Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Семейные отношения японцев
Этнография - Народы Восточной Азии

Японская семья основана на патриархальных отношениях. Главой японской семьи может быть только мужчина (отец, муж, сын); ему обычаем предоставлена неограниченная власть в семье. До недавнего времени патриархальная семья официально признавалась в Японии основной общественной единицей. Каждый член семьи, независимо от возраста, зависел от главы семьи. Глава семьи имел неограниченную власть. Даже взрослые члены семьи пользовались свободой действия лишь в тех пределах, какие были установлены для них главой семьи, а в глазах окружающих они были не более чем членами данной семьи. Например: если в семье на одном предприятии работали двое или трое, в профессиональный союз вступал обычно только отец. Это считалось достаточным; если к организации примыкал глава семьи, то членами ее тем самым становились и все прочие работники той же семьи.

Собственность всех членов семьи принадлежала семье, глава семьи мог распоряжаться ею по своему усмотрению. Только глава семьи имел раньше право на личную печать. Это специфический обычай в странах с иероглифической письменностью, где подписывание документов мало распространено и подпись не всегда имеет юридическую силу. Вместо подписи на документах ставятся обычно киноварью личные печати. Такие печати регистрируются местными органами власти, и владельцы ставят их на завещаниях, договорах, доверенностях, что сводит к минимуму необходимость в нотариальных засвидетельствованиях.

Положение семьи определялось семейным реестром, который велся в деревенских и городских управлениях и куда заносили все изменения, происходящие в семье (брак, рождение, смерть). В эти реестры заносились, также все неблаговидные поступки членов семьи. Подобные записи подрывали репутацию всей семьи, и их старались избегать всеми средствами. Вплоть до последних лет семейные реестры играли большую роль в жизни крестьян. Человек мог годами жить вдали от своей семьи, мог стать отцом семейства, но он оставался зарегистрированным в реестре своей семьи. Если младший сын хотел отделиться от главной семьи и завести на собственную семью свой посемейный список, то он должен был получить разрешение от главы семьи, причем такое разрешение обычно давалось только после длительных оттяжек. В отличие от «главной семьи» вновь образованную семью называли «боковой семьей». ‘Главы главной семьи пользовались большими почестями в боковых семьях. Глава семьи не только давал советы, но и имел решающий голос в таких делах боковой семьи, как например, женитьба одного из сыновей. Под Новый год и по другим праздникам главе семьи надлежало поднести ценный подарок. От боковой семьи также требовалась помощь главной семье при сельскохозяйственных работах, например при пересадке риса. Различие между семьями не кончалось на этом. Положение семей зависело также и от того, когда была основана каждая из них. Семья, ответвившаяся раньше, стояла выше в общесемейной иерархии и пользовалась относительными привилегиями в таких вопросах, как вопросы старшинства, распределения работ по пересадке риса и т. д.

Старший сын становился главой семьи и получал все права, вытекающие из такого положения, после того как глава семьи умирал или по старости удалялся на покой: «удаление на покой» (инкё) — специфический японский обычай, когда глава семьи добровольно уступает свое положение старшему сыну, а сам остается на его иждивении, иногда поселяясь в специально строящемся для этой цели домике у ворот усадьбы или флигеле дома.

Второй или третий сыновья должны были выполнять ту или иную трудовую повинность, которая могла потребоваться от семьи, и один из них, как правило, призывался в армию для несения воинской службы.

В настоящее время, в связи с пересмотром гражданского кодекса, семейные реестры подверглись существенным изменениям. Теперь каждая пара молодоженов вносится в семейные списки как новая семья, на что никакого разрешения главы семьи не требуется. Само понятие «глава семьи» изъято из законодательных текстов. Каждый член семьи, достигший 21 года, автоматически становится гражданином, имеющим, с точки зрения закона, полные права. Однако и в этом случае, как во многих других, точка зрения закона — это далеко еще не точка зрения общества; поэтому на практике в сельских местностях во многом описанное выше положение сохраняется и сейчас.

Интересно отметить, что в Японии среди крестьян, крупных землевладельцев, торговцев и других социальных групп существуют корпорации (оябун-кобун), члены которых, уже не будучи родственниками, берут на себя обязательства, сходные с обязательствами членов одной семьи. Оябун — глава объединения — становится как бы отцом, а все остальные члены — детьми кобун, которые находятся между собой в таких отношениях, как и в семьях младшие и старшие братья. Эта «семейная» организация производства напоминает некогда существовавшее семейно-цеховое ремесленное производство.

