Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Негритянский фольклор и негритянская литература
Этнография - Народы Америки

Негритянская литература берет свое начало в негритянском фольклоре. На американской почве негры создали замечательную фольклорную традицию, много прекрасных произведений устного народного творчества. Обширное фольклорное наследство и сделало возможным быстрый расцвет негритянской литературы в XX в.

Негритянский фольклор разнообразен в жанровом отношении. Очень популярными среди негритянских рабов были сказки о животных. Некоторые из этих сказок собрал и опубликовал в конце XIX в. Джоэлл-Ченд- лер Харрис6. Герой многих сказок—братец Кролик—хитростью и ловкостью побеждает своих сильных, но глупых врагов. Поведение братца Кролика отражает житейскую мудрость негров, выработанную веками рабства. Маленький и слабый братец Кролик, который борется с более сильными врагами за право свободно жить и трудиться, был дорог^неграм как символ самого негритянского народа.

Сказки о животных американских негров обнаруживают несомненную связь с африканскими сказками. Сохранились без изменения не только отдельные эпизоды, но и целые сказки. Однако животный мир сказок американских негров — это уже животный мир Америки, а не Африки. Леопард африканских сказок превратился в волка или лйса, медведь занял место слона. Появились специфически американские животные, например, опоссум.

Как полагают некоторые собиратели фольклора, братец Кролик стал героем сказок случайно. Именем Cunnie Rabbit в африканских сказках назывался африканский шевротон (chevrotain или water deerlet), отличавшийся ловкостью и хитростью. Созвучие собственных имен привело, по мнению Н. Пакетта6, к отождествлению этих двух животных и к наделению американского кролика качествами его африканского предшественника. Сказки о животных полны жизнеутверждающего оптимизма, они блещут юмором, в них много пословиц, загадок, шутливых стихотворений и песен.

Негритянские пословицы, поговорки и загадки показывают наблюдательность, остроумие и большой жизненный опыт негров.

Приведем некоторые из них

Пословицы:

Тому, кто накрылся хлопком, не следует подходить к огню (Не who covers himself with cotton should not approach the fire).

Никогда не презирай моста, по которому ты благополучно перешел через реку (Neber’ spise a bridge dat carries you safely ober).

Миля по дороге короче, чем полмили через поле (A mile’ roun’ de road shorter dan a ha’f mile ’cross de field).

Если хочешь сохранить молоко свежим, оставляй его в корове (Ef you wants ter keep yo’ milk sweet leab hit in de cow).

Загадки:

Черная курица сидит в гнезде красной курицы?— Черный горшок, поставленный на огонь. (Black hen set on the red hen’s nest?)

Имеетухо, анеслышит?— Колоскукурузы2. (Got an ear but doesnot hear?)

Что проходит через лес ни до чего не дотрагиваясь? — Эхо. (What goes through the woods and never touches anything?).

Красочны и поэтичны негритянские эпические произведения, баллады и легенды. Наиболее крупными циклами легенд являются легенды о Джоне Брауне и Джоне Генри. Джон Браун — личность историческая; имя его стало символом борца за свободу и справедливость. Джон Генри — легендарный национальный негритянский герой, силач. В образ Джона Генри негритянский народ вложил свою любовь к труду, веру в его всепобеждающую силу. Сюжетом многих легенд является история о том, как Джон Генри убил надсмотрщика, притеснявшего рабочих, бежал в горы и там погиб, сражаясь с преследователями. В другом цикле легенд рассказывается, как Джон Генри прбедил в соревновании с паровым буром, но погиб.

John Henry said to his captain, Джон Генри сказал надсмотрщику: Well,aman ain’tnothing but a man,                                                               «я, конечно, только человек,

And before I’ll be beaten by your     Но я лучше умру с молотом в руке,

steam drill

I’ll die with my hammer in my   Чем дам побить себя вашему паровому

hand.                                           буру».

John Henry went to the tunnel,  Джон Генри пошел в туннель,

Не beat that steam drill down,   Он намного опередил паровой бур,

But the rock was tall, poor John Но скала была высока, а бедный

was small,                               Джон — мал.

He laid down his hammer and he Он положил молот и умер.

died.

