Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Язык и духовная культура иранцев
Этнография - Народы Передней Азии

Современный персидский язык — фарси относится к западной ветви иранских языков. В своем развитии он прошел несколько этапов: древнеперсидскии (клинописные надписи ахеменидских царей), среднеперсидский (литература сасанидского периода на пехлевийском алфавите) и новый, длящийся около тысячи лет период, за который строй персидского языка не претерпел существенных изменений.

По своему строю персидский язык флективный, но с широким развитием аналитических форм, в особенности в системе глагола. В лексическом составе персидского языка имеются многочисленные заимствования из арабского.

Современный персидский язык включает в себя литературный письменный язык (язык литературы, прессы, радио, государственного управления), а также разговорные диалекты горожан и крестьян. Крестьянские говоры распадаются на несколько больших групп: хорасанские говоры, говоры каспийского побережья, говоры центрального Ирана.

В середине XIX в.,—в период, ознаменовавшийся началом развития капиталистических отношений, в Иране возникло движение за обновление литературного языка, за приближение его к нормам живой разговорной речи. Последующее развитие демократического движения, появление новых литературных жанров оказало влияние на литературный язык, в который в значительной степени начали проникать элементы разговорной речи. В правление Реза-шаха были сделаны попытки реформы языка: многие арабские слова и термины заменялись либо староперсидскими, либо вновь созданными, однако не все «новые» слова стали общеупотребительными. Но вместе с тем за последние десятилетия в персидский язык в значительном количестве проникли лексические заимствования из западноевропейских языков.

Подлинному сближению литературного языка с разговорным в сильнейшей степени препятствует массовая неграмотность персов. Крестьянам и городским трудящимся мало доступна даже начальная школа; известно, что в 1952 г. в школах обучалось лишь 10% детей школьного возраста1. Самое число начальных школ, не говоря уже о средних и высших, в стране очень невелико. Наряду с государственными и частными светскими школами, в Иране продолжают существовать религиозные учебные заведения.

Литература

Персидская литература, давшая человечеству в период своего наибольшего расцвета в X — XIV вв. великолепные образцы художественного слова (произведения Фердоуси, Омар Хайяма, Хафиза, Саади и др.), в последующее время, вплоть до середины XIX в., переживала эпоху упадка. Избитые литературные образы и приемы, цветистость и вычурность языка, бесконечные перепевы и .эпигонство, погоня за сложной формой — таковы характерные черты персидской литературы этого периода. В середине XIX в. были сделаны первые попытки оторваться от старой традиции: упрощается поэтический язык, изменяется и реформируется язык прозы. Огромную роль в развитии новой литературы сыграло появление в Иране в начале XIX в. печатного станка и возникновение прессы. Не меньшее значение имели переводы с иностранных языков, в особенности переводы пьес азербайджанского философа, поэта и драматурга Мирзы Фатали Ахундова. Во второй половине XIX в. в литературе возникло течение, отражавшее интересы молодой иранской буржуазии. Видными представителями этого течения были Мирза Мальком-хан и Зейнь-оль-Абеддин.

В XX в. персидская литература претерпела значительную эволюцию. В период иранской революции 1905—1911 гг. на смену придворной поэзии, любовной лирике (газели) и хвалебным одам (касиды) пришла гражданская поэзия, часто сатирическая, избравшая для себя форму тэснифа— народного романса (Сеид Ашраф Гиляни, Деххода, Ареф Казвини, Адиб- оль-Мамалек, Малек-ош-Шоара Бехар). Под влиянием прогрессивного азербайджанского журнала «Молла Насреддин» родился фельетон (особенно в этой области прославился Деххода). Фельетоны остро высмеивали и разоблачали чиновников феодального Ирана, невежество, косность, фанатизм, поддерживаемые господствующим классом феодалов.

После первой мировой войны и особенно после Великой Октябрьской революции в годы подъема национально-освободительного движения выдвинулись поэты, посвящавшие свои стихи национальному движению, борьбе с реакцией, приветстювавшие революцию в России (Ареф Казвини, Мир-заде Эшки). В 20—30-х годах XX в. персидская поэзия, хотя и продолжавшая развиваться в формах классической традиции, уже отражала новые общественно-политические идеи различных слоев иранского общества. Старшее поколение персидских поэтов пытается вложить новое содержание в старые литературные формы (Шуриде Ширази, Адиб Ни- шапури, Малек-ош-Шоара Бехар, Вахид Дастгерди, Бади оз-Заман). В поэтических произведениях ряда современных персидских поэтов находят отражение также тяжелое положение трудящихся масс, бесправие иранской женщины (Ирадж Мирза, Парвин Эттесами).

