркских языках.

Современные славянские языки объединяются в три большие группы: южнославянскую, западнославянскую и восточнославянскую. Одна из характерных особенностей славянских языков — их близость друг к другу, значительно большая, чем других родственных индоевропейских языков. Она объясняется не только происхождением из одного источника — праславянского языка, общего для предков всех современных славян, но также прежде всего тем, что распад единого праславянского языка произошел относительно поздно.

Общеславянская эпоха закончилась приблизительно в середине I тысячелетия н. э.; к этому времени, в результате обособления племенных образований и развития общественной жизни, особенности в языках различных групп славянства настолько углубились, что можно уже говорить о начале существования различных групп древних славянских языков.

В отличие от южных и западных славян восточнославянская языковая группа первоначально оставалась относительно цельной: языковые новообразования охватывали в равной степени всех восточных славян, и в древнейших фонетических процессах у них, по-видимому, не обнаруживалось существенных различий.

К IX—X вв. восточные славяне создали единое государство, основой которого была древнерусская народность. Языковая общность этой народности была унаследована от языковой общности восточнославянских племен (или племенных союзов) и явилась одним из факторов, содействовавших их объединению. Вместе с тем эта общность сочеталась с местными различиями.

В последующие века в условиях развивавшейся феодальной раздробленности возросла устойчивость языковой единицы—диалекта определенной территории. В эпоху более ранних племенных образований такой устойчивой языковой единицы быть не могло, ибо племена постоянно передвигались, занимая обширные территории. Это не могло не вызывать перераспределения диалектных особенностей, образования новых диалектных групп, утраты прежнего диалектного членения языка и образования нового членения. Объединение всех княжеств и создание Киевского государства привело к тому, что общность языковых судеб восточных славян, нарушившаяся в период существования отдельных племенных групп, стала после IX в. вновь возможной и вероятной. Это отразилось, например, в одинаковой судьбе общеславянских носовых гласных, которые были утрачены всеми восточными славянами уже к X в., в одинаковой судьбе у них редуцированных гласных ъ и ъ и т. п.

Язык древнерусской народности X—XI вв. характеризовался в области фонетики уже развившимся полногласием -оро-, -оло-, -ере- (на месте общеславянских сочетаний -он-, -ol-, -er-, -el- между согласными), звуками ч и ж (на месте общеславянских -£/-, -kt- и -d/-), наличием звука л (на месте общеславянских -tl-, -сМ-), сочетаниями    -з<?5- (на месте общеславянских -куё-, -gve-), неносовыми гласными ужа (на месте общеславянских о и е носовых); в области морфологии — окончанием -ъмъ в твор. над. ед. ч. существительных с древней б-основой (на месте общеславянского -отъ), окончанием Ъ в род. и вин. над. ед. ч. и в имен, и вин. над. мн. ч* слов жен. р. мягкой разновидности a-основой и вин. пад. мн. ч. слов муж. р. мягкой разновидности о-основой (при -е в южнославянских языках)г формами дат. пад. ед. ч. местоимений тобЪ, собЪ и др.

Вместе с тем в X—XI вв. язык древнерусской народности в разных районах своего распространения получал различную местную окраску. Диалектные различия постепенно накоплялись. На восточнославянском юге развилось изменение г в # в отличие от севера, северо-запада и северо- востока. На восточнославянском севере и северо-западе появилось цоканье. На узкой западной территории, возможно, сохранились в измененном виде древние сочетания -Й-, -dl-.

В укреплении единства древнерусского языка сыграла свою роль и выработка так называемого киевского койнэ. Разговорный язык Киева первоначально отличался большой пестротой. Однако постепенно возникает своеобразный сплав диалектных черт — койнэ, в котором одни черты были по происхождению южными, а другие — северными, в результате чего оно могло стать языком, удовлетворяющим потребности населения Киева в его- связях со всей Русью, что, без сомнения, укрепляло единство древнерусского народа.

Возникновение, развитие и укрепление Киевского государства вызвали развитие и совершенствование письма, нужного для государственной переписки, для развивающейся торговли и культуры.

На основе древней, уходящей в дописьменную эпоху традиции формул посольских, воинских и разного рода договорных речей, а также формул обычного права развивается литературно-письменный язык, представленный в юридических документах, древнейшими образцами которых были договоры с греками X в., Мстиславова грамота г., Русская Правда и другие документы.

