Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Происхождение монголоидной большой расы
Этнография - Народы Восточной Азии

Древнейшие этапы истории антропологического состава населения Восточной Азии, неотделимые от истории его хозяйства и культуры, уже были освещены в предыдущей главе.

Как мы видели, материковая часть Восточной Азии в период позднего палеолита и мезолита была заселена главным образом людьми, принадлежавшими к монголоидной большой расе. Монголоидные особенности ясно выступают на позднепалеолитических черепах из Шаньдиндуна, Цзыяна и Люцзяна.

Происхождение монголоидной большой расы

Сопоставляя эти, пока еще очень скудные, палеоантропологические материалы с данными о расовом составе населения Восточной Азии более поздних историчесских периодов (вплоть до наших дней), можно выдвинуть гипотезу о формировании одной из больших рас человечества — монголоидной — в засушливой зоне центрально- и восточноазиатских степей и полупустынь. Заслуживает внимания также гипотеза С. А. Семенова о выработке некоторых характерных монголоидных особенностей вроде узкой, косо расположенной глазной щели, сильно развитой складки верхнего века, эпикантуса, закрывающего слезный бугорок, в качестве защитных приспособлений к своеобразным суровым климатическим условиям Центральной Азии, с резко выраженной ультрафиолетовой радиацией солнца, огромными сезонными и суточными колебаниями температуры, сильными ветрами, поднимающими вихри мелкой песчано-лёссовой пыли, раздражающей и засоряющей глаза.

Тихоокеанские и континентальные монголоиды

В период позднего палеолита и сменившего его мезолита монголоиды, по-видимому, не были вполне однородными. Черепа из Шаньдиндуна, Цзыяна и Люцзяна обладают некоторыми чертами, характер ными для тихоокеанской (юго-восточной) ветви монголоидов, различные типы которой во все последующие исторические эпохи были широко распространены среди населения Китая, Кореи и Японии, а также Индокитая и Индонезии. Тихоокеанскими расовыми особенностями этих черепов являются значительная высота мозговой коробки (136—150 мм), альвеолярный прогнатизм и некоторая тенденция к широконосости.

Вторая основная ветвь монголоидной большой расы — континентальная, или северо-западная, — представлена на востоке Азии в рассматриваемую эпоху пока только черепами из р-на Чжалайнора. Высота этих черепов невелика, по черепному указателю они мезокранны, лицо у них очень плоское, абсолютно широкое и высокое, носовые кости слабо выступают. Все эти признаки сближают чжалайнорские черепа с континентально-монголоидными типами позднейших периодов, широко распространенными в Центральной и Северной Азии. Представляется очень вероятным, что в период, переходный от древнего каменного века к новому, на востоке азиатского материка имела место первоначальная дифференциация монголоидов. Их тихоокеанские (юго-восточные) варианты •сосредоточивались в то время главным образом к югу от Монгольского ллато, тогда как континентальные (северо-западные) варианты концентрировались преимущественно к западу от Хингана и края Монгольского плато в Центральной Азии.

Восточноазиатская и южноазиатская группы типов

Для истории антропологического состава населения Восточной Азии огромное значение имеет вопрос о южной границе ареала формирования тихоокеанских монголоидов. К сожалению, из-за не достатка палеоантропологических материалов вопрос этот в настоящее время не может быть полностью разрешен. Большой интерес для его разрешения представляют черепа из Люцзяна в Гуанси и Тампонга (в Верхнем Лаосе), которые при общем монголоидном облике отличаются альвеолярным прогнатизмом, очень широким носом и некоторыми другими признаками, характерными для негро-австралоидной (экваториальной) большой расы. Возможно, что черепа эти принадлежат одним из самых ранних представителей той группы расовых типов, которая как морфологически, так и географически представляет собой переход от тихоокеанских монголоидов к восточным (азиатско-океанийским) негро- австралоидам, составлявшим, вероятно, древнейшее население всего Индокитая, а частично, быть может, и Южного Китая. В советской антропологической литературе группа эта получила наименование южноазиатской, или южномонголоидной.

Тесные связи и переходы между обеими группами тихоокеанских монголоидов сохранялись, по-видимому, и значительно позднее. Упомянутые в предыдущей главе древние черепа из неолитических стоянок, •описанные Д. Блэком, обнаруживают при общем монголоидном облике многие характерные черты восточноазиатской группы типов: значительную высоту черепа (137 мм), большую высоту лица (75 мм) при сравнительно малой его ширине (131 мм), относительную узконосость (47) и т. п.

Зато другая неолитическая группа черепов из стоянок провинции Шэньси отличается сочетанием общемонголоидных признаков (уплощенное лицо, слабо выступающие носовые кости, высокие, округлые глазницы и др.) с южномонголоидными чертами (заметный альвеолярный прогнатизм и широконосость). Трудно сказать, имеем ли мы в данном случае дело с неполной дифференциацией тихоокеанских монголоидов или же с присутствием в шэньсийских сериях расовых типов южного происхождения.