В последние годы, особенно в годы второй мировой войны и в послевоенный период, в персидской поэзии с большой силой зазвучали темы борьбы за подлинную независимость иранского народа, против империалистического порабощения Ирана. Выразителями этих прогрессивных тенденций в поэзии явились Афраште, Афшин, Джали. Особое место в развитии революционной поэзии принадлежит выдающемуся персидскому поэту Лахути.

В начале XX в. в Иране возник жанр романа. Появились многочисленные исторические романы, а затем и социально-бытовые, в которых писатели стремились откликнуться на события окружающей жизни. Одной из центральных идей персидской прозы долгое время оставался протест против феодального гнета и бесправного положения иранской женщины ‘ («Техране махуф» Мошфега Каземи1, «Шахрназ» Давлатабади и др.).

Особое развитие в персидской литературе получил жанр короткого рассказа. Начало было положено выходом в свет в 1922 г. книги рассказов Мохаммеда Али Джемаль-заде «Еки буд ва еки набуд» 2, написанной сочным, живым языком в реалистической форме и благодаря этому имевшей большой успех.

Крупнейший представитель современной персидской прозы, прогрессивный писатель Садек Хедаят (1904—1951) развил жанр короткого рассказа в ряде своих книг («Зенде бе гур» — «Заживо погребенные», «Сайе ва роушан» — «Светотень» и др.)* Творчество Садека Хедаята в значительной степени испытало декадентские и импрессионистские влияния, но вместе с тем Хедаят первый в персидской литературе поднял голос в защиту простых людей Ирана, лишенных элементарных гражданских и человеческих прав. Хедаят не показывает пути к освобождению, но в своих произведениях разоблачает истинных виновников тяжелого положения трудящихся масс.

В настоящее время форма короткого рассказа, новеллы, преобладает в персидской прозе. К числу современных прогрессивных новеллистов относятся Эхсан Табари и Бозорг Алави, удостоенный Международной премии мира. Большую роль в развитии персидской литературы сыграли многочисленные переводы с иностранных языков — русского, английского, немецкого и в особенности с французского. Переводы произведений А. С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, И. А. Крылова, Н. В. Гоголя, Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, основоположника советской литературы А. М. Горького, Н. Островского, К. Симонова, И. Эренбурга, Л. Соболева и других советских писателей имели большое значение для демократизации персидской литературы.

Фольклор

С ростом национального самосознания в Иране в последние десятилетия пробудился интерес к отечественному фольклору, публикуются сборники фольклорных материалов (Садек Хедаят, Собхи). Наиболее популярная форма устного творчества — народные четверостишия. Содержание четверостиший большей частью лирико-любовное. Большим распространением пользуются также тэснифы — народные романсы, которые обычно исполняются под музыку. Тэснифы слагаются на любовные или злободневные темы. Большое место в персидском фольклоре занимают свадебные и колыбельные песни (лалаи).

Сказка (кессе) пользуется исключительной популярностью. Сюжеты сказок очень разнообразны: о волшебниках, о животных, сказки о хитрости, трусости и т. п. Особое место занимает бытовой анекдот, отличающийся большим остроумием. Сказки рассказывают профессиональные сказочники — кессегу.

К жанрам персидского фольклора относятся также многочисленные пословицы и поговорки, собранные в четырехтомном труде Деххода1. Следует отметить связь художественной литературы с фольклором. Нередко фольклорные эпические или иные сказания, обработанные поэтами или писателями, впоследствии вновь, уже в новой форме, распространяются в устном народном творчестве.

Театр

Персидский народный театр имеет разнообразные формы и известен с древности. До недавнего времени среди религиозного шиитского населения Ирана большой популярностью пользовались религиозные мистерии. Широко распространен был кукольный театр двух типов. Один из них—Пахлаван качалъ («Лысый богатырь»), названный так по имени героя разыгрываемой обычно пьесы; куклы надеваются на пальцы актера (голова и руки). Другой тип кукольного театра — хейме-шаб-бази, театр марионеток; куклы приводятся в движение сверху шнурами, прикрепленными к их конечностям.