Крещение Руси в 988 г. содействовало широкому развитию церковнорелигиозной письменности первоначально на старославянском языке. Язык ее на древнерусской почве постепенно проникался восточнославянскими чертами и принимал форму литературно-книжного языка, обслуживающего религиозные, церковные жанры и научную письменность того времени. Вместе с тем рано начинает развиваться и собственно древнерусский литературный язык. Он имел общенародную основу и развивался на базе дописьменной традиции, народной поэтической речи, представлявшей собой тип устнолитературного языка. В связи с тем, что процессы нормализации в эту эпоху по существу отсутствовали, все типы письменного яздка имели местную диалектную окраску.

Усиление феодальной раздробленности Древней Руси приводило к определенным изменениям в языке древнерусской народности, прежде всего к углублению диалектных различий.

Уже тогда юг и юго-запад древнерусской территории (Киев, Галицко- Волынская земля и Турово-Пинское княжество) был противопоставлен северу и северо-востоку. Но и на севере, северо-востоке и западе тоже углублялись диалектные различия, которые охватывали то широкие, то узкие территории в зависимости от исторических судеб тех или иных областей.

Памятники письменности рассматриваемого периода, ярко отражающие диалектные особенности различных территорий, написаны все же на одном древнерусском языке. В этом языке уже развиваются (или даже развились) некоторые явления, которые впоследствии стали характерными чертами отдельных восточнославянских языков, хотя говорить об образовании этих языков еще нельзя. Лишь позднее стало вырисовываться единство отдельных восточнославянских народностей, как и своеобразие отдельных восточнославянских языков. В XIV—XV вв. на базе единой древнерусской народности формируются три отдельные восточнославянские народности: русская, украинская и белорусская. И вместе с тем на базе единого древнерусского языка формируются соответствующие отдельные восточно- славянские языки. Во всех этих процессах сыграла роль разобщенность древнерусских земель, особенно усилившаяся в эпоху татаро-монгольского ига, нарушившего связи юго-запада и северо-востока Древней Руси. Известную роль в усилении диалектных отличий сыграло существование великого княжества Литовского и захваты отдельных восточнославянских районов Польшей и Литвой.

Объединение русских земель вокруг Москвы содействовало образованию и развитию языка русской народности. Оно выразилось в том, что в этот период (XIV—XVI вв.) на русской территории возникли языковые новообразования, которые охватывали все диалекты и не выходили за пределы этой территории. К таким особенностям в области фонетики относится, например, появление о иена месте слабых ъ и ъ в сочетаниях редуцированных с плавными р и л между согласными (при укр. ы, и), развитие ьш, йи в ой, ёи (ср. русск. мою, рою, при укр. мию, рию, белорусск. мыю, рыю); в области морфологии — утрата звательной формы (при сохранении ее в украинском и белорусском языках), замена свистящих задненёбными в формах склонения некоторых существительных (при сохранении свистящих в украинском и белорусском) и др.

С другой стороны, та часть древнерусских диалектов, которая оказалась за пределами Русского государства, стала жить иной жизнью и развиваться в ином направлении. На базе этих диалектов и формируются украинский и белорусский языки. То, что здесь складываются два языка, а не один, объясняется значительной разобщенностью этих территорий.

Исторические судьбы формирования русского, украинского и белорусского языков нашли свое отражение и в своеобразии лингво-географи- ческих границ между этими языками. Границу между русским и белорусским языками провести очень трудно; на пограничных русской и белорусской территориях есть очень много русско-белорусских говоров, которые образуют как бы переход от одного языка к другому. Территории к западу от Москвы долго были предметом борьбы России и Литвы, России и Польши, а потому, переходя из рук в руки, были в пределах то одного, то другого государства. Наоборот, граница между русским и украинским языками более отчетлива. Она проходит по югу Курской, Белгородской и Воронежской областей, а также по западу Ростовской обл. и охватывает территории нового заселения, которые были опустошены во время татаро-монгольского нашествия и вновь заселялись, когда русский и украинский языки уже сформировались. Что же касается границы между украинским и белорусским языками, то она так же неотчетлива, как и граница между языками русским и белорусским, что также находит свое объяснение в истории формирования этих языков на определенных этапах в пределах одного государства (польского, литовского, польско-литовского).

Дальнейшее развитие языков русской, украинской и белорусской народностей связано с перерастанием их в национальные языки, что было обусловлено развитием соответствующих народностей в нации.

