Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Народы Монголии: сибо, хэчжэ, эвенки, орочены
Этнография - Народы Восточной Азии

Сибо (самоназвания — сибо, сибэ, сибо манъчжу) по происхождению, языку и культуре очень близки к маньчжурам. В настоящее время основным районом их расселения является западная часть долины р. Или (южный берег). Здесь в 1954 г. был создан Чапчальский автономный уезд сибо, входящий в состав казахского автономного округа Или Синьцзян-Уйгурского автономного района. Меньшая часть сибо живет в Северо-Восточном Китае, в провинциях Ляонин и Цзилинь. Общая численность 19 тыс. человек (1953 г.). Из них в Синьцзяне проживает 12.7 тыс. человек, в провинции Ляонин — 5.8 тыс., в провинции Цзилинь — 400 чел.

История происхождения сибо еще не выяснена. В годы правления Канси (конец XVII—начало XVIII в.) сибо, находившиеся в рабстве у хорчинских монголов, были выкуплены как соплеменники императором и поселены в районы городов: Бодунэ и Цицикар. Позднее цицикарских сибо перевели в Мэргэнь, а бодунэских — в Шэньян (Мукден) и частично в Хулань. В 1763 г. более 3 тыс. сибо вместе с семьями и имуществом переселили в Синьцзян. Там они были размещены в качестве военных поселенцев знаменных маньчжурских войск для охраны государственной границы. Наделы земли и привилегированное положение синьцзянские сибо сохраняли до середины XX в.

Язык сибо считается диалектом маньчжурского. Сохранился он только в Синьцзяне, где является официальным в Чапчальском уезде. Письменность маньчжурская. Будучи изолированным, язык сибо развивается самостоятельно. Основной словарный фонд и грамматический строй сохраняются, но под влиянием местных условий появились изменения в лексике, фонетике, синтаксисе и орфографии. Многие сибо знают русский язык, китайский и языки других соседних народов.

Сибо живут в поселениях (ниру), распланированных по странам света. Жилища их, в большинстве однокамерные, сходны с маньчжурскими. Фасад обращен на юг. Основное занятие — земледелие; животноводство и рыболовство являются подсобными. Огороды имеются при каждом доме. Пища в основном растительная, дополняется рыбой. Мясо употребляют редко и обычно предпочитают баранину. Очень многие курят табак, начиная с самого раннего возраста. Большое распространение получила покупная общекитайская одежда. У сибо сохраняются остатки родового деления. Названия экзогамных родов те же, что и у маньчжуров. Брак моногамный.

Грамотность распространена широко. Все дети учатся в начальной школе и значительная часть — в средней. В 1956 г. имелось 25 начальных школ. Преподавание ведется по учебникам, которые издаются на родном языке.

Помимо изобразительного искусства, развиты различные виды народного творчества. Имеется много преданий, сказок, загадок, пословиц, а также песенный фольклор. Сибо очень любят вечерние коллективные читки художественных произведений, на которые собираются целыми семьями. По религиозным взглядам сибо были шаманистами, небольшая часть номинально считалась буддистами.

ХЭЧЖЭ

Хэчжэ (нанайцы) проживают на крайнем северо-востоке Китаяг в провинции Хэйлунцзян, в треугольнике, образуемом устьем Сунгари, частью правобережья Амура и левобережья среднего течения Уссури. Общая численность 1000 чел. (1953 г.). В Сябача создана национальная волость хэчжэ.

Хэчжэ живут в нескольких небольших селениях уездов Фуцзинь, Фуюань и Жаохэ. В конце XVIII—начале XIX в. хэчжэ занимали почти все нижнее течение Сунгари и левый берег Уссури. Эти районы и их население были известны маньчжурам под названием хэчжэ фяка. Еще в начале XX в. центром их поселения был уезд Фуцзинь, где находилось сел. Гардан, куда хэчжэ собирались на ярмарки для реализации охотничьей добычи и закупки необходимых вещей, продуктов, водки и опиума.