В представлениях Пахлаван качаль принимают участие двое: владелец театра, стоящий около палатки, и его помощник — гаагирд. Сцена театра состоит из четырех полотнищ, пришитых к четырем палкам и образующих палатку без верха. Посреди полотнища, обращенного к зрителю, сделано небольшое отверстие, в которое выглядывает кукла. Кукол приводит в движение сидящий в палатке шагирд, который также говорит за них через вставленный в рот пищик.

В отличие от представлений этого театра, которые обычно происходят днем, представления хейме-шаб-бази (как показывает и его название: «вечернее палаточное представление») происходят по вечерам, когда незаметны нитки, приводящие кукол в движение. Сценой служит укрепленная на земле палатка с открытым верхом. В передней стене имеется вырез от пола во всю ширину стенки, высотой более полуметра. В глубине палатки ставится темный экран, на фоне которого действуют куклы. Оператор стоит за экраном. Кукол выводят на сцену из-за экрана. Кроме оператора, говорящего за кукол, в игре участвует и другой человек, сидящий возле палатки и бьющий в небольшой барабан. Во время действия оба участника представления распевают тэснифы разнообразного содержания. Театр хейме-шаб-бази дает спектакли главным образом в частных домах по приглашению, в то время как Пахлаван качаль выступает большей частью на улице. Оба театра интересны тем, что как в разыгрываемых сценах, так и в костюмах самих кукол чрезвычайно силен бытовой элемент.

Разыгрыванием всевозможных несложных сцен, часто злободневного характера, сопровождались и номера профессиональных танцовщиц — ракше. Ныне они почти исчезли, как и труппы профессиональных музыкантов.

Одним из традиционных персидских зрелищ, своими корнями, возможно, уходящим в героическое прошлое Ирана, является зурхане (атлетическая арена).

Зурхану устраивают в небольшом подвальном помещении, значительную часть площади которого занимает гоуд — круглая арена, расположенная ниже -пола зурханы. Вокруг гоуда расположены глубокие ниши для зрителей. Атлеты, выступающие в зурхане, делятся на три категории: пахлаван — настоящие атлеты, ноу-хасте — лица, не достигшие еще совершенства, и ноуче — новички. Во главе атлетов стоит мияндар, исполняющий роль инструктора и арбитра. Представление, даваемое атлетами, заключается в упражнениях с коническими палицами и железным луком, в выжимании камня, борьбе — центральном номере всех представлений. Перед борьбой поют стихи из Фердоуси, восхваляющие стойкость и мужество. После представления самый почтенный посетитель зрелища собирает деньги.

Современный театр возник в Иране лишь в начале XX в. Перевод пьес Мирзы Фатали Ахундова и появление пьес Мальком-хана благоприятствовали развитию персидской драматургии. Впоследствии появляются пьесы на исторические сюжеты. В период буржуазной революции в Тегеране с большим успехом шел «Ревизор» Гоголя.

В настоящее время театральное искусство в Иране, не поддерживаемое правительством, развивается в тяжелых условиях. Государственного театра нет, а нескольким частным труппам приходится конкурировать с наводняющими Иран американскими кинокартинами. Большое место в развитии персидского театра принадлежит крупному режиссеру и артисту Нушину, приложившему много сил к воспитанию артистов и последовательно боровшемуся за идейность репертуара.

Национальное киноискусство, появившееся в Иране после второй мировой войны, представлено несколькими киностудиями.

Искусство

Многовековую историю имеет архитектура Ирана, известная по памятникам, сохранившимся со времен Ахеменидов. Простой и вместе с тем величественный стиль архитектуры древнего Ирана воплощен в дворцовых постройках на высоких каменных платформах, с* обширными многоколонными залами. Весьма широкое распространение имели рельефные изображения бытовых, военных, охотничьих сцен, борьбы зверей и т. п. Средневековая архитектура достигла наибольшего совершенства в сооружении мавзолеев, мечетей и минаретов. Для позднейшего периода средневековой архитектуры, основные черты которой сохраняются до настоящего времени, характерно широкое распространение сводов и куполов, а также типа мечети с большим внутренним двором и обширными стрельчатыми порталами по каждой из четырех его сторон. Типично также украшение мечетей и мавзолеев богато орнаментированными изразцами, производство которых составляло особую отрасль художественного ремесла. За последние перед началом второй мировой войны годы в городах, особенно в Тегеране, сооружен ряд государственных зданий, строители которых подражают ахеменид- скому стилю.

