Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Земледелие, скотоводство, Южной Африки
Этнография - Народы Африки

Колонизация Южной Африки европейцами привела к земельному ограблению ее коренного населения — готтентотов и банту. Захваченная земля передавалась европейским колонистам, земельным компаниям или объявлялась собственностью английской короны, превращалась в резервный колонизационный фонд. Лишенные земли банту насильственно концентрировались в резерватах. История образования резерватов довольно сложна, по существу каждый из них имеет свою историю. Система резерватов не есть результат какого-либо законодательного акта. Некоторые из них представляют собою районы, которые банту отстояли в самоотверженной борьбе с колонизаторами; другие «пожертвованы» колониальными властями отдельным вождям племен за «особые услуги», т. е. за предательство своего народа. Во всех случаях резерваты служат средством угнетения и расовой дискриминации банту.

Общая площадь резерватов в ЮАС составляет около 10% всего земельного фонда, остальные 90% экспроприированы; в Южной Родезии на резерваты приходится 22% всего земельного фонда, в Свазиленде — около одной трети, в ЮЗА — около 20%, в Бечуаналенде — 62%. Резерваты — это клочки земли, иногда самой причудливой конфигурации, разбросанные среди земель, принадлежащих европейцам. В ЮАС насчитывается около 100 резерватов, в Свазиленде — 30, в Южцой Родезии — 95, в ЮЗА — 23. Самые крупные резерваты: Транскей — прибрежная полоса между реками Кей и Умзимкулу — населенный коса; Зулуленд, населенный зулусами; протекторат Басутоленд представляет собою по существу один большой резерват. Под резерваты оставлены, как правило, худшие земли — безводные или, наоборот, болотистые, малярийные районы.

В ЮАС в резерватах живет 2400 тыс. человек, или 36% всех банту ЮАС. В Южной Родезии 80% банту живет в резерватах, в Свазиленде и в Бечуаналенде — по 90%. В целом по Южной Африке в резерватах живет большая часть всех банту.

Земледелие

Главный источник средств существования банту в резерватах—земледелие. На своих полях они выращивают кукурузу, различные сорта проса, из которых наиболее распространены сорго, называемое в Южной Африке «кафрское просо», и сахарное просо, или элевзина, разного рода бобовые растения; из огородных культур — многочисленные сорта тыкв и дынь. Кукуруза и просо — главные продукты питания: обычное блюдо — каша из кукурузы и проса, размолотых на каменной зернотерке; из этой же муки делают лепешки. Из сорго банту приготовляют свой любимый напиток — пиво, которое содержит незначительный процент алкоголя. В лесах собирают дикорастущие плоды.

Землю, как и прежде, обрабатывают деревянной мотыгой с железным наконечником. Железные плуги не применяются из-за малоземелья и главным образом потому, что крайняя бедность не позволяет крестьянам их приобретать; для большинства плуг — неосуществимая мечта. Владельцы плугов, зажиточные крестьяне, обрабатывают ими не только свои поля, но и поля соседей, взимая за это плату трудом или продуктами. Рабочего скота, лошадей или волов также очень мало; в ЮАС одна лошадь приходится примерно на три хозяйства. Хозяйство без лошади и плуга — таков уровень крестьянского хозяйства в резерватах. Земля обрабатывается примитивно; раньше обрабатываемые участки часто менялись, сейчас цедостаток земли лишает крестьян этой возможности.

Земельная теснота во многих резерватах потрясающая. Земельный фонд резерватов находится в общинном землевладении и в непосредственном распоряжении вождя племени. Внутри племени пахотная земля распределяется по старинному принципу уравнительного землепользования. Надел пахотной земли получает каждый женатый мужчина; если он имеет нескольких жен, то ему даются наделы на всех жен, кроме первой. Надел по наследству не передается и со смертью держателя поступает в распоряжение вождя; однако надел обычно остается за семьей умершего, если вождь не найдет нужным передать его другому. Держатель надела может сдавать его в аренду. На практике принцип уравнительного землепользования, как правило, не соблюдается, и земля распределяется далеко не равномерно. Раздел земли в пределах племенной общины происходит следующим образом: «Вождь, в согласии со своими советниками, решает прежде всего, где будет пастбище, где район охоты и где пахотная земля. Из пахотной земли он выделяет участок для себя как главы своего собственного крааля, обычно лучший из имеющихся. Остальную часть пахотной земли он делит на две части: одну из них он передает подчиненным ему вождям для распределения между краалями, вторую часть оставляет неразделенной, чтобы впоследствии удовлетворять требования со стороны новых членов племенной общины... Подчиненные ему вожди распределяют выделенную для них землю между находящимися в их ведении краалями, забирая, так же как и вождь племени, лучшую землю для себя и для своих семей. При распределении больших и лучших участков вождей можно подкупить, запугать * они учитывают родственные связи и т. д.»1.

