Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Охота и жилища индейцев районов Пампы и Патагонии. Одежда и пища
Этнография - Народы Америки

С введением лошади роль охоты в хозяйстве особенно усилилась. Охота всегда проводилась коллективно, отправлялись на нее почти все жители данной группы. Собираться начинали до рассвета. Вождь, который распоряжался охотой, выйдя из своей палатки, созывал мужчин и «в громкой речи описывал маршрут, по которому они пойдут к месту охоты, и намеченные действия». Стойбище представляло собою оживленную картину. Одни женщины разжигали костры и готовили пищу, чтобы взять с собой вареное мясо и кормить в дороге детей, другие свертывали палатки и навьючивали весь свой скарб на лошадей, которых ловили и приводили мужчины.

Группа охотников, выследившая животных, сообщала об этом вождю. Ехали всегда гуськом, друг за другом на известном расстоянии. Невдалеке от места охоты разбивали лагерь. На рассвете следующего утра начиналась охота.

Прибыв в условленное место, охотники разделялись на две группы и окружали дичь, постепенно сужая круг.

Основным оружием на охоте служило бола. Когда европейцы впервые столкнулись с патагонцами, последние были вооружены луком и стрелами. Впервые встречается указание на наличие бола в Патагонии у Джона Байрона (1764). У техуэльче это оружие появилось, по-видимому, от их северных соседей вместе с лошадью. Центром распространения бола являлся, вероятно, район Ла-Платы, но наибольшее развитие употребление бола получило у техуэльче и аргентинских арауканов.

Существовало три типа бола — с одним, двумя и тремя шарами. Бола с одним шаром употреблялось для приканчивания раненой дичи и для охоты на пуму, на которую нападали на близком расстоянии. С бола с двумя шарами охотились главным образом на страусов; и, наконец, бола с тремя шарами служило для охоты на гуанако. В сложных бола один «шар» был овальным, меньше и легче других и захватывался рукой. Другие шары были круглые, прежде делались из камня, а затем их стали делать и железные или свинцовые. Каменные шары обшивали кожей, на металлических делали ушко для веревки. Веревки изготовляли из сухожилий и свивали вчетверо. Маленький шар брали в руку, размахивали веревкой над головой и бросали бола в животное, причем старались спутать ноги или обвить бола вокруг шеи.

Собак на охоту брали, но в облавной охоте они существенной роли не играли; там было достаточно ловкости и быстроты охотника.

Техуэльче были прекрасными наездниками. При необлавной охоте им приходилось долго и упорно преследовать дичь. Гуанако необычайно быстро бегают, и в открытом месте их почти невозможно догнать. При охоте в скалистых местностях лошадям на передние ноги надевали кожаные повязки для предохранения их от порезов о камни.

После охоты зажигали костры и устраивали пиршество, в котором принимали участие все охотники. Лишь после этого добычу доставляла в лагерь. Большую часть добычи получал вождь, охотник и его друзья*

Жилища

Постоянных селении не существовало. Отдельные группы разбивали свои временные, небольшие по размерам стойбища.

В старину, как указывалось выше, жилища были простым заслоном из сшитых шкур гуанако: шкуры прикрепляли к одному ряду кольев, вбитых в землю полукругом и слегка наклоненных к центру. В XVII— XVIII вв. характерным жилищем было тольдо. Оно состояло из трех рядов кольев с развилками на конце. Задний ряд был самым низким 1 — 1,2 м, а передний наиболее высоким — около 2 м. На развилки клали поперечные шесты. Покрышка этой палатки-навеса сшивалась из 40—50 шкур взрослых гуанако. Эту покрышку обычно смазывали смесью жира и охры. Натягивали ее с задней стороны и закрепляли на передних столбах ремнями. Такие палатки достигали иногда большого размера, вмещая в себя несколько семей. Внутри они разделялись на отделения шкурами, которые прикрепляли к внутренним столбам. В этих отделениях жили разные семьи, там же хранились их вещи — шкуры для спанья; старые подседельники, набитые шерстью гуанако и служившие постелью; плащи из шкур; шерстяные накидки, получаемые от арауканов; утварь. Пуэльче делали свои жилища обычно квадратными и из лошадиных шкур. Собирали и расставляли эти тольдо всегда женщины. Разобранные палатки при пе- рекочевках нагружали на лошадей.