Весьма развита в Иране живопись, которая представлена главным образом миниатюрой и стенными росписями.

Исполнители акварельной миниатюры сосредоточивали свое внимание на мельчайших деталях, в воспроизведении которых достигли большого совершенства. Исследователи искусства Ближнего Востока в истории развития миниатюры различают пять периодов: домонгольский, монгольский, тимуридский, раннесефевидский с центром в Тебризе и позднесефевидский с центром в Исфахане. Особенно высокого совершенства миниатюра достигла в раннесефевидский период. Во второй половине XV—начале XVI в. жил и писал свои миниатюры сначала в Герате, а затем в Тебризе непревзойденный художник Бехзад, влияние которого на искусство и на дальнейшее развитие ближневосточной, в частности иранской, миниатюры было очень велико: еще два века после его смерти художники подражали ему. Из других крупных художников той эпохи следует отметить Ага- Мирека, родом из Исфахана, бывшего учеником Бехзада, а также Султан Мохаммеда. Последний стоял во главе художественной школы в Тебризе и содействовал расцвету художественных работ по прикладному искусству. Для позднесефевидского, или исфаханского, периода характерна портретная миниатюра. Во второй половине XVII в. искусство миниатюры пришло в упадок, усугубившийся в XVIII и XIX вв. Художники ограничивались главным образом лишь подражанием старым образцом. Это положение сохраняется и поныне. Расцвет искусства стенных росписей также относится к сефевидскому времени; образцы росписи сохранились на памятниках Исфахана, например на стенах зданий Али-Капу и Чихи л ь-Су тун.

Миниатюрой иллюстрируют главным образом книги светского содержания, в частности произведения классических поэтов и писателей. В настоящее время акварельные рисунки воспроизводятся на различного рода изделиях из папье-маше. Ими украшают футляры для перьев (калам- даны), зеркала, игральные карты, небольшие деревянные шкатулки и другие предметы. Мотивами рисунков является излюбленный сюжет «розы и соловья», картины из военной и охотничьей жизни, картины пиров. Наиболее дешевые вещицы такого рода имеют не нарисованный, а просто наклеенный сверху рисунок. Нередко миниатюра на зеркалах, шкатулках и других предметах сочетается с инкрустацией из кости, кусочков меди и разноцветного дерева. В дешевых изделиях инкрустируют лишь тонкую фанеру, затем наклеиваемую на предмет.

За последнее время в Иране развивается станковая живопись в современном стиле. Крупнейший представитель ее — художник Кемаль- оль-мольк и его ученики Хасан Вазири и Махсен Могадам.

Крупную отрасль прикладного изобразительного искусства составляет знаменитое персидское ковроделие. Как и миниатюра, ковровое искусство в Иране достигло своего расцвета в XVI в. В зависимости от сюжета, исследователи подразделяют старые иранские ковры на охотничьи, звериные, вазовые, садовые. Некоторая часть ковров северного Ирана носила на себе черты дальневосточного влияния, в то время как в коврах южного Иранд чувствовалось влияние индийское. В XVIII и XIX вв. в ковровом искусстве также произошел упадок, а со второй половины XIX в., с внедрением в ковровое производство рыночного стандарта, ковер и вовсе перестал быть произведением искусства.

Расцвет иранской керамики относится к еще более отдаленному времени, а именно к XII — XIII вв. Центрами керамического производства той эпохи были города среднего Ирана — Рей, Верамин, Кашан и Султанабад. Особенно славились фаянсы XII—XIII вв., одна часть которых покрывалась люстровой росписью, т. е. росписью с металлическими оттенками, заливавшейся сверху глазурью, а другая — полихромной росписью по глазури. Во времена тимуридов иранский фаянс подвергся влиянию китайского искусства. К этому времени относится и широкое распространение в Иране искусства изготовления поливных изразцов. В настоящее время дешевая поливная орнаментированная керамика из грубого теста, лишь подражающая старинным образцам, изготовляется для широкого потребления. Производство ее сосредоточено в городах Кашан, Кум и Рей.

В числе произведений современного прикладного искусства следует упомянуть изделия из серебра, бронзы и меди, украшаемые чеканным орнаментом. Это обычно растительный или животный орнамент, иногда, особенно на серебре, довольно мелкий и тщательно выполненный, или же воспроизведение различных сцен эпико-героического или же бытового характера, часто подражающих классическим образцам сасанидской торевтики (чеканки по серебру).