Начальный этап формирования восточнославянских национальных языков относится приблизительно к XVII в., когда начинают создаваться общественно-экономические условия образования восточнославянских наций. При этом следует иметь в виду, что основные особенности фонетической системы, грамматического строя и лексического состава русского, украинского и белорусского языков сложились еще в донациональный период.

Образование национальных языков, связанное с концентрацией территорий, постепенно приводит к прекращению развития новых диалектных особенностей, хотя существующие диалекты сохраняются долго, устойчиво удерживая свои особенности.

В истории русского языка особую роль сыграл московский говор, складывавшийся первоначально как «северновеликорусский» и приобретший в своем развитии ряд южнорусских особенностей. К концу XVI— началу XVII в. он превратился в среднерусский говор, т. е. в такой, структура которого характеризуется совмещением южных и северных особенностей. На базе московского говора, или московского просторечия, а также на основе делового письменного языка Московской Руси к середине XVII в. развивается единая устно-разговорная разновидность русского языка, которая в дальнейшем постепенно распространяется по всей стране.

Московская устно-разговорная речь повлияла и на выработку форм письменной литературной речи, которая стала строиться на общенародной основе и удовлетворять все потребности общества. Это обстоятельство привело к превращению церковно-книжного письменного языка (все еще продолжавшего существовать, хотя и претерпевшего сильные изменения) в специфически культовый, церковный язык. Развитию национального русского языка содействовало и введение на Руси книгопечатания (XVI в.).

Формирование письменного литературного русского языка на общенародной основе было длительным и сложным. В процессе возникновения русской нации и создания письменного литературного языка на общенародной основе был осуществлен синтез элементов живой русской речи и книжнолитературного языка, в котором известную роль играли церковнославянизмы.

В середине XVIII в. М. В. Ломоносов создал «теорию трех штилей», в которой он ограничил употребление церковнославянизмов в письменнолитературном языке определенными условиями. Однако подлинное создание русского литературного языка на широкой общенародной основе было осуществлено А. С. Пушкиным и развито великими русскими писателями XIX—XX вв. В настоящее время русский литературный язык является не только одним из наиболее развитых славянских языков, но он служит одновременно и средством межнационального общения народов СССР и выдвинулся в число распространеннейших мировых языков.

Украинский национальный язык формировался под определяющим воздействием полтавско-киевского диалекта. На этом диалекте говорило население обширного района Украины, сыгравшего в XVII в. главную роль в важнейших политических событиях того времени.

Развитие украинского литературного языка первоначально (в XIV— XV вв.) было связано с традициями литературного языка Киевской Руси, оно характеризовалось постепенной выработкой и закреплением в письменности украинских языковых особенностей. С конца XV в. на Украине делаются первые попытки приблизить церковнославянский (славянорусский) язык к живому языку народа. Надо иметь в виду и специфичность судьбы церковно- славянского языка на Украине: в период польско-шляхетского владычества этот язык был общим для украинцев и белорусов, а также для русских, поэтому передовые люди стремились культивировать и развивать его. К концу XVI— началу XVII в. на Украине было два литературных языка: книжный церковнославянский (славянорусский), и «русский» (проста мова), образовавшийся в результате взаимодействия церковнославянского и народного языков. В 1574 г. на Украине возникло книгопечатание, которое содействовало развитию литературного языка. Воссоединение Украины с Россией еще более способствовало тому, что в украинском литературном языке возобладала национальная, народная стихия. Элементы народного языка широко стали проникать в литературные произведения XVI—XVIII вв. В становлении украинского национального литературного языка большую роль сыграло творчество И. П. Котляревского и особенно Т. Г. Шевченко, который оказал огромное влияние на все дальнейшее развитие этого языка.

Что касается белорусского национального языка, то в его развитии ведущую роль играли центральные говоры юго-западного района Белоруссии, на территории которых расположен Минск.

В XVI—XVII вв. белорусская письменность развивается весьма интенсивно. В начале XVI в. белорусский просветитель Г. Скорина осуществил первые переводы церковнославянских книг. До этого времени проникновение белорусского языка в письменность было ограничено, так как в качестве письменных языков здесь выступали не только белорусский, но и церковнославянский, польский и латинский языки.