О негритянской литературе, как литературе письменной, можно говорить лишь с конца XIX в. В истории литературы более ранних периодов известны, правда, имена негритянских поэтов Джупитера Хэммана, Филлис Уитли (конец XVIII в.) и Уильяма-УвлЛза Брауна (середина XIX в.), но произведения этих писателей и поэтов большого влияния на дальнейшее развитие негритянской литературы не оказали. Известны также имена Фредерика Дугласа, Дэвида Уокера, Генри Гарнета, Уильяма Нэлла, Френсис Харпер и др., сыгравших своими памфлетами, стихами и публицистическими статьями важную роль в развитии аболиционистского движения.

Первыми выдающимися негритянскими писателями были Чарлз- Уодделл Чеснатт (1858—1932) и Поль-Лоуренс Данбар (1872—1906), выступившие в конце XIX — начале XX в. Чеснатта часто называют «пионером негритянской литературы». Это был первый негритянский писатель, получивший широкую известность. Наиболее известные произведения Чеснатта — романы «Колдунья», «Дом за кедрами»1. Данбар — основатель «фольклорной школы» в негритянской литературе и крупный поэт, автор нескольких поэтических сборников. Он первый ввел в литературу так называемый негритянский диалект. Творчество Данбара во многом обусловлено вкусами читательской среды, для которой он писал,— вкусами белой буржуазии. Любимая тема Данбара — тема счастливой и безбедной жизни негров на плантациях (см. «In old plantation days», 1903 и др). Но в стихах Данбара слышатся гнев и боль за свой угнетенный народ (см., например, стихотворение «Мы носим маску»2).

К началу XX в. относится первый период творчества уже упоминавшегося выше Уильяма Дюбуа (1868), замечательного негритянского ученого и общественного деятеля. Его перу принадлежит ряд художественных произведений: «В поисках серебряного руна» («The quest of the silver fleece», 1911), «Черная принцесса» («Dark princess», 1928) и др. В 1957 г. вышла в свет первая часть новой трилогии Дюбуа «Черное пламя» («The black flame») —«Испытания Мансарта» («The ordeal of Mansart»), посвященная историческим судьбам негритянского народа в США. Литературная деятельность Дюбуа тесно связана с его политической деятельностью. В своих произведениях Дюбуа в заостренной, часто публицистической форме ставит важнейшие вопросы, касающиеся современного положения негров и их истории.

Период после первой мировой войны в негритянской литературе носит название «Черного Возрождения» («Black Renaissance»). В это время в литературу приходит целая плеяда молодых негритянских писателей — гарлемитов3. Зора Хюрстон (1903), Уоллес Тёрмен (1902), Рудольф Фишер (1897—1934), Ален Локк (1886—1954), Каунти Куллен (1903—1946), Арна Бонтемс (1902) и др.

Писатели «молодого поколения» («young generation»), различавшиеся своими убеждениями и дальнейшей судьбой, в основном следовали гарлемской традиции. Родоначальник гарлемской традиции — буржуазный белый писатель Карл ван Вехтен, впервые в своей книге «Негритянский рай» («Nigger heaven», 1926) открывший перед пресыщенным американским буржуа необычный, красочный, «экзотический» мир черной Америки и создавший в начале 20-х годов моду на Гарлем. Ван Вехтен давал искаженное представление о жизни негров, в его изображении настоящий трудовой Гарлем, где более трех четвертей 300-тысячного населения работало с утра до ночи на белую и черную буржуазию, превращался в город бесконечной веселой праздности, в город притонов, ночных клубов, дансингов и кабаре.

Влияние гарлемской традиции сказалось в прозаических произведениях негра Клода Маккея (1889—1948), эмигранта с о-ва Ямайки. Из прозаических произведений Маккея наиболее известен его роман «Домой в Гарлем» («Ноте to Harlem», 1926), представляющий собой изображение серии любовных приключений негра Джека, развертывающихся в притонах и игорных домах. Однако в лучших стихах Маккея с большой силой звучит протест против угнетения негров и патетический призыв противопоставить белым насильникам мужество, стойкость и человеческое достоинство (стихи «Америка», «Белый дом», «Пусть мы умрем»):

If we must die, О let us nobly die,    Пусть мы умрем, но с честью,

So that our precious blood may not                                .чтобы кровь

be shed                                         Бесценная недаром пролилась,

In vain; then even the monsters we Чтобы заставить извергов-врагов

defy                                              И в смертный час наш опасаться

Shall be constrained to honor us                                              нас...

though dead!...           Пред бандою убийц, у смерти на краю-

Like men we’ll face the murderous Как люди встретим псов, погибнем cowardly pack,   но в бою!

