Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Персы (иранцы) в Иране
Этнография - Народы Передней Азии

Персы (самоназвание ирани) — господствующая национальность Ирана — составляют, как отмечено выше, несколько менее половины населения страны. Всего в странах Передней Азии проживает около 9,5 млн. персов; 9200 тыс. из них живет в Иране, около 90 тыс. человек в Ираке, в районе «священных городов» шиитов — Неджефа и Кербелы, а остальные — небольшими группами по нескольку десятков тысяч человек в Афганистане и арабских странах, где, впрочем, к персам относят всех ираноподданных, независимо от их национальной принадлежности. За пределами Ирана персы занимаются земледелием (Ирак), а также торговлей и ремеслами; они составляют заметную прослойку среди нефтепромысловых рабочих в Саудовской Аравии и на Бахрейнских островах.

Слово «Иран» образовано от более древней формы «Ариана» (Айриана в позднейшей редакции Авесты), «страна ариев». Этот термин употреблялся в качестве названия основной части государства Сасанидов, которые называли себя «царями Ирана и не Ирана». Он встречается также в арабских исторических и географических источниках в форме «Иран-шахр» (государство Иран). Этот термин сохранился благодаря возрождению старых традиций в созданной в X в. Фердоуси эпической поэме «Шах- намэ». В дальнейшем этот термин закрепился за названием страны — Иран, безотносительно к этническому составу ее населения. В то же время для названия персов издавна был употребителен термин, происходивший от имени основной области их обитания — Фарс, или Парс (в греческой передаче), по-русски «персы»; язык этого народа соответственно именуется «фарси», по-русски «персидский». Вместе с тем, производное от термина «Иран» прилагательное «иранский» прочно закрепилось за названием группы родственных языков и говорящих на них народов — «иранские языки», «иранские народы».

Иранские националисты, используя разные значения терминов «Иран», «иранец», «иранский», механически объединили под этими терминами не только страну, но и все народы многонационального Ирана, в том числе и персидский народ. Мы в данной работе, следуя прочно установившейся в русской и советской литературе традиции, проводим четкое различие между терминами: «Иран», употребляемом в значении иранского государства и страны; «иранский»— в значении группы иранских языков и говорящих на них народов, «перс» — в значении наименования основной народности Ирана и «персидский» язык — в значении языка этого народа.

В Иране персы населяют главным образом Центральный, 1-й, 2-й, 7-й и 10-й астаны, большую часть 9-го, северо-западную часть 8-го ивосточ- ную часть 5-го и 6-гоастанов, т. ё. почти все области орошаемых и возделываемых земель, за исключением примыкающих с северо-запада районов: Иранского Азербайджана, с запада — Курдистана и Хузистана и с севера — пограничных с советскими государствами Средней Азии районов расселения туркмен и курдов в Хорасане.

Почти по всей стране, кроме Иранского Азербайджана и отчасти Кур- дистана, персы составляют основную часть городского населения, занимаясь ремеслами и торговлей, а также основную массу государственных служащих и лиц свободных профессий. К персам обычно причисляет себя господствующая феодально-помещичья и буржуазная верхушка Ирана, независимо от своего фактического происхождения (известная часть современной иранской знати происходит из каджаров и других тюркских племен, господствовавших в Иране, начиная со времени Сефевидов).

Сельское население отдельных персидских районов обладает рядом характерных отличий во внешнем облике, в быту, экономике, языке и часто даже сохраняет свои местные наименования. Так, население Гиляна и Ма- зандерана составляют так называемые гиляки и мазандеранцы, а также талыши и галеши. Они говорят на особых иранских диалектах и сохраняют в быту много своеобразных особенностей, отличающих их от персов, от которых они отличаются также своим физическим типом.

Большое количество персидского сельского населения южных склонов Эльбурса и восточных склонов Загроса сосредоточено в оазисах, расположенных в окрестностях больших городов; здесь также сохраняются многие особое локальные черты и остатки старых персидских диалектов. Почти повсеместно в указанных северных областях Ирана сельское персидское население живет бок о бок с другими племенами и народностями иранского, тюркского или арабского происхождения.

