Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Завоевание, колонизация, борьба за независимость Аргентины
Этнография - Народы Америки

Первыми из европейцев на землю Аргентины ступили в 1516 г. участники экспедиции де Солиса, искавшие путь в Индию. В поисках пролива, соединяющего Атлантический океан с Тихим, экспедиция де Солиса поднялась вверх по Ла-Плате.

Исследовав ее, де ьолис убедился в своей ошиоке — это не оыл пролив. По возвращении на берег он и его спутники были убиты индейцами ке- ранди.

В 1526 г. Себастьян Кабот поднялся вверх по Паране до слияния ее с Парагваем и дальше вверх по Парагваю. Индейцы относились к испанцам враждебно. Не получив от короля просимой им поддержки, Кабот вернулся в Испанию.

В 1535 г., опасаясь, что португальцы могут захватить новые земли, Карл V послал Педро де Мендосу утвердить власть Испании на берегах Ла-Платы, назначив его аделантадо (губернатором) новых земель. В 1536 г. Мендоса основал укрепление Буэнос-Айрес. Однако крепость подвергалась неоднократным нападениям индейцев и в 1541 г. была разрушена. Испанцы под предводительством Хуана де Айоласа поднялись . вверх по реке и укрепились в форте Асунсьон, основанном в 1537 г. на р. Парагвай. В районе Асунсьона обитали более мирные индейцы гуарани. Некоторое время колонизация шла из Асунсьона, откуда испанцы распространились в соседние районы. Были основаны города Санта-Фе (1573), Корриентес (1588) и снова Буэнос-Айрес (1580).

Испанцы искали, как обычно, драгоценные металлы. Но золота и серебра они не нашли.

Заселение и завоевание Аргентины шло еще одним путем — из Перу. Испанцы, завоевывая Чили, первое время шли из Перу обходным путем, так называемой дорогой инков, через Боливию и северо-запад Аргентины, обходя пустыню Атакаму. Во второй половине XVI в. в этом районе существовали оживленные связи с Чили (которые собственно не порывались и позднее, вплоть до XIX в.). Выходцами из Чили были основаны города Сант-Яго-дель-Эстеро (1553) и Тукуман (1565). Кордова (1573), Ла-Риоха (1591), Сальта (1582) и Жужуй (1592) возникли на пути, по которому поддерживалась связь с высокогорным Перу. Дальше к югу испанцы, перешедшие через перевалы из Чили, основали Мендосу (1561—1562), Сан-Хуан (1562) и Сан-Луис (1598) \

С мирными оседлыми земледельцами предгорий испанцы расправились легче, чем с воинственными племенами Чако и^Патагонии.

Провинция Тукуман в колониальное время поддерживала экономические связи с горнорудным районом Перу и Боливии, который представлял собой почти единственный рынок для сбыта сельскохозяйственной продукции и скота (главным образом мулов).

Таким образом, к концу XVI столетия в Аргентине существовали два центра испанской колонизации: один в пампе, вокруг Буэнос-Айреса и Санта-Фе, другой в предгорьях Анд. Остальная часть страны была населена индейцами. Так возникла и в Аргентине так называемая «граница» (фронтера) испанских колоний в Южной Америке.

Связь между отдельными районами и с метрополией поддерживать было трудно из-за постоянных и ожесточенных стычек с индейцами. Кроме того,

Испания не была заинтересована в развитии сельскохозяйственной колонии, каковой была Ла-Платская провинция, управлявшаяся из Лимы.

Колония развивалась медленно и привлекла к себе мало иммигрантов из Испании. Для Испании Ла-Платская провинция представляла интерес лишь как путь в Перу. Испанская корона, свято охраняя свои интересы (король получал пятую часть доходов от колоний) и опасаясь конкуренции, монополизировала торговлю колоний и ограничила их связи друг с другом и с прочими странами. Эта система сковывала развитие колонии.

Естественным следствием такой политики был пышный расцвет контрабандной торговли с Англией, Францией и Голландией. Эта торговля способствовала увеличению товарности хозяйства Аргентины. Наконец, возраставшая конкуренция европейских стран заставила Испанию во второй половине XVIII в. отменить монополию, и колонии получили возможность широкой торговли сначала с Испанией, затем друг с другом и другими странами.

В 1776 г. было образовано вице-королевство Ла-Плата со столицей в Буэнос-Айресе. Из Перуанского вице-королевства в новую административную единицу вошли современные Аргентина, Боливия, Парагвай и Уругвай.

С отменой монополии население района Буэнос-Айреса за 20 лет выросло больше, чем за предыдущие 200 лет.