Хэчжэ говорят на диалекте нанайского (гольдского) языка, с говорами сунгарийским, уссурийским и правобережным амурским. В языке хэчжэ довольно много общего с маньчжурским и эвенкийским. Часть старшего поколения знает маньчжурский язык и письменность и немного русский. Большинство теперь владеет китайским разговорным языком, на котором ведется преподавание в школе.

У хэчжэ сохранилось родовое деление. Хэчжэ, живущие в низовьях Сунгари, делятся на 7 экзогамных родов (хала): Ахтанко, Белдакир, Ки- лэ(н), Маринкан, Удинкэн, Футхар, Юкэмсэл.

Большинство хэчжэ живет в однокамерных (реже в двух- и трехкамерных) каркасно-столбовых жилищах (чжо) маньчжуро-китайского типа и полуземлянках, которые строятся на местах, не заливаемых в половодье. Размер однокамерного жилища 8 X 4.5 м. Фасад обращен на юг. Амбары строят на сваях. Спят на отапливаемых лежанках — канах (наха), расположенных вдоль стен в виде буквы «П». Глава семьи помещается на южной наха. Западная лежанка предназначается для гостей н церемоний и считается почетной. Сундуки (гуйсэ) для одежды, коробки с крышками, конусообразные шляпы, туески, чашки и т. п. делают из бересты, покрывая ее разноцветными узорами.

Основные занятия: летом — рыболовство и земледелие, включая заливное рисосеяние (заимствовано у корейцев), зимой — охота. С середины XX в. основными сельскохозяйственными культурами являются кукуруза, соевые бобы, картофель, табак, а также дудчатый лук, чеснок, тыквы, кабачки, помидоры, баклажаны, дыни и арбузы. Земледельческие орудия такие же, как у соседних китайцев. Разводят крупный рогатый скот, лошадей, свиней, собак, кур, уток. Средством передвижения являются телеги русского образца, обычно запрягаемые быками. Лошади используются для верховой езды и под вьюк во время охоты. Зимой ездят на санях (фара). Охотники ходят на лыжах двух типов, изготовляемых из березы, бархатного дерева и др. Малые лыжи (сибирские голицы) делают гладкими снизу, большие, более длинные и широкие, подклеиваются снизу камусами (шкурками с оленьих ног). Для этого варят клей из кожи налима, который не размокает от воды. При ходьбе на лыжах пользуются лыжной палкой — посохом. Летом плавают на небольших лодках, которые выдалбливают из целого бревна (с острым носом и кормой) или сколачивают из трех досок (плоскодонка). Изредка их изготовляют из бересты. Лодки (тэмтэкэ) приводят в движение одним двухлопастным веслом или двумя небольшими лопатообразными веслами. Иногда пользуются парусом.

Самобытную национальную одежду (тэрглэ) из выделанной рыбьей кожи теперь носят мало. Встречается преимущественно повседневно-промысловая одежда — узкие короткие штаны (хэйки) и наколенники (ноговицы) из кожи сома. Из нее же изготовляют зимнюю обувь (ота) с невысоким голенищем и разрезом спереди. На летнюю обувь идут звериные шкуры, главным образом кабаньи. Из кожи шьют также одежду, рукавицы (арма) и делают седла. В последние десятилетия широко распространилась повседневная одежда маньчжуро-китайского покроя из хлопчатобумажной ткани. Праздничная одежда женщин украшается вышивками из цветного шелка, орнамент которых воспроизводится с помощью трафаретов — вырезок из бумаги. Особенно богатым орнаментом; отличался костюм невесты. Из женских украшений распространены кольца, браслеты и серьги. В прошлом у хэчжэ практиковалась татуировка рук, лба и переносья. Основой питания еще недавно являлась рыба (главным образом кета), овощи, продукты охоты и различные дикорастущие растения. Очень развито курение табака.

Семейно-брачные отношения, система и номенклатура родства сходны с другими тунгусо-маньчжурскими народами. Брак моногамный.

