Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Фольклор и литература японцев. Музыка
Этнография - Народы Восточной Азии

На_ протяжении всей истории Японии в широких народных массах бытовали различные сказания о реальных и Фантастических животных, легенды о божествах, о демонах и о людях, сталкивавшихся в своих приключениях и с теми, и с другими. Японским сказкам свойственна ненавязчивая назидательность в сочетании с мягким юмором. Сказки более лозднего времени порой совершенно лишены какой бы то ни было фантастики или даже аллегории и скорее напоминают реалистические новеллы или анекдоты, также обычно с юмористическим оттенком. Многочисленные пословицы, поговорки и загадки отражают в себе всю историю японского народа. Народные песни слагаются повседневно, что не мешает некоторым из них сохраняться неизменными с древнейших времен, особенно это относится к обрядовым песням. Все эти виды народного творчества послужили основой, на которой развивалась японская литература. Древнейшими видами японского стихосложения были нагаута — длинные поэмы, восходящие к народным былинам, и пятистишия танка, генетически связанные с народными запевками-частушками.

Эти стихотворные жанры представлены в двух крупнейших и древнейших антологиях японской классической поэзии — «Манъесю» (VIII в.) и «Кокинсю» (X в.). В «Манъесю» многочисленны еще записи фольклорных произведений, а из индивидуального творчества много нагаута — од, элегий, баллад. В «Кокинсю» выступают уже хорошо известные и сложившиеся поэты, в том числе такие корисЬеи, как Аривара Нарихира и поэтесса Оно-но Комати. Крупный поэт Ки-но Цураюки, составлявший и редактировавший «Кокинсю», предпослал ей свое предисловие, где он в яркой и образной форме изложил современный ему взгляд на поэзию. В «Кокинсю» жанр танка является решительно преобладающим, а нагаута постепенно сходит на нет.

Танка, до сих пор остающаяся излюбленной формой японского стихосложения, содержит 31 слог, распределяемый в чередовании 5—7— 5-7-7.

Танка заключает в себе обычно какое-нибудь впечатление, переживание или сентенцию, причем первые три строчки служат предпосылкой (хокку), а две последние — заключением (агэку). Вот пример танка, написанной крупнейшим японским поэтом нового времени Исикава Таку- боку, в которой поэт иносказательно выражает свою тоску на чужбине:

В стороне родной На краю тропинки я Камень обронил.

Верно, он, травою скрыт,

Там и до сих пор лежит.

Четкое деление на хокку и агэку способствовало в XII—XIV вв. развитию жанра рэнеа — цепи танка, в которой каждое агэку одинаково хорошо согласуется по смыслу как с предшествующим, так и с последующим хокку. Например:4

1.   Белый талый снег —

Знать, весна уже пришла —

Начал исчезать.

2. Всюду легонький дымок,

Из земли — ростки травы.

3.   Хоть село давно

Древним стало — люди здесь Все еще живут.

4.   Вечер. Даже ветра звук Веет холодом сырым.

Как легко заметить, агэку 2 может быть концовкой и к хокку 1, и к хокку 3. Писались рэнга обычно компанией людей в порядке поэтической забавы — один задавал хокку, другой добавлял агэку, третий продолжал и т. д. позже привычка сочинять отдельные хокку оез вывода привела в XVI в. к их оформлению в особый жанр — хайку, трехстишия в 17 слогов, которые содержат в себе только какое-нибудь отдельное наблюдение, и поэтому выразительные возможности их слабее, чем у танка. Например:5

Постоянно дождь!

Как давно не видел я

Лика месяца...

Или:

Как прохладна ночь!

Ясный месяц молодой

Виден из-за гор.

Существуют и другие формы стихов, в основе которых лежит обычно чередование пяти- и семисложных строк. Во всех них употребляются, как правило, только исконно японские слова. Иностранные заимствования, даже китайские, почти не допускаются.

В новейшее время, особенно в гражданской лирике, широко распространилась форма свободной ритмической прозы, напоминающая поэзию Уитмена; в ней нет ограничений ни в размере, ни в лексике.

Концевой рифмы японская поэзия не знает, хотя в фольклоре они изредка встречаются. Зато широко распространены такие приемы, как постоянные эпитеты, игра слов и т. д.

Столь же рано, как и поэзия, развилась в Японии художественная проза. В конце X в. поэтесса Мурасаки Сикибу создала роман «Повесть о      принце Гэндзи» («Гэндзи-моногатари»), где наряду с образом идеального дворянина, «рыцаря без страха и упрека» даются разнообразные реалистические картины жизни общества в ту эпоху. Японская средневековая проза представлена в жанрах повествовательных романов, так называемых моногатари (новелл), никки (дневников), соси (записок- очерков). В последнем жанре особенно выделяются «Записки у изголовья» писательницы Сэй Сёнагон, где с легким цинизмом пресыщенной придворной дамы рисуются разнообразнейшие картины жизни японской феодальной верхушки X в.

В XIII—XIV вв. создаются историко-героические эпопеи, они представляют собой свод отдельных сказаний, возникших в разное время и в различных местах. Вначале они распевались странствующими певцами под аккомпанемент национального трехструнного щипкового инструмента (сямисэн).

