Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Народы Ирана: луры и бахтиары
Этнография - Народы Передней Азии

Луры и бахтиары — два небольших родственных народа, сохраняющих родо-племенную структуру. Общая численность луров достигает 650 тыс., бахтиаров — 400 тыс.

Луристаном (страной луров) именуется обширная горная страна между Иранским Курдистаном на севере, Фарсом и Исфаханом на востоке, Ху- зистаном на юге и ирано-иракской государственной границей на западе. В этих пределах луры и бахтиары составляют подавляющее большинство населения; лишь в северной части они живут смешанно с курдами и персами, а на юге — с арабами.

Приток р. Каруна — Абе-Диз, разделяет Луристан на две части. Территория, лежащая к северу от Абе-Диз, называется Лури-кучек (Малый Луристан), лежащая к югу — Бахтиария, или Лури-бозорг (Большой Луристан). Малый Луристан в свою очередь делится хребтом Кохе-кевир на две части — Пешкох (предгорье) и Пуштекох (загорье).

Многочисленные лурские племена, населяющие Малый Луристан, можно разбить на две группы.

Луры Пуштекоха расселены в долине Керхе и в горном районе к западу от нее. Луры Пуштекоха — скотоводы-кочевники; земледелие в их хозяйстве играет подсобную роль. Среди лурских племен Пуштекоха сильнее, чем среди других лурских племен, сохраняется власть родо-племенной знати. Роды в большинстве случаев носят имена своих нынешних или прежних глав. Общее число всех пуштекохских родо-племенных подразделений доходит до пятидесяти1. Луры Пешкоха расселены в северо- западной части Загроса, на пространстве между Дизфулем и Керман- шахом. Они составляют несколько племен. Луры этой группы; занимаются как скотоводством, так и земледелием, причем среди некоторых объединений, например арбаа,земледелие играет ведущую роль в хозяйстве.

За пределами Луристана, в южных предгорьях Загроса, кочуют группы лурских племен кухгелуйе и мамасени, общей численностью до 125 тыс. Кроме того, отдельные поселения лурских племен, в значительной степени смешавшихся с окружающим их (главным образом ираноязычным) населением, встречаются близ Хамадана, Сеин-кала, в районе Герруса, в Рудбаре, около Казвина. Некоторое количество луров проживает также около Тегерана и в других местах. В годы диктатуры Реза-шаха значительная часть луров группы байранвенд была насильственно переселена в районы городов Кум, Кашан и Саве. Все эти луры, как и окружающее их население, занимаются земледелием.

Несколько тысяч луров живет в Ираке, в горных долинах вдоль ираноиракской границы. Лурские племена Ирака ведут полукочевой образ жизни, часто, как и их иранские соплеменники, сочуют по обе стороны границы. На севере лурские кочевья и поселения в Ираке примыкают к землям курдских племен Ирака; с юга и с запада луры Ирака окружены арабским населением. Противопоставляя себя арабам, иракские луры обычно причисляют себя к курдам.

Бахтиары населяют область, лежащую к югу от р. Абе-Диз, между городами Шуштер на западе и Исфахан на востоке; на юге кочевья бахтиаров доходят до Бехбехана и Рамхормуза. Зимой они кочуют на равнинах Дизфуля и Шуштера, летом — на высоких горных отрогах между Буруд- жирдом и Исфаханом. Оседлые бахтиары живут главным образом в округах Феридун, Кервенд и Чехар-махал. Значительный процент бахтиаров имеется в районах нефтяных промыслов юго-западного Ирана, где они работают в качестве рабочих-нефтяников. Небольшое количество бахтиаров проживает также вблизи Тегерана и к востоку от Абаде.

Луры и бахтиары, по-видимому, искони обитали в районах нынешнего расселения. Археологические раскопки в Сузах и в Персеполе (район Нехавенда) дали большое число предметов, относящихся к первобытному периоду. Находка поздненеолитических орудий, крашеной керамики, а также следы неолитического жилища доказывают существование в этих районах уже с древнейших времен развитой земледельческой культуры. Весьма своеобразна богатейшая культура луристанской бронзы, наиболее древние образцы которой относятся, вероятно, к началу II тысячелетия до н. э.1 Письменные памятники свидетельствуют о том, что вся юго- западная часть Ирана, включая и Луристан с Бахтиарией, и в особенности долина р. Карун, в древности сыграли значительную роль в истории человечества.