Религия

По своему вероисповеданию персы в подавляющем большинстве мусульмане-шииты.

Мусульманство было принесено в Иран завоевателями-арабами в середине VII в, Широкое распространение ислама в период арабского завоевания и усложнение социально-политических условий со временем видоизменили первоначальный ислам и породили новые течения и направления. Уже в VII в. возник шиизм1, который с начала XVI в. и до настоящего времени является государственной религией Ирана.

Одной из основ шиитского вероучения, отличающей его от суннизма, является идея об имамате. Шииты считают, что законными руководителями мусульманской общины были лишь двенадцать имамов, из которых первым был зять Мухаммеда Али, затем его сыновья Хасан и Хусейн и, наконец, девять прямых потомков Хусейна. Последний — двенадцатый — имам (родился около 872 г.) восьмилетним ребенком исчез или умер при таинственных обстоятельствах. Шииты верят, что он был взят с земли и живет, невидимый людьми, а в назначенное время явится спасителем мира. Шииты называют его «скрытым», или «современным», имамом. Известно, что шиитские духовные авторитеты поддерживали идею иранской конституции, ограничивающей шаха, ссылаясь на «одобрение и согласие современного имама».

Разница во взглядах шиитов и суннитов на своих духовных вождей заключается в следующем: для суннитов халиф — лишь глава мусульманской общины, избранный или назначенный своим предшественником; у шиитов же имам —вождь и учитель ислама благодаря своим личным, сверхчеловеческим свойствам, передаваемым по наследству от отца к сыну. Первый имам — Али, которого по шиитским преданиям сам Мухаммед объявил своим преемником, наделяется шиитами титулом «повелителя правоверных» и почитается не менее самого пророка, а людьми крайних взглядов ставится даже выше последнего и обожествляется. Многочисленные дни поминовения шиитских имамов занимают видное место в религиозной жизни перса.

Мы не касаемся здесь других, более частных особенностей шиизма; укажем лишь, что в области права шииты признают законным заключение временных браков (мута, или сигэ), которые отрицаются суннитами.

В жизни большинства персов религия поныне играет значительную роль. Многочисленное и влиятельное духовенство, разбросанные по всей стране гробницы шиитских имамов и их родственников, множество религиозных праздников, не говоря уже о повседневных религиозных обязанностях перса и стеснительных правилах религиозного права — шариата,— все это не может не действовать на умонастроение широких слоев темного малокультурного населения и не поддерживать в нем религиозный фанатизм.

Шиитское духовенство, тесно связанное с господствующими классами и стремящееся отвлечь внимание народных масс от социальных вопросов, поддерживает религиозность всеми средствами пропаганды — от уличной инсценировки пардезанов и масалегу до проповедей знаменитейших «столпов веры».

Пардезан вывешивает на стене где-либо на окраине города большую, грубо нарисованную картину с изображением какой-нибудь сцены, чаще всего из жизни почитаемых народом святых. Прикрывая картину куском коленкора, пардезан постепенно ее открывает и попутно детально поясняет нарисованное. Часто в самом патетическом месте он останавливает свой рассказ и возобновляет его лишь после того, как соберет среди зрителей немного денег.

В качестве масалегу обычно выступает духовное лицо; при нем состоит помощник, чаще всего мальчик. Масалегу ставит себе задачей пре- подание толпе наставлений религиозно-нравственного характера. Наставления даются в форме диалога, в котором масалегу задает вопросы, а мальчик на них отвечает.

Хотя у мусульман и нет иерархического духовенства в обычном смысле,, духовенство у птиитов может быть подразделено на несколько групп. Низшую ступень занимают кари — грамотные люди, в обязанность которых входит чтение Корана в мечети или в других общественных местах. За ними следуют роузе-ханы, которые читают различные религиозные повествования, своеобразные элегии — марсие, связанные главным образом с трагической историей гибели имама Хусейна. Следующую группу, более высокую и влиятельную, составляют ваезы (проповедники), которые тоже выступают с повествованиями о шиитских мучениках, но, в отличие от роузе-ханов, вносят в свои рассказы значительную долю импровизации. Некоторые наиболее талантливые ваезы имеют огромное влияние на толпу и, по существу, являются религиозными агитаторами, с которыми вынуждены считаться и власти. Собрания проповедей наиболее известных вае- зов печатаются в виде отдельных книг и брошюр и пользуются большим спросом.

