Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА



Гезирская ирригационная система Восточного Судана. Скотоводы баккара
Этнография - Народы Африки

Крупнейшая из ирригационных систем Судана — Гезирская была построена в 1925 г. Эта система позволяет орошать площадь в 1 млн. федданов плодородных земель, дающих ежегодно свыше 70% общего количества собранного в стране хлопка. Питает эту систему Макдарское водохранилище, расположенное на Голубом Ниле неподалеку от Сеннара. В 1932—1936 гг. было построено еще одно водохранилище в Гебель-Аулия (в 40 км к югу от Хартума). Хлопковые плантации, находящиеся под паводковым орошением, расположены также в районе Кассалы (р. Хор-Гаш) и Токара (дельта р. Хор-Барака). Площадь орошенных земель в этих двух районах составляет около 120 тыс. федданов, дающих около 17% ежегодного урожая хлопка.

Таким образом, лучшие земли страны, на которых прежде возделывались необходимые для нужд населения зерновые культуры, заняты хлопком.

Эксплуатация Гезирской системы находится в руках английского «Синдиката суданских плантаций» и зависящей от него «Хлопковой компании Кассалы». Английские колониальные власти служат интересам этой колониальной монополии и обеспечивают ей получение крупных прибылей.

До устройства Гезирской ирригационной системы земля гезирского района находилась в собственности местного суданского населения. После орошения она была передана суданскими властями в эксплуатацию синдикату, который, «арендовав» ее у населения из расчета 10 пиастров в год за 1 феддан, разделил эту землю на отдельные участки по 40 федданов в каждом, а затем роздал на определенных условиях держания прежним ее владельцам и в аренду — переселенцам.

Земля распределялась между бывшими ее владельцами в зависимости от величины их прежних владений. Так как дифференциация местного населения по величине земельных владений была к этому времени значительной, то феодальная знать получила земельные массивы, доходящие до 720 федданов, крестьянская же беднота — по одному участку на несколько семей. Держатели мелких участков постепенно разоряются: в годы падения цен на хлопок они уже не в состоянии просуществовать на доходы от своих наделов и в поисках заработка уходят в города, порывая всякие связи с некогда принадлежавшей им землей. В годы мирового экономического кризиса администрация синдиката, поставленная перед угрозой остаться без рабочей силы, ввела среди держателей мелких участков земли круговую поруку, а английские колониальные власти поспешили издать специальный закон, по которому полиция задерживала беглецов для привлечения к уголовной ответственности, а их земля переходила в собственность синдиката. Синдикат широко пользуется правом отчуждения земли в случае невыполнения ее владельцем целого ряда условий держания. К таким условиям относятся: неукоснительная обработка под хлопок 10 федданов земли из 40 (только 6 федданов разрешено засевать продовольственными культурами; 24 феддана находятся под паром); сдача всего урожая хлопка синдикату; своевременное погашение долгов синдикату и т. д. Кроме того, синдикат фактически запретил куплю и продажу земли. Он сам за бесценок скупает земли разорившихся держателей. Таким образом, в Гезире происходит массовая земельная экспроприация. Клин гезир- ских земель, принадлежащий синдикату (сейчас он составляет примерно одну пятую часть всей земли Гезира), год от году увеличивается. Это подтверждает и цифровой материал. В 1941/42 г. из общего числа 23 205 держателей и арендаторов гезирской земли бывшие земельные собственники составляют всего лишь 20,1% (4682 чел.).

Арендаторы также представляют собой далеко не однородную массу: одни из них, арендуя у синдиката крупные земельные участки, в свою очередь сдают их в аренду пришлой бедноте, другие вынуждены довольствоваться крохотным клочком земли.

Все постоянное население Гезиры, связанное с выращиванием хлопка, можно разделить на несколько групп: 1) помещики и кулаки, держатели крупных земельных участков, а также держатели небольших участков земли; 2) арендаторы; 3) батраки и сельскохозяйственные рабочие. Непостоянное население Гезиры состоит из батраков-сезонников, которых в 1941—1942 гг. насчитывалось 136 086 чел.1 Жители провинции Голубой Нил составляли 55% этого числа; выходцы из других провинций Судана — 15%; выходцы из Французской Западной Африки, Нигерии и других колоний Африки — 30 %.

