Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Семейный и общественный быт иранцев
Этнография - Народы Передней Азии

Для подавляющего оолыпинства населения единобрачие является правилом, многоженство же исключением, практикуемым среди очень богатых людей. У высшей прослойки общества можно было встретить и гаремы которые в настоящее время становятся скорее исключением, чем правилом. Затворничество женщин сейчас может рассматриваться как пережиток, поддерживаемый и культивируемый реакционными кругами, в частности духовенством, нежели как широко бытующий обычай. В настоящее время, например, в Тегеране многие женщины продолжают носить на улице чадру, но лица не закрывают. Значительные слои городского населения, в первую очередь большая часть интеллигенции, теперь усвоили европейские обычаи как в отношении правил поведения и обихода, так и в отношении одежды.

Однако среди основной массы персов семейные отношения поныне сохраняют весьма консервативный патриархальный характер, а женщины лишены многих элементарных прав. Неравноправное положение женщины подчеркивается существующим в Иране до настоящего времени и освященным религией институтом временного брака—мута (сигэ), который позволяет мужчине брать себе жену на время: заключается специальное соглашение, где указаны срок брака и размеры компенсации, даваемой жене мужем. Часто мута заключается на несколько дней.

В силу религиозных запретов и патриархальных традиций женщина в семье и в общественной жизни держится особняком от мужчин. Характерно, что даже в настоящее время, когда иранские женщины начинают принимать все более активное участие в общественно-политической жизни страны, они все еще держатся обособленно; так, например, во время демонстраций и митингов женщины составляют отдельные группы. Фактическая власть мужа очень велика; женщина лишь в самых исключительных случаях решится воспользоваться своим правом обращаться в гражданский суд. Велика и власть родителей над детьми. Патриархальное почтение к родителям, особенно к отцу, со стороны детей, не решающихся в его присутствии ни сидеть, ни разговаривать, ни курить,— обычное явление.

Как и повсеместно на Востоке, браки среди персов заключаются в очень раннем возрасте: девочек выдают замуж в 10—13 лет, а мальчиков женят в 14—15 лет. Поныне широко практикуются браки едва созревших девушек с богатыми стариками. В городах сватовство часто совершается через свах — деллале-арус. Большинство браков совершается по воле родителей, без согласия самих брачущихся, которые иногда не видят друг друга до свадьбы. Впрочем, в последнее время это правило нарушается, и, с молчаливого согласия родителей, жених и невеста до свадьбы встречаются украдкой.

Заключение брака связано со значительными расходами. Жених или его семья должны дать невесте махр — предусмотренное шариатом обеспечение, которое поступает в пользу молодой, затем уплатить гиир беха (букв.: «плата за молоко») — вознаграждение, следуемое матери невесты за воспитание последней, а также истратить значительную сумму на свадебное пиршество.

Сторона невесты заготовляет для последней более или менее значительное приданое — джехаз (домашнюю обстановку,- посуду, одежду), которое отвозится в дом мужа. Таково положение, существующее в городах. Что касается сельских местностей, то там, по-видимому, в шир беха, состоящем в городах из сравнительно незначительного подарка матери невесты, следует видеть кальдо, уплачиваемый семьей жениха отцу невесты.

После знакомства родственников жениха с невестой к ее отцу отправляется отец или брат жениха для получения согласия на свадьбу, а также чтобы договориться о размере махра, шир беха и свадебных расходов, а также о приданом, которое получит невеста.

Затем происходит официальная помолвка — гиирини хоран (букв.: «едение сластей»). К невесте приезжает мать жениха вместе с другими родственниками и надевает девушке на палец кольцо. По этому случаю устраивается угощенье. Нередко между ширини хоран и свадьбой проходит значительный промежуток времени. После помолвки к каждому празднику жених обязан посылать невесте подарки, невеста же в свою очередь отдаривает.

Следующая свадебная церемония — обручение (акд), происходит также в доме невесты. Жених к началу церемонии присылает установленные подарки. Для совершения обряда приглашают двух мулл — со стороны жениха и со стороны невесты. Вся церемония сопровождается многочисленными магическими обрядами. Муллы троекратно спрашивают согласие невесты на обручение и затем читают установленную формулу — хотба, а вслед за ней сигэйе акд — формулу заключения брака. После этого молодого ведут к девушке и показывают ее ему; молодой при этом должен сделать невесте подарок. После обручения и до самой свадьбы девушка остается в доме родителей. В течение этого периода молодые встречаются на короткое время.

