Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Архитектура, скульптура, живопись японцев
Этнография - Народы Восточной Азии

Японское искусство имеет очень глубокие корни в народе. Многие его проявления переплетаются с бытом каждой японской семьи. Так, поэзия в Японии не ограничена кругом поэтов-профессионалов, напротив, гораздо больше поэтов-любителей, пишущих стихи между делом. Сочинение короткого стихотворения — обычная реакция многих японцев на какое-нибудь крупное событие или личное переживание. Художественная ценность таких произведений может быть различная, но сама форма проявления человеческих чувств достаточно показательна для степени распространения поэзии в народе. Большинство японцев занимается также и рисованием; рисованию придается большое значение в системе детского воспитания. Картины и каллиграфические прописи служат украшением почти каждого дома. Прикладное искусство не ограничивается изготовлением предметов роскоши, представляющих его обычно в музеях; японский ремесленник вкладывает даже в предметы массового потребления столько старания и вкуса, что самая дешевая кустарная посуда, ткань, предмет обихода часто не уступают музейным вещам по изысканности своего оформления. Знаменитые памятники архитектуры, литературные произведения, явления театральной жизни находят свое отражение в пословицах, речевых оборотах; например, великолепная купольная конструкция храма в Никко фигурирует в труднопереводимой пословице «не видев Никко, не говорят о прекрасном» (по-японски «прекрасное и «конструкция» передаются одним словом); слово «интересный» буквально означает «белолицый» и происходит от белого грима актеров народного театра.

В японском искусстве, особенно в архитектуре и в изобразительном искусстве, сильно сказалось китайское и корейское влияние; к моменту начала этих влияний классовое общество Японии находилось еще в процессе формирования, а специализированное профессиональное искусство — соответственно в зачаточном состоянии.

С проникновением китайской цивилизации в Японию были принесены в готовом виде достижения искусства, совершенствовавшегося на протяжении многих веков. На японской почве это искусство подверглось дальнейшему творческому развитию и, сливаясь С собственно японскими народными художественными традициями, выработало в дальнейшем свои специфические черты.

В числе характерных черт эстетической жизни японцев следует отметить присущее им тонкое чувство прекрасного в природе. Это чувство проявляется в двух специфических видах прикладного искусства — искусстве выращивания цветов, особенно хризантем, в котором японцы достигают виртуозного совершенства, и искусстве составления букетов, точнее, композиций из цветов, ветвей, коры и пр. (икэбана). Эти предметы, так же как основы рисования и стихосложения, преподаются в ряде школ и курсов, особенно женских.

Япония — страна цветов. Их можно видеть в садах и на склонах гор Южной я Центральной Японии почти круглый год: в феврале камелии, в апреле вишни, летом лилии, азалии, гортензии, до поздней осени хризантемы. Цветы — излюбленный мотив в орнаментации тканей и бытовых предметов. И почти всегда в японском доме, независимо от того, принадлежит ли он крестьянину, служащему или ученому, можно найти несколько цветков в вазе, обычно стоящей в нише (токо- нома). Составление композиций из цветов и ветвей — искусство исключительно женское. Конечно, далеко не каждая японская хозяйка обучалась искусству икэбана, но каждая женщина не раз видела лучшие образцы этого искусства в других домах, на выставках, в журналах, так что ей есть с чего взять пример.

Классическая старинная школа икэбана, очень распространенная и сейчас, использует при составлении композиций канонические чертежи, где направления линий и положения точек, по которым должны распределяться ветки и цветы, имеют символические, религиозные значения, исходящие из анализа фигуры человека в молитвенной позе. Другие школы икэбана, менее канонические, допускают вольное толкование композиций в тех или иных принципах. В качестве курьеза можно отметить, что абстрактное искусство проникло и в икэбана, хотя не получило популярности. Абстракционистки в икэбана используют ржавую проволоку, гнилые сучья, вялые листья и тому подобные материалы.

Архитектура

Японская национальная архитектура развивалась из традиций японского народного жилища. В основе ее лежит каркасно-столбовая или каркасно-свайная конструкция, увенчиваемая тяжелой фигурной, далеко выступающей крышей. Плоскости стен не выполняют несущих функций. Преобладают деревянные конструкции. Древнейшие памятники — храмы в Идзумо и Исэ — были построены, согласно преданиям, около 1500 лет тому назад; утверждают, что, хотя их постоянно ремонтировали и в них не осталось ни одной первоначальной балки, конструкция их сохранена. Это типично южноазиатский свайный дом с верандой. Другие японские храмы имеют большие размеры, но сходную конструкцию; правда, чаще они стоят не на сваях, а на высоких каменных платформах. Такой же характер имеют и дворцовые постройки;даже крепости — замки феодалов отличаются лишь солидностью фундамента и массивностью ограждающих постройки крепостных стен на дикого камня.