У хэчжэ развиты различные виды народного творчества: изобразительное искусство (орнаментировка одежды, обуви, головных уборов, утвари, седел, орудий рыболовства и охоты и т. д., вышивка и аппликация, резьба по дереву), фольклор (сказки, которые мужчины рассказывают с пением, а женщины —без пения, предания и т. п.) и музыка (однострунный смычковый инструмент, варган, флейта и др.). Религиозные воззрения — шаманизм со сложной системой анимистических представлений и культа духов-«хозяев». В этом нашло отражение влияние маньчжурских и китайских обрядов. Ежегодно рыболовы отмечают три праздника: весной во время ледохода, летом и в начале зимы, при ледоставе.

ЭВЕНКИ

Общая численность эвенков, по переписи 1953 г., 5 тыс. человек. Из тунгусо-маньчжурских народностей Китая эвенки самые многочисленные и наиболее широко расселенные. Большинство эвенков живет в автономной области Внутренняя Монголия в эвенкийском автономном знамени Хулун-Буирского мэна (центр знамени — Наньтунь), а также в знаменах Чжалайт, Ацэ, даурском знамени Молидава, и в уезде Нэхэ провинции Хэйлунцзян по р. Нэмэру. Незначительное число живет вместе с сибо в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, куда часть эвенков- солонов была переселена в середине XVIII в. в качестве военных поселенцев знаменных маньчжурских войск.

Эвенки (ыеынки) — наиболее распространенное самоназвание народа, еще недавно известного под различными племенными и территориальными названиями: солоны Большого Хингана, бирары (бирарчен), ма- негры (манягир) по pp. Кумаре и Гану (откуда их другое название — кумарчен), оленные тунгусы (йэкэ) крайнего севера Хэйлунцзяна, которых неправильно называли якутами, конные тунгусы Трехречья (pp. Ган, Хаул, Дербул). В настоящее время название «эвенки» у них общепринято, хотя диалекты указанных групп различаются между собой.

Из эвенков наиболее давние связи с маньчжурами имели солоны, с XVIII в. обязанные выставлять определенное число людей в знаменных войсках, что способствовало их ассимиляции маньчжурами. С этого времени солоны стали переходить на оседлость и наряду с охотой заниматься земледелием. В XIX в. в Маньчжурию перешли из Якутии олен- ные эвенки, а с левого берега Амура — манегры и бирары, в начале XX в. из Забайкалья — конные тунгусы. Соседние народы оказывали сильное экономическое и культурное влияние на эвенков, нередко их ассимилируя. На солонов, манегров и бираров повлияли маньчжуры, монголы, дауры и китайцы, на оленных и конных тунгусов — русские. Поэтому хозяйство и материальная культура эвенков значительно различается в зависимости от района обитания той или иной группы. Все эвенки делятся на экзогамные роды (хала). Брак моногамный.

Основные занятия — животноводство, земледелие и охота. Издавна развито кузнечное мастерство. За последние годы все эвенки вошли в производственные кооперативы. Живут небольшими деревнями в домах маньчжурско-китайского, а местами русского типа. Немногие живут в городах. Некоторые группы еще недавно вели кочевой и полукочевой образ жизни. Обучение в школе ведется на китайском языке. Число учащихся растет с каждым годом. Часть старшего поколения знает маньчжурский язык и письменность. Многие владеют разговорным русским и китайским языками.

Значительное развитие получило декоративно-прикладное искусство — вышивка шелком и подшейным волосом лося или оленя, аппликация, отделка разнообразных берестяных изделий тиснением, резьбой и многоцветной раскраской. Рисунок орнамента чаще эвенкийского типа. Среди манегров был распространен спиральный орнамент, у других на одежде и утвари — геометрический. Во многих местах сохраняется национальная одежда, производимая женщинами, наряду с распространением готовой покупной китайского или русского покроя. Часть женщин носит головные платки русского образца.