Накануне свадьбы с тела девушки удаляют волосы и ведут ее в баню, куда приглашают танцовщиц и где девушка угощается в обществе своих подруг. Жених с друзьями идет в баню в день свадьбы, куда ему приносят от невесты новый костюм, банные принадлежности и угощение. Незадолго до свадьбы в дом жениха торжественно отправляют приданое. В назначенное время за невестой приезжают родственники жениха, привозящие с собой брачный контракт. Затем молодую увозят с соблюдением ряда церемоний. Молодой встречает ее недалеко от своего дома и торжественно вводит в дом. После ужина новобрачных отводят в брачный покой. На следующее утро происходит обряд доказательства невинности молодой. Через несколько дней молодые иногда вместе, иногда порознь отправляются в гости к матери новобрачной.

После замужества круг интересов состоятельной женщины замыкается заботами о семье, детях, домашнем хозяйстве, рукодельем, мелкими событиями в жизни окружающих — приятельниц, родственников, соседей. Среди бедноты заботы о семье ложатся на женщину дополнительно к тяжелой работе на фабрике, в мастерской или в поле.

При наступлении родов в дом приглашается повитуха — мамаче, а также приходят подруги, знакомые и соседки роженицы. В первые дни жизни ребенка соблюдаются многочисленные обряды, имеющие своей целью отогнать от новорожденного злых духов, способных причинить вред ему и его матери. Для этой цели в течение семи дней в комнате не гасят свет, соседки или родственницы не оставляют мать и ребенка одних, вокруг постели роженицы очерчивают саблей круг, произнося необходимые заклинания. На седьмой день роженица идет в баню; считается, что в этот момент удаляются также и духи. Ребенка кормят грудью в течение двух лет. Первое время он большей частью лежит в колыбели, крепко спеленутый по ногам и рукам. Если мать или кормилица выходят, они берут ребенка с собой. Когда ребенка отлучают от груди, его несут в мечеть, затем устраивают праздничное угощение. На третий или четвертый год совершается обрезание, которое также заканчивается угощением. В городах среди высших и средних слоев общества, там, где сохраняется деление на бирун (внешние комнаты) и эндерун (внутренние женские покои), дети в раннем возрасте постоянно находятся в эндеруне, и только лет с семи мальчики переходят в" бирун и их воспитанием занимаются мужчины.

Общественный быт

Общественный быт персов, повседневная жизнь городских улиц, базаров, площадей представляет собой необычайно оживленную и своеобразную картину, хеплыи климат, почти всегда безоблачное небо способствуют тому, что в основном общественная жизнь протекает на воздухе, на виду у всех.

Рано утром, когда открываются плотины, возле арыков собираются сотни людей — беднейшие обитатели города. Они пьют, моются, женщины стирают белье, дети купаются; сюда же приводят на водопой домашних животных.

В первую часть дня, до полудня, когда еще не жарко, улицы заполняют огромные толпы народа. Все громко разговаривают, сопровождая свою речь свойственной персам жестикуляцией. У многих в руках четки, которые они все время перебирают. Толпа движется не только по тро- туару, но и по мостовой, между нагруженными ослами и верблюдами, которых гонят к базару. Сквозь толпу людей, между животными пробираются машины. Широкие двери лавок раскрыты настежь, а товар сплошь* да рядом разложен на тротуаре перед лавкой. Под ноги прохожих положены ковры, которые, как считают, становятся лучше после того, как их потопчут. Кое-где, также прямо на тротуаре или перекинув деревянный щит с товарами через канаву, разложил свой скудный товар мелкий торговец вразнос. С тележек, защищенных от солнца большими зонтиками, дети продают ад жиль — мелкие орехи, фисташки, горох и другой подобный товар, нараспев расхваливая его. Скопления народа, которые в Ирана принято называть; марикэ, образуются вокруг различных уличных зрелищ, таких, как кукольный театр, представления фокусников, заклинателей змей, вожаков медведей, а также возле странствующих сказочников и религиозных проповедников. В крупных городах странствующие артисты в настоящее время исчезли с центральных улиц города, но продолжают свои представления на окраинах.

Экспансивность персов, их общительность и любовь к уличным развлечениям и гуляньям находят себе удовлетворение во время довольно частых: на протяжении всего года праздников. В праздничные дни окна и балконы домов, магазины, лавки украшаются коврами, трехцветными национальными флагами, различными картинами и портретами, а также картинами религиозного содержания. Если праздник приходится на теплое время года, то в загородных садах происходят массовые гулянья. Вечером город иллюминируется. Весьма популярен в Иране фейерверк — атеги бази который по праздникам обычно устраивают власти. Фейерверк всегда привлекает огромные толпы народа и отличается большим разнообразием: тут и раскручивающиеся спирали, и крутящиеся колеса, и павлины, распускающие огненный хвост.