В Хорасане персидское население занимает по преимуществу южные районы провинции, тогда как северную ее часть в основном населяют туркмены и курды. Начиная с Кучано-Мешхедской долины, получает преобладание персидский язык, щ к югу от Мешхеда тюркская речь постепенна исчезает. 'Значительная часть персов живет и далее к югу, в Каине, а также в Сеистане, где они носят название сеистани.

В западных областях Ирана, населенных последовательно с севера на юг азербайджанцами, курдами, лурами и бахтиарами, а также арабами,, персидское население почти совершенно отсутствует. То же можно отметить в отношении юго-восточной части страны, населенной белуджами.

Весьма значительный процент населения составляют персы в центральной и южной частях страны, в провинциях, расположенных к юго-западу и к югу от Великой пустыни. В округах Кашан, Исфахан, Иезд, Керман,. Бам, Шираз, Абаде персы составляют господствующее большинство населения; при этом, как отмечалось по отношению к другим районам, персидское население каждой территориально изолированной области, часто составлявшей в прошлом отдельное феодальное владение, обладает рядом характерных черт в быту и языке, сохранившихся и до настоящего времениЧ

Из общей массы персов следует выделить гебров, или зардоштиг исповедующих зороастризм в отличие от остальных персов, являющихся мусульманами-шиитами. Гебры представляют собой замкнутую общину и мало общаются с остальным населением; быт их сохраняет

много особенностей, утерянных уже остальными персами, что позволяет выделить их в особую этнографическую группу. Гебры проживают на территории Ирана главным образом в городах Йезде и Кермане; некоторое их количество живет в Тегеране. Всего гебров в Иране от 10 до 20 тыс.; значительное число их проживает в северо-западной Индии (Бомбей).

Из общей массы персов следует выделить также небольшое количество так называемых фарсов-кочевников в Ширазской и Керманской провинциях; о них известно очень мало.

Вопрос о происхождении персидского народа все еще недостаточно изучен. До сего времени на территории Ирана и ближайших к нему областей не найдено следов палеолитического человека. Все первобытные археологические находки, сделанные в Иране, относятся к эпохам неолита и энеолита.

Раскопки в Сузах (Хузистан), в Анау (на территории СССР, близ Ашхабада), в Месопотамии, близ древнего Персеполя, и на севере, близ городов Дамган и Горган, дали большое количество поздненеолитических орудий и крашеной керамики, а также обнаружили следы неолитического жилища. Указанные находки показали, что на территории Ирана существовала развитая земледельческая культура, которая была близка культурам того же типа в Месопотамии, Северной Индии и Средней Азии ц составляла с ними единую культурную область. Некоторые исследователи считают, что существование более ранней примитивной земледельческой культуры скорее быдо возможно на Иранском плоскогорье, чем на равнинах Месопотамии, так как освоение мелких речек внутреннего иранского бассейна для нужд, орошения представляется более легким, чем освоение крупных рек Месопотамии.

Большое число находок в Иране и в соседних с ним странах относится к периоду энеолита. Медь и бронза появились здесь, по-видимому, уже в IV тысячелетии до н. э. и прослеживаются и позднее — во II тысячелетии. Весьма своеобразна богатейшая культура луристанской бронзы, древнейшие образцы которой относятся, вероятно, к началу II тысячелетия до н. э.

Письменным памятникам древного Двуречья мы обязаны знакомством с именами некоторых народов, живших в западной части Иранского плоскогорья. Таковы лулубеи, гутеи (середина III тысячелетия до н. э.) и касситы (XVIIT в. до н. э.), в свое время завоевавшие равнину Месопо- . тамии. Однако этническое происхождение этих народов остается неясным; во всяком случае, ни лулубеи, ни гутеи не говорили на индоевропейских языках. Можно с уверенностью сказать, что лишь с середины II тысячелетия появились отдельные индоевропейские элементы, например, у хурритов на верхнем течении Евфрата, а также у упомянутых выше касситов, выходцев с гор Загроса; эти элементы усматриваются в индоевропейских именах царей, династий, богов, а также в некоторых нарицательных именах.