Богатый эвенкийский фольклор, имеющий разные жанры — предания, сказки* песни, загадки и т. п., еще не изучен. На праздниках любят исполнять танцы «Аханбай» и «Чжэхойлэн». Развит шаманизм и культ духов — «хозяев» природы. В самом недавнем прошлом эвенки фактически были лишены медицинской помощи. Среди них свирепствовала корь, оспа и другие болезни. Так, во время эпидемии 1940 г. только в одной солонской деревне Самагай из 300 жителей умерло 120, главным образом детей. Теперь, с созданием ряда медпунктов, резко сократилась смертность от инфекционных заболеваний (в 1957 г. на 54% по сравнению с 1953 г.) и возросла рождаемость. Материальная и духовная культура некоторых групп эвенков изучалась научными работниками Краеведческого музея провинции Хэйлунцзян в Харбине, где и хранятся собранные материалы.

ОРОЧЕНЫ

Орочены широко расселены по горно-таежным районам хребтов Большой Хинган, Ильхури-Алинь и Малый Хинган. Они составляют основное население Ороченского автономного знамени, расположенного на крайнем востоке автономного района Внутренняя Монголия и образованного в октябре 1951 г., а также живут в ряде уездов провинции Хэйлунцзян. По данным 1953 г., ороченов в КНР насчитывалось свыше 2000 человек.

«Орочен» — одно из названий среднеамурской группы эвенков, расселенных в КНР по отрогам упомянутых гор. Говорят они на незначительно отличающихся говорах верхнеалданско-зейско-амурского диалекта эвенкийского языка. В результате длительного общения с китайцами многие орочены в достаточной мере усвоили китайский язык. Орочены старшего поколения знают маньчжурский и русский языки. В КНР ороченов выделяют в отдельную народность.

Исконные занятия — полукочевая охота, дополняемая рыболовством и сбором дикорастущих растений. Только в последние годы, с переходом к оседлости, стало развиваться земледелие, хотя отдельные попытки заняться им известны еще с 1914 г. Раньше охотились с луком и стрелами, с XIX в. перешли к огнестрельному оружию. Орочены издавна славятся меткостью стрельбы. Охота, особенно пушная, имела товарное значение. Охота на парнокопытных животных (косуля, изюбрь, лось, кабан) играла более важную роль по сравнению с пушным промыслом и рыболовством, распространенным лишь в низовьях рек. У охотников шло в пищу и мясо некоторых пушных зверей (белка, заяц) и промысловых птиц. Особое значение в охотничьем промысле имела охота на косулю. В тех местах, где не было косули, не жили и орочены. От косули они получали мясо для питания, которое, так же как и оленье, заготовлялось впрок в сушеном виде. Одежду, обувь и ряд бытовых вещей шьют преимущественно из шкур косули (а также изюбря и лося), богато расшивая многоцветным орнаментом. Покрой одежды и обуви приспособлен к кочевому быту. Шапки делают из шкуры, снятой с головы косули вместе с рожками.

Жилищем служит конический чум из 25—30 березовых жердей, крытых покрышками из проваренной бересты или выделанных шкур, реже палатка из ткани. Теперь чумом пользуются только на охоте. Покрышки шьют по форме конуса из шкур косули, мехом наружу, выделанной стороной внутрь. Для украшения на швах пришивают кисточки из замши и накладывают орнаменты, вырезанные из черной замши. Это придает нарядный вид чуму. Жилище отапливалось небольшим костром, разложенным посредине, на нем готовили пищу. Покрытие чума состоит из двух частей. На пошив нижней части, большей и лучшей, идет до 50 шкур. Служит она 20—25 лет. На верхнюю, меньшую, часть шкур идет меньше и худшего качества (иногда разные остатки или ткань), так как, подвергаясь действию дыма и огня, особенно вблизи дымового отверстия, она быстро приходит в негодность.

Главное средство передвижения — лошади, которые приучены есть мясо и ягоды. Во время перекочевок мужчины нередко плыли на долбленых челноках, а женщины и дети ехали на лошадях и вели за собой вьючных животных.

Орочены делятся на несколько патрилинейных экзогамных родов. Патриархально-родовой строй у них начал распадаться в XX в. Брак моногамный. Преобладает малая патриархальная семья.