Северокитайский расовый тип

Неолитические костяки, принадлежавшие северокитайским племенам, создавшим культуру Яншао, не только обладают всеми отличительными чертами тихоокеанских монголоидов, но и обнаруживают специфическое сочетание признаков, характерное для расового типа, который в советской антропологической литературе получил название северокитайского. На черепах этого типа общие особенности юго-восточной ветви монголоидов: значительная высота мозговой коробки, сравнительно небольшой скуло- вой диаметр, тенденция к альвеолярному прогнатизму и др. — комбинируются с мезокранией (черепной указатель 78—79) и очень высоким лицом (верхняя высота 75—77 мм). Рост древних представителей северокитайского типа достигал, по данным измерения длинных костей, 169— 170 см (для взрослых мужчин). Кроме скелетов, связанных с культурой Яншао, к рассматриваемому типу принадлежат костяки из погребений периода Шан-Инь и из могильников V—II вв. до н. э. с территории восточных районов Внутренней Монголии (бывшая провинция Жэхэ).

Все особенности северокитайского типа характерны также для современного населения Северного Китая, у которого такие общемонголоидные признаки, как тугие и прямые волосы, слабое развитие третичного волосяного покрова на лице и теле, желтоватая окраска кожи, карие глаза, уплощенное лицо, сильно выступающие скулы, развитая складка верхнего века, часто присутствие эпикантуса, невысокое переносье и т. п., сочетаются с ростом выше среднего (166—169 см для взрослых мужчин), мезокефалией (средний головной указатель 78—80), очень высоким и сравнительно узким лицом (морфологическая высота 131 —136 мм, скуловой диаметр 140—143 мм), выраженной узконосостью (носовой указатель на живых 60—62). Основным ареалом распространения северокитайского типа в настоящее время являются провинции Шаньдун, Хэбэй, Хэнань, Шаньси, Шэньси и Ганьсу. Преобладает этот тип также среди китайцев Синьцзяна и некоторых районов Сычуани и Юньнани.

Другие типы восточноазиатской группы

Северокитайский тип не является единственным географическим вариантом восточноазиатской группы тихоокеанских монголоидов. Среди китайцев Маньчжурии — главным образом потомков переселенцев XIX—начала XX в., а также среди маньчжуров, сибо, дауров и корейцев широко распространен другой вариант той же группы — корейско-маньчжурский тип, по большинству признаков близкий к северокитайскому, но отличающийся от него несколько более низким ростом (162—165 см), брахикефалией (головной указатель 83—85), абсолютно более широким лицом (143—145 мм), вероятно большим развитием третичного волосяного покрова. По своему происхождению корейско-маньчжурский тип тесно связан с северокитайским, в процессе брахикефализации которого он, вероятно, и сложился. Исходными формами этого процесса могли быть мезобрахикранные неолитические черепа из Унги на крайнем севере Кореи (исследованные японским антропологом Имамура).

Известную роль в формировании корейско-маньчжурского типа могло играть также смешение относительно короткоголовых северо-восточных (дунбэйских) вариантов тихоокеанских монголоидов с континентальными (сибирскими) типами той же большой расы, особенно со своеобразным «амуро-сахалинским» типом, выделенным М. Г. Левиным у амурских и сахалинских нивхов (гиляков). Таким смешением можно объяснить наблюдаемые у корейско-маньчжурского типа по сравнению с северокитайским усиление третичного волосяного покрова, некоторую тенденцию к депигментации радужины глаз, увеличение ширины лица. С антропологическими данными интересно сопоставить новейшие взгляды многих советских и зарубежных лингвистов о родстве корейского языка с алтайскими (в частности, с тунгусо-маньчжурскими), а также об участии в этногенезе как корейцев, так и маньчжуров древних палеоазиатских племен, по языку и хозяйственно-культурным особенностям близких, вероятно, к нивхам.1

Очень интересен вопрос о причинах преобладания корейско-маньчжур- ского типа у китайцев северо-востока. Смешение с маньчжурами играло, вероятно, здесь некоторую роль, но вряд ли было решающим, так как маньчжуры в Маньчжурии по численности давно уже уступают китайским переселенцам из Шаньдуна, Хэбэя и других провинций Северного Китая. Большее значение имел, надо думать, процесс брахикефализации (укорочения и расширения головы), протекавший на северо-востоке Китая — как и везде в районах поздней колонизации и интенсивной расовой метисации — более быстро, чем в других частях страны. Следует, наконец, учитывать и широко распространенный среди местных китайцев обычай подкладывать под затылок младенцев дощечку, что вызывает заметное уменьшение продольных и увеличение поперечных размеров черепа.

Среди нанайцев Приамурья и Маньчжурии, известных там под названием «хэчжэ», намечается еще один тип восточноазиатской группы — амурский — мезокефальный, но более массивный и широколицый по сравнению с северокитайским. Возможно, что тип этот сложился в результате смешения тихоокеанских и континентальных монголоидов. Заслуживает внимания, однако, и другое объяснение «промежуточных» особенностей корейско-маньчжурского и амурского типов. Маньчжурия и Приамурье могли быть с древнейших исторических периодов переходной зоной между ареалами формирования тихоокеанских и континентальных монголоидов; здесь до настоящего времени сохранились нере,зко дифференцированные типы, сочетающие особенности обеих ветвей азиатской большой расы.