В XIV—XVI вв. появляются первые ростки народной повести. С развитием книгопечатания в XVI в. большое распространение получили рассказы о героических подвигах, путешествиях, волшебные сказки, любовные новеллы, нравоучительные истории.

Любопытным памятником этого времени являются «Записки в часы досуга» («Цурэдзурэгуса») монаха Кэйко, причудливым образом сочетающие буддийское философское миросозерцание с эпикурейским восхвалением радостей бытия. Героические эпопеи сменяются рыцарским самурайским романом, в котором сохраняются те же основные доблести, но в иной форме и на фоне иных, меньших по масштабам событий.

В XVII в. городской роман (укийо-соси) достигает полного расцвета. В это время творит крупный реалист Ихара Сайкаку, автор ряда ярких любовных романов, виднейший драматург Тикамацу Мондзаэмон и др. Прозаические произведения конца XVIII—начала XIX в. пронизаны резко сатирическими настроениями. Можно привести в пример плутовской ро

ман Дзиппэнся Икку «На своих на двоих по Юкаидоскои дороге», «Мирскую баню» Сикитэя Самбы и другие повести. В этих произведениях широко используется обыденная разговорная речь со всеми ее отклонениями от классической нормы.

После революции 1868 г. большое влияние на развитие новой японской литературы оказали многочисленные переводы зарубежных произведений, в частности русской классики. Ознакомлению с ней много способствовал писатель Хасэгава Фтабатэй, чей роман «Плывущее облако», написанный под влиянием Тургенева, положил начало реализму в японской литературе и движению за создание единого разговорно-письменного и литературного языка. В конце XIX—начале XX в. выдающиеся писатели Симадзаки Тосон, Токутоми Рока, Нацумэ Сосэки, Куникида Доппо создали произведения, ознаменовавшие высшую точку расцвета критического реализма в Японии.

К 20-м годам буржуазная литература Японии отходит от реализма и переходит к фантастическому мистицизму, к феодальной романтике, эротизму. Таковы произведения Акутагава Рюноскэ, Танидзаки Дзюнъитиро. Одновременно возникает пролетарская литература, виднейшими представителями которой можно считать Кобаяси Такидзи и Токунага Сунао.6 Организация японских пролетарских писателей, разгромленная в годы реакции и войны, возродилась в 1945 г. под именем Синнихон Бунгаку- кай. Продолжает свою работу Токунага, на смену убитому реакционерами Кобаяси приходят новые таланты — поэтесса Миямото Юрико, писатель Такакура Тэру. Эти прогрессивные силы в японской литературе ведут успешную борьбу с многочисленной, но обычно очень низкопробной реакционной упаднической литературой.

Музыка

В японском народе живы традиции народных песен, исполняемых под аккомпанемент национальных инструментов. Обычный национальный оркестр состоит из сямисэн — трехструнного инструмента с четырехгранным корпусом и кожаной верхней декой, с длинным грифом, на котором играют плектром (бати), кото — 13-струнного щипкового инструмента, наподобие длинной прямоугольной цитры, четырехструнной лютни (биеа), имеющей форму разрезанной груши, флейты (фуэ).

Целый ряд специфических музыкальных инструментов сохраняется в храмовой музыке. Игра на этих инструментах и искусство изготовления их ограничены узким (в отдельных случаях всего 5—6 человек на всю Японию) кругом специалистов. К таким инструментам относится, в частности, флейта сё, близкая к китайскому шэну и индо-китайскому кхэну (все эти термины этимологически также родственны). Сё изготовляется из бамбуковых трубок, длительное время выдержанных в очаге (котацу). Большое число таких трубок разной длины расположено в сё по кругу, перпендикулярно к центральному резонатору. Кроме того, в храмовой музыке применяется большое разнообразие ударных инструментов — подвесных барабанов и гонгов различных размеров. Из обычных ударных инструментов важен барабан (тайко) с двумя ударными палочками, который бывает разных размеров — от маленьких до двухметровых, и инструмент типа сдвоенного бубна (цуцуми).

Японская традиционная музыка зиждется на системе бесполутоновых иентатонических ладов; в более позднее время, однако, распространилось также чередование полутоновых, целотоновых и двухтоновых интервалов. Есть два варианта таких пятиступенных ладов — «деревенский» и «столичный».

Вместе с общим усилением европейского культурного влияния после ликвидации сёгуната в Японию проникают и европейские музыкальные традиции. С учетом достижений западной симфонической музыки и с использованием народных мотивов японскими композиторами создано большое число оригинальных музыкальных произведений.

Большую популярность в Японии имеет творчество советских композиторов, особенно Шостаковича, Прокофьева. Большой любовью среди японской молодежи пользуются советские песни «Катюша», «Подмосковные вечера» и др.

С другой стороны, в послевоенной Японии ведется пропаганда антихудожественной модернистской музыки. С целью противостоять этому влиянию, защитить народные музыкальные традиции, пропагандировать песни разных стран, особенно с миролюбивой и демократической тематикой, прогрессивные музыкальные силы Японии объединились в движение «Поющих голосов» Японии («Утагоэ»), возглавляемое лауреатом Ленинской премии мира Акико Сэки. Хоры, певческие праздники и другие мероприятия «Утагоэ» имеют глубоко народную, массовую основу и стали неотъемлемой частью жизни японского народа.