Наиболее крупный народный праздник персов — древний праздник Нового года, называемый по-персидски Ноуруз.

В Иране в настоящее время существует два календаря: один из них гражданский, другой религиозный, мусульманский. Первый календарь— солнечный, второй — лунный и на десять дней короче солнечного, вследствие чего месяцы этого календаря передвигаются из года в год. Первый календарь, принятый еще в домусульманском древнем Иране, состоит из двенадцати месяцев, первые шесть из которых имеют по 31 дню, а последующие — по 30 дней (последний месяц в невисокосный год имеет 29 дней). Месяцы эти сохраняют древние иранские названия зороастрийских гениев или ангелов, их охраняющих: фарвардин, ордибехешт, хордад, тирг мордад, шахривар, мехр, абан, азар, дей, бахман, эсфанд. Новый год в Иране обычно приходится на 1 фарвардина, что совпадает с весенним равноденствием 21 марта.

К Ноурузу начинают готовиться заблаговременно. За пятнадцать дней до Ноуруза проращивают немного пшеницы, ячменя или чечевицы, сначала в воде, а затем на тарелках. Взошедшая зелень служит украшением новогоднего стола. Те, кто может, приобретают к Ноурузу новую одежду. Отсюда иранская поговорка: «После праздника старая одежда пригодна лишь для того, чтобы висеть .на краю минарета». В богатых домах всю глиняную посуду заменяют новой. В связи с этим о бедняке говорят: «Он в своем доме имеет двухлетнюю посуду». Одновременно во всех домах производят уборку.

В дни, предшествующие Ноурузу, на базарах и на улицах появляются акробаты, фокусники, актеры и музыканты. На улицах раскладывают огонь; появляется «ряженый»—атеги афруз (зажигалыцик огня), который, аккомпанируя себе двумя дощечками, поет песню о «приходящем раз в год зажигалыцике огня». Особо отмечается последняя среда старого года, так называемая чехаргиамбейе ахер, с которой связаны многочислен.ные обряды. В этот день раскладывают на улицах костры, прыгают через них, гадают.

В вечер накануне Ноуруза принято готовить плов с овощами, поэтому этот вечер носит название алафе (алаф — трава). В этот вечер также жгут фейерверк. Наступлением Ноуруза считается момент вхождения солнца в созвездие Тельца. В прежнее время этот момент высчитывался астрологами, в наши дни обозначен в календарях; в городах его отмечают выстрелом из пушки.

В Иране Ноуруз официально празднуется в течение пяти дней; празднуется также тринадцатый день Ноуруза. Все эти шесть дней — нерабочие. К Ноурузу знакомые и родные обмениваются поздравлениями, в городах обычно к этому времени продают специальные поздравительные карточки. Богатые люди часто публикуют поздравления в газетах. При встрече со -знакомыми в дни Ноуруза принято дарить на счастье мелкие серебряные монетки.

В каждой семье на Ноуруз стараются приготовить праздничный стол, носящий в этом случае специальное название хафт сип, что означает «семь с». На столе должны обязательно находиться семь предметов, названия которых начинаются на букву с; это обычно яблоки, чеснок, уксус, проращенное на тарелке зерно, сок зеленых колосьев, плоды лоха, си- панд (рута). На стол кладут также коран, большой хлеб сайгак, ставят сосуд с водой, на поверхности которой плавает зеленый лист, флакон ю розовой водой, бокал с плавающей в нем живой рыбкой, а также различные кушанья и тарелку с крашеными яйцами. В момент наступления Ноуруза все обитатели дома должны быть дома у стола и держать в руке монету; существует поверье, что находящийся в этот момент вне дома рискует бродить на чужбине весь год. В торжественный момент все целуют- юя, младшие обычно целуют руку старшим.

В последующие дни спешат обменяться визитами. Тринадцатый день Ноуруза, носящий название сезде бедар (тринадцать у дверей), посвящается загородным прогулкам и пикникам. Возвращаются обратно поздно овечером. Во время этих прогулок девушки, желающие выйти замуж, вяжут из зелени венки и поют: «Тринадцать у дверей, Новый год! Дом мужа, младенец на руках».