Ирригационная система Гезиры была построена на средства, собранные путем налогового обложения населения. Эксплуатация же этой системы находится в руках синдиката, а прибыли от хлопковых плантаций вывозятся в Лондон, где находится правление синдиката. Синдикат ведет техническое наблюдение над ирригационными сооружениями, распределяет воду, устанавливает обязательные для держателей земли агротехнические правила и следит за их выполнением, организует скупку хлопка по установленным ценам и экспортирует его. Синдикат получает с каждого феддана сотни пиастров чистой прибыли в год, или около- 20—25% на вложенный капитал.

Примерно такое же положение существует на хлопковых плантациях «Кассала Коттон-компани», расположенных по рекам Барака и Гаш, где 70% орошаемых земель были закреплены за прежними ее владельцами, обязанными безвозмездно отдавать компании 50% собранного урожая хлопка. В хлопководческих районах этих двух рек английский империализм эксплуатирует свыше 100 тыс. крестьян и батраков.

Английские власти проводят работы по освоению новых земель под посевы хлопка в центральном Кордофане, в горных долинах Гебель- Нуба. Орошение в этих районах будет осуществляться при помощи грунтовых вод, для чего роют специальные колодцы. И здесь, так же как и в Гезире, решено использовать на хлопковых плантациях труд коренного населения. В районы хлопководства переселено уже около 20 тыс. семей. По имеющимся в нашем распоряжении далеко не точным данным, в Северном Судане на хлопковых плантациях трудится около 400 тыс. чел., не считая сезонных рабочих (в Гезире, по официальным данным, на хлопке работают ’150 тыс. чел., на плантациях рек Барака и Гаш—100тыс., на вновь орошенных землях Кордофана — около 100 тыс.).

Главнейшие продовольственные культуры Восточного Судана —дурра, дохн (просовидный засухоустойчивый злак), кукуруза, пшеница и ячмень. Под дуррой находится примерно 55% пахотных земель страны, под дох- ном—10,8%, под кукурузой—0,8%, под пшеницей—0,7%, под ячменем— 0,2%. Остальные земли заняты сезамом (кунжутом), земляными орехами и огородными культурами. На долю хлопчатника приходится 16%, но это самые лучшие орошаемые земли.

В степных плоскогорьях Дарфура и Кордофана год делится на два приблизительно равных периода: период дождей (с середины июня до половины октября) и период засухи (с октября по июнь). Кордофанские земледельцы в июне начинают сжигать сухую траву степей. С первыми дождями зола, несущая в себе калийные соли, впитывается в почву. Затем мужчины вспахивают поля плугами, запряженными парой быков. Часто почву поднимают тяжелыми мотыгами. В гористых районах Кордофана ощущается острая нехватка земли. Каждый фед- дан пашни берется от природы с боем. Особенно много усилий приходится затрачивать на очистку поля от камней. Иногда на склонах холмов устраивают поля в виде террас с насыпной землей. Когда поле готово для посева, мужчины длинной заостренной палкой делают в земле углубления, а женщины, следуя за ними, бросают в ямки зерна дурры, заравнивая поверхность ногой. Через три месяца после посева урожай поспевает. Колосья срезают ножом или серпом. На специальных токах, четырехугольных утрамбованных площадках, обнесенных небольшим земляным барьером, дурру молотят длинными гибкими палками. После обмолота и провеивания, промывки и сушки зерно ссыпают в глубокие ямы, вырытые на сухих возвышенных местах. Дно ямы устлано толстым слоем мякины и мелко нарезанной соломы, стены — плотными цыновками из пальмовых листьев. Засыпанное зерно покрывают мякиной и соломой.

В некоторых районах Кордофана и Дарфура небольшие земельные участки находятся под постоянным орошением. Воду берут из колодцев или водоемов, продолжительное время сохраняющих дождевую воду. На этих небольших орошаемых участках обычно выращивают огородные культуры: лук, тыкву, арбузы, дыни, баклажаны, бобы и перец. Урожай зерновых, как правило, очень низок. Так, например, средний урожай дохна, основной кордофанской культуры, составляет 150—200 кг с феддана неорошаемой земли. Для существования крестьянской семьи в 5 чел. требуется 2,5 тонны зерна в год. Но ни одна семья кордофанских арабов такого количества зерна со своих полей не снимает. Пахотный участок среднего крестьянина редко превышает 6—8 федданов, а часть урожая приходится продавать, чтобы собрать деньги для уплаты налогов и покупки самэго необходимого из предметов обихода. Лучшие земли и водные источники находятся в руках немногочисленной родо-племенной и феодальной верхушки. На плечи крестьянина ложится непосильный груз всевозможных повинностей. Суданский крестьянин систематически голодает. Хлеба до нового урожая ему почти никогда не хватает. Он идет в город, где берется за самые тяжелые работы, или трудится на хлопковых плантациях.