Участники завоевания, как и повсюду в Латинской Америке, получали энкомиенды — земельные наделы с приписанными к ним индейцами. В Аргентине, в особенности в районе Буэнос-Айреса, в пампе, эти наделы были громадны по своим размерам. Применение рабского труда индейцев здесь было ничтожно; в этой стране (и в Уругвае) в результате постоянных столкновений колонистов с индейцами последние либо истреблялись, либо изгонялись за пределы поселений испанцев. Южная граница пампы до второй половины XIX в. была укреплена военными поселениями. Правительство делало попытки привлечь на свою сторону часть индейцев. Вблизи укреплений иногда возникали небольшие индейские колонии, прообраз будущих резерваций (reducciones Латинской Америки), обитатели которых получали содержание от колониальной администрации.

В Аргентине времен колонии почти не было энкомиенд, в которых обрабатывали землю. Земледельческие хозяйства были очень немногочисленны и не обеспечивали население колонии сельскохозяйственными продуктами.

Основное значение в экономике приобрело скотоводство. На огромных степных пространствах страны бродили многочисленные стада одичавшего и размножившегося рогатого скота, привезенного в 1536 г. Педро де Мендосой.

Торговля шкурами животных была одной из значительных отраслей контрабандной внешней торговли. Основными поставщиками шкур долгое время были гаучо.

Гаучо составляли основное население степей южного Чако, Уругвая и аргентинской пампы до севера Патагонии. Происходят они от браков испанцев с индейскими женщинами. В противоположность смешанному населению севера и запада Аргентины, которое по образу жизни было испанским, гаучо были ближе к индейцам, отличаясь от них главным образом языком и одеждой.

Вначале гаучо были охотниками за одичавшим скотом. Они не гнушались угонять скот и перепродавать его. Это было тем более легко и безнаказанно, что эстансии были велики по размеру, не огорожены и мало населены. Индейцы Патагонии и южной пампы также занимались угоном и контрабандной продажей скота. Но они гнали скот через перевалы в Чили. Долгое время в торговле скотом они конкурировали на чилийском рынке с аргентинскими скотоводами.

В конце XVIII в. с развитием крупного землевладения и скотоводства стала исчезать возможность свободного передвижения по пампе и охоты за одичавшим скотом. Все больше земель стало принадлежать отдельным помещикам (особенно усилился процесс распределения земель со времени объявления независимости). Скот стали клеймить. Выпас скота на естественных пастбищах уступил место выпасу на загороженных участках и откорму скота фуражом. Гаучо и вакейро1 стали наниматься на эстансии, попадая в крепостную зависимость к их владельцам.

Развитие земледелия в пампе в XIX столетии окончательно изменило структуру ее экономики, и гаучо, составлявшие основную массу наемной рабочей силы, постепенно стали уступать свое место европейским иммигрантам.

Вокруг образа свободолюбивых гаучо с их привольной жизнью создался романтический ореол, их образ жизни, характер, нравы идеализи- . ровались. Жизнь гаучо XVII—XVIII вв. и в самом деле значительно отличалась от жизни остального населения колонии, как городского, так и сельского.

Борьба за независимость в Аргентине протекала в условиях острых классовых противоречий. Ко времени ее начала (1810—ч1816) в стране сложились социальные группировки с противоречивыми интересами. Крупную торговую буржуазию (так называемых портенъос), сосредоточенную в портах Буэнос-Айрес, Санта-Фе и Росарио, стесняли колониальные порядки; в ее среде росло недовольство Испанией. Помещики-скотоводы, феодалы провинций, будучи заинтересованы в сбыте своей продукции, также были настроены против метрополии. Кроме того, как и в других колониях Латинской Америки, местные уроженцы — креолы не имели доступа к высшим административным постам, к управлению колонией.

Англия и Франция, заинтересованные в торговле с Ла-Платской провинцией, всячески поддерживали стремление Аргентины отделиться от метрополии. Лишь католическая церковь, игравшая значительную политическую роль в колониальный период, наряду с представителями испанской знати была на стороне монархической Испании. Для защиты своих интересов Испания имела в Ла-Плате значительные войска.

Однако внутри самой Аргентины не было единства. После отделения от Испании и создания республики началась борьба между портеньос и провинциями. Экономически северные и западные провинции тяготели к Перу, Боливии и Чили, с которыми через высокогорные^перевалы велась оживленная торговля.

Стремление буржуазии Буэнос-Айреса взять политическую и экономическую власть в свои руки и создать централизованное правительство встретило отпор со стороны провинций, отстаивавших свою независимость. Началась борьба так называемых унитариев и федералистов, временами превращавшаяся в гражданские войны.

В 1829 г. Хуан Мануэль Росас, крупный помещик провинции Буэнос- Айрес, захватил власть в Аргентине. Он выдвинул лозунг о конфедерации, а на деле создал централизованную диктаторскую власть. Народные массы Росас привлекал на свою сторону, пользуясь их ненавистью к помещикам. Однако системой раздачи и продажи земель своим сторонникам он лишь увеличил число крупных поместий в стране.