Развитая ирригационная система р. Карун оплодотворяла соседние земли, на которых в V в. до н. э. были расположены цветущие города и деревни. При Дарии I Гистаспе здесь находилась столица Персии — Сузы, а весь край назывался Сузианой.

В исторических памятниках сохранились имена некоторых племен, населявших в III и II тысячелетиях до н. э. юго-западный угол Ирана: гутеи, лулубеи, касситы. Внешний облик представителей этих племен сохранился на нескольких изображениях близ Сарыпуля по дороге Багдад — Хамадан. По мнению некоторых исследователей, эти племена, как и население центральной части Сузианы — эламиты, составляли древнее население западного Ирана и относились к одной и той же этно-лингвистиче- ской группе, вышедшей с гор Загроса1.

Вопрос о происхождении современного населения этой территории до сего времени остается нерешенным. Большинство исследователей считает луров и бахтиаров народами индоевропейского происхождения, жившими в этих местах еще до арабского, тюркского и монгольского завоеваний. Об этом же говорят и местные предания, согласно которым луры являются автохтонным населением юго-западного Ирана. В курдской летописи «Шереф-намэ», составленной в XVI в. Шерефеддином, луры считаются одной из четырех ветвей курдов.

В средние века Бахтиария и Луристан имели свои местные феодальные династии.

В Бахтиарии правили атабеки из династии Хазараспидов; столицей был город Идадже (ныне сел. Мале-Эмир). Луристан управлялся другой династией атабеков, столицей которых был город Хорема- бад — нынешний административный и торговый центр Луристана. Марко Поло, посетивший Иран в XII в., говорил о Малом Луристане как об одном из восьми государств феодально-раздробленного Ирана.

Все усилия иранских шахов, неоднократно пытавшихся захватить Луристан и подчинить его население, до начала XVII в. оставались бесплодными. Лишь в царствование Аббаса I (1587—1629) удалось добиться подчинения племен, населявших Луристан. Титул атабеков был упразднен, управление Малым Луристаном передано одному из местных ханов, получившему титул вали Луристана. Однако уже во второй половине XVII в., в период экономического и политического упадка Ирана, луры в числе многих других народов, насильственно включенных в состав Иранского государства, вновь добились политической независимости.

Вторичное покорение луров иранскими шахами произошло при Надире; наиболее беспокойные племена были насильственно переселены в Хорасан. После убийства Надир-шаха и распада его недолговечной державы Керим-хан, глава лурского племени зендов, на некоторое время распространил свою власть почти на весь Иран. Однако династия Зендов не удержалась. Феодальная междоусобица закончилась победой новой тюркской династии Каджаров, при которой с исключительной жестокостью продолжалось покорение народов Закавказья, курдов, луров и др. При Каджарах Пешкохом стал управлять губернатор, назначаемый шахом. Судьба бахтиаров в основном была аналогична судьбе луров; для управления ими был создан особый совет, в который входили глава бахтиаров — илъхан, его помощник — ильбеги и губернатор — хаким с резиденцией в Исфахане; все три лица утверждались шахом.

В XIX в. лурские и бахтиарские племена оставались в значительной мере обособленными. Кочевая патриархально-феодальная знать бесконтрольно распоряжалась племенными землями, собирала налоги государству, во время войн выставляла по требованию шаха определенное число всадников для иррегулярной кавалерии Ирана. Покорность племен центральному правительству шахи поддерживали тем, что оставляли заложниками ханских сыновей, а иногда и самих ханов, в своей «почетной охране». Это, впрочем, не было достаточно надежной гарантией, о чем свидетельствуют восстания лурских племен против шахского правительства во время первой и второй русско-персидских войн. Грабительский, ассимиляторский режим, установленный в многонациональной империи Каджаров, вызывал растущее возмущение луров и бахтиаров. Недовольна была и их ханская верхушка, стремившаяся сохранить свою самостоятельность.

