Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Лига прав африканских народов. Дискриминация индийцев и мулатов
Этнография - Народы Африки

По инициативе Коммунистической партии в 1929 г. была создана организация единого национального фронта — Лига прав африканских народов, в которую вошли Африканский национальный конгресс, Коммунистическая партия и некоторые отделения Индустриально-коммерческого союза. Лига постановила объявить 16 декабря—день героической битвы зулусов с бурскими колонизаторами — Днем Дингаана и ежегодно отмечать его как день смотра сил единого национального фронта. Лига провела много массовых митингов и демонстраций. Вскоре правые элементы движения, инспирируемые реакционными кругами, добились раскола, и Лига прав африканских народов прекратила свое существование.

В 1930 г. в Вустере (Капская провинция) произошла забастовка африканских батраков; полиция жесточайшим образом расправилась с забастовщиками. Так же свирепо полиция подавила другие выступления африканцев. В Дурбане в День Дингаана полиция расстреляла массовый митинг, где был убит один из видных деятелей коммунистического движения, зулус Нкоси.

Большое значение имели события 1935 г. Этот год был отмечен проведением совместных забастовок белых и африканских рабочих. Белые рабочие помогли африканцам организовать профессиональные союзы мебельщиков, текстильщиков и др. В Дурбане был организован профсоюз текстильщиков, объединивший в своих рядах европейских и африканских рабочих. Впервые Совет профсоюзов европейских рабочих оказал помощь забастовавшим африканцам—рабочим прачечных. В «китайской стене» расовой неприязни, созданной империалистами и разделявшей европейских и африканских рабочих, была пробита первая брешь.

В 1936 г. правительство приняло два новых реакционных закона — о туземном представительстве и о земле, вызвавших массовое возмущение коренного населения. По инициативе Коммунистической партии и трансваальского отделения Африканского национального конгресса была вновь создана организация единого национального фронта — Национальная конвенция, съезд которой открылся в декабре 1936 г., в День Дингаана. Работа Конвенции имела большое значение для политического воспитания народных масс. Она сплотила их вокруг основных требований, но отмены этих законов добиться не смогла.

На других территориях Южной Африки организованного национально- освободительного движения до второй мировой войны не было.

После второй мировой войны начался новый этап в развитии антиимпериалистического движения в Южной Африке, обусловленный как крупнейшими изменениями международной обстановки, так и возросшей ролью рабочего класса в самой Южной Африке.

Историческая победа и огромный рост международного авторитета Советского Союза, военный и морально-политический разгром фашистской коалиции, установление народно-демократического строя в странах восточной и юго-восточной Европы, торжество народной революции в Китае, обострение кризиса всей колониальной системы империализма и, наконец, образование мощного всемирного лагеря мира, демократии и социализма, возглавляемого Советским Союзом, ослабление системы империализма в целом — все это влило новые силы в демократический лагерь Южной Африки, обогатило его новым опытом, воодушевило народные массы, укрепило их веру в победу над темными силами реакции.

Большие изменения произошли в соотношении классовых сил и в Южной Африке. За годы войны, как указывалось выше, в обрабатывающую промышленность влилось много новых рабочих-банту. Оказались подорванными, хотя и не уничтоженными, принципы «цветного барьера»— рабочих-банту пришлось допустить к выполнению квалифицированной работы. Выросли и окрепли профессиональные союзы рабочих-банту. В массе рабочих европейского происхождения началось движение за создание объединенных профсоюзов, за ликвидацию расового барьера в рабочем движении. Выросла численность городского населения банту. С новой силой развернулось массовое движение банту за ликвидацию системы расовой дискриминации (движение против системы пропусков 1946 г. в Кейптауне), за повышение заработной платы (забастовка 50 тыс. горняков-банту в 1946 г., забастовка металлистов-банту на заводах Юнион стил корпорейшн), за равные с европейцами политические права и т. д. Выросло влияние Коммунистической партии. Демократические силы европейской части населения более решительно стали выступать за единство действий с неевропейцами. Вся империалистическая постройка расовой дискриминации, как основа империалистического господства, оказалась под угрозой.

В этих условиях монополистический капитал счел нужным поставить в 1948 г. у власти фашистскую националистическую партию Малана. Маланисты шли на парламентские выборы под флагом дальнейшего усиления дискриминации коренного населения. «Указать туземцу его место»— таков был лейтмотив избирательной агитации маланистов. Центральный комитет Коммунистической партии Южной Африки в резолюции, принятой в январе 1949 г., характеризовал правительство Малана как «правительство, представляющее наиболее расистские и реакционные капиталистические группы в Южной Африке, глубоко проникнутые фашистской идеологией. Его основная цель — усиление эксплуатации и угнетения рабочих масс нашей страны. Для этого он использует орудие расовой дискриминации»1.

В 1950 г. правительство Малана провело через парламент ЮАС два расистских закона: об обязательной регистрации населения по расовым группам и о раздельном поселении расовых групп. Первый из этих законов предусматривает регистрацию населения по трем расовым группам — европейцы, «туземцы», «цветные» — и представляет собою подготовительную меру для осуществления второго закона.