Во многих районах резервата Транскей введено индивидуальное землевладение по так называемой системе «гленгрей» 2. В каждой общине было выделено определенное, не подлежащее увеличению количество пахотных наделов, по 4 га каждый. Пастбище осталось в общем пользовании. Каждый крестьянин, живший в общине в момент введения этой системы, получил надел на следующих условиях: владелец надела платит ренту; надел передается по наследству, но не может быть разделен; надел может быть продан лишь с разрешения генерал-губернатора. Эта система была введена как средство дальнейшего обезземеления крестьян: естественный прирост населения землей не обеспечивается, безземельные должны уходить на заработки. И уже в 1913 г. сообщалось, что 20% крестьян этих районов не имеет наделов, а в одной из общин на 28 держателей приходилось 59 крестьянских семей без земли; в 1929 г. 25% крестьян района Глон-Грей не имело наделов; они строят свои хижины на общественной земле и живут работой по найму. Нет свободных наделов и в тех резерватах, где сохранилось общинное землевладение, и значительное число крестьян не имеет земли. По данным Туземной экономической комиссии, в 1928—1929 гг. в семи обследованных ею районах было 11 тыс. женатых крестьян, имевших усадьбу, но не имевших надела пахотной земли; в области Виктория-Ист в 1928 г. на 2776 взрослых мужчин имелось только 1700 пахотных наделов. В 1943 г. в Свазиленде 5 тыс. 'семейств, составлявших шестую часть всего населения, не имели земельных наделов.

Из года в год крестьянка перекапывает мотыгой свой участок. Почвы истощены, выветриваются, урожайность падает. Применение минеральных удобрений невозможно, они слишком дороги. Крупнейшие резерваты, вроде Транскей, не могут прокормить себя и из года в год ввозят кукурузу из районов европейского фермерского хозяйства. Сбор кукурузы и сорго в резерватах ЮАС за последние 25—30 лет неуклонно сокращается; в 1947 г. сбор кукурузы составил всего лишь 74%, а сорго 53% к сбору 1929 г. Так же обстоит дело и в Южной Родезии. В 1902 г. с каждого акра было собрано 3,1 мешка кукурузы, в 1910 г. сбор уменьшился до 3 мешков с акра, в 1920 г.—до 2,7, а в 1930 г. составил всего лишь 2,2 мешка1. Таким образом, крестьянское хозяйство во всех резерватах деградирует.

Частые засухи сопровождаются массовым голоданием, хотя систематическое недоедание — и без того обычное явление. Продолжительная засуха 1951—1952 гг. погубила больше половины посевов кукурузы. Глава правительства Малан вместо помощи голодающим призывал их служить молебны.

Скотоводство

Важнейшей отраслью хозяйства является также и скотоводство. В недалеком прошлом скотоводство было преимущественным занятием большинства племен, и сейчас еще в быту преобладают обычаи и обряды, связанные со скотом. Опустошительные эпизоотии чумы в XIX в. и земельная теснота в резерватах подорвали животноводство д выдвинули на первый план земледелие. Разводят крупный рогатый скот, овец и коз; свиньи появились недавно, их количество ничтожно. Скот дает шкуры для одежды и для других хозяйственных нужд, мясо и молоко для питания. Потребляется преимущественно кислое молоко.

Скотоводство до сих пор остается пастбищным: скот выгоняют на пастбище круглый год, кормов не заготовляют. У большинства племен пастбища расположены около селений, и скот каждый вечер возвращается домой. У бечуанов, с их крупными поселениями, пастбища расположены иногда на расстоянии целого дня пути от жилья, и поэтому скот постоянно находится на пастбищах, а молоко доставляют в селения в кожаных мешках.

Колониальные власти твердят о перегрузке скотом пастбищ в резерватах и объясняют это «привязанностью» банту к скоту. Банту действительно любят скот, но недостаток пастбищ вызывается земельными экспроприациями, загнавшими банту в-«расовые заповедники».

Животноводство, как и земледелие, находится в состоянии упадка. «Еще недавно пастбища были изобильны, воды достаточно, скот был в хорошем состоянии. Сегодня пастбища оголены, оставшаяся растительность мало съедобна, водные источники исчезают, водопой становится все более затруднительным. Скот вырождается, молока получается мало, и главный продукт туземного животноводства, идущий на продажу,—кости и кожа... В прошлом корова в течение своей жизни приносила от 8 до 12 телят, сейчас — только четыре- пять», — пишет профессор сельскохозяйственной экономии Леппан1. Поголовье скота в резерватах сокращается. По данным сельскохозяйственной переписи ЮАС, поголовье крупного рогатого скота у крестьян в 1948 г., по сравнению с 1929г., составляло 94%, шерстных овец— 90%, курдючных овец — 53 %, ангорских коз — 35 %.

Раньше большим подспорьем в хозяйстве была охота; она давала мясо и шкуры для одежды. Теперь охота пришла в упадок. Леса в значительной части уничтожены, дичь перебита; лучшие места охоты объявлены заповедниками, доступ в них имеют только европейцы. Большая часть здоровых мужчин находится всегда на отхожих заработках; охотничьи ружья дороги, и не всякий может получить разрешение на покупку. Сейчас охотятся, пользуясь примитивными орудиями охоты, главным образом лишь старики и подростки, и только на мелкую дичь.