Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Деятельность католической церкви в Южной и Центральной Америке
Этнография - Народы Америки

Глава католической церкви — папа римский — освятил захват Испанией и Португалией нового материка. Своей буллой от 4 мая 1493 г. папа Александр VI поделил все вновь открываемые земли между королями сильнейших католических держав того времени. Мало того, папа освятил и прямые насилия захватчиков изданием особого документа, так называемого «Требования» («Рекеримьенто»). Конкистадорам предлагалось при встрече с индейцами прочесть в присутствии священника или монаха это «Требование», которым жители Америки объявлялись «вассалами» короля и церкви. Документ заканчивался угрозой при неповиновении нанести «максимальный вред и разорение» ослушавшимся подданным короля и чадам церкви.

В большинстве случаев эта угроза приводилась в исполнение, причем често индейцы даже не понимали, чего от них требуют.

С первыми конкистадорами прибыли в Америку и священники, и монахи, ревностно принявшиеся за обращение язычников в христианство. Но кроме официального долга — спасения душ новых подданных и помощи светским властям,— католическая церковь имела свои особые интересы в колониях. Один из наиболее ревностных миссионеров середины XVI в.— епископ Диэго де Ланда — жалуется на разорение, бедствия и несчастья, которые испытывала в то время католическая церковь1. Открытие нового материка давало папскому престолу возможность завладеть новой паствой, обложить ее десятиной и заставить работать на духовенство. Американские колонии стали значительной политической и финансовой опорой католической церкви. Если между конкистадорами и короной шла борьба за получение наибольших трофеев и дани с покоренных индейцев, то церковь стала третьим соперником и притом едва ли не самым опасным, так как, не отказываясь от применения силы, духовенство воздействовало еще и идеологически, угрожая карами небес.

История повествует о страшных насилиях, которые учиняли миссионеры при искоренении язычества. Печально прославился упоминавшийся выше Диэго де Ланда, приехавший] на Юкатан в 1549 г. монахом францисканского ордена и ставший позже главой миссии. Одним из мрачных злодеяний католической церкви в Испанской Америке было учиненное этим изувером сожжение во славу христианской веры предметов культа народа майя. Во время этого «богоугодного деяния» 14 июля 1562 г. погибли и иероглифические рукописи майя.

Но миссионеры не всегда действовали так прямолинейно. Католическая церковь с самого начала своего существования проявляла большую гибкость в овладении душами пасомых чад. Миссионеры приспособляли местные верования и обряды к христианским. Местные духи и божества идентифицировались с богом-отцом, Христом, богоматерью и святыми; их изображали с индейскими чертами лица, в индейской одежде. В традиционных культовых центрах возводились церкви и они оставались местами поклонения; христианские праздники сочетались с традиционными индейскими празднествами. Этот синкретизм анимистических и политеистических культов с католицизмом, которому было положено начало в первые десятилетия испанской колонизации, в дальнейшем все больше развивался и укреплялся, он и сейчас составляет характерное отличие религии латиноамериканцев индейского и смешанного происхождения.

Папская власть направляла в Америку представителей разных орденов. Первыми прибыли францисканцы (Колумб также был мирским членом ордена францисканцев). Они участвовали в грабежах и насилиях, закончившихся истреблением индейцев Антильских островов. Доминиканцы, появившиеся позже, не могли сразу приобрести достаточный авторитет и владения: они начали с обвинений и обличений злоупотреблений францисканцев. В дальнейшем, укрепившись, доминиканцы ничем не отличались от францисканцев. Позднее других, в середине XVI в., появились в Америке миссионеры основанного в 1540 г. ордена иезуитов. Они проявили особую предприимчивость, достигли наивысшей силы и захватили наибольшие богатства.

Миссии всех орденов получали огромные землевладения; жившие на этих землях индейцы работали на духовенство, фактически они превращались в рабов. Кроме обязательных сельскохозяйственных работ, индейцы миссий добывали золото на приисках и серебро в копях, строили дороги, церкви и жилые дома для духовенства. К 1632 г. в Испанской Америке было выстроено руками индейцев около 70 тыс. церквей. В иезуитских поместьях в Мексике применялся рабский труд; об этом свидетельствует «Инструкция братьям иезуитам — управляющим имениями», изданная в начале XVIII в. Инструкция предлагала назначать на работы даже детей пяти летнего возраста, устанавливала определенные телесные наказания и объявляла, что для более успешной эксплуатации рабов-индей- цев надо воздействовать на них религиозной пропагандой. «Сделайте из рабов добрых христиан, и вы сделаете их хорошими работниками» *.