Первые известия об индоевропейских племенах на территории Ирана — о мидянах и родственных им персах — относятся к IX в. до н. э., когда эти племена названы в ассирийских памятниках. Персидские племена, которых Геродот насчитывает десять (шесть оседлых и четыре кочевых) 2, первоначально находились под властью родственных им мидян, создавших во второй половине VII в. до. н. э. сильное государство, распространившее свое господство на ряд соседних стран. Однако в середине VI в. до н. э. персы свергли власть мидян.

Основателю династии Ахеменидов Киру (558—529 гг. до н. э.) и его преемникам (Камбизу, Дарию I) удалось объединить персов, завоевать ряд стран и народов и создать обширное государство. Это способствовало отмиранию первобытно-общинных отношений среди персидских племен и развитию рабовладения; однако Персидская держава в целом не имела единой экономической базы и представляла собой лишь военноадминистративное объединение. Характерна в этом отношении надпись Дария I о сооружении дворца в Сузах, содержащая перечень народов, представители которых были использованы при сооружении дворца в качестве камнетесов, златокузнецов, строительных рабочих и вообще ремесленников. Мы находим здесь вавилонян, ассирийцев, киликийцев, ионяьГ (малоазийских греков), индийцев, мидян, египтян. Персы в этом перечне отсутствуют не только потому, что в то время они далеко уступали перечисленным народам в развитии материальной культуры и ремесла и не могли из своей среды выдвинуть мастеров для постройки и отделки царского дворца. Причина заключается и в том, что у персов-ахе- менидского периода существовала военно-племенная организация, благодаря которой им удалось покорить большую часть стран и народов Передней Азии и заставить их работать на себя. Не случайно в древнеперсидском языке народ и войско называются одним и тем же словом3.

После падения в IV в. до н. э., в результате завоевательных походов Александра Македонского, Ахеменидского государства на территории Ирана в течение нескольких столетий происходила смена государственных образований, каждое из которых в такой же мере, как и государство Ахеменидов, представляло собой объединение различных племен и народностей. Однако персы не занимали в этих государствах того господствующего положения, которое они занимали в государстве Ахеменидов. Этот многовековой период напряженной борьбы широких народных масс, находившихся на разных ступенях общественно-экономического развития, против все усиливавшегося закабаления их рабовладельческой знатью был вместе с тем, по-видимому, периодом сложения персидской народности, как и ряда других ираноязычных народностей на территории Ирана и Средней Азии. В этот период, когда значительная часть ираноязыных племен и народностей начала интенсивно переходить к земледелию, на базе старых местных культов, в частности культа огня, возникла получившая столь большое распространение в Иране и Средней Азии дуалистическая религия зороастризм. Наконец, именно в этот период сложился и получил письменное оформление на базе арамейского алфавита язык древней персидской народности, называемый, в отличие от древнеперсидского языка ахеменидских надписей, среднеперсидским, или же по имени крупнейшего государственного образования той эпохи — Парфии—пехлевийским1.

В 224 г. н. э. один из князей Фарса Ардешир Папакан поднял восстание против одряхлевшей Парфянской державы, и через несколько лет ему удалось создать обширное Сасанидское2 государство.

В централизованном Сасанидском государстве, первоначально (III—V вв. я. э.) все еще рабовладельческом по своей социальной основе, значительного развития достигла классовая дифференциация среди свободного населения, приведшая к образованию обособленных сословий — жрецов, воинов, земледельцев и ремесленников. Первые два, к которым впоследствии прибавилось сословие чиновников, состояли из представителей землевладельческой и рабовладельческой верхушки и были главной социальной опорой Сасанидской монархии; земледельцы же впоследствии слились в одно сословие с ремесленниками. Постепенно уже не только рабы, но и большая часть свободного населения оказалась* в зависимости от землевладельческой знати. Происходил процесс феодализации иранского общества. В религиозной жизни сасанидского Ирана также происходили изменения. Зороастризм, с его культом не только огня, но и земледелия, был объявлен государственной религией; зороастрийские жрецы, владевшие обширными храмовыми землями, составили одну из крупных прослоек господствующего класса.