Религиозные верования — одухотворение всех явлений природы и шаманизм. Шаманят и мужчины (саман), и женщины-шаманки (удаю). Богатый фольклор (сказки, предания, загадки, пословицы и поговорки) отражает жизнь в тайге, охоту, межродовые отношения и т. д.

Для производственных отношений ороченов в недавнем прошлом в основном были характерны родовая собственность на землю, общий труд, равное распределение продуктов производства. Охотничьи и рыболовные угодья использовались только родом. Вторжение на территорию другого рода строжайше запрещалось. Кроме общинного использования территории, часть земли посезонно распределялась между отдельными семьями внутри рода, но это распределение не было стабильным. Сохранялось разделение труда между мужчинами и женщинами. Мужчины занимались охотой, женщины — домашним хозяйством. Иногда женщины присоединялись к охотничьим группам, состоявшим из 3—5 или 7—8 мужчин, для выполнения подсобных работ. Охотничья добыча распределялась поровну между всеми, независимо от пола. Не принимавшие участие в охоте — старики, вдовы, сироты и больные — также получали равную долю мяса и шкур, за исключением ценных частей (панты и выпоротки изюбря). Пушнина принадлежала охотнику индивидуально. Основными орудиями производства (оружие, лошади, охотничьи собаки, утварь) владели отдельные семьи. Однако этим имуществом, индивидуальным или семейным, часто пользовались другие семьи рода или весь род в целом, если в этом возникала необходимость. Основным мерилом богатства было число лошадей, которыми владела семья. Спорные вопросы решались сообща. Глава рода приглашал стариков, и собравшиеся вместе с заинтересованными сторонами обсуждали дела и принимали решение.

При переходе ороченов к артельным формам хозяйства возникла особая проблема изменения распределения добычи. Система коллективного труда совпадает с их обычаями и не встретила трудностей, но попытки отвергнуть прежние обычаи, чтобы осуществить принцип распределения по труду и этим стимулировать продуктивность охоты, были восприняты с неудовольствием. Чтобы изменить создавшееся положение, местные органы власти ввели принцип: охотничья добыча по- прежнему распределялась на основе равенства, но часть ее (20—30%) стали давать дополнительно к доле лучших охотников.

Хозяйство и быт ороченов за годы кооперативного строительства резко изменились. Это коснулось и их расселения, и всего направления хозяйства, и бытовых условий. До кооперирования основная масса ороченов подобно другим группам эвенков вела необеспеченную жизнь кочевых охотников, живя в грязных, дымных чумах и терпя постоянную нужду. Кооперирование разрешило важнейшую хозяйственную задачу перехода на оседлость. Оседание в основном началось только с 1950 г. В селениях, созданных в наиболее удобных местах, построены школы, медпункты, клубы, детские ясли, магазины, и т. д. Опиекурение, страшный бич недавнего прошлого, полностью ликвидировано. Уже в 1952 г. 80% населения были сделаны противооспенные прививки, так как ежегодно оспа уносила много жизней, особенно среди детей. Одежда из бумажной ткани и хорошие пищевые продукты перестали быть редкостью. Еще раньше, живя в соседстве с китайцами и русскими, орочены иногда носили одежду китайского и русского покроя из покупных тканей, но заимствований типов жилища и хозяйства почти не наблюдалось. Теперь орочены живут в домах китайского или русского типа. Многие элементы национальной культуры продолжают сохраняться, хотя на быт оказывает все большее влияние китайская культура. Былая обособленность и замкнутость исчезли. В последние годы все орочены были объединены в смешанные по национальному составу промыслово-сельскохозяйственные производственные кооперативы. Первые три кооператива с 624 членами были организованы в 1950 г. В 1958 г. было создано 3 оленеводческие фермы.

До 1949 г. 99% ороченов было неграмотно. Сейчас дети посещают начальную школу с обучением на китайском языке. В прошлом часть ороченов пользовалась маньчжурской письменностью. Первая ороченская начальная школа была открыта в 1950 г. в Ниэрци, а уже к 1960 г. их было 11.