Pressed to the wall, dying, but            (Перевод И. М. Левидовой)

fighting back!1

Гарлемская традиция была воспринята и писателями «молодого поколения», которые культивировали негритянскую экзотику, противопоставляли негров, люден цельных, колоритных, не тронутых «машинной цивилизацией»,— белым американцам — серым, скучным и стандартным (см., например, У. Тёрмен «Дети весны»— «Infants of the spring», 1Ь32). Они часто обращались к негритянскому фольклору и африканскому культурному наследию.

Второй характерной чертой гарлемитов было мелкобуржуазное интеллигентское эстетство, провозглашение лозунга чистого искусства, создания «универсальных ценностей». Они выступали против тенденциозности в искусстве, причем вопросы социального и национального гнета признавались ими тенденциозными и отвергались (см., например, высказывания Зоры Хюрстон2).

«Молодое поколение» вступило в литературу в период «просперити»г и это определило его третью характерную черту — веру в возможность для талантливого негра преодолеть «цветной барьер» и предубеждение белых путем создания высокохудожественных произведений и решить негритянскую проблему для себя, буржуазно-индивидуалистическим путем (см., например, Д.-У. Джонсон «Автобиография бывшего негра»,— «The autobiography of an ex-colored m?n», 1912). Но уже в 20-х годах появляются произведения, трагически трактующие судьбу негра в Америке,, разоблачающие на негритянском материале пресловутую сказку о «безграничных возможностях» среднего американца. Таков роман мулата Уолтера Уайта «Огонь из кремня» («Fire in the flint», 1924; русский перевод, 1926). Уайт ищет путей разрешения негритянской проблемы без классовой борьбы и революции, в рамках буржуазного общества. Однако он не видит сил, способных помочь неграм в их борьбе, поэтому, несмотря на большой пафос возмущения, присущий книге, так безнадежен конец романа: протест негров задушен, герой линчеван, шериф отправляет правительству телеграмму, сообщающую, что в городе все спокойно.

Атмосфера 30-х годов существенно отличается от 20-х. После кратковременного относительного «процветания» тем сокрушительней показалась катастрофа кризиса 1929—1933 гг., наиболее сильно поразившего крупнейшую страну капитализма — Соединенные Штаты Америки. Именно в это время формируется широкое левое течение в американской литературе и выдвигается группа прогрессивных негритянских писателей и критиков. Среди них следует назвать Стерлинга Брауна (1901), издавшего в 1932 г. талантливый сборник стихов «Южная дорога» («The southern road»), рассказывающий о жизни простых негров — рабочих, бродяг, фермеров. Браун широко использует мотивы негритянского фольклора и негритянский диалект. Он известен также своими критическими работами по истории негритянской литературы. В их числе «Негры в американской литературе» («The Negro in the American fiction», 1937).

Один из крупнейших представителей прогрессивной американской литературы — писатель-негр Лэнгстон Хьюз (род. 1902)Хьюз вошел в литературу в 20-х годах вместе с писателями «молодого поколения». Но его дальнейший путь — путь от гарлемской традиции к реализму, от эстетства, пессимизма, аполитичности к революционному оптимизму и активной гражданской публицистической поэзии. Первый сборник стихов Хьюза «Грустные блюзы» («Weary blues», 1926) показывает, что Хьюз еще стоит на мелкобуржуазных позициях «молодого поколения». Его основная задача в этих стихах — противопоставить негров внутренне опустошенным белым американцам. Повторяются образы негритянского Гарлема и Африки. Второй сборник стихов —«Хорошие вещи в закладе» («Fine clothes to the Jew», 1927) отличается от «Грустных блюзов» не только расширением и демократизацией тематики, но и более глубокой трактовкой негритянского вопроса (стихотворения «Коридорный», «Лифтер», «Песнь строительных рабочих» и др.). В этих стихах Хьюз отходит от абстрактнометафизической постановки негритянского вопроса, не поднимаясь, однако, до классовой и революционной точки зрения. Хьюз — большой мастер стиха. Его стихам присуща яркая образность, напевность, большое чувство ритма. Он смело пользуется свободным размером.