Иезуиты владели поместьями, рудниками и заводами в Мексике и в Перу. Самыми значительными были их владения в Парагвае, входившем тогда в вице-королевство Перу. С конца XVI в. иезуитские миссии начали основывать свои поселения на «незамиренных» землях индейцев гуарани на юге Парагвая. С 1610 г. они объединили управление этими поселениями в своих руках. Иезуиты захватили область примерно в 200 тыс. км2 с населением около полутораста тысяч человек и образовали здесь настоящее теократическое рабовладельческое государство, независимое от испанской короны и от колониальных властей.

Иезуиты обратили в рабство развитые и трудолюбивые племена ин* дейдев гуарани. Индейцев переселяли из их деревень в селения миссий. Помимо того, что индейцы работали на иезуитов как крепостные, их жизнь была строго регламентирована по указаниям миссионеров. Хищнический характер деятельности иезуитов был ясен передовым деятелям эпохи Просвещения. Вольтер иронически писал, что государства иезуитов — очень своеобразный «образец разума и справедливости». «Los padres имеют там все, а народ — ничего» г. Индейцы гуарани неоднократно поднимали восстания (в 1725, в 1733—1735 гг.), которые жестоко подавлялись. Недовольство короны и креольской знати привилегиями иезуитского государства перешло в прямое противодействие. В 1750 г. начались военные столкновения между иезуитами и правительственными войсками, которые закончились поражением иезуитов. В 1767 г. иезуиты были изгнаны из испанских колоний. Полуторавековое владычество миссий принесло неисчислимые бедствия гуаранийским племенам.

Хотя иезуиты были изгнаны из испанских колоний Америки и имения других орденов были частично секуляризированы, все же и поныне католическая церковь владеет в Латинской Америке большими богатствами. Весьма значительным осталось и ее реакционное влияние на жизнь народных масс современной Латинской Америки.

В интересах укрепления своего положения и извлечения наибольшей выгоды представители разных орденов обличали друг друга в злоупотреблениях и вместе нападали на конкистадоров и энкомендеро; в борьбе последних с короной духовенство поддерживало обычно корону. Обличения и ламентации по поводу насилий были приемами борьбы миссио- неров-фанатиков, изуверов и любителей наживы, а не выражением истинной гуманности.

Исключением был Ьартоломе де Лас Касас (1474—1566). Монах- доминиканец, приехавший в качестве миссионера в Америку в первый раз с третьей экспедицией Колумба (в 1498 г.), Лас Касас был назначен короной в 1516 г. на должность протектора (защитника) индейцев. Как человек своего века и церковник, Лас Касас видел спасение индейцев в обращении в христианство, в подчинении опеке миссионеров и справедливых правителей, находящихся под эгидой церкви. Ратуя за добровольное обращение в христианство и мягкое обращение с индейцами, Лас Касас с яростью клеймил насильников-конкистадоров. Разоблачение жестокостей было вызвано не только возмущением гуманиста. Лас Касас выражал взгляды испанцев, которые желали более дальновидной политики колонизации.

Как и корона, церковь также была заинтересована в том, чтобы в колониях продолжало существовать местное многочисленное население, занятое производительным трудом. Церковники идеологически обосновывали соответствующую политику. В 1537 г. папа Павел III издал буллу, в которой признал индейцев «настоящими людьми» и запретил относиться к ним, как к «бездушным тварям».

Доминиканский орден, к которому принадлежал Лас Касас, появился в Америке позже некоторых других орденов. Для того чтобы завоевать прочное положение наряду с укрепившимися миссиями, доминиканцы проявляли себя особенно ревностными защитниками индейцев против их угнетателей-конкистадоров. Лас Касас в поданной королю в 1542 г. докладной записке ярко обрисовал последствия политики насилия.

В своем мемориале, озаглавленном «Способы приостановить уничтожение жителей Западных Индий. Гибельное действие рабства» Лас Касас писал:

«Я заявляю перед богом, его ангелами и святыми царства небесного, перед всеми людьми, которые живы в это время, когда я пишу (1542 г.— Ред.), или которые будут жить после моей уже недалекой смерти, что ни один мотив личной заинтересованности не диктовал мне изложенные мною 20 положений, и что они не имеют никакой другой цели, как спасение души короля и душ как испанцев, так и индейцев. Это потому, что я узнал и получил этому доказательства, что в течение 45 последних лет плохое управление, жестокости и тирания испанцев, которые они проявили и проявляют и ныне в Америке от имени короля Испании и опираясь на его власть, заставили умереть более 15 миллионов индейцев, не обращенных в (христианскую.— Ред.) религию. Равным образом я заявляю, что я писал ни для чего другого, как для того, чтобы предупредить, насколько это зависит от меня, полное уничтожение жителей в этих богатых и обширных странах, что принесло бы вред и религии и Испании. Это бедствие кажется неизбежным, если не приостановить быстрыми мерами смертность, порождаемую системой управления, опирающейся на предрассудки и на самые низ шие побуждения. Если влияние врагов человечества не будет приостановлено, те, кто будут жить после меня, увидят, что исполнятся мои самые печальные предсказания: да предохранит бог от этого Испанию! Да будет так. Написано в 1542 г.» 1

В своей докладной записке «О жестокостях, сотворенных испанскими завоевателями в Америке» Лас Касас приводит примерно ту же цифру индейцев, уничтоженных за полвека со времени открытия: «Говорят с полной определенностью, что испанцы погубили (заставили умереть) своей бесчеловечной и жестокой политикой 12 миллионов человек — мужчин и детей, но я оцениваю это число в более чем 15 миллионов»1.