Протест угнетенных народных масс против все усиливавшегося закабаления и социального неравенства находил свое выражение в направленных против зороастризма религиозных движениях. Возникшее в V в. на севере Ирана движение маздакитов широко охватило персидские области Ирана; в нем приняли участие закабаленные крестьяне, рабы, ремесленники, городская беднота, часть мелких и средних землевладельцев. Это народное движение в известной мере подготовило крах рабовладельческих отношений.

Ожесточенная классовая борьба в сасанидском Иране облегчила его завоевание в середине VII в. арабами, включившими Иран в состав вновь образованного государства — халифата. Завоеватели принесли с собой новую религию — ислам, которая постепенно вытеснила древний зороастризм. Завоевание принесло в Иран также новый этнический элемент — арабов', постепенно оседавших в стране и частично растворившихся среди основного населения. Наконец, арабские завоеватели ускорили завершение * процесса феодализации Ирана. В различных местностях Ирана не прекращались вспышки крупных восстаний широких народных масс, по своим лозунгам близких к движению маздакитов. Жестоко подавляя восстания, арабские завоеватели неоднократно применяли массовые перемещения населения.

Борьба народов против арабского ига и развитие феодализма привели в IX—X вв. к возникновению на территории Ирана и Средней Азии отдельных государств, управляемых династиями местного происхождения (Та- хириды, Саффариды, Саманиды, Буиды).

С начала XI в. Иран подпал под многовековое господство тюркских завоевателей. В XI в. Иран был завоеван туркменами-сельджуками. После ослабления их власти в конце XII в. страну раздирали феодальные междоусобицы, и в конце концов, после кратковременного подчинения государям Хорезма, ее завоевали монголы. С конца XIV в. Ираном завладел Тимур; во второй половине XVв. Иран стал ареной борьбы между Тимуридами и двумя туркменскими династиями — Ак-Коюнлу и Кара- Коюнлу. Период тюркского, а затем монгольского господства связан с дальнейшим изменением этнического состава Ирана: в стране появились многочисленные тюркские племена, отчасти продолжавшие вести кочевой образ жизни, отчасти перешедшие к оседлости и смешавшиеся с основным населением страны.

С начала XVI в. над Ираном устанавливает свое господство тюркская династия Сефевидов (1502—1736). Первоначально Сефевиды опирались на вооруженную силу ряда тюркских племен, объединенных ими в «Союз кызылбашей». Кызылбашская кочевая знать составила ведущую прослойку феодального класса страны. Только в период расцвета Сефевидской державы, при шахах Аббасе I и Сефи I влияние кызылбащской знати было несколько ограничено и Сефевиды стали опираться на иранскую землевладельческую аристократию.

Ведя успешные войны с соседями, Сефевиды практиковали массовое переселение покоренного населения (армян, грузин) в глубь страны, а также перемещали отдельные группы населения внутри страны (так, например, для защиты границ были переселены в Хорасан курды). Большинство потомков этих переселенцев и до настоящего времени проживает там, где их предков поселили сефевидские шахи.

При Сефевидах шиитский толк ислама стал государственной религией Ирана.

Экономическое разорение страны, обусловленное ростом феодальной эксплуатации, антифеодальная борьба народных масс и борьба покореп- ных народов против власти сефевидских шахов были причинами того, что со второй половины XVII в. держава Сефевидов стала клониться к упадку. После кратковременного владычества афганцев (середина XVIII в.) и Надир-шаха, выходца из тюркского племени афшар, власть в стране перешла к луру Керим-хану, а в 1794 г. длительная междоусобица закончилась победой представителя тюркского племени каджаров — Ага- Мухаммед-хана. Так началось правление ненавистной народным массам династии Каджаров (1794—1925), при которой крепостническая эксплуатация и национальный гнет приняли особенно острые формы. В этот же период в судьбах Ирана произошли большие изменения, связанные с колониальным закабалением страны.