Белорусский язык употреблялся только в юридических документах. Поэтому возникла задача распространить употребление родного языка и в другие сферы письменности. Однако в дальнейшем историческая обстановка сложилась так, что белорусский язык не получил широкого применения в письменности. Усиление польско-шляхетской власти и реакционная политика католицизма привели к полному вытеснению белорусского языка и из юридической сферы, а в 1696 г. он вообще был запрещен. Возрождение белорусской культуры и белорусского языка началось после воссоединения белорусских земель с Россией в 1772 и 1793—1795 гг. На протяжении XIX в. делались попытки закрепить белорусский язык в письменности. Однако царское правительство не позволяло белорусам пользоваться родным языком в общественной и государственной жизни. Национальная борьба белорусов особенно усилилась после 1905 г. В это время такие поэты, как Я. Кол ас и Я. Купала создают произведения на родном языке и тем самым закладывают основы современного литературного белорусского языка.

Развитие и украинского, и белорусского национальных литературных языков было сильно задержано реакционной национальной политикой царского самодержавия. Украинцы и белорусы до 1917 г. не имели собственной государственности; украинский и белорусский языки не считались даже языками: они объявлялись «наречиями» русского языка; их использование в общественной и государственной жизни запрещалось.

Только после Великой Октябрьской революции украинцы и белорусы получили самостоятельную государственность, а украинский и белорусский национальные языки — все условия для своего развития.

В языковой структуре современных восточнославянских языков есть целый ряд общих особенностей, отличающих их от языков южных и западных славян. В области фонетики такими общевосточнославянскими особенностями, например, являются: 1) наличие полногласия, т. е. сочетаний -оро-> -оло-, -ере- в корнях слов между согласными при сочетаниях -ра-, -ла-, -рё -лё- у южных и -ро-, -ло-, -ре-, -ле- у западных славян. Ср. русск. и укр. ворона, молоко, берег; белорусск. варона, малако, бераг; болг. врана, мляко бряг; польск. т1еко, brzeg; 2) наличие о в начале слова при je в других славянских языках. Ср. русск. осень, укр. осинъ, белорусск. восенъ, болг. есен, чешек, jesen, 3) произношение ч и ж на месте общеславянских tj, kt, dj при st\ zdу южных и с, dz у западных славян. Ср. русск. свеча, сижу; укр. ceiuna, сижу, белорусск. свечка, сяджуибоят. свещ {<^свешт), саждам; польск. iweca, sadzati и т. п. В области морфологии восточнославянские языки объединяются: 1) употреблением форм на -ам, -ами, -ах в дат., твор. и предл. пад. мн. ч. всех типов склонения существительных при полном или частичном сохранении древних славянских различий этих форм в разных типах склонения в иных славянских языках: ср., например, русск., укр., белорусск. столам, домам, костям и чешек, stolum, domom, Kostem;

2) отсутствием кратких форм местоимений, известных в некоторых падежах в иных славянских языках: например, в чешском языке, ср. чешек, тё, гё, её (вин. пад.), mi, ti, si (дат. пад.); 3) наличием окончания т или т в 3-м лице ед. и мн. ч. глаголов настоящего времени при отсутствии его в других славянских языках. Ср. русск. точит, укр. точить, белорусск. точыць и чешек, prosi, сербск. и т. п. Есть и некоторые другие черты такого же типа в области морфологии. В области лексики можно обнаружить целый ряд типично восточнославянских слов, отсутствующих у южных м западных славян. К таким общевосточнославянским словам относятся, например, хороший, сорок, девяносто, собака, ковш, галка, снегирь, совсем, яосде и др.

Современные восточнославянские языки близки между собою в такой степени, что русские, украинцы и белорусы могут относительно свободно понимать друг друга, несмотря на то что в языке каждого из этих народов ясть специфические слова и выражения, грамматические формы и синтаксические конструкции, а также звуки и сочетания звуков.

Наиболее устойчивая часть словарного состава, в которую входят названия ближайших родственников, наименования частей человеческого тела, названия времен года, явлений природы, наименования основных действий и качеств и т. п.— оказывается одинаковой у всех восточных славян.

Однако наряду с этим в русском языке есть слова, которых нет ни в украинском, ни в белорусском языках. К ним относятся, например, крестьянин (укр. селянин), очень (укр. дуже, белорусск. вельмг), вор (укр. злодш, белорусск. злодзей) и др. С другой стороны, в украинском языке есть такие слова, которых нет в русском: например, дитина в значении ‘ребенок5, година ‘час’, хмара стуча>. Точно так же и в белорусском языке можно найти слова, отсутствующие в русском: например, пытаць в значении Опрашивать \ тсьментк 'писатель\ радзЬма родина5, плынъ 'течение’и т. п.