Женщины как в общественной жизни страны, так и в семье, несмотря на установление законом ряда прав, фактически бесправны. Как самые высокие добродетели у японской девушки воспитывают покорность, послушание, смирение. Родители могут выдать ее замуж, продать на фабрику или в услужение.

Брак в Японии — институт гражданский, религия не играет в нем почти никакой роли.

Японская девушка, как и прежде, не может выражать собственного мнения при выборе мужа. Браки в Японии, за исключением особо прогрессивных слоев общества, передового пролетариата, трудящейся интеллигенции, заключаются в большинстве своем по сговору между родителями. Через брачного посредника (накодо), который имеет большое значение в брачной церемонии, устраиваются смотрины или знакомство брачащихся. Затем происходит обмен подарками, после чего жених дарит невесте свадебное кимоно или деньги на приобретение его.

Родители невесты подносят жениху рыбу нескольких сортов, съедобную морскую траву и другие съедобные продукты для свадебного стола. Обмен подарками знаменует собой заключение договора, и ни одна из сторон уже не имеет права уклониться от брака. Затем по древнекитайскому циклическому календарю, где годы и месяцы обозначаются знаками 60-ричного цикла, назначается счастливый день для совершения брачной церемонии.

В день брачной церемонии невеста надевает траурное белое кимоно в знак того, что она отныне умирает для своей семьи. Вечером ее отправляют в дом жениха в сопровождении посредника и его жены. После отбытия невесты в доме ее родителей совершаются очистительные церемонии, такие же, как и после выноса покойника — метут и моют полы, зажигают у ворот костер.

Свадебная церемония совершается в доме жениха. Жених, одетый во фрак или принятый для подобных церемоний национальный костюм, садится на почетном месте, ожидая прибытия невесты. Невесту несут в закрытых носилках, за которыми следуют сват и его жена, а родственники и гости дожидаются ее у входа в дом жениха. Прибыв сюда, невеста садится против жениха, а между ними усаживаются сват и его жена. Последняя наливает три миниатюрные чашечки сакэ и дает их выпить попеременно по три раза из каждой сначала свату, потом жениху и невесте. После этого следует пиршество, к началу которого невеста переодевается в праздничный халат.

Обязательным для японской свадебной церемонии является подношение гостями символических изображений новобрачным, их родственникам и знакомым. Наиболее распространенными являются символы счастья (сосна, листья бамбука и цветы сливы), плодородия (гнездо аиста), богатства (цветы пиона), долголетия (черепаха). Нередко среди символических подарков встречаются изображения старика и старухи с метлой и граблями, олицетворяющие долгое супружеское счастье; метла и грабли соответствуют поговорке: «счастье в дом, несчастье вон».

На другой день после свадьбы женщина в старину должна была сбрить и выщипать себе брови и почернить зубы, якобы в знак того, что отныне она уже никому не желает нравиться, кроме своего мужа. Теперь этот обычай изжит, и лишь изредка можно встретить старух с чернеными зубами.

Через 3 или 7 дней после свадебной церемонии молодые наносят визит родителям невесты. Этот визит называется сато-каэри, что означает «возвращение в родной дом». Этим брачный обряд заканчивается.

После посещения молодыми родителей невесты местные власти извещаются о состоявшемся браке. Прежде глава семьи невесты просил вычеркнуть из списков семьи новобрачную, указывая, где ее следует числить, так как в Японии обыкновенно не было принято отделение новообразованной парной семьи. Сын поселялся с женой у своих родителей. Молодая должна была повиноваться не только мужу, но и его родителям. В случае, если она чем-либо не угодила своему мужу, он имел право отделать ее обратно в дом к ее родителям, дети же оставались в семье отца. Во многом эти порядки, несмотря на формально довольно демократичное законодательство о браке, сохраняются и по сей день.

В Японии также существует и примачество, когда муж входит в семью своей жены, принимая ее имя и делаясь одним из членов этой семьи. Чаще всего это бывает, когда в семье нет сына, который бы наследовал имя и имущество. Однако положение принятого в семью зятя непрочно. В случае, если он не угодил родителям жены, его могут изгнать из дома. Так как дети принадлежат той семье, имя которой они носят, то в этом случае при разводе они остаются в семье матери.