Раньше полицейские определяли свое отношение к человеку по цвету кожи. Теперь и европеец должен доказывать, что он не «туземец» и не «цветной». Согласно этому закону, европейцем считается тот, кто признается европейцем. по внешнему виду или, в случае сомнения, может привести свидетельские показания, что его родители не черные и не «цветные». Теперь и в ЮАС высчитывают, по американскому образцу, процент «черной» крови в европейцах. Полиция получила возможность безграничного произвола и насилия над демократической частью европейского населения и мулатов. Закон этот особенно тяжело отражается на мулатах, которые раньше, для того чтобы обойти расистские дискриминационные законы (например, при поступлении на работу, при посещении общественных мест и пр.), могли выдавать себя за европейцев.

Второй закон предусматривает выделение отдельных районов для проживания европейцев, банту, мулатов и индийцев, т. е. их полную территориальную сегрегацию. По смыслу этого закона банту должны быть выселены из городов и сосредоточены в уже перенаселенных резерватах. Правительство, однако, тут же успокоило промышленников, что оно не собирается лишать их дешевой рабочей силы и выселять всех банту из городов. Подлинная цель этого закона состоит прежде всего в том, чтобы обеспечить англо-африкандерских помещиков и фермеров бесплатной рабочей силой и окончательно превратить банту в рабов.

Помещики и крупные фермеры нуждаются в дешевой рабочей силе банту, но условия жизни батраков настолько тяжелы, что крестьяне- банту избегают наниматься на работу к фермеру. Жалкие подачки вместо заработной платы, грязный сарай вместо жилья, побои, издевательства и абсолютный произвол хозяина превращают труд на фермах в рабский труд. И, кроме того, как уже указывалось, попав на ферму, батрак не может покинуть ее без разрешения хозяина. Закон о раздельном поселении расовых групп дает полиции право выселить за городскую черту всякого безработного или просто нежелательного ей африканца, который, не имея земельного наделав резервате, будет вынужден идти в рабство к помещику или крупному фермеру.

С принятием этого закона началась новая полоса издевательств над банту — городскими жителями. Полиция систематически «прочесывает» пригородные локации, выискивает безработных, производит массовые аресты под предлогом нарушения бесчисленных правил и регулирований. Судьи «разбирают» по двести-триста дел ежедневно. Приговор обычно стандартен: несколько месяцев принудительного труда на ферме. Тут же у судебного участка стоят грузовики и фургоны фермеров, часто с железными клетками, в которых жертвы полицейского произвола доставляются на фермы. Суды превратились в конторы по обеспечению помещиков бесплатной рабочей силой.

Чудовищная система колониального рабства вполне устраивает помещиков, и они требуют от правительства мер к увеличению числа преступников. Одна из газет, отражающая интересы этих рабовладельцев, писала: «Поскольку проблема преступности в настоящее время тесно связана с проблемой снабжения рабочей силой, необходимо позаботиться о том, чтобы поток преступников никогда не иссякал. Опасаться, впрочем, особенно нечего, так как многие наши законы именно для того и предназначены, чтобы создавать преступников; однако очевидно, что всякое снижение преступности должно вызывать у нас глубочайшую тревогу»1.

Дискриминация индийцев

Закон о раздельном поселении расовых групп тяжело отразился и на положении индийцев.

История индийцев в Южной Африке, начиная с 80-х годов прошлого столетия, представляет собою историю бесконечных ограничений и преследований. Наступление на жизненные интересы индийцев ведется буквально со всех направлений: ограничение въезда, обложение иммигрантов особым налогом, ограничение свободы передвижения, сокращение школ, религиозные притеснения, запрещение покупать землю, отказ в выдаче патентов индийским купцам и т. д. и т. п. Политика расовой дискриминации преследует индийца на каждом шагу так же. как и банту: он не может ездить в железнодорожных вагонах вместе с европейцами, останавливаться в гостинице, занятой европейцами, посылать своих детей в европейскую школу, любой белый может его безнаказанно оскорбить и т. д. После второй мировой войны и особенно с приходом к власти националистической партии Малана положение индийцев резко ухудшилось.

В 1946 г. парламент ЮАС принял закон о землевладении и представительстве индийцев в парламенте. В части, касающейся землевладения, закон имеет целью создать для сельского индийского населения черту оседлости, подобно резерватам банту. Установлено несколькс районов, в которых индийцы могут покупать или продавать землю законом оговорено, что они не могут продавать землю мулатам в банту. Во всех других районах индийцы могут приобретать землю иле иную недвижимую собственность только с разрешения в каждом отдельном случае министра внутренних дел. Надо сказать, что индийское землевладение в настоящее время ничтожно — 50 тыс. акров,, или 1,3% всей территории провинции Наталь; в других провинциях индийской земельной собственности или очень мало, или ее нет совершенно. Многие индийцы ведут хозяйство на земле, арендованной у английских фермеров и земельных компаний. Закон 1946 г. резко ограничивает возможности дальнейшего расширения индийского землевладения на территории ЮАС.

Индийское население Трансвааля лишено избирательных прав еще с 1885 г., в Натале — с 1896 г. В Капской провинции индийцы пользовались избирательным правом, ограниченным таким же избирательным цензом, как для банту и мулатов, и включались в общие с европейцами избирательные списки. В течение нескольких десятилетий индийцы вели борьбу за уравнение своих избирательных прав с правами европейской части населения. Однако закон 1946 г. поставил индийцев в положение еще более тяжелое; теперь индийцы исключаются из общих списков избирателей и образуют особую курию, которая выбирает трех депутатов в палату общин и одного сенатора, обязательно европейского происхождения. Фактически это означает лишение индийского населения представительства в парламенте.

Дискриминационное законодательство 1946 г. вызвало законное возмущение всей индийской общественности ЮАС. Правительство Индии обратилось в Организацию Объединенных Наций с протестом против национального угнетения и дискриминации индийцев в ЮАС. Протест Индии активно поддержали делегации Советского Союза и стран народной демократии. В ответ на это южноафриканская реакция организовала кампанию травли и погромов индийского населения.

В начале 1947 г. по инициативе маланистов в Трансваале был проведен бойкот индийских лавок, сопровождавшийся хулиганскими выпадами и антииндийской истерией реакционной буржуазной прессы. Логическим завершением этой кампании явился кровавый погром индийцев в Дурбане в январе 1949 г. В течение нескольких дней хулиганы из европейского населения и одураченные буржуазной антииндийской агитацией отсталые банту громили квартиры, лавки и мастерские индийцев. Выпущейный Коммунистической партией памфлет «Кто враги?»1 приводит следующие данные о жертвах погрома:

 

Убито

Ранено

Банту ................

. . 87

541

Индийцев ........

. . 54

503

Европейцев ....

1

32

Мулатов............

 

И

Всего . .

142

1087

Закон 1950 г. о расселении по расовым группам предоставил пра вительству право насильственного выселения индийцев в установленнук для них зону оседлости. Положение индийцев в современном Южно- Африканском Союзе законно сравнивают с положением евреев в гит леровской Германии.

Дискриминация мулатов

В 1951 г. парламент ЮАС принял закон об ограничении избирательных прав мулатов 2. Капские мулаты до 1930 г. пользовались избирательным правом наравне с европейцами, хотя и тогда не имели права быть избранными. В остальных трех провинциях мулаты никогда не имели избирательных прав. С 1930 г. началось постепенное урезывание избирательных прав мулатов. В 1930 г. избирательные права получили женщины, но только европейского происхождения. В 1931 г. был отменен имущественный ценз, но только для лиц европейского происхождения. В результате лишения избирательных прав женщин и высокого имущественного ценза на каждую тысячу мулатов приходится только 42 избирателя, а на каждую тысячу европейцев — 560. До последнего времени мулаты включались в список избирателей вместе с европейцами. Закон 1951 г. предусматривает исключение мулатов из общего списка избирателей и образование особой избирательной курии. За мулатами остается право избирать в палату общин четырех депутатов, притом обязательно европейцев.

При существующей куриальной системе выборов в палату общин, состоящую из 156 депутатов, каждый депутат от европейской курии избирается от 16 тыс. чел. населения, от индийской курии — от 100 тыс., от курии мулатов — от 232 тыс. и от курии банту — от 2610 тыс.

Решение об ограничении избирательных прав капских мулатов вызвано главным образом страхом империалистической верхушки перед ростом прогрессивных сил и политической активностью мулатов, но вместе с тем для националистической партии Малана это — средство борьбы против Объединенной партии.

Во многих избирательных округах избиратели-мулаты являлись решающей силой в борьбе двух основных буржуазных партий: побеждала та партия, за кандидата которой голосовали мулаты. На каждых выборах шла бойкая торговля голосами мулатов, на которой «зарабатывал» кое-кто из больших и малых лидеров организации мулатов. Но мулаты перестают быть разменной монетой в политической игре двух партий. До сих пор реакционерам удавалось натравливать мулатов на банту и изолировать их от прогрессивных слоев неевропейского населения. Но теперь мулаты включаются в общий фронт борьбы против империалистического порабощения.

«Цветной народ начинает выходить из состояния изоляции от других угнетенных групп населения...,— заявил президент Организации африканского народа Е. Т. Дитрих.— Они видят, что их угнетают так же, как угнетают африканцев и индийцев. .Политика лидеров цветных в.про шлом состояла в том, чтобы служить целям господствующих классов и поддерживать искусственные барьеры, отделяющие цветных от их союзников, африканцев. Только недавно цветные поняли,' что их собственная судьба в основном сходна с судьбой африканцев, что их задачи являются вместе с тем задачами африканцев и в равной мере угнетенных индийцев. Они поняли, что только объединенное движение всех угнетенных неевропейцев, борющихся за одни и те же цели, может остановить наступление реакции»1.