В области фонетики и морфологии точно так же, наряду с общими есть и такие явления, которые отличают разные восточнославянские языки друг от друга. При этом взаимоотношения между отдельными языками восточных славян различны.

Так, например, русский язык отличается от украинского и белорусского языков следующими чертами в области фонетики: 1) в русском языке есть два тина образования звонкого задненёбного согласного: взрывной г и фрикативный х; в украинском и белорусском наличествует гортанное придыхание, или фарингальный звук h: ср. русск. гусь — укр. кусъ и белорусск. кусъ; 2) в русском языке есть сочетания -ро-, -ло-, -ре-, -ле- в корнях слов между согласными, тогда как в украинском и белорусском здесь выступают сочетания -ры-, -лы-, -ри-, -ли-: ср. русск. крошить, глотать, тревога, слеза; укр. кришити, глитати, тривога; белорусск. крышыць, глытать, сляза\ 3) в русском языке произносятся сочетания мягких зубных и шипящих с /, а в украинском и белорусском — долгие мягкие зубные и шипящие: ср. русск. платье, судья,клочья укр. плаття, суддя; белорусск. плацце, клоччы. В области морфологии такими чертами отличия являются: 1) отсутствие особой звательной формы в русском языке при ее наличии в украинском и белорусском: укр. брате!, сынку!] белорусск.: брате!] 2) отсутствие в русском языке чередования задненёбных к, г, х со свистящими ц, з, с в падежных формах некоторых существительных при наличии этого чередования в украинском и белорусском языках: ср. укр. рука — рущ, нога—нозЬ, соха—cod, белорусск. рука—руцэ, нага—назе, саха—сасе.

В числе особенностей в области фонетики и морфологии, которые сближают русский язык с белорусским в отличие от украинского, имеются, например, следующие: 1) сохранение исконных о и е в новых закрытых слогах (появившихся после утраты редуцированного звука в следующем слоге) в русском и белорусском языках при произношении на их месте и в украинском: ср. русск. нос, стол] белорусск. нос, стол] укр. Hie, сты] 2)смяг- чение парных твердых согласных перед е в русском и белорусском языках при сохранении их твердости в украинском: ср. русск. д’ень, вечер] белорусск. д’з’енъ, в’ечар] укр. день (т. е. дэнь), ee4ip (вэчир); 3) отсутствие в русском и белорусском языках такой характерной для украинского языка формы будущего времени, как писатиму, носитиму, робитиму и т. п. и др.

Наконец, две особенности отличают белорусский язык от русского и украинского. Первая из них — наличие только твердого р в литературном белорусском языке и в юго-западных говорах этого языка: ср. русск. рад и ряд, игра и грязь, укр. рад и ряд, грати и грязь—белорусск. рад (рад и ряд), граць и гразь и т. п. Вторая — наличие в белорусском языке так называемого дзеканья и цеканья, т. е. произношения мягких д и т со свистящим призвуком: ср. русск. дед, тихо, укр. did, mixo — белорусск. дзед, щха.

В области фонетики русский литературный язык характеризуется следующими важнейшими чертами. В безударных слогах гласные а, о и е не различаются: на их месте произносится один краткий слабый гласный: в первом предударном слоге после твердых согласных — краткий звук а, а после мягких — ие (звук средний между и и е): например, дом—да—мау н’ос—ниесу. В остальных безударных слогах на месте гласных а, о, е после твердых согласных произносится очень краткий слабый гласный с неотчетливой артикуляцией, например, дал—дъл’иеко,лес—льсавод.

Система согласных русского литературного языка покоится на противопоставлении двух соотносительных рядов этих звуков: глухих и звонких (п—б, т—д, с—з и т. д.), твердых и мягких (п—п', т—т\ с—с и т. д.). Парные глухие и звонкие различаются в конце слов и перед парными же глухими и звонкими: на конце слов и перед глухими звонкие оглушаются, а перед звонкими глухие озвончаются. Например, зуб (зуп), зубов (зубоф).

В области морфологии для русского литературного языка характерна утрата звательной формы и употребление вместо нее именительного падежа.