Роман Хьюза «Смех скозь слезы» (1930) открывает новый этап в его творчестве. Роман строится на противопоставлении мировоззрений двух поколений негров — отцов и детей. Образ старой Хагер олицетворяет рабское прошлое, отравленное ядом христианского всепрощения и покорности. Но дети Хагер уже не хотят жить по-старому и ищут новых путей, достойных человека. Стиль романа прост и сдержан, быт негритянской семьи описан реалистически, хотя некоторое любование негритянской экзотикой здесь еще есть.

В 30-х годах Хьюз активно включается в прогрессивное литературное движение. Он сотрудничает в «New masses» и других органах передовой прессы, работает в Комитете защиты политических заключенных. В 1932 г. Хьюз посетил Советский Союз. Морально-политическое единство советского народа, его трудовой энтузиазм произвели на Хьюза огромное впечатление. Советскому Союзу Хьюз посвятил ряд писем, статей, стихов. В дни испанских событий 1936—1938 гг. он был в Испании. Хьюз принимал участие в работе всех съездов и конгрессов прогрессивных деятелей культуры.

В 1930-х годах Хьюз издал сборник рассказов «Таковы белые люди» («The ways of white folks», 1934), пьесы «Скотсборо» и др., а также несколько сборников стихов. Основное в творчестве Хьюза этих лет — его новеллы и стихи, существенно отличающиеся от прежних. Произведения не только наполняются социальным содержанием, но меняются самый тон и язык стихов. Стихи Хьюза 30-х годов — стихи боевые, публицистические. Влияние В. Маяковского, которого Хьюз переводил, сказывается и в выборе тем, и в идейном звучании стихов, а иногда и непосредственно в их форме. Принципиально новым является отношение Хьюза к проблеме расовой дискриминации. В ней Хьюз видит теперь проявление гнета социального, от которого страдают миллионы трудящихся разных национальностей в капиталистических странах всего мира. Уничтожить расовую дискриминацию, как и социальное порабощение, можно лишь путем единения и борьбы угнетенных всего мира, лишь путем революции. Об этом говорит Хьюз в стихах «Здравствуй Революция!», «Спешите в Уаль- дорф-Асторию», «Открытое письмо Югу» и др.

В числе немногих американских писателей Хьюз откликнулся на события второй мировой войны — в стихах о Сталинграде он славил героических защитников города-героя*

В 40—50-х годах появляются новые сборники стихов Хьюза: «Шекспир вгГарлеме» («Shakespeare in Harlem», 1942), «Билет в один конец» («One-way ticket», 1949) и др., а также книги «Простак высказывает свое мнение» («Simple speaks his mind», 1950), «Простак женится» («Simple takes a wife», 1953) и др., с мягким юмором повествующие о повседневной жизни простого негра, и сборник превосходных по психологической глубине и образному языку новелл «Смейся, чтобы не плакать» («Laughing to keep from crying», 1952).

Приведем одно из стихотворений Хьюза —«Демократия»:

Democracy л\Ш not come              Демократия к нам не придет

Today, this year                               Ни сегодня, ни в этом году,

Nor ever,                                                        Никогда,

Through compromise and fear. Раз идем мы у страха на поводу.

I have as much right             Я имею такое же право,

As the other fellow has                            Как всякий иной,

То stand                                            Стоять на своих ногах

On my two feet                                     И владеть страной.

And own the land.                      Надоело мне слушать, как люди

I tire so of heasing people say,                        бубнят:

«Let things take their course.    «Не стоит спешить... Всему свой

Tomorrow is another day».                              черед...

I do not need my freedom when Дождемся когда-нибудь светлого

Гm dead.                                                           дня...»

I cannot live on tomorrow’s bread. Свобода мне ни к чему в гробу,

Freedom                      Завтрашним хлебом жить не могу.

Is a strong seed                                          Свобода — это

Planted                                                     Сильный росток.

In a great need.                                        0п должен взойти

I live here, too.                                      В неотложный срок!

I want freedom           Живу здесь, и право свое не отдам.

Just as )ou1.                                            Свобода нужна мне

Не меньше, чем вам.