Уже во второй половине XVIII в. ослабленный феодальной анархией отсталый Иран начинает привлекать взоры европейских капиталистов. С 1763 г. англичане, пользуясь слабостью Иранского государства, навязали ему ряд неравноправных договоров, положивших начало превращению шахского Ирана в зависимую от Англии страну. В дальнейшем эта зависимость продолжала усиливаться. В 1901 г. угрозами и подкупом Англия заставила шаха предоставить английскому подданному д’Арси концессию на монопольную эксплуатацию нефтяных источников на юге страны на кабальных для Ирана условиях. Концессия д’Арси в 1909 г. по инициативе английского адмиралтейства была преобразована в Англо- Персидскую нефтяную компанию (впоследствии — Англо-Иранскую нефтяную компанию, сокращенно АИНК), причем больше половины всех акций компании скупило английское правительство. Компания послужила главнейшим рычагом не только экономического, но и политического закабаления Ирана английским империализмом. АИНК со временем превратилась в государство в государстве: она получила право содержать свою охрану и полицию, имела свои подъездные пути, пристани и суда, фактически распоряжалась назначением иранской администрации Хузи- стана, где велись нефтяные разработки. Беспощадно эксплуатируя рабочих, компания получала огромные прибыли. Немалую роль в закабалении Ирана сыграл и английский Шахиншахский банк.

В то же время северные области Ирана подверглись империалистической экспансии со стороны царской России.

К началу XX в. империалистическое порабощение Ирана стало совершившимся фактом. Для характеристики экономической зависимости Ирана от капиталистических стран, главным образом Англии и царской России, достаточно указать, что Иран должен был выплачивать ежегодно только одних процентов по займам свыше 0,5 млн. ф. ст., что составляло около одной трети всех государственных расходов.

Превращение Ирана в полуколонию сильнейшим образом затормозило развитие отечественной промышленности, воспрепятствовало возникновению фабрик и заводов,вызвало упадок национальной мануфактуры и старинных ремесел. Господство иностранного капитала способствовало укреплению существующего политического строя и сохранению в стране феодализма в качестве основного экономического уклада. В то же время, в связи с ростом внешней торговли и развитием товарно-денежных отношений, иранские помещики оказались заинтересованными к увеличении своих земельных владений, которые они стали использовать под производство культур, имеющих спрос на внешнем рынке; в результате усилился процесс обезземеления крестьянства. Иранская буржуазия, не имевшая возможности вложить свой капитал в промышленность, помещала его в землю, стала заниматься ростовщическими операциями. Производилась лихорадочная скупка земель, повышались цены на них, помещики и буржуазия стали захватывать крестьянские земли. На угнетение со стороны правящих классов и иноземных грабителей трудящиеся массы отвечали беспрерывными восстаниями. Почти полувековое царствование Насреддин-шаха (1848—1896) было наполнено волнениями городской бедноты, ремесленников (крупнейшими из них были бабидские восстания 1840—1850-х годов), крестьянскими восстаниями.

В этих условиях во второй половине XIX в. в Иране начала формироваться национально-буржуазная идеология.

Резкое обострение внутренних социальных противоречий, потребности буржуазного развития страны, борьба против закабаления ее империалистами,— все это послужило предпосылками иранской буржуазной революции 1905—1911 гг. Непосредственный толчок дала революция 1905 г., в России, сыгравшая большую роль в истории Ирана. Уже на рубеже XX в. большие массы безработных устремлялись из Ирана в города Закавказья и Средней Азии, где у российских рабочих они перенимали революционный опыт. «Вслед за русским движением 1905 года,— писал В. И. Ленин,— демократическая революция охватила всю Азию — Турцию, Персию, Китай»1.

«Мировой капитализм и русское движение 1905 года окончательно разбудили Азию. Сотни миллионов забитого, одичавшего в средневековом застое, населения проснулись к новой жизни и к борьбе за азбучные права человека, за демократию»2.

Иранская буржуазная революция-не осуществила народных надежд и не разрешила стоявшей перед ней объективной задачи создания независимого демократического государства; буржуазия оказалась неспособной разрешить и аграрный вопрос. Тем не менее, революция 1905—1911 гг. привела к ослаблению феодальных порядков. В годы иранской буржуазной революции по всей стране возникли энджумены — органы самоуправления, принявшие активное участие в руководстве рабочими стачками в 1907—1908 гг. К этому же времени относятся первые попытки создания рабочих организаций, в частности профсоюза печатников.