В род. п. ед,. ч. прилагательных муж. и ср. р. окончание -ого произносится как -ово, -ево: красново, сйнево (то же самое наблюдается и в неличных местоимениях: ковб, твоевб, нашевб). Краткая форма прилагательных не изменяется по родам, числам, падежам и выступает в качестве именной части составного сказуемого.

В качестве формы прошедшего времени глагола выступает бывшее причастие на л, изменяющееся в ед. ч. по родам и имеющее формы ед. и мн. ч. {писал, писала, писало, писали). Инфинитив оканчивается на -ти под ударением и на ~ть без ударения (нести, писать); кроме того, глаголы с основой на задненёбные имеют инфинитив на -чь (типа беречь).

Специфической особенностью словарного состава русского литературного языка, в отличие от украинского и белорусского, является то, что в нем укрепились многие слова церковнославянского происхождения или слова, имеющие церковнославянские особенности в произношении (например, враг, бремя, время, мрак, плен, сладкий—с неполногласными по происхождению старославянскими сочетаниями; сокращать, возвращать, возвещать, одежда, нужда, вражда—со звуками?^ и жд старославянского происхождения).

Лексика русского литературного языка характеризуется также наличием в ней целого ряда заимствованных слов, появившихся в русском языке в разные периоды его развития и отражающих исторические связи русского народа с другими народами. К наиболее древним (XII—XIII вв.) относятся заимствования из тюркских языков (например, армяк, башмак, амбар, сарай, кибитка, аркан, лапша, кавардак и др.)* Это были слова, обозначающие по преимуществу названия одежды, животных, растений, домашней утвари и т. п.; заимствовались они устным путем. Наоборот, древние греческие заимствования проникали в русский язык книжным путем и относились большей частью к церковным понятиям (например, икона, евангелие и др.)» но также и к бытовым понятиям (например, кукла, парус, фонарь). В более поздние эпохи в русский язык проникали слова из финских (пурга, тундра, морж), скандинавских (кнут, крюк, ябеда), иранских языков (гиря, мишень, шакал), из латинского, итальянского, немецкого, английского, французского и других языков. Особенно много заимствований в русском языке появилось в петровскую эпоху. Надо иметь в виду, что многие заимствования обнаруживаются и в русской топонимике (ср. например, названия географического характера с суффиксом - ма: Тотъма, Ки- нешма, Бугулъма и т. п.— финского происхождения).

Современная звуковая и грамматическая система украинского языка характеризуется рядом специфических особенностей. К ним, в частности, относится произношение и (орфогр. i) на месте о ж е в новых закрытых слогах («стг, хлЬб), изменение древнерусского дифтонга Ъ в и (орфогр. i) (пЪти—cnieamu) и др.

В области фонетики украинский литературный язык имеет ряд особенностей, отличающих его от русского языка. В безударных слогах гласные не ослабляются и не совпадают в одном звуке, как это наблюдается в русском языке. Иначе говоря, украинский язык не знает аканья. Важной особенностью украинского языка является чередование о и е с и, которое возникло в результате изменения исконных о же посл^ падения редуцированных звуков в новых закрытых слогах (например, носъ^>нос^>тс, печъ^>печ^>тч); в открытых слогах о же сохранились без изменения: ср. соврем, укр. тс— носа, ст1л—стола, тнъ—коня, тч—печи, тч—ночи, шЬстъ—шести и т. д. Этой особенности не знают ни русский, ни белорусский языки.

В соотношении глухих и звонких тоже есть некоторые особенности: в украинском языке глухие озвончаются перед звонкими, но в то же время звонкие не оглушаются перед глухими и на конце слов, что наблюдается в русском языке.

Украинский литературный язык имеет фарингальный согласный /г, соответствующий русскому г, звонкие аффрикаты дз, дж, соответствующие глухим ц, ч\ он характеризуется мягким ц и твердым ч.

В области морфологии украинский литературный язык близок русскому. Однако в отличие от последнего в украинском языке у имен существительных с основой на задненёбные к, г, х в падежных формах наблюдаются чередования этих согласных со свистящими ц, з, с (рука—в рущ, нога—на H03i, муха—род. пад. мусг). В выражении категории одушевленности есть также особенности, не присущие русскому языку. Так, во множественном числе эта категория проявляется только у слов, обозначающих людей, тогда как у слов, обозначающих животных и другие одушевленные существа, категории одушевленности может и не быть (например, пасти корови и пасти Kopie, noimu кот ж noimu коней).

