Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Атапаскские племена
Этнография - Народы Америки

Лесную зону к западу от Гудзонова залива занимали атапаскские охотничье-рыболовные племена. В отношении исторических судеб, быта и культуры они имеют много общего с рассмотренными выше алгонкинскими племенами. Все атапаскские племена севера Канады распадаются иа две группы: восточную и западную.

Восточную группу составляют племена бассейна р. Макензи. Самыми восточными из них являются чайпевайи, непосредственно соседствующие с алгонкинским племенем кри. К северо-западу от них кочевали тацано- тины, пли «желтые ножи», к западу — этчаотины, прозванные индейцами кри «невольниками»; севернее этчаотинов были кочевья тлингчади- нов, известных под названием «собачьи ребра»; они объясняют эту кличку легендой об их происхождении от собаки. Ниже по р. Макензи обитало племя каучодинов, или «зайцев», «заячьих» индейцев. На р. Мирной к юго-западу от чайпевайев жили цатины, или «бобровые» индейцы.

К. западной группе, часто называемой группой Кордильер, относятся кучины верховьев р. Юкона; нахани и секани восточных предгорий Скалистых гор; талтаны, цецаут, такулли, или «носильщики», и чилкотины— западных предгорий этих же гор. Сюда же относятся племена внутренней Аляски, кенайцы, или танаина, антена и др.

В быту этих двух групп наблюдаются значительные различия. У восточных племен кочевая охота имеет главное значение в хозяйстве, рыболовство — второстепенное. У западных же племен рыболовство так же важно, как и охота. Они ведут менее подвижный образ жизни, чем восточные племена. Летом они заняты рыболовством, а зимой охотой на оленя, лося, зайца и другую дичь. В их культуре много общих черт с культурой индейцев северо-западного побережья, тогда как в отношении материальной культуры северные племена бассейна р. Макензи имеют много общего с эскимосами. Тем не менее, в культуре атапасков есть много своеобразного.

Уровень развития производительных сил всех этих племен был одинаков. Примитивная охота на оленя, лося и мускусного быка давала все необходимое для жизни большинства из них: материал для одежды, утвари и жилища и мясо. Способы охоты были сходны с алгонкинскими. Мясная пища, в большей или меньшей степени у различных племен, дополнялась рыбой. У заячьих индейцев канадской тундры наряду с рыболовством большую роль играла охота на зайцев, дававшая им не только пищу, но и материал для одежды. Благодаря этому они получили свое прозвище.

Материальная культура

В материальной культуре северных атапасков есть ряд общих черт. Все они носили замшевую одежду, изготовлявшуюся из оленьих шкур. Подол короткой мужской рубахи почти у всех племен спускался мысом спереди и сзади («хвост»), за что кри и прозвали чайпеваев «остроконечными шкурами». Женская рубаха была значительно длиннее и имела «хвост» только сзади. Все сшивалось нитками из сухожилий. Эта одежда, давно уже вышедшая из употребления, нигде уже более не встречается и сохраняется только в музеях. Она поражает красотой п тщательностью отделки: рубаха на плечах, груди, спине п по подолу и обшлагам украшена вышивкой из оленьего в'олоса и игол дикобраза и оторочена густой замшевой бахромой. С появлением европейцев здесь, как и везде в Америке, вышивка из игл дикобраза стала сменяться вышивкой бисером1.

Такую одежду надевали в торжественных случаях, в ней приходили в торговый пост менять свои меха. Теперь в стране атапасков не только нельзя найти нп одного экземпляра подобной одежды, но современное население не имеет никакого представления о замечательной одежде своих предков, носившейся всего сто лет назад2.

В зимнее время носили одежду из меха, в основном того же покроя, накидывая поверх ее меховой плащ; одни племена (нахани, «заячьи» индейцы, кучины) пришивали к меховой парке капюшоны, другие носили отдельные меховые шапки или запоры.

Наряду с одеждой из оленьего меха была распространена и одежда, связанная из полосок заячьего меха, как у лабрадорских индейцев; пз них же женщины, например у «невольников», где в районе низовьев р. Лайарда было мало оленей, изготовляли и большие мешки, заменявшие люльки дяя младенцев3; женщины же кучинов для этой цели иногда расширяли свои меховые парки сзади, так что могли посить своих детей на голой спине, как это делают эскимоски.

Широко распространены были у мужчин и женщин украшения из замши — запястья 1, нарукавники, пояса с вышивкой из игл дикобраза, а у мужчин и головные повязки, сдерживающие волосы. Мужчины, кроме того, украшали себя ожерельями из шлифованных оленьих рогов («невольники»), из когтей медведя гризли (секани), из раковин денталий (кучины). «Невольники» носили в носовой перегородке гусиное перо или деревянную палочку, а кучины — подвески из раковин денталий.

Было принято раскрашивать себе лицо красной охрой и черным свинцом в торжественных случаях; кучины промазывали волосы салом и красной охрой (мужчины), втыкали в них яркие перья.

Отправляясь в поход, «невольники» надевали головные уборы из медвежьих когтей или шапочки с торчащими перьями, а тела защищали панцирями из связанных между собой еловых прутьев и деревянными щитами.

Жилище атапаскских племен, раскиданных на огромном пространстве, хотя и не могло быть единообразным, но его можно свести к немногим типам. Наиболее распространенным прежде в летнее время было коническое жилище (как у лабрадорских индейцев), в более северных районах— крытое шкурами карибу, в более южных — древесной корой и еловыми ветвями. «Невольники» имели спаренные палатки, которые устраивались так, чтобы иметь общий вход и общий костер посередине; в XIX в. покрышки из шкур были вытеснены парусиной. Нередко летом довольствовались и простым навесом. На зиму племена бассейна Макензи строили низкую продолговатую хижину из жердей и ветвей, прямоугольную в плане, с двускатной крышей и кровлей из еловых ветвей.

В бассейне Юкона (у кучинов и других племен Аляски) зимнее жилище представляло собой куполообразную полуземлянку.

Утварь изготовляли из дерева и коры или плели корзины. Кучины делали деревянную посуду того же типа, как у аляскинских эскимосов, со вставным дном. Огонь высекали из пирита, добывавшегося в верховьях р. Лайарда. Пищу варили с помощью- раскаленных камней в водонепроницаемых корзинах из тонких еловых или лиственничных корней, плотно сплетенных; иногда котлами служили сосуды из копы.

Орудия и оружие немногим отличались от алгонкинских: то же широкое применение камня, рога и особенно кости; те же строгальные ножи с лезвиями из бобровых резцов. Своеобразны лишь палицы из рога карибу со вставленным каменным наконечником. Резким отличием от ал- грнкинов было большее знакомство с медью, центром распространения которой являлась территория племени татсанодинов («желтых ножей») на р. Коппермайне, откуда путем обмена медные наконечники стрел и копий, долота, топорики, ножи и шилья расходились по всему бассейну Макензи. Предполагается, что тацанотины научились употреблению меди у «медных» эскимосов. Средства передвижения лишь в деталях отличались от алгонкинских (см. таблицу канадских лодок, стр. 180); своеобразный вариант представляют лодки, обтянутые лосиной кожей.

Общественные отношения

Общественные отношения атапаскских племен развивались в сходных исторических условиях, как и у охотников Лабрадора. Проникновение скупщиков мехов в глубь тайги вызвало постепенный переход от натурального охотничьего хозяйства первобытной родовой общины к товарном звероловству. Охота на пушного зверя до того, по свидетельству каяад-. ского этнографа Д. Дженнеса, играла незначительную роль в экономике этих индейцев. Становление частной собственности на меха вызвало распад первобытнообщинных отношений, которые пока что изучены здесь далеко не достаточно.

В описаниях общественной структуры восточной и западной групп атапаскских племсн отмечается значительная разница. Восточные племена бассейна р. Макензи обычно характеризуются как никогда не имевшие* родовой организации и состоявшие из нескольких кочевых охотничьих групп, счет родства в которых велся по отцовской и по материнской линии. эти группы коллективно охотились на карибу на общей территории. Добыча потреблялась в охотничьей группе сообща. Все исследователи свидетельствуют об общинном характере пользования охотничьими угодьями у этих племен. Как отмечает Дженнес, индивидуальные семейные участки, появившиеся только недавно у секани, связаны с переходом к товарному пушному промыслу1.

В летних стойбищах охотничьи группы объединялись с другими такими же группами племени. Но некоторые обычаи говорят за то, что в прошлом охотничьи группы представляли собой материнский род. Пережитком матрилокальности является обычай, по которому новобрачные первый год или до появления ребенка жили с родными жены. На матри- линейный счет родства в прошлом указывает обычай, согласно которому отец после рождения первого ребенка утрачивал свое имя, с той поры его знали под именем «отец такого-то».

Племена западной группы и в наше время описываются как организованные в материнские роды и фратрии. По-видимому, материнская родовая организация сохранялась здесь значительно дольше. Главная причина этого, несомненно, заключалась в бо^ее позднем проникновении пушной торговли в область расселения этих племен, чем в бассейн р. Макензи.

Трудная и суровая жизнь, постоянные лишения часто вызывали умерщвление новорожденных. Наряду с этим почти у всех племен старые и слабые мужчины и женщины, которые не могли следовать за передвигающейся группой и, тем более, не могли прокормить себя, оставлялись в лесу на голодную смерть; известно и удушение стариков, иногда по пх собственной просьбе (кучины). Лишь у этчаотинов отмечено, что они никогда не покидали престарелых и слабых, но уносили их с собой, даже если это влекло значительные затруднения для семьи и группы.

Верования

Верования атапасков были проникнуты анимистическими воззрениями на природу; особенно почитались личные духи-помощники. Большую роль играли шаманы, как и везде — лейари и посредники между духами и людьми. Целый ряд табу и магических действий связан с охотой и почитанием промысловых животных, особенно медведя. Атапаски отмечали два главных обрядовых праздника: поминальный — по умершим (через год после похорон) и лунный — во время лунных затмений. Каучодины и кучины справляли лунный праздник каждое новолуние.

Атапаски верили в загробную жизнь: так, этчаотины верили, что духи умерших, с помощью духов выдры и гагары, которым их вверяли родные, проходили через землю, пересекали большое озеро и начинали жизнь заново в другом мире. Дальнейшее развитие представлений о загробной жизни, уже связанное с идеей возмездия, наблюдается у чайпевайев. Они верили в перевоплощение или переселение душ.

В быту таежных охотников Канады и поныне сохранилось много пережитков первобытнообщинных отношений, причиной чего являлся низкий уровень развития их хозяйства. Вовлечение индейцев в европейскую меховую торговлю круто повернуло ход исторического развития этих племен. Превращение первобытного охотника в зверолова — поставщика пушнины повлекло за собой проникновение в родовую общину товарных отношений. Охота ради потребления всей общины постепенно вытесни л ась промыслом пушнины на продажу.

С этим было связано становление частнособственнических отношений, разрушавших старые родовые устои. У отдельных племен прослеживаются различные этапы разложения общинно-родовых отношений и тенденция к выделению патриархальной семьи как самостоятельной экономической единицы, и к разделу общинных охотничьих угодий на семейные участки. Этот процесс почти завершился, по-видимому, только у алгоикинов западного Лабрадора.

Как следствие колониальной эксплуатации индейцев-звероловов скупщиками мехов, наблюдаются застойность в их охотничьей технике и чрезвычайная отсталость в культурном отношении. Отсталость и застойность принято было в американской науке трактовать как черты первобытности у этих племен, как результат самобытного развития индейцев. Сочетание их с патриархальными частнособственническими отношениями принималось как архаическая черта, свойственная всем наиболее первобытным народам мира. На этом основании устанавливалась изначальность патриархальной семьи и частной земельной собственности. Частная инициатива, характерная для капиталистического предпринимателя, приписывалась наиболее отсталым народам под названием «индивидуализма» как черта, свойственная первобытности.

Но в результате новейших исследований культуры охотничьих племен Канады накапливается все больше фактов, опровергающих все эти теории и утверждающих развитое марксизмом учение Л. Г. Моргана о родовой организации как форме социального устройства на ранних этапах человеческой истории.