Основные памятники японской национальной архитектуры распадаются на три группы. Это синтоистские храмы (дзиндзя или мия), буддийские храмы (тэра) и феодальные замки (сиро или дзё). Из их числа почти все относятся к XVII—XVIII вв., а строительство храмов ведется и по сей день. Синтоистский храм, как уже говорилось, состоит из двух частей: хондэн и хайдэн. Кроме того, в крупных храмах имеются боковые приделы, галереи, так что здание в плане становится П-образным или квадратным, с внутренним двором. Все эти части здания имеют довольнс ажурную структуру, открыты воздуху и свету, отделаны, за исключением крыши, довольно скромно и скупо, деревянные детали чаще всего не окрашены. Все это сближает архитектуру синтоистского храма с народным зодчеством.

Буддийские храмы, напротив, связаны с китайской, а через нее — с тибетской, индийской, непальской архитектурной традицией. В помещениях этих храмов бывает нередко темно и тесно. Между скульптурами Будды и бодисатв и стенами заключающих их зданий промежуток недостаточно велик. Деревянные детали зданий ярко раскрашены, позолочены, обильно украшены резьбой. Интерьер в этих зданиях обычно не продуман, но с внешней стороны они производят внушительное, иногда величественное впечатление.

В отделке зданий широко используется полировка дерева, лак; крыша бывает либо дранковая, либо черепичная, в последнем случае приме- няется черепица с разноцветной поливой.

Замки-крепости всегда находятся на самой возвышенной точке местности, они окружены рвами и несколькими поясами стен. Темно-серый, почти черный камень стен и такого же цвета тяжелые, массивные крыши резко контрастируют с чисто белыми, скупо декорированными многоэтажными башнями, стены которых несколько скошены и напоминают по пропорциям пилоны египетских храмов.

Дворцовая архитектура Японии не очень выразительна. Дворцы всегда окружены полностью скрывающими их высокими стенами, напоминающими крепостные. В противоположность буддийским храмам они не рассчитаны на внешнее обозрение и все внимание в них уделено интерьерам.

Самые большие дворцы почти всегда одноэтажные и построены полностью по тем же принципам, что и обычные жилые дома, отличаясь от них только размерами и художественным оформлением. Раздвижные стены их богато расписаны. Потолки гораздо выше, чем в обычных домах. Даже в обычном доме, если потолок выше стандартного размера раздвижной стены, то пространство между верхней пазовой балкой и потолком заполняется ажурной перегородкой (рамма). Дворцовые же рамма очень высоки, массивны и представляют собой шедевры художественной резьбы по дереву.

При всех различиях японские храмы, дворцы, замки и прочие крупные здания традиционной архитектуры с первого взгляда кажутся очень схожими между собой. Причина этого в том, что крыши всех этих здании сооружаются примерно одинаково, а именно крыша и является наиболее существенной и характерной частью здания в японской архитектуре. Почти любое японское здание, от крестьянского амбара до крупнейшего храма, состоит из сравнительно легкой каркасной конструкции, поддерживающей солидную, массивную крышу. При этом чем больше здание, тем относительно объемистее, сложнее, массивнее становится крыша. Она далеко выступает за линии стен, имеет сложный криволинейный профиль, скаты на все четыре стороны. В крупных зданиях крыша часто многоярусная, с рядом дополнительных подрезных скатов, с дополнительными крышами для помещений, выступающих мезонинами над поверхностью основной крыши. При сложной планировке здания крыши порталов, флигелей и других частей здания оформляются особо, но в согласовании с крышей центральной части.

Материал крыши бывает различный. Некоторые прославленные дворцы и важнейшие храмы могут быть * крыты такими материалами, как тростниковая солома, корьевая щепа или дранка — это отнюдь не умаляет достоинства здания. Однако практически черепица решительно преобладает, и в этом случае, помимо основной массы черепиц, самих по себе имеющих обычно довольно сложный профиль, употребляется еще великое многообразие всяческой фасонной черепицы — для оформления края крыши, для конька, для стыков между скатами, для завершения коньковых и стыковых швов и т. д. Черепицы, завершающие швы, даже в домах зажиточных крестьян, представляют собой настоящие скульптурные композиции с фигурами драконов, животных, рыб, со сложным геральдическим орнаментом.