Обработка шкур

Шкуры обрабатывали следующим образом. Сначала их растягивали на земле для просушки на солнце.

Просохшие шкуры очищали от остатков мяса острыми кусками обсидиана или кремня, укрепленными в рукоятке. Рукояткой служила просто ветка, которую перегибали пополам, и камень укрепляли, обматывая полоской

кожи или сухожилием. Затем шкуру смазывали массой из жира и печени и мяли руками, пока она не становилась совсем мягкой.

Обрабатывали главным образом шкуры гуанако. Из шкур взрослых животных делали покрышки на тольдо, из шкур молодых — плащи и другую одежду. На одежду шли шкуры гуанако моложе двух месяцев, позднее шерсть на них начинает курчавиться, и тогда уже они годятся лишь на покрышки для седел.

Одежда

Мужская одежда состояла из чирипы и плаща. Чирипа — это нижняя одежда из шкуры гуанако или ткани. Плащ почти всегда делали из шкур гуанако, реже дикой кошки, или из лисьих шкур и носили мехом внутрь. Наружную сторону плаща разрисовывали ритмически повторяющимся геометрическим узором.

Женщины носили небольшой кожаный передничек, другим большим куском шкуры обворачивали тело от груди до колен (позднее под араукан- ским влиянием стали носить и шерстяные ткани) и поверх всего накидывали на плечи меховой плащ, как у мужчины. Плащ у шеи закалывали большой серебряной булавкой с диском на конце или просто иглой или колючкой, в зависимости от достатка. При переездах плащ также перетягивали поясом, украшенным бусами, серебряными или латунными бляхами и пряжками.

Обувью, как для мужчин, так и для женщин, служила шкура, содранная с ноги лошади или гуанако. Сырую шкуру натягивали на ноги до колен и давали ей обсохнуть на ноге и принять ее форму, затем срезали у пальцев и зашивали на ноге. В сырую или снежную погоду поверх надевали своего рода кожаные туфли(по-видимому, отпечатки такого рода обуви дали испанцам повод назвать этих индейцев патагонцами, т. е. большеногими). Носили обувь обычно лишь при переездах или на охоте.

Сшивали одежду, обувь и вообще шкуры нитками из сухожилий ног страуса или спинных сухожилий крупных животных, чаще всего гуанако.

Вообще гуанако и страусы играли большую роль в хозяйственной жизни индейцев. Из сухожилий спины гуанако делали нитки; шкура с шеи очень прочная и эластичная, шла на изготовление лассо, шнуров для бола, уздечек; шкура с коленной части — на обувь и обтяжку бола; из бедренных костей делали игральные кости и музыкальные инструменты.

Страус был полезен не менее гуанако. Из сухожилий его делали шнуры для бола и нитки для сшивания шкур; шкура с шеи служила мешком для хранения соли или табака; перья являлись предметом обмена с белыми; мясо страусов было любимой пищей, сало вытапливали; с сентября по ноябрь яйца страусов составляли главную пищу техуэльче.

Пища

Пища была в основном мясная. Помимо охоты, мясо нередко добывали, угоняя скот у поселенцев. В сыром виде ели только сердце, почки, печень и мозг. Птиц жарили целиком; их обкладывали горячими камнями или же клали на тлеющие угли; страусов разрезали, вынимали внутренности и клали внутрь раскаленные камни. В стойбище мясо иногда жарили на вертеле и изредка варили его. Мясо гуанако нередко заготовляли впрок: его резали на тонкие куски, солили, затем сушили сначала на солнце, потом на горячих камнях. Готовое мясо толкли и смешивали с жиром наподобие пеммикана канадских племен.

В пищу шли также любые съедобные растения или корни: клубни дикого картофеля (встречался не повсеместно), разные виды шпината, листья одуванчика, дикие ягоды и плоды.

Соль добывали из многочисленных солончаков.