Особо следует отметить имамов, в обязанность которых, как и у суннитов, входит предстоять перед верующими на молитве в мечети. Имамы как бы являются настоятелями мечети. Их не следует смешивать с имамами — «потомками пророка», хотя и в отношении этих последних эпитет «имам» в своей основе также указывает на факт предстояния на молитве впереди остальных верующих.

Высшие категории шиитского духовенства составляют мударрисы и муджтахиды. Слово мударрис происходит от арабского дараса (учить) и означает собственно учителя, профессора, лектора. Мударрисы преподают в духовных школах — медресе; они же, как знатоки богословия, играли роль в меджлисе, контролируя издаваемые меджлисом законы с религиозной точки зрения. Однако наивысшим авторитетом в вопросах религии пользуются муджтахиды — законоведы, достигшие высшей ступени в толковании законов. Большинство муджтахидов выходит из Неджефа в Ираке, где находится высшая шиитская духовная школа. В Неджефе существует также и совет муджтахидов, решающий наиболее крупные вопросы по делам веры. Некоторые муджтахиды постоянно проживают в определенных городах Ирана, главным образом при крупных «святынях, другие время от времени объезжают различные провинции страны. Муджтахиды являются вожаками шиитской верующей массы. Они рассматриваются как представители «скрытого имама», призванные в его отсутствие руководить верующими. Их влияние на массы огромно, и поэтому власти считаются с ними. В прежнее время приезжавшего в Тегеран крупного муджтахида нередко выходили встречать сам шах и все правительство с премьер-министром во главе.

Сеиды, довольно многочисленные в Иране, собственно, не принадлежат к духовенству. Сеидами называют «потомков пророка». Эта родственная связь с домом Мухаммеда, в большинстве случаев фиктивная, подкрепляется мифическими родословными.

Отметим также наличие, в Иране многочисленных суфийских орденов, члены которых — суфии, или дервиши,— живут милостыней.

Шииты почитают в качестве святынь гробницы имамов или их потомков. Общее название подобных религиозных памятников — имам-заде. Однако под этим термином в широком смысле слова персы понимают не только большие мавзолеи крупных столпов шиитской веры, но и бесчисленные места поклонений, различные могилы, а иногда примечательные места, деревья или камни, являвшиеся когда-то объектами анимистического культа.

Наиболее почитаемы всеми шиитами гробница Али в Неджефе и гробница Хусейна в Кербеле (обе в Ираке), затем гробница восьмого имама, Резы, в Мешхеде, гробница его сестры в Куме и, наконец, гробница одного из потомков имамов — Шах Абдул-Азима близ Тегерана. Паломничество к этим местам, в особенности в Кербелу, Неджеф и Мешхед, заменяет шиитам паломничество в Мекку, сопряженное с большими трудностями. Побывавшие у святых мест присваивают себе прозвище кербелаи или мешхеди, что заменяет общемусульманское звание хаджи, обычно присваиваемое лицам, побывавшим в Мекке.

Богатейшие усыпальницы указанных шиитских святых по существу представляют целый священный городок с несколькими мечетями, большим двором, различными переходами, примыкающим к святыне базаром и т. п. Самая усыпальница, как ее называют персы — зарихг; или харам (запретное, священное место), помещается внутри храма, куда иноверцам вход запрещен. Святыни находятся в ведении особых духовных комитетов, управляющих всем храмовым хозяйством. Огромные средства, поступающие от паломников и жертвователей, расходуются не только на украшение храмов и содержание многочисленного духовенства, но и на приобретение недвижимой собственности — домов и земли, которая затем сдается в аренду крестьянам. Каждый благочестивый шиит стремится быть похороненным близ «святой могилы» в Мешхеде, Куме, Нед- жефе или Кербеле. Состоятельные люди еще при жизни покупают себе место, куда после смерти перевозят их останки.

В отличие от Ноуруза, связанного с солнечным календарем, шиитские праздники и траурные дни связаны с мусульманским лунным календарем. Порядок месяцев мусульманского календаря следующий: мухаррам, са- фар, первый раби, второй раба, первый джумада, второй джумада, раджаб, шабан, рамазан, шавваль, зу-лъ-када, зу-лъ-хиджа.