При распределении всех глаголов на два спряжения по наличию тех же окончаний в 3-м лице мн. ч., что и в русском языке, в украинском в то же время глаголы 1-го спряжения в 3-м лице ед. ч. не имеют окончания т: несе, каже, мае и т. п. Формы будущего времени глаголов несовершенного вида могут выступать или как сложные (образующиеся сочетанием вспомогательного глагола бути и инфинитива: буду писати, будемо робити и т. п.), или как составные, образованные присоединением к инфинитиву суффикса -м ж личных окончаний 1-го спряжения: робитиму, робитиме, роби- тимемо, робитимут1. В повелительном наклонении есть формы 2-го лица ед. ч. и 1—2-го лиц мн. ч.: бери—бергмо—берЬтъ или глянь—глянъмо— гляньте. Как и в русском языке, в украинском инфинитив может оканчиваться на -ти ж -тъ, но, в отличие от русского, распределение этих форм не зависит от ударения; при этом в украинском языке чаще употребляются формы на -ти, которые наблюдаются и у глаголов с основой на задненёбные согласные: могши, пекти, лягти и т. п.

В отличие от русского, украинский литературный язык почти не знает церковнославянизмов. Словам церковнославянского происхождения или произносящимся с церковнославянскими особенностями в украинском языке соответствуют исконно восточнославянские образования: ср. укр. солод- кий (при русском сладкий), ворог (при русск. враг), скоротити (при русск. сократить), беремя (при русск. бремя) и т. д. Особо следует отметить наличие в украинском языке слов польского происхождения: например, цтавий 'интересный 5, рахунок 'счет 5, родзинки 'изюм 5, хвилина 'минута5 и некоторые другие, а также заимствований из румынского языка: например, цап 'козел5, бриндза 'соленый овечий сыр5, дзема 'мясная похлебка5 и др.

Специфическими чертами современного белорусского литературного языка являются недиссимилятивное аканье, т. е. произношение на месте а, о, е в первом предударном слоге всегда звука а (в отличие от северо-восточных диалектов, где произношение гласного в первом предударном слоге зависит от качества ударного гласного); твердое р в соответствии с твердым и мягким р в других восточнославянских языках (бяроза) и некоторые другие.

Белорусскому языку, как и русскому, свойственно аканье. При этом в белорусском языке, в отличие от русского, аканье закреплено и на письме.

В соотношении глухих и звонких согласных в белорусском языке нет принципиальных отличий от русского языка, за исключением того, что звук в на конце слов и перед глухими согласными изменяется не в ф, а в у: гало у ка, гарадбу и т. п. В области согласных специфической белорусской особенностью является «цеканье» и «дзеканье», т. е. произношение мягких т и д как аффрикат ц и дз: щха, цепь, дзед, дзела и т. п. Точно так же специфи ческой особенностью белорусского литературного языка является отсутствие мягкого и произношение только твердого р: бёраг, рабта, рад (ряд), гразъ, куру (курю) жт. п. Белорусский язык характеризуется фарингальным h твердыми шипящими (в том числе ч и гач) и ц.

В области морфологии белорусский язык близок русскому, а по некоторым особенностям сходен с украинским языком. В белорусском языке существительные имеют три рода и два числа, как в русском языке, но сохраняют остатки звательной формы, как в украинском.

Как и в украинском языке, в белорусском в склонении существительных с основой на задненёбный наблюдается чередование к, г, х со свистящими ц, з, с. Что же касается глагола, то и здесь система в целом совпадает с системой русского языка, однако в то же время глаголы 1-го спряжения в 3-м лице ед.       ч., как и в украинском языке, не имеют окончания т (бярэ, зелянее). Инфинитив в белорусском литературном языке оканчивается на -цъ или -ци, в зависимости от конечной гласной или согласной основы: кроме того, глаголы на задненёбный имеют окончание -чы: пячы, бячы или магчы, бегчы.

Также, как и в украинском языке, в белорусском литературном языке мало распространены церковнославянские слова или слова в церковнославянской огласовке (например, салбдкг, малбдшы и др). Наконец, белорусский язык, как и украинский, имеет в своем словарном составе ряд заимствований из польского языка (например, Menaeima 'именно5, здарыцца 'случиться5, уласны 'собственный5, трунак 'направление5 и др.) и заимствований из других языков, полученных в большинстве случаев через посредство русского языка.