Защита Лас Касаса мало помогла индейцам. Если и прекратилось истребление индейцев, потому что стали использовать их труд и облагать податями, то все же никаких прав индейцам корона не предоставила. Осуждая захваты и насилия конкистадоров, Лас Касас и его единомышленники в то же время помогали королю укреплять его власть в колониях.

Вопрос о численности индейского населения до и после завоевания

Несмотря на силу благородного пафоса, приведенные Лас Касасом цифры истребленных индейцев вызвали сомнение уже у исследователя конца XVIII в.— известного путешественника, естествоиспытателя и историка Александра Гумбольдта. «В истории перед нами встают, с одной стороны, конкистадоры, желавшие наиболее выгодно показать плоды своих побед, а с другой стороны — епископ из Чиапаса (Лас Касас.— Ред.) и небольшое число благожелательных людей, которые с благородным рвением пускали в ход свое красноречие, борясь против жестокостей первых колонистов. И те, и другие были одинаково заинтересованы в том, чтобы преувеличить цветущее состояние вновь открытых земель. Одни только отцы-францисканцы хвалились тем, что с 1524 по 1540 г. они крестили более бдолн. индейцев — и это индейцев, которые жили лишь в близких к столице районах!»2.

Гумбольдт показывает, каким образом иногда испанское духовенство вело учет населения «на глаз».

«Часто приводится сообщение, что по переписи населения Перу, «произведенной архиепископом*Лимы Херонимо Лоайсой в 1551 г., численность в этой стране индейцев равна 8285 тыс. человек. По переписи 1793 г., проведенной в правление вице-короля Хил-Лемоса, численность индейцев Перу в этом году (после отделения Чили и Буэнос-Айреса) не превышала 600 тыс. Получается, что в течение двух с лишним веков погибло 7700 тыс. индейцев. Однако углубленные исследования дали другое объяснение резкого расхождения численности населения за это время. По розыскам некоего отца Сиснероса, проведенным в архивах Лимы, было установлено, что цифра в восемь с лишним миллионов, указанная на 1551 г., не опиралась ни на какие исторические документы. Был произведен лишь приблизительный подсчет, исходя из примерных масштабов разрушенных городов доиспанского времени. Сиснерос нашел в архивах XVI в. сообщение, что вице-король Толедо, совершивший в 1575 г. путешествие по Перу от Тумбеса до Чукисаки (почти в границах современного Перу.— Ред.), исчислил индейское население тех лет в 1500 тыс. человек»3.

Правда, и сам Гумбольдт производил подсчет населения по площади разрушенных городов, например, в границах нынешней Мексики4. Но во всяком случае цифры, полученные во время поездки вице-короля Толедо, не могли быть точными; ведь в высокогорных труднодоступных районах вице-король побывать не мог, а именно там обитала до последних десятилетий большая часть индейцев Перу. Кроме того, по всей вероятности, индейцы, опасаясь того, чтобы их не забрали на какие-либо работы, в большинстве своем уклонялись от регистрации. Цифра численности в полтора миллиона наверное преуменьшена против действительности.

Данные Лас Касаса, очевидно, ближе всего к действительности, тогда, когда он называет цифры численности индейского населения, оставшегося к его времени. Так, на Гаити к 1542 г. осталось всего лишь 200 индейцев, на Ямайке и Пуэрто-Рико к этому же году числилось 400 индейцев г. Многочисленные сообщения о ввозе на Эспаньолу рабов-«каннибалов» подтверждают факт полного истребления первоначальных жителей этого острова. Например, с Лукайских островов Багамского архипелага было переселено на Эспаньолу 40 тыс. индейцев, и они «разделили печальную участь жителей этого острова»2.

Индейцы гибли не только от жестоких насилий со стороны испанцев; их косили также эпидемии оспы и других болезней, занесенных из Европы.

К 1554 г. на островах Вест-Индии осталось так мало ицдейцев, что законами этого года они были освобождены от податей и принудительных работ. На Пуэрто-Рико в 1574 г. не оставалось ни одного местного индейца 3.

Уничтожение индейцев в Вест-Индии и сокращение их численности в большинстве колоний Испанской Америки поставило перед колонизаторами вопрос о рабочей силе. Он встал особенно остро, когда началось развитие плантационного хозяйства.