(Перевод И. М. Лев идо сой)

В 1937 г. была опубликована книга Энджело Херндона «Я буду жить» («Let me live»). Это — автобиография молодого негра, вырастающего в процессе классовой борьбы из темного, невежественного углекопа в рабочего организатора и коммуниста.

Прогрессивное движение американской интеллигенции 30-х годов оказалось неоднородным и нестойким. Не все писатели, примыкавшие в эти годы к прогрессивному литературному лагерю, остались верными своим убеждениям. Судьба Ричарда Райта типична для той части американской интеллигенции, которая была временной попутчицей левого движения. Начало творчества Райта совпало с подъемом рабочего движения. В 1938 г. появилось его первое произведение «Дети дяди Тома» («Uncle Tom’s children»), которое в обстановке 30-х годов было воспринято как передовое, несмотря на сильные декадентские черты — натурализм в описаниях, болезненное внимание к патологическому, аномальному. Роман «Сын Америки» («Native son», 1940) показывает дальнейшую нисходящую эволюцию Райта. В 40-х годах Райт окончательно скатывается к декадансу и национализму, который сочетается у него с ненавистью и презрением к собственному народу.

В 40-х годах негритянская тема прочно входит в прогрессивную американскую литературу как часть общей темы социального угнетения и классовой борьбы. Выдвигается много молодых талантливых негритянских поэтов: Оуэн Додсон, Гвендолин Брукс, Маргарэт Уокер, Роберт Хейден и др., которые обращаются в своих стихах к героическому прошлому негритянского народа, к темам борьбы за освобождение (см., например, «Frederick Douglass» Р. Хейдена, «Harriet Tubman» М. Уокер и др.2).

Вот одно из стихотворений Роберта Хейдена —«Речь»:

Hear me, white brothers,            Слушайте, белые братья,

Black brothers, hear me:             Черные братья, слушайте!

I have seen the hand                   Я видел руку,

Holding the blowtorch               Подносящую факел

To the dark, anguish-twisted body;   К черному скорченному болью телу,

I have seen the hand                  Я видел руку,

Giving the high sign.                  Подающую знак

To fire on the white pickets;      Открывать огонь по белым пикетам.

And it was the same hand.         И это была та же рука!

Brothers, listen to me,                Слышите, братья?

It was the same hand.                Это была та же рука!

Hear me, black brothers,            Слушайте, черные братья,

White brothers, hear me:            Белые братья, слушайте:

I have heard the words              Я помню слова,

They set like barbed-wire fences       Что встают между вамиколючим забором

То divide you,                            И разделяют вас.

I have heard the words—          Я помню слова:

Dirty nigger, poor white trash—       Грязный нигер, нищая белая рвань.

And the same voice spoke them;       И тот же голос произносил их.

Brothers, listen well to me,        Братья, слушайте! Слышите, братья?

The same voice spoke them1.     Тот же самый голос!

(Перевод II. М. Леаидовои)

Борьбе негров против рабства и рабовладельцев посвящены исторические произведения: «Гражданин Туссен» Ральфа Корнголда («Citizen Toussaint», 1944) — о революции конца XVIII в. на острове Гаити, связанной с именем замечательного негритянского государственного деятеля и полководца Туссена-Лувертюра; книга того же автора «Два друга людей» («Two friends of men», 1950) — о крупнейших аболиционистах У. Гаррисоне и У. Филлипсе; пьеса Поля Питерса «Нат Тёрнер» (1940) — о восстании негров в Виргинии в 1831 г.; ряд романизированных биографий выдающихся негров Шёрли Грэхэм и др.

В 50-х годах, когда негритянский вопрос становится в центре внимания всей Америки, появляется много романов, стихов, пьес, осуждающих расовый гнет и рисующих привлекательные образы трудящихся-негров. Значительным достижением прогрессивной негритянской литературы является роман молодого писателя, ветерана второй мировой войны, Ллойда Брауна (1913) «Железный город»2, рассказывающий о борьбе трех заключенных в тюрьму коммунистов за спасение невинно осужденного на смерть негра Лэнни. Одно из наиболее крупных событий в негритянской литературе последних лет — роман молодого негра Джона Килленса «Молодая кровь» («Young blood», 1954), с большой силой показывающий пробуждение негров к борьбе, их мужество.