Характерным свойством японского зодчества можно считать обязательную увязку здания с окружающим ландшафтом — водной поверхностью, растительностью, рельефом. Как правило, памятник архитектуры — дворец или храм — это не одно изолированно проектируемое здание, а комплекс зданий, аллей, садов, образующий единый парковый ансамбль с рядом тщательно продуманных перспектив. Составными элементами в него входят и пруды, и скалы, иногда даже устраиваемые искусственно. Синтоистский храм обычно помещается в центре паркового ансамбля, на вершине холма. К зданию храма ведет дорога.

Из собственно архитектурных деталей, помимо зданий, значительную роль в подобных ансамблях играют каменные фонари на невысоких тумбах и синтоистские религиозные символы — П-образные ворота (тории) с двойной верхней перекладиной. При компановке ансамбля буддийского храма его многочисленные строения произвольно располагаются по плоскости ансамбля, иногда на весьма значительном удалении друг от друга»

Парковые ансамбли разбиваются не только как дополнение к зданию, но и как самостоятельное произведение искусства, и сами по себе могут рассматриваться как архитектурный памятник. Такие ансамбли поражают своей искусственно созданной естественностью, близостью к природному ландшафту, в который незаметно и тактично вторгается организующая человеческая мысль. Дорожки кажутся запущенными, заросшими и непроходимыми, однако идущий обнаруживает с удивлением, что ветви деревьев расположены так, что свободно пропускают человека. Небольшой, расположенный в густо застроенной местности парк спланирован так, что домов не видно, видны лишь дальние горы, и посетитель чувствует себя в центре громадного массива почти дикой природы. Через водоемы переброшены мостки, либо высокие дугообразные, либо плоские, идущие изломанной линией по самой поверхности воды. Иногда мостки заменяются выступающими над водой камнями, через которые нужно перешагивать. Таким же образом из отдельных, неправильной формы плит складываются и дорожки. То, что дорожки и мостки делаются не прямые, а извилистые или по ломаной линии, основано на поверье, что злые духи могут передвигаться только по прямой, и эта изломанность линий стала прочной архитектурной традицией. По этим же соображениям ворота старинных зданий иногда не сквозные, а с коленчатым въездом, а за дверным проемом дома ставится ширма-экран.

Наряду с вписыванием здания в парковый ландшафт внутренние дворы зданий также оформляются: они покрыты гравием, в определенных точках сажаются деревья либо подобно островкам устанавливаются живописной формы камни, поросшие мхом. Эти оформительские приемы широко используются и в современном строительстве и часто заимствуются европейскими и американскими архитекторами, на творчество многих из которых традиции японской архитектуры оказали сильное влияние.

Из этих традиций парковой архитектуры развилось в позднем средневековье искусство устраивать карликовые сады во дворах домов.

Подобный сад — это произведение искусства перспективы, где обширные панорамы и ландшафты природы искусственно сокращены до миниатюрных масштабов. Так, маленький холмик представляет собой уменьшенную далью высокую гору, искусственный прудик — море, маленький ручеек — быструю речку, все это в сочетании с причудливыми карликовыми деревьями создает образ «идеального ландшафта». Карликовые деревья разводят и как комнатные растения — в горшках, вазах; особым режимом взращивания садовод добивается того, что взрослое, правильно развитое дерево имеет миниатюрные размеры.

После революции 1868 г. в строительстве общественных зданий долго господствовали различные европейские стили, что наложило свой отпечаток на общую пестроту облика больших японских городов. Современная японская архитектура развивается по двум направлениям. Одно из них — это разработка отвечающего современным требованиям небольшого жилого дома, в основном сборно-деревянного, сохранение и синтез традиций разных эпох и районов Японии. Другое, гораздо более распространенное направление — это проектирование железобетонных зданий, всегда выдерживаемых в стиле конструктивизма, иногда функционального и очень удачного, сочетающего красоту пропорций с удобством и сейсмостойкостью, но чаще чисто формалистичного. Но и в последнем случае используются отдельные мотивы традиционного японского искусства.

Скульптура

Скульптура в ее классическом монументальном понимании мало характерна для Японии. Древнейшие ее образцы — это ханива, погребальные статуэтки курганной эпохи (более ранние, неолитические, статуэтки не связаны с ними и входят скорее в общее русло айнского искусства). В более поздние времена, йачиная с введения буддизма, преобладает типичная храмовая буддийская скульптура (каменная, бронзовая и др.)> иногда достигающая величественных размеров и высокого мастерства, как статуя Дайбуцу в Камакуре, но всегда очень ограниченная по тематике и выразительным средствам.

Гораздо большей силы экспрессии и самостоятельности раннесредневековая японская буддийская скульптура достигла в изображениях демонов, которые иногда имеют очень мало демонического, а скорее являются по-своему реалистическими изображениями яростных, сильных и мужественных воинов.