Плодороднейшие земли страны давно экспроприированы англичанами. Они перешли в руки колониальной администрации, акционерных компаний, частных лиц. Средства ирригации почти целиком находятся в безраздельном владении англичан и служат целям неограниченной эксплуатации. За пределами территорий хлопковых плантаций, где капитализм не создает собственного хозяйства, эксплуатация населения принимает иные формы.

Скотоводы баккара

Основное занятие баккара — кочевое отгонное скотоводство. Соответствующие климатические условия, обилие пастбищ и родных источников способствуют разведению крупного рогатого скота и лошадей. Ограниченное количество верблюдов, коз и овец держат лишь некоторые из северных племен баккара. Земледелием занимаются немногие из племен, и оно наряду с охотой и рыбной ловлей играет подсобную роль. Летние месяцы — время дождей — баккара проводят на высоких плоскогорьях северной части своей страны, куда не проникает муха цеце. Осенью, когда воды становится недостаточно, баккара спускаются на равнины, где водоемы не высыхают до конца зимы, и, наконец, весной откочевывают еще дальше, в области юга, с тем чтобы с первыми дождями вернуться к пастбищам севера. Для баккара скот имеет не меньшее значение, чем для кочевника верблюд. Скот дает продукты питания (молоко, жиры, мясо), материал для обуви и разнообразных поделок, крышу для жилищ, а также служит средством передвижения.

Баккара и в настоящее время кочуют по определенной территории, которая находится в распоряжении отдельного племени. Движение с севера на юг и обратно проходит по точным маршрутам, и нарушение их приводило прежде к племенной вражде. В настоящее время за небольшую плату племя может приобрести право выпаса своих стад на территории соседей. Среди баккара четко прослеживаются отношения феодальной зависимости. Каждый из рядовых членов племени обязан ежегодно отдавать назиру (вождю племени) и окружающей его феодальной знати определенную часть приплода скота, часть урожая со своих небольших полей и делиться заработком от караванных перевозок.

Назир распоряжается пастбищами и зачастую отдает на выпас своим соплеменникам стада скота и лошадей.

Во время стоянки лагерь разбивается на возвышенном сухом месте неподалеку от водного источника. Отдельно стоит шатер назира. Только зажиточные хозяева имеют возможность строить для каждой из своих жен отдельное жилище; семья среднего достатка, иногда состоящая из мужа и двух-трех жен, довольствуется одним шатром. Поблизости от шатров возводятся загоны для скота (зарибы). По кругу строится изгородь из терновника и стволов деревьев. С раннего утра стада выгоняются на пастбища; ночью они возвращаются обратно в зарибу.

Баккарские женщины трудятся наравне с мужчинами. Они доят коров, сбивают масло, прядут шерсть, шьют одежду. Мужчины пасут и охраняют стада, ремонтируют зарибы, рубят деревья, необходимые для хозяйственных нужд, выполняют шорные работы. Во время пребывания на юге все хозяйство ложится на плечи женщин и юношей. Мужчины неделями проводят время на охоте и рыбной ловле.

Племенная организация баккара почти ничем не отличается от племенной организации других кочевых арабских племен Судана. Род объединяет несколько больших патриархальных семей. Несколько родов, дробящихся на семьи, составляет колено племени, и, наконец, несколько племен, объединенных общим названием, составляет союз племен. Во главе родов, колен и племен стоят старейшины — шейхи. Господствует кузенный брак. Мужчина, вступающий в брак впервые, чаще всего женится на дочери дяди со стороны отца, что сохраняет стадо семейной группы, предназначенное на «выкуп за невесту» (махр). Выкуп состоит из 10—20 голов крупного рогатого скота и некоторой суммы денег (10—20 ег. фн.). Брачный контракт часто заключается еще в младенческом возрасте будущих супругов, и родители жениха в счет будущего махра выплачивают «задаток». Кроме махра, идущего в семью невесты, ее мать получает подарки — платья, украшения, предметы домашнего обихода.

И сейчас еще среди кочевых арабов Судана наблюдаются древние пережитки матриархата, когда жена не сразу переходит в дом мужа, продолжая жить с отцом до рождения двух или трех детей, причем один ребенок остается в семье отца. Женившись вторично (коран разрешает иметь до четырