Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



История изучения языков Центральной и Южной Америки. Классификация языков Мексики и Центральной Америки
Этнография - Народы Америки

Значительно позже началось систематическое изучение языков Центральной и Южной Америки. В 1916 г. русский путешественник Г. Г. Манизер, вернувшийся из экспедиции в Южную Америку и обрабатывавший материалы экспедиции, писал о весьма неудовлетворительном состоянии, в каком находилось в то время знание индейских языков. С тех пор положение во многом изменилось, и изучение языков Центральной и Южной Америки продвинулось сильно вперед. Но задача научной классификации этих языков еще далеко не разрешена окончательно.

В отношении языков Мексики и Центральной Америки предложен целый ряд схем их классификации. Н. Леон (1908) сгруппировал индейские языки Мексики в 13 семей, объединив последние в три большие группы. В. Леман (1920) дал наиболее обстоятельное описание всех языков Центральной Америки. Есть также классификации П. Риве (1924, 1952), В. Шмидта (1926), Э. Сэнира (1929), А.-Л. Крёбера (1933, 1934) и др. Наибольшим признанием в отношении языков Мексики пользуется сейчас классификация, предложенная лингвистами М. Мендисабалем и X. Морено (в трех вариантах, 1937, 1939, 1948). Согласно этой классификации (1939), 90 известных и ныне сохранившихся языков Мексики (не считая 35 вымерших и известных только по названиям) группируются в 19 семей, объединяемых в пять крупных групп1.

Что касается языков собственно Южной Америки, то задача их систематизации оказалась еще более трудной. • Но и здесь достигнуты существенные результаты. В 1913 г. американский этнограф А. Чемберлен, сведя все имеющиеся в литературе материалы но отдельным языкам Южной Америки, составил таблицу распределения их на группы (семьи): таких независимых одна от другой групп оп насчитал 832. Это был шаг вперед, хотя Чемберлен не счел нужным дать какое-либо обоснование правильности своей группировки. В 1922 г. немецкий этнограф       Крикеберг в своей сводной работе о народах -Америки3 привел перечень 15 важнейших языковых семей Южной Америки. В 1924 г. II. Риве в коллективном издании «Les langues du monde» дал перечень 77 Языковых семей. Число отдельных языков и диалектов, по которым имелись хотя бы скудные сведения, он определил примерно в 12404. В 1926 г. австрийский лингвист н этнограф В. Шмидт в своем сводном труде «Die Sprachfami lien und Sprachenkreise der Erde», с приложенным к нему атласом карт, свел число независимых семей к 34.

За 1920—30-е годы продвинулось изучение языков народов бассейна Амазонки и Ориноко. Особенно много сделали в этом отношении немецкий этнограф-путешественник Т. Кох-Грюнберг и еще более — К. Ни- муеидажу, неутомимый исследователь индейцев. Последний очень добросовестно расклассифицировал все известные ему языки этой части Южной Америки, оставив в стороне языки западной, северной и южной областей материка. В классификацию вошли 42 языковые семьи и 34 изолированных языка; кроме того, несколько сот языков он оставил под вопросом за недостаточностью сведений5.

В 30-х годах за разрешение задачи классификации южноамериканских языков взялся видный чешский лингвист Ч. Лоукотка6, опубликовавший в 1935 и 1942 гг. две работы, в которых он систематизировал 558 языков Южной Америки, сведя их в 94 семьи.

I> 1950 г. американский этнограф Олден Мэсон в шестом томе фундаментального издания «Handbook of South American Indians» попытался дать сводную компилятивную таблицу классификации южноамериканских языков, дополненную очень подробной картой. У него можно насчитать примерно 54 языковые семьи, не считая 12 сомнительных1.

В 1952 г. Ч. Лоукотка в соавторстве с П. Риве в обстоятельной статье, включенной во 2-е издание «Les langues du monde», привел более обширный список — 108 независимых языковых семей и отдельных изолированных языков, с многочисленными разветвлениями более крупных семей. Список дополнен картой.

Таким образом, между имеющимися попытками систематики языков Южной Америки налицо значительные расхождения. Только крупные, сравнительно хорошо изученные семьи языков фигурируют неизменно во всех списках, но и то не везде они выглядят одинаково: одни авторы понимают их шире, другие уже. Так, например, Мэсон, следуя новейшим работам, рассматривает семью чибча широко: помимо 55 языков, бесспорно входящих в эту семью, он склонен причислять к ней и группу языков сумо-мискито (Никарагуа), обычно считаемую самостоятельной, а также ряд мелких языковых групп Венесуэлы, Эквадора и др., частью уже ис- • чезнувших. Так же обстоит дело с аравакской, карибской и другими крупными семьями.

Что же касается мелких и малоизученных языков, то судьба их у разных авторов различна: кто рассматривает их как изолированные, кто старается присоединить их то к одной, то к другой семье.

Такое не очень благополучное положение зависит частью от плохой изученности самих языков, многие из которых уже исчезли; по некоторым из них имеются только краткие словари, по иным и того нет; частью же зависит это от несовершенства применяемой исследователями методики. Так например, даже такой опытный лингвист, как П. Риве, пользовался иногда очень спорными приемами при определении принадлежности отдельных языков и родства между ними: он сопоставляет наудачу выбранные корни слов и подчас руководится простой догадкой2. Другой, не менее серьезный лингвист Ч. Лоукотка применил к решению данной задачи метод, тоже не вполне надежный. Он составил стандартный список 45 слов и по количеству совпадений и несовпадений в этих словах между отдельными языками пытается судить об их взаимных отношениях. Если, например, число слов, происходящих из другой языковой семьи, в данном языке превышает одну пятую (т. е. более 9 слов), то Лоукотка считает этот язык «смешанным»; если менее одной пятой, то он говорит о «следах» или «включениях» слов из чужого языка. Ясно, что такой чисто механический способ определения языковых связей, тем более основанный на анализе всего 45 слов, не может считаться окончательным. Тем не менее именно классификация Лоукотки считается у современных специалистов наиболее солидной3.

Объективный же источник трудностей классификации южноамериканских языков заключается в крайней языковой пестроте и дробности индейского населения этой части Америки, что особенно заметно в некоторых ее областях. Например, в одной только республике Колумбии, где значительная часть населения говорит сейчас только по-испански, сохраняются, однако, десятки индейских языков: лингвист Дж. Роу насчитал там до 80 различных языков, распределенных между 20—25 самостоятельными языковыми семьями; предполагается, что до испанского завоевания на территории теперешней Колумбии было еще свыше 50 индейских языков, ныне исчезнувших: итого более 130 языков в одной небольшой стране!1. Другой пример: одна из самых мелких и малоизвестных языковых групп — группа тимоте в Венесуэле насчитывает, по исследованиям Риве, 13 отдельных языков и 28 местных подгрупп, видимо, со своими диалектами2.

Не блестящее состояние южноамериканской лингвистики видно и из такого факта: до сих пор не опубликовано мало-мальски удовлетворительного описания ни одного южноамериканского языка.

Классификация языков Мексики и Центральной Америки

Наиболее широко принятая американистами схема распределения индейских народов и племен Мексики и Центральной Америки по языковым группам (согласно Мендисабалю —Морено и В. Леману) такова:

1.         Большая семья сиу-хока представлена в Мек

сике подгруппами хока (в нее входят языки сери, килихуи, кукапа, кочими и других племен, главным образом северо-западной Мексики), а также чонталь (в южной Мексике) и субтиаба (тлапанека в южной Мексике).

2.         Большая семья т а н ь о-a цтекская, объединяющая — юто-ацтекскую семью с многочисленными подразделениями; важнейшие из них: пима и тепехуана на севере Мексики (племена пима, папаго, тепехуана и др.); кахита-тарахумара (в том числе тарвхумара, опата, кахита); кора-хуичоль и группа — нахуатль с ее главными представителями — ацтеками (нахуа).

3.         Большая семья м а к р о-о томи (или макро-отоманская) разветвляется на группы: отоми, миштекская, пополокская, чинантекская, сапотекская. Они заселяют главным образом центральную Мексику. По мнению некоторых ученых (Э. Сэпир, X. Виво), это древнейшая лингвистическая группа па мексиканской земле.

4.         Большая семья сок е-м а й я. Главная ее ветвь — языки майя- киче, занимающих большую часть южной Мексики, а также Гватемалы. Группа майя-киче делится в свою очередь на подгруппы: собственно майя, чоль-чорти, цельталь-цоциль, мам-ишиль, киче-какчикель и хуа- стеков: последние географически отделены от остальных родственных им по языку народов и обитают на западном побережье Мексиканского залива. В ту же большую группу входят соке (соке, михе, хуаве) и тотонаки (к югу от хуастеков).

5.         Совершенно обособлен язык тарасков, обитающих в западной части центральной Мексики — в штатах Мичоакан, Халиско, Наярит, Герреро. Особняком стоят и языки гуайкура и перику в Нижней Калифорнии, ныне уже исчезнувшие.

6.         В пределах Центральной Америки, на территории теперешних республик Гондурас, Никарагуа, Коста-Рика, обитали и частью обитают племена слабо изученной языковой семьи пай я-л е н к а: пайя, хикаке, ленка и др. Самая крупная из языковых групп этой области, преобладающая в восточном Никарагуа и Гондурасе,— это с у м о- м и с к и т о: в нее входят прибрежные племена мискито и обитающие в глубине страны сумо, матагальпа п др. Группу сумо-мискито теперь причисляют к семье чибча. В западном Никарагуа прежде жили чоротеги, манге п др.