В иранских городах и крупных селениях наибольшее оживление наблюдается на базаре и на прилегающих к нему улицах. Базары в Иране занимают особое и весьма своеобразное место в жизни населения. Базар [располагается обычно близ центра города и состоит из лабиринта бесчис- .ленных различной ширины проходов, подчас кривых и извилистых, по сторонам которых расположены ряды лавок и мастерских. Проходы на базаре имеют крышу, в которой на некотором расстоянии устроены куполообразные возвышения с отверстиями в них для проникновения света и свежего воздуха. Кроме большого «универсального» базара, бывают также еще специализированные небольшие базары и квартальные базары. Специализированные базары часто примыкают к главному. Например, ъ Исфахане, помимо главного базара, называющегося «Расте базар», -существуют еще базары сапожников, кузнецов, кондитеров, менял, шапочников, шорников, седельщиков и веревочников, цыновщиков, мануфактурщиков, медников, золотых дел мастеров и многие другие. Базары «сооружаются преимущественно из кирпича и камня. Лавки представляют собой ниши с прилавками и массивными дверями, снабженными железными запорами.

Сутолока, царящая на персидском базаре, буквально ошеломляет свежего человека. Голоса расхваливающих свой товар и зазывающих к себе продавцов различных товаров, причитания нищих, пение дервишей, крики «хабар, хабарЬ (берегись!) погонщиков ослов, медленно двигающихся среди пестрой толпы,— сливаются с говором и криками многотысячной толпы, заполняющей все проходы.

Персидский базар поражает обилием различных товаров, которыми завалены лавки; на первый взгляд кажется, что почти ничего не покупается. Однако сравнительно небольшой спрос на товары не делает купцов уступчивее, и они рьяно торгуются с покупателями, не забывая в заключение при совершении сделки попросить с покупателя на чай для своего помощника-подростка, как это принято обычаем.

На базаре не только торгуют. Сюда приходят послушать различные общественные и политические новости. Здесь ведется политическая и религиозная пропаганда. Различные политические события, мероприятия властей, действия меджлиса всегда встречают самую живую реакцию на базаре. Если базар закрывается, в городе начинается паника; о закрытии базара сообщается в газетах, об этом же кричат на всех перекрестках. Открытие базара — как бы символ того, что в городе наступило спокойствие.

Роль своеобразного клуба для средних слоев общества играют и бани, где за чаем и курением кальяна зажиточные горожане проводят в разговорах немало времени. В городах еще сохраняются старинные бани с общим большим бассейном, в котором посетители купаются после того, как хорошенько распарятся и особым способом удалят волосы с тела. В бассейне же производится и другая операция — окрашивание хной волос на голове, бороды, ладоней, подошв и ногтей. Женщины превращают посещение бани в род развлечения; они отправляются туда большой компанией и берут с собой всевозможные закуски и напитки.

К числу традиционных общественных мест относятся также мечети и крупные религиозные святыни, куда, главным образом в праздники, собираются огромные толпы населения. Они же чаще всего являются бе- стом — местами, которые по установившейся традиции служат убежищем. Тот, кто успеет здесь скрыться, не может быть схвачен властями и обычно отсиживается здесь до тех пор, пока лица, принимающие в нем участие, не уладят дела. Бестом могут быть и некоторые другие места, как, например, в Тегеране — двор меджлиса и ограда старой пушки на главной площади. Бестом считается также помещение телеграфа (теле- графхане)] телеграфные конторы в Иране строились и обслуживались англичанами, поэтому они, так же как и дипломатические миссии, пользовались правом экстерриториальности и играли роль английских шпионских центров. Во время революции 1905—1911 гг. повстанцы прибегали к массовому бесту, который, таким образом, выступал как форма пассивного сопротивления. Существуют известные градации для беста, в зависимости от тяжести преступления. Так, например, в сел. Шах-Абдул- Азим, расположенном при гробнице святого того же имени, убийца может находиться в безопасности лишь во дворе гробницы и в самой мечети, в то время как лицо, совершившее более легкое преступление, имеет возможность расхаживать по всему селению. Обычай беста сохранился в качестве пережитка до наших дней; в последние еще годы бестом пользовались противники Мосаддыка — убийцы начальника полиции Афшартуса.

В годы второй мировой войны и после нее, в период усиления освобо дительного антиимпериалистического движения, общественно-политическая жизнь Ирана в большой степени оживилась. Активизировалась деятельность общественных организаций, профсоюзов, газет и т. п. В свцзи с ростом рабочего класса и развитием классового и национального самосознания все большие массы трудящихся начали принимать участие в политической жизни страны в ее современных формах: в демонстрациях и митингах, в работе партийных и профессиональных клубов. В клубах Народной партии, Центрального объединенного совета профсоюзов рабочих и трудящихся Ирана, Организации народной молодежи, имевшихся во многих городах страны, проводились собрания, беседы, ставились любительские спектакли. Эти клубы были рассадниками подлинной культуры и демократии. Разгром народных организаций затруднил, но не ликвидировал развития демократического движения, не задушил его новых прогрессивных форм, нахоДящих свое выражение в деятельности «домов мира» и «караванов мира» и т. п.