В годы первой мировой войны, несмотря на то, что Иран сохранял нейтралитет, на его территории развернулись военные действия между турецко-германскими войсками, с одной стороны, и русскими и английскими — с другой. После поражения Германии английские империалисты оккупировали всю территорию Ирана и в 1919 г. принудили иранское правительство подписать кабальное англо-иранское соглашение, поставившее под контроль Англии государственный аппарат, армию, финансы, дорожное строительство и таможенную политику Ирана. Подписание этого соглашения вызвало взрыв возмущения народов Ирана: в городах проходили митинги протеста, антиимпериалистическое движение в стране усилилось. Соглашение пришлось аннулировать.

Огромное влияние на развитие революционного и национально-освободительного движения в Иране оказала Великая Октябрьская социалистическая революция, открывшая новую эпоху в освободительной борьбе народов Востока, а также успехи Советской России в борьбе с интервенцией и решительный отказ советского правительства от политики порабощения слабо развитых стран. В 1918 и 1919 гг. советское правительство официально объявило об аннулировании всех соглашений царской России, направленных против независимости Ирана; это заявление было закреплено советско-иранским договором, подписанным в Москве 26 февраля 1921 г.,— первым в новейшей истории Ирана равноправным договором. Под влиянием событий в России в 1918—1922 гг. в Иране возникла новая волна народного движения, развивалось национально-освободительное движение в Гиляне, произошло восстание шейха Хиабани в Тебризе. В ряде городов создавались Советы, руководимые социал-демократической партией «Адалят» («Справедливость»), переименованной в 1920 г. в Коммунистическую партию Ирана.

Национально-освободительное движение в Иране было задушено силами реакции при активной помощи английских империалистов. В феврале 1921 г. англичане инспирировали в стране политический переворот и привели к власти своего агента — Сеида Зияеддина. Переворот был совершен силами иранских казачьих частей с Реза-ханом во главе. Правительство Зияеддина через несколько месяцев пало, а Реза-хан в 1925 г. добился провозглашения себя шахом. Династия Каджаров была низложена.

Правительством Реза-шаха были проведены помещичье-буржуазные реформы, сыгравшие известную положительную роль в укреплении иранского государства. Однако эти реформы сочетались с планомерным подавлением демократического движения. Все демократические организации вынуждены были уйти в подполье, в стране усилился национальный гнет, национальное движение жестоко преследовалось.

Ко времени правления Реза-шаха относится усиление американской экспансии в Иране. В 1922—1927 гг. так называемая миссия Мильспо, нарушая суверенитет и независимость Ирана, пыталась добиться установления в стране господства американских монополий, прежде всего в области финансов.

Начиная с 1930-х годов, Реза-шах пошел на прямое сотрудничество с гитлеровской Германией. Германский фашизм начал прибирать к рукам иранскую экономику и превращать страну в плацдарм для нападения на СССР. После нападения гитлеровской Германии на Советский Союз, несмотря на неоднократные предупреждения советского правительства,. Реза-шах продолжал покровительствовать германским агентам и давать им убежище на территории Ирана. Тогда советское правительство было вынуждено ввести в Иран свои войска на основании советско-иранского договора 1921 г., статья 6 которого гласит, что в случае, если третьи страны попытаются насильственно вторгнуться на территорию Ирана или превратить его в базу для военных наступлений против Советского государства, советское правительство будет иметь право ввести войска на территорию Ирана. Одновременно в Иран были введены английские войска, а несколько позже — войска США. В связи с крахом своей политики Реза-шах 16 сентября 1941 г. вынужден был отречься от престола в пользу своего сына — Мохаммеда Реза.

Падение диктатуры Реза-шаха и освободительный характер второй мировой войны вызвали в стране широкое демократическое движение, во главе которого стала Народная партия Ирана (Хизбе тудейе Иран), возникшая в 1941 г. Народная партия завоевала большой авторитет и вскоре стала единственной массовой партией трудящихся Ирана. По инициативе Народной партии были созданы профсоюзы, демократические организации женщин, молодежи и крестьянские союзы* Под руководством Народной партии и Центрального совета профвоюзов трудящиеся Ирана в 1944—1946 гг. добились больших успехов. В эти годы развернулось широкое рабочее движение, которое не прекращалось и в последующие годы.