Бахтиарские племена приняли участие в иранской буржуазной революции 1905—1911 гг. В апреле 1909 г. бахтиары, возглавленные своими вождями — братьями Самсам ас-Салтане и Сардар Асадом, выступили в поход на Тегеран одновременно с гилянскими революционерами, вместе с которыми они вступили в столицу. Шах был вынужден отречься от престола, в Иране была провозглашена конституция. Однако бахтиарские ханы, возглавившие поход бахтиарских племен, преследовали свои цели: они рассчитывали использовать народное движение для укрепления своего влияния в Бахтиарии и распространения его на другие части Ирана путем участия в центральном иранском правительстве, что и произошло, когда Сардар Асад стал министром внутренних дел. Кроме того, на выступление против шаха, ориентировавшегося на русского царя, бахтиарских ханов толкали английские империалисты, которые пытались таким путем подорвать влияние царской России в Иране

В 1909 г. Англо-Персидская нефтяная компания2 на основе концессии, полученной англичанами у правительства Ирана, широко развернула эксплуатацию нефтяных месторождений страны. Компанией была захвачена часть земель бахтиаров и кухгелуйе. С наиболее крупными бахтиарскими ханами англичане заключили договоры и, выплачивая им небольшую часть своих огромных доходов, получили право бесконтрольно распоряжаться землями, принадлежащими бахтиарским племенам. Стремясь сделаться полными хозяевами на юге Ирана, англичане поддерживали сепаратистские тенденции бахтиарских и лурских ханов, провоцировали восстания племен против центральной власти.

В правление Реза-шаха, боровшегося с феодально-ханской анархией, усилилось наступление на племена юга. В земли лурских и бахтиарских племен стали посылать военных губернаторов и гарнизоны. Сбор налогов был изъят у ильханов и глав племен и передан правительственным чиновникам. С 1928 г. правительство стало насильственно переводить луров и бахтиаров на оседлость, объявляя при этом племенные земли государственной собственностью. Луров по нескольку тысяч семей с их имуществом расселяли вокруг специальных военных фортов вдоль магистрали Тегеран — Хоремшехр, а чтобы они не могли с наступлением весны уйти кочевать, у них отбирали шатры. В местах лурских зимовок начали строить города и заселять их лурами. Так были созданы Эйлем в центре долины Пуштекоха и Шахабад около Хоремабада. Сопротивлявшиеся племена насильственно переселялись в Хорасанскую и Тегеранскую провинции. Те же мероприятия проводились и в отношении бахтиаров. Лишенные привычных средств существования, лурские и бахтиарские крестьяне оказались в тяжелом положении1.

В 1941 г., после отречения Реза-шаха от престола, власть центрального правительства на местах ослабла. Многие насильно посаженные на землю племена снова перешли к кочевому образу жизни.

Бахтиарские и лурские ханы при поддержке англичан, которые, с одной стороны, продолжали натравливать племена на центральное правительство, а с другой — не раз пытались использовать их для борьбы с демократическим движением в Иране, вновь почувствовали себя независимыми правителями. И поныне шахристаны юго-западного Ирана остаются феодальным владением крупнейших ханов, имеющих свои войска, вводящих свои налоги и т. п. Культурную отсталость кочевого населения бахтиарские и лурские ханы используют в целях сохранения своего феодального владычества.

Основные занятия

Основным занятием бахтиаров и луров является скотоводство. Они разводят главным образом овец, коз и ослов, а в Пуштекохе также и мулов. Крупный рогатый скот и лошади занимают незначительное место в хозяйстве и имеются преимущественно у оседлого населения. Кормовой базой служат естественные луга и пастбища. Даже в районах оседлости, где скотоводство играет подсобную роль, кормов на зиму почти не заготовляют. Скот у кочевников круглый год пасется на подножном корму. Чтобы обеспечить стада естественными пастбищами, кочевые племена совершают перекочевки от своих зимних пастбищ, расположенных в теплых долинах, к летним высокогорным пастбищам, покрывая иногда расстояние в несколько сот километров. Так, бахтиары летом кочуют в высокогорных районах к западу от Исфахана, осенью же в определенное время вся масса кочевников двигается на юго-запад в теплую Хузистанскую долину. Там бахтиары остаются с ноября по март, а с наступлением тепла, навьючив свои палатки и скарб на мулов и крупный рогатый скот, снова направляются на север, постепенно поднимаясь на высокие центральные горные кряжи и лежащие за ними долины 2.

Кочевая знать, фактически распоряжающаяся племенными пастбищными землями, сосредоточивает в своих руках большую часть скота. Это дает ханам возможность осуществлять патриархально-феодальную эксплуатацию рядовых кочевников, главную форму которой составляет отдача скота на выпас бедноте. Эксплуатация рядовых соплеменников кочевой знатью проявляется также и в сфере земледельческого хозяйства, так как многие лурские и бахтиарские племена, ведущие полукочевой образ жизни, занимаются также и земледелием. При уходе с мест летних кочевок бахтиары и луры засевают удобные места, оставляют для охраны посевов несколько семей и по возвращении снимают урожай. То же они делают весной, при уходе с зимних стоянок в Хузистане: засевая поля, они снимают урожай глубокой осенью, при возвращении на зимовку.

Земледелие как основное занятие встречается лишь у тех бахтиарских ш лурских племен, которые были насильственно переведены на оседлость при Реза-шахе и не вернулись затем к кочеванию. Наиболее распространены пшеница, ячмень, рис, просо, бобовые, из технических культур — . хлопок и опийный мак; возделывают также бахчи, сады и виноградники, а на юге, в Хузистане,— финиковые плантации. Лурские и бахтиарские крестьяне своей земли почти не имеют и вынуждены арендовать ее у по- мещиков-ханов, которые к настоящему времени захватили лучшие племенные земли, особенно поливные, и распоряжаются ими, как своей собственностью. О распределении земли среди луров можно судить по данным Мелайерского округа Пешкоха, где уже в 1929 г. крупнопомещичьи земли составляли 65% , государственные — 20% , мелкопомещичьи — 11% , земли мелких собственников — 4% Как видно из этих цифр, фео-

дальная собственность на землю преобладает. Кроме того,» крестьянин зачастую вынужден брать у помещика рабочий скот и семена; в результате ему приходится отдавать до 50% урожая. Эти средневековые формы эксплуатации часто усугубляются еще и тем, что помещик, связанный с рынком, принуждает своих крестьян возделывать технические культуры.

Феодальным методам эксплуатации соответствует чрезвычайно отсталая техника земледелия. Землю обрабатывают главным образом деревянной с железным наконечником сохой (азал)\ деревянной бороной (маля) из досок с вставленными в них острыми камнями; связкой хвороста, служащей для запахивания семян; железной лопатой и мотыгой (кетмень). Молотьба происходит на открытой утрамбованной площадке, по которой гоняют волов или ослов. Зерно хранят в ямах, обложенных соломой, предохраняющей от сырости.

Одним из основных занятий некоторых лурских племен (папи, дирак- венд и др.),„ обитающих на покрытых лесом отрогах Загроса, является сбор желудей и других дикорастущих плодов и растений, а также меда диких пчел. Часть своего сбора эти племена продают на базаре в Хорем- абаде, покупая на вырученные деньги необходимые им продукты и товары.

Кустарная промышленность получила развитие преимущественно в мелких, городках на территории Луристана. Так, в Буруджирде развито производство медной посуды, в Хоремабаде — производство войлоков и шерстяных изделий, в Дизфуле — производство цыновок и т. д.

Малоземелье и недостаток скота заставляют многих луров и бахтиаров уходить в Хузистан на предприятия нефтяной промышленности, где в 1946 г. их насчитывалось 60—70 тыс. Работая бок о бок с арабами, персами, индийцами, отходники луры и бахтиары проходят суровую школу классовой борьбы, формируя кадры молодого лурского и бахтиарского пролетариата1.

Жилище

Жилищем кочевых бахтиаров и луров служит шатер, крытый полотнищами грубой ткани из козьей шерсти. Основа шатра состоит из шестов с положенными на них жердями; шесты среднего ряда, приходящегося по центру, обычно делают выше шестов двух других рядов. По углам полотнища притянуты к колышкам. Одно полотнище откидывается, образуя вход в шатер. Летом шатер ставят- на открытой площадке и края полотнища почти всегда приподняты; это создает в шатре прохладу; в жаркую погоду палатку обкладывают ветвями колючего кустарника и поливают водой. В холодное время года для сохранения тепла вокруг шатра складывают стену из камней, и тогда, чтобы попасть в шатер, приходится подняться на одну-две ступени и затем спуститься. У рядовых кочевников шатер цыновками или тканью делится на три части, из которых две боковые служат жильем для людей, а средняя — загоном для ягнят. Большие шатры ханов делятся коврами на мужскую и женскую половины; часто отделяется и приемная для гостей. Впрочем, крупные ханы большую часть времени проводят в городах, в своих дворцах, не уступающих в роскоши дворцам других феодалов Ирана. Вторым типом жилища, главным образом на зимних стоянках, является хижина в 6—9 м длиной и 4 м шириной. Ее складывают из камней, часто не связанных глиной; за исключением двери, она не имеет проемов. Крышу кроют камышом, каждый год заново. Луры и бахтиары, перешедшие к полной оседлости, живут в глинобитных домах, не отличающихся от домов персидских крестьян.

Шатры и хижины обычно расположены вокруг жилища хана. Тропинки связывают жилища отдельных семей между собой и с общественной площадкой, где мужчины собираются по вечерам вокруг огня; там же принимают путника или странствующего рассказчика. Зимовки расположены близ больших источников, где растут кустарники и деревья, а главное, камыш, которым покрывают хижины.

Пища

Кочевые бахтиары и луры питаются молоком, овечьим сыром (кешк), славящимся по всему Ирану топленым салом. Среди зажиточных в ходу различные мясные блюда, главным образом вареная, тушеная и запеченная баранина. Последнее блюдо приготовляют следующим образом: освежеванного барана заворачивают в его же шкуру и кладут в яму, в которой предварительно сжигают дрова; тушу засыпают горячей золой и сверху землей; спустя некоторое время яму разрывают и достают готовое жаркое.

Оседлые лурские и бахтиарские крестьяне питаются преимущественно продуктами земледелия. Пресный хлеб в виде тонких лепешек выпекают на раскаленных сковородах. Хлеб приготовляют из пшеничной муки, в которую бедняки добавляют изрядное количество ячменной, просяной, а то и желудевой муки. В кочевых районах муку приготовляют женщины на ручных* мельницах.

Одежда

Мужская одежда состоит из широких шаровар и длинной рубахи, обычно из фабричной хлопчато-бумажной ткани. Поверх рубахи надевают черную хлопчатобумажную или суконную* часто домашнего изготовления, безрукавку. Верхней одеждой служат туникообразного покроя халат или чуха — войлочная накидка с прорезями для рук. Мужчины носят войлочную шапку цилиндрической формы, на которую луры часто повязывают рядами цветные бумажные (а богатые — и шелковые) платки. Обувью служат самодельные поршни, вырезанные из куска сыромятной кожи, реже — покупные ботинки.

Состоятельные люди низ штанов прибинтовывают к ноге широкой тесьмой, расшитой цветным шелком. Кочевые луры и бахтиары, как правило, вооружены; чем богаче и знатнее человек, тем больше он увешан оружием. Слева на боку носят кривую саблю, справа — кинжал.

Одежда оседлого населения не отличается от одежды персидских крестьян.

Костюм лурских женщин также почти ничем не отличается от одежды персидских крестьянок. Одежда бахтиарок состоит из короткой рубахи и нескольких, обычно четырех, широких и длинных юбок. Верхней одеждой служит халат, летом легкий, на подкладке, зимой стеганый на вате.

Голову повязывают цветными шалями; поверх них набрасывают легкий шарф, который обматывают вокруг шеи. В головных уборах богатых женщин края шали украшены бусами или рядом золотых монет. Шарф, набрасываемый сверху, обычно шелковый; края его обшиты шелковой цветной бахромой, а у женщин из богатых семей иногда заканчивается кисточками из золота или жемчуга. Девушки и молодые женщины носят цветные шарфы (красные, зеленые, малиновые), пожилые женщины дымчатые.

В большом количестве носят различные украшения. У крестьянок шейные и нагрудные украшения обычно составлены из дешевых цветных бус и бисера; кольца, браслеты, серьги, футляры для хранения амулетов и т. п. сделаны из дешевого белого металла. Богатые нередко имеют украшения из золота и драгоценных камней, а нагрудные украшения собраны из кораллов и жемчуга.

Волосы, разделенные прямым пробором, девушки и молодые женщины заплетают во множество мелких косичек, а пожилые — в две косы. Бах- тиарки, в отличие от лурянок, выпускают спереди два локона, которые связываются узлом под подбородком. Как лурские, так и бахтиарские женщины окрашивают ладони и ногти хной.

Общественные отношения и семейный быт

У бахтиаров во главе племенных объединений стоит ильхан со своим помощником — ильбеги. Во главе лурских и бахтиарских родов и племен стоят ханы. Власть хана наследственная и переходит от отца к сыну или, как исключение, к брату. Хан, полновластный владыка на территории племени, опирается на дружинников, делящихся на пехотинцев (серкари) и всадников (суваран)] величина дружины зависит от численности родов, входящих в племя. В военной организации бахтиаров до сих пор сохраняются архаические пережитки общинно-родового строя, например объединения мужской молодежи. Пережитки родового строя проявляются также в обычае кровной мести. Из знатных кетхуда (глав больших семей) составляется совет старейшин племени или рода, при посредстве которого хан управляет соплеменниками, распределяет стойбища, земли и т. д.х.

Важнейшая часть доходов бахтиарских и лурских ханов поступает от феодальной эксплуатации оседлого и полуоседлого крестьянства. Эксплуатация кочевников несколько менее интенсивна и завуалирована различного рода патриархально-родовыми пережитками. Кочевники — «люди племени»— основная опора ханов; поддерживая среди них чувство превосходства над оседлыми крестьянами, ханы властвуют и над теми и над другими.

Семейный быт носит патриархальный характер, хотя и не столь резко выраженный, как у оседлых соседей — персов. Многоженство среди луров и бахтиаров — явление редкое. Женщина из богатой и влиятельной феодальной семьи зачастую занимает высокое положение, иногда даже принимает участие в родовом совете или же выступает в роли предводительницы племени. Женщины ездят верхом, умеют владеть оружием и во время еще недавних родовых и племенных распрей они следовали за мужчинами на битву, заряжая ружья, подавая патроны, а иногда и сражаясь2.

Вся домашняя работа и заботы о семье лежат на женщине: она нянчит детей, готовит пищу, заготовляет на зиму продукты, готовит пряжу из которой выделывает ковры и грубые шерстяные ткани, и т. д. У оседлого и полуоседлого населения женщина не избавлена и от тяжелых полевых работ. В лурской и бахтиарской семье женщина — основная работница. До сего дня бытует выкуп за невесту — калым. Сумма, которую выплачивает жених родителям невесты при вступлении в брак, так называемая «цена молока» матери зависит от сословной принадлежности, имущественного положения и личных качеств девушки; она доходит до нескольких тысяч туманов и редко спускается ниже 100—200 туманов. Брачный возраст для невесты— с 12 лет, для жениха — 15 — 18 лет. Сговор сопровождается целым рядом церемоний. После договоренности между родителями, главным образом о цене невесты, присутствующим раздаются сласти. Сговор иногда происходит, когда будущие супруги еще в детском возрасте; в таких случаях брак откладывается до достижения брачующимися необходимого возраста.

Нарушение брачного сговора вызывает всеобщее осуждение. Деньги и скот, обусловленные при сговоре, родители невесты получают во время свадьбы.

Свадьба у бахтиаров — общественное дело; в устройстве ее принимают участие не только близкие родственники, но и весь род, а часто и племя, если это свадьба в ханской семье. В течение трех дней, а иногда и больше, гости со стороны невесты и со стороны жениха собираются у шатра родителей невесты. Здесь они под звуки музыки танцуют национальный танец чапи, в котором участвуют и мужчины и женщины, состязаются в искусстве верховой езды и в стрельбе в цель, поют любовные и военные песни.

Все присутствующие получают угощение. После свадьбы новобрачная переходит в шатер родителей жениха, где она становится полностью зависимой от свекрови — главы женской части дома. Развод считается большим позором, и муж прибегает к нему преимущественно в тех случаях, если женщина бесплодна или больна.

О смерти члена семьи оповещаются все родственники, а в случае смерти хана — все племя. Покойника обмывают и хоронят по мусульманскому обряду. В богатых семьях устраиваются пышные поминки, длящиеся три дня.

Язык и духовная культура

Диалекты луров и бахтиаров принадлежат к северо- западной ветви иранских языков и занимают промежуточное положение между персидскими и курдскими диалектами. В области лексики для лурско-бахтиарских диалектов характерно сближающее их с курдским непосредственное заимствование слов из живой арабской речи, в отличие от персидского, где арабская лексика имеет книжное происхождение; с персидским лурско-бахтиарские диалекты сближает значительно меньший, чем в курдском, процент турецких заимствований.

Луры и бахтиары, как кочевники, так и оседлые, почти поголовно неграмотны. В районах оседлости имеются немногочисленные духовные и светские школы, в которых преподавание ведется на персидском языке; школы эти практически доступны только детям зажиточных родителей. Хотя многие луры и бахтиары владеют персидским языком, они пользуются им очень неохотно — такова реакция народных масс на политику подавления национальной культуры, проводимую буржуазно-помещичьими кругами Ирана. Только живущие в Исфахане и Тегеране семьи крупных лурских и бахтиарских феодалов частично забыли родной язык и говорят по-персидски.

Литература на лурском и бахтиарском языках развита очень незначительно. Она ограничивается небольшим количеством сохраненных в рукописях сочинений средневековых и современных поэтов, писавших свои произведения с помощью арабской графики.

Среди луров и бахтиаров широко распространено устное творчество, очень разнообразное по своим формам и содержанию, отображающему не только далекое прошлое этих народов, их борьбу за независимость, но и современность. В создании многочисленных лирических и эпических произведений принимают участие и мужчины и женщины. «Мы,— приводит В. А. Жуковский слова бахтиаров,— волнующееся море, и песням нашим нет конца; если бы собрать все живущее ныне, доставшееся нам от предков и постоянно вновь нарождающееся в устах народа, то составится не одна и не две Шах-Намэ»1.

Подобно другим кочевым народам, среди луров и бахтиаров имеются профессиональные сказители — поэты, певцы и музыканты одновременно. В своих произведениях они, рисуя героическое прошлое народа, нередко затрагивают и современные темы. Сказитель — непременный участник всех общественных праздников. Он либо живет в пределах одного племени, либо бродит от племени к племени; крупные бахтиарские и лурские ханы часто имеют «придворных» сказителей.

По религии луры и бахтиары принадлежат к господствующему в Иране шиитскому толку ислама. Однако эта религиозная принадлежность носит в большинстве случаев чисто формальный характер: как луры, так и бахтиары, особенно кочевники, относятся равнодушно к религиозным предписаниям ислама. Известное распространение среди луров имеют крайние шиитские секты али-аллахи2 и курд-бача, последователи которых живут в Серкане, Туссеркане и Алиштере. Для этих сект характерно отсутствие обычного мусульманского духовенства: необходимые требы выполняют сеиды, живущие главным образом при гробницах почитаемых святых.

В лурской и бахтиарской среде до сих пор сохраняются доисламские верования, в частности анимистические культы: население поклоняется деревьям, рощам, камням, источникам и т. п. ^вои «священные места» имеет почти каждое племя или группа племен Луристана. Так, общей святыней луров Пуштекоха является гробница Неджеф-эшреф; на склонах горы Кохе-герру расположена гробница 40 святых и т. д.