На начало мусульманского года, именно на первые десять дней месяца мухаррам, приходятся наиболее торжественные и в то же время наиболее скорбные для шиитов дни — дни воспоминания о гибели имама Хусейна, смерть которого приурочивается к 10 мухаррама. Эти траурные дни называют по имени самого месяца мухаррам, или ашура, что значит «десять», так как все связанные с ними церемонии происходят в первые десять дней месяца. В русской литературе эти церемонии носят название шахсей-вахсей. Это название ведет свое происхождение от возгласа, который издают участники траурных процессий: «шах Хусейн, вай Хусейн».

В канун первого числа мухаррама по улицам городов и селений расхаживают группы людей с черным знаменем. Они стучат в двери домов и напоминают о предстоящих днях. Обитатели домов выходят на стук, приветствуют стучащих и обычно делают какое-либо приношение: привязывают в древку кусок ткани, дают немного зерна или хлеба. В этот же день приготовляют предназначенные для церемонии мухаррама помещения. Это или большие помещения в частных домах, которые состоятельные люди предоставляют по обету, или же специальные государственные помещения, часто круглой или продолговатой формы, называемые текъе или марсиехане. В этих помещениях устраивают сиденья, посредине сооружают помост для актеров, а также водружают кафедру для проповедника. Стены затягивают шалями, коврами, шелковыми занавесками, черными знаменами с изображением льва или священными надписями. Сооружают также специальные полки, на которых расставляют вазы, стеклянные лампы, зеркала; по стенам развешивают зеркала. Для вечернего освещения заготовляют восковые свечи. Все эти предметы приносятся по обету. В первые дни мухаррама в этих помещениях собирается множество людей; все рассаживаются на скамьях и на полу; особое место отводится знати и сеидам; женщины помещаются отдельно от мужчин.

Публичные церемонии, которые совершаются в текье, состоят из проповедей роузе-ханов и ваезов, пения религиозных стихов, драматических представлений, а также самобичевания, которому подвергают себя фанатики. Роузе-ханы и ваезы читают различные повествования из цикла событий, заканчивающихся гибелью Хусейна. В патетических местах проповедник повышает голос и поднимает руки к небу; в это время все слушатели также издают различные возгласы, вроде «ой алла», «ой Хусейн» и бьют себя кулаками в грудь. Мальчики-певцы исполняют элегии—марсие, посвященные памяти Хусейна. Во время этих действий присутствующих обносят сладостями, чаем, шербетом, которые приобретаются на средстваг пожертвованные состоятельными людьми.

На этом заканчиваются церемонии, совершаемые в первые три-четыре дня. В последующие дни специальными актерами исполняются драматические произведения из того же цикла воспоминаний о Хусейне — тате. Действие развертывается на подмостках без каких-либо декораций, актеры часто читают роли по бумаге. Публика бурно реагирует на представление: актеры, изображающие врагов Хусейна, подвергаются оскорблениям, насмешкам. В эти же дни на подмостках появляются так называемые дасте — группы людей, одетых в черную одежду, с повязанной черным платком головой. Они становятся в два ряда лицом друг к другу и особыми цепями бьют себя по груди и по спине. Это самобичевание совершается в память о мучениях Хусейна.

День ото дня церемонии становятся все более многочисленными и длительными. Все население облачается в траурную одежду, многие надевают черные рубахи с открытой грудью в знак траура. Базар и магазины закрываются. Все бросают свои обычные дела.

Кульминационного пункта церемонии мухаррама достигают на десятый день—день убийства Хусейна, когда все население выходит на улицы, скопляется на площадях и базарах. По городу движутся карнавальные шествия с носилками, на которых лежат большие куклы, изображающие трупы Хусейна и его родных и сподвижников, ведут лошадей, покрытых черными попонами со следами крови и воткнутыми в них стрелами, несут черные знамена, хоругви и т. п. Группы полуобнаженных фанатиков исступленно призывая бога, Али и Хусейна, наносят себе удары кинжалами в грудь, спину и голову.

До настоящего времени все перечисленные праздники и траурные дни являются официально нерабочими днями, хотя теперь описанные церемонии и не носят массового характера. Рост прогрессивной демократической культуры постепенно ведет к ослаблению религиозной идеологии; в передовых слоях персидского населения все больше распространяются идеи атеизма.