Возраст ребенка в Японии исчисляется по годам, без указания месяца и дня рождения. Рождение ребенка отмечается как семейный праздник. В первые дни приходят родственники с поздравлениями и подарками. Спустя неделю после рождения совершается первый социальный акт — «церемония называния». Родители приглашают родственников, соседей и акушерку, принимавшую ребенка. Все гости, исключая акушерку, приносят подарки: ткань для кимоно, рис, вино. Церемония выбора имени совершается различными способами. Чаще всего каждый из гостей пишет имя на длинных узких полосах бумаги, которые помещаются в нишу (токонома). Имя выбирается произвольно, так как в Японии традиционных имен нет. Акушерка наугад выбирает одну полосу и читает имя, написанное на ней. Затем гости, передавая друг другу младенца, произносят вслух это имя. Таким путем новорожденный приобретает имя.

Мальчика на 31-й, а девочку на 32-й день после рождения несут в синтоистский храм и бреют голову, оставляя только на макушке пучок волос. После совершения этой церемонии ребенка можно купать, а с матери снимается запрет па половую жизнь.

За маленькими детьми ухаживают их старшие сестры: часто можно встретить девочек, у которых на спине длинным полотенцем привязан грудной ребенок; при этом верхний край полотенца пропускается у ребенка подмышками, затем, перекрестив полотенце на груди девочки, несущей ребенка, и подхватив ножки ребенка, кончики полотенца завязываются на спине у пояса. В XX в. вошли в употребление и специальные лямки для этой цели. Такой способ ношения маленьких детей распространен у многих народов восточной Азии.

В крестьянских семьях дети уже с восьмилетнего возраста принимают участие в полевых работах.

Хотя японцы отнюдь не отличаются особой религиозностью, они тщательно выполняют традиционные обряды, так же, впрочем, как и нерелигиозные церемонии. В частности, японцы строго соблюдают обычай культа предков. Поэтому они в знак оказания почести душам умерших совершают ежедневные молитвы перед домашним алтарем, строго соблюдая траур и поминки по покойным родственникам, особенно родителям. Похоронный обряд в Японии обставляется пышными и настолько дорогостоящими церемониями, что проведение похорон (особенно главы семьи) с полным соблюдением обрядности зачастую не под силу одной семье. Поэтому в Японии существуют общества взаимопомощи для проведения похорон, члены которых ежемесячно отчисляют определенную сумму в общий фонд для проведения похорон и других религиозных обрядов.

В Японии существуют два вида захоронения — кремация трупа и погребение умерших в землю. Сжигание трупов было введено в Японии вместе с буддизмом в начале VIII в., но никогда не вытесняло старого синтоистского обычая — погребения умерших в землю. В настоящее время наблюдается сжигание трупов и у синтоистов, и даже у христиан, особенно в городах, где площадь кладбищ ограничена.

Дела о погребении умерших были раньше сосредоточены в основном в руках буддийских монахов, которые часто заботились даже о погребении священнослужителей синтоистских храмов, и только с XIX в. эта забота перешла к синтоистским священникам.

Для кремации применяются особые, плотно закрывающиеся печи. Торжественная процессия доставляет в крематорий гроб, обычно небольшой квадратный или бочкообразный, в котором труп находится в сидячем положении и голова сгибается к коленям, иногда, в особых случаях, гроб вытянутый, длинный, близкий к европейскому. Перед сжиганием покойного жрецы читают над ним «очистительные» и «сопровождающую душу в странствие» молитвы, а родственники возжигают благовонные травы.

После сжигания родственники забирают пепел и костные останки и хоронят их в особой урне. При погребении покойника в землю гроб ставится так, чтобы покойник был обращен затылком на север, т. е. лицом к югу, самой счастливой, по мнению японцев, стороне.

На могилу, кроме обычных приношений божествам вина и риса, ставят так называемый гохэй — небольшой деревянный брусок на подставке, увитый бумажными полосками, символизирующими, по традиционном^ объяснению, жертвоприношения тканями и одеждой. Этот элемент синтоистской обрядности развился под влиянием айнских инау.

По истечении определенных сроков (от 7 недель до года) на могилу ставят памятник с надписью или изображением будды, а родные умершего окончательно перестают считаться нечистыми, приглашаются родственники и знакомые на поминки, после чего траур снимается.