В позднем средневековье канонические штампы в значительной степени выхолостили из храмовой скульптуры художественную индивидуальность. Лучшие произведения этого времени можно найти не в больших городах, а в маленьких сельских храмах, где работали местные мастера-самоучки, среди которых особенно выделяется скульптура Энку.

Произведения этих мастеров, всегда деревянные, подкупают своей искренностью, своеобразным, подчас гротескным юмором, живостью, смелостью художественного решения.

Но и эта своеобразная художественная школа- не получила дальнейшего развития, не вышла за пределы сельской местности и была практически забыта, и лишь в последние годы художественные критики Японии как бы заново открыли этот вид творчества и заинтересовались им.

Гораздо более развита жанровая, бытовая, реалистическая скульптура малых форм, сплетающаяся с прикладным искусством — резьбой по кости, дереву, ювелирным мастерством. Особенно показательны для нее нэцкэ — художественно оформленные пуговицы-брелки, служащие для пристегивания к поясу различных портативных предметов — кисетов, кошельков и т. д. Широко распространена анималистическая скульптура.

Живопись

Живопись тоже по существу начинает свою историю в Японии с периода усиленного проникновения китайского влияния; до этого известны лишь процарапанные схематические рисунки на керамике и бронзовых изделиях, а также цветная, преимущественно грубо геометрическая орнаментация курганных погребальных камер. Но в отличие от скульптуры живопись сразу приобретает очень широкое распространение, и с самого начала ей свойственны многообразие и национальный колорит. Японские мастера пренебрегают линейной перспективой и светотенью; преобладающее значение имеет контур, выделяющий характерные детали при нейтральном фоне, легкости и сбалансированности общей композиции. Основная техника — это цветная тушь или клеевые (на желатине) краски по бумаге и шелку, а также лаковая роспись по дереву. В позднем средневековье особое значение приобретает техника ксилогравюры. В тематике во все эпохи видное место занимает пейзаж, изображение растений и животных. В раннем средневековье излюбленными темами были сцены придворного быта, позже — батальные сцены. В XVI в. развивается жанровая живопись (фудзокуга), обращающаяся к реалистическому отображению повседневной народной жизни. Ее зачинателями были художники школы Кано.

В позднефеодальный, токугавский, период расцветает живописная манера укийо-э, противопоставляющая себя искусству правящих классов и обращающаяся к быту горожан. Именно к этому течению относится знаменитое искусство ксилогравюры, в котором выделились такие мастера шенских образов, как Харунобу, Утамаро; к началу XIX в. великие художники Хиросигэ и Хокусаи создают в укийо-э жанр пейзажа, органически слитого с бытовыми мотивами; они уже широко используют опыт перспективного и светотеневого построения европейского искусства.

После революции Мэйдзи в японском изобразительном искусстве возникает целый ряд направлений. Многие художники примкнули к какой- либо из западных школ XIX—XX вв. — импрессионизму, экспрессионизму и т. д.; их работы даже по тематике часто не отличимы от работ европейских и американских художников. Ряд мастеров продолжает ограничиваться чисто японскими традиционными приемами, и их работы в такой же мере не отличимы от произведенний средневековых живописцев. Однако для большинства японских художников, в том числе лучших из них, характерно стремление к синтезу в различных формах и пропорциях обеих традиций — национальной японской и западноевропейской. Именно в этом плане созданы лучшие работы таких талантливых художников, как Фукуда Хэйхатиро, Уэмура Сойэн, а в послевоенные годы — панно супругов Ири и Тосико Маруки, в том числе исключительно впечатляющая серия «Хиросима».

В то же время в последние годы лучшим художникам Японии приходится вести трудную борьбу с мутными потоками эпигонствующего космополитического абстракционизма, сильно заразившего часть японской артистической молодежи.