Аналогичные отношения прослеживаются и на противоположном конце области распространения расовых типов восточноазиатской группы, где, по старым описательным и отчасти краниологическим данным, среди тибетцев и родственных им народов округа Чамдо (Кам) и западной Сычуани (территория бывшей провинции Сикан) выделяется особый — восточнотибетский (камский) тип, отличающийся от северокитайского большей массивностью, меньшей высотой черепа и большей шириной лица, а также меньшей выраженностью монголоидных особенностей глазной области и носа (эпикантус, складка верхнего века, низкое переносье). Перечисленные черты сближают восточнотибетский тип с северными (континентальными) монголоидами и в то же время придают ему «американоидный» (сходный с американскими индейцами) внешний облик. Возможно, здесь мы имеем дело с сохранением некоторых древних морфологических черт, некогда свойственных всем монголоидам.

Южные монголоиды в Восточной Азии

К югу от гор Хуайяныпаня и Циньлина, в бассейне Янцзы и еще южнее в бассейне Сицзяна, а также в долине Цангпо на юге Тибета, расовые типы восточноазиатской группы постепенно сменяются другими антропологическими вариантами тихоокеанских монголоидов. Смену эту при движении с севера на юг Китая можно наблюдать как среди китайцев, так и среди различных национальных меньшинств, говорящих на языках китайско-тибетской семьи. Сравнивая между собой уроженцев Северного, Центрального и Южного Китая, нетрудно заметить, что при общей мон- голоидности многие характерные особенности азиатской большой расы как бы несколько ослабевают в меридиональном направлении. Так, процент прямых и тугих волос понижается, рост бороды несколько усиливается, скулы выступают слабее, складка верхнего века оказывается менее выраженной, эпикантус встречается реже. Это «смягчение» монго- лоидности сочетается с заметным потемнением кожи, большим количеством волнистых волос, уменьшением высоты лица, увеличением ширины

носа (и соответственным возрастанием носового указателя), тенденцией: к альвеолярному прогнатизму, большим развитием наружной слизистой оболочки губ (частое появление толстых и даже вздутых губ).

Сами китайцы хорошо различают по физическим признакам выходцев из северных, средних и южных провинций страны. Особенно велик контраст между относительно светлокожими, почти всегда прямоволосыми, высоколицыми и узконосыми уроженцами бассейна Хуанхэ, с одной стороны, и значительно более темнокожими, нередко волнистоволосыми, низколицыми и широконосыми фуцзяньцами, гуандунцами и гуанеийцами, с другой стороны. Переходное положение между теми и другими занимают китайцы провинций, расположенных в бассейне Янцзы (Чанцзяна) или смежных с ними (Чжэцзян, Цзянсу, Аньхуэй, Цзянси, Хубэй, Хунань, отчасти также Сычуань, Гуйчжоу и Юньнань). Очень отчетлива в Китае и географическая изменчивость общей длины тела (роста): на севере она составляет у взрослых мужчин, как мы уже видели, 166—169 см, в центральных провинциях — 163—166 см, на юге — 160—163 см. Учитывая эту изменчивость основных расовых признаков, китайский антрополог Лю Сянь предлагает наряду с хуанхэским (северокитайским) типом выделить среди китайцев еще два территориальных типа — чанцзянский (среднекитайский) и чжуцзянский (южнокитайский) .

Очевидно, что общее направление межгрупповых различий между северными, средними и южными китайцами полностью совпадает с описанными выше различиями между восточноазиатской и южноазиатской группами тихоокеанских монголоидов. Сопоставляя антропологические материалы с уже известными нам данными по этнической истории Восточной Азии, не приходится сомневаться, что китайцы при своем многовековом продвижении на юг, продолжавшемся на протяжении почти всей их истории, впитали значительное количество южноазиатских расовых элементов, преобладавших среди племен сань-мяо и юэ, которые были предками современных мяо и яо, чжуан-дунцев, тибето-бирманцев, а частично, быть может, и индонезийцев.

В пользу такого понимания истории расового состава населения Южного Китая говорят и новейшие данные по этнической антропологии национальных меньшинств КНР, собранные китайскими и советскими исследователями. Данные эти ясно показывают, что большинство чжуан- дунских народов, а также мяо, яо и некоторые группы тибето-бирманцев (южные ицзу, цзинпо) и мон-кхмеров (кава, бэнлун) по сравнению с соседними китайцами обнаруживают большую выраженность всех вышеперечисленных южномонголоидных особенностей. С максимальной яркостью особенности эти выступают, по-видимому, у хайнаньских ли и мяо, обследованных автором настоящей главы весной 1958 г. При общем монголоидном облике национальные меньшинства Хайнаня отличаются небольшим ростом (158—161 см для взрослых мужчин), сравнительно темной кожей оливково-желтоватых оттенков, грацильным строением, небольшими абсолютными размерами черепа и лица, мезокефалией (головной указатель 78—80), относительно широким носом (носовой указатель 87—90 при измерении высоты носа от переносья), альвеолярным прогнатизмом, утолщенными губами.