Прикладное искусство в Японии касается почти всех видов бытовых предметов. Искусство средневековых мастеров, изготовлявших предметы обихода для представителей феодальной верхушки, не утеряно их потомками. Сейчас, конечно, художественные шедевры идут сразу в музеи, в частные коллекции богатых любителей. Однако японская легкая промышленность часто использует лучшие произведения прикладного искусства как образцы для дешевой массовой продукции, производимой, конечно, уже механизированным путем и из иных, дешевых материалов. Это облегчается тем, что произведения японского прикладного искусства, jb особенности в настоящее время, почти никогда не бывают сложными по форме, вычурными, перегруженными рельефной или плоской орнаментацией; почти всегда их характеризуют скупые, строгие, выразительные линии, спокойная, сдержанная и простая орнаментация. Слово «орнаментация» вообще мало подходит для характеристики японского прикладного искусства, потому что отвлеченный орнамент встречается здесь редко. Вещь обычно украшается линейным или рельефным изображением растения (ветки, цветка плодов) или животного (обычно птиц, рыб), реже изображением каких-либо других предметов реального мира, нередко более или менее стилизованных, но почти никогда не теряющих реалистичности. При этом изображения обычно не занимают всей поверхности предмета, а находятся в какой-то одной композиционно ключевой его части. Даже на тканях нечасто можно видеть повторяющуюся «ситцевую» мелкую набойку; чаще это бывает занимающая все полотнище крупная и цельная цветочная композиция. Лишь в батиковании с помощью рисовой пасты, применяемом не только к тканям, но и к поделочной бумаге, можно встретить сравнительно простые и отвлеченные орнаментальные мотивы.

Японское прикладное искусство имеет многовековую историю. Еще в раннем средневековье японские ремесленники достигли больших успехов в изготовлении оружия, зеркал, лаковых изделий. В это время возникли такие приемы, как равен — вложение раковин в лак, покрывающий спинку зеркала, хёмон — инкрустация лаковой поверхности фигурными золотыми и серебряными пластинками, рури- ден — перегородчатая эмаль. В позднем средневековье продолжают развиваться все виды прикладного искусства — обработка лака, металла, дерева, стекла, керамики, тканей. Декор этого времени в отличие от преимущественно орнаментального, следующего китайским канонам искусства раннего средневековья приобретает большую свободу^рисунка, нарядность и красочность. Расцветает художественная обработка деталей^ оружия — накладок и особенно гард эфесов мечей (цуба). Многие цуба, имеющие вообще форму плоского диска, представляют собой барельефные, ажурные или гравированные жанровые сценки, натюрморты или пейзажи. Характерна для этого периода миниатюрная скульптура нэцкэ, лакированные табакерки и составные маленькие ларцы (инро).

Большие цветочные вазы — гладкие, расписные, фигурные, рельефно-декоративные — являются излюбленным объектом творчества современных японских керамистов. Среди народной бытовой керамики преобладают недорогие поливные кувшины, тарелки, чашки, чайники, декорированные простыми красочными пятнами, потеками, оплавленной глазурью или скорописными иероглифами; они отличаются благородством расцветки и целесообразностью формы.

Разнообразна техника лаковых изделий. Шкатулки часто отделываются в уже упомянутой технике хёмон. При методе цуйсю лак, нанесенный несколькими слоями по металлической основе, затем вырезается по контуру рисунка. Выскабливание разных слоев лака характерно для метода тесицу.

В художественных изделиях из металла применяются цветные сплавы сякудо (медь с 3% золота), рогин (медь с 25% серебра и следами золота), свинцовые латуни и др. В технологии известны резьба, инкрустация, насечка, ковка и литье.

В японском художественном ремесле часто встречается сочетание разных материалов. Основа лаковых изделий бывает металлической, деревянной, из папье-маше или же прессуется из многослойной шелковой марли, пропитанной лаком, что является своего рода прототипом современной техники волокнистых пластиков. Зачастую плетеные изделия — корзины, подносы — покрываются такой же марлей и промазываются лаком. Полученное изделие на вид напоминает керамическую имитацию плетения, но необычайно легкий вес выдает природу его материала.

В японском быту широко применяются экраны и ширмы, представляющие в прямом и переносном смысле слова большой простор для творчества художника. Тканая или лаковая поверхность их покрывается росписью, в которой традиционная японская тематика и композиция сочетаются с присущими современному искусству четкими линиями и имитированной цветовой гаммой. Бесконечна фантазия переплетающихся линий в ширмах из бамбука. И другие плетеные изделия обращают на себя внимание своеобразием формы, всегда согласованной с естественными свойствами материала.

Продукция художественного ремесла занимает довольно много места в быту большинства японских семей; конечно, это не шедевры, а дешевая народная продукция, на изготовлении которой специализируются отдельные села и городки. Впрочем, как уже говорилось, массовая промышленная продукция — ткани, посуда, мебель — изготовляется в большинстве случаев с использованием мотивов национального прикладного искусства.

Особую отрасль художественного ремесла составляет производство игрушек, безделушек, украшений, сувениров, чрезвычайно широко представленное в Японии. Точеные куклы-матрешки (кокэси), ранее бытовавшие только на севере Японии, ныне распространились по всей стране. Очень простые народные игрушки и сувениры-безделушки из самых простых материалов — жгутов соломы, заструженного дерева, раковин, сосновых шишек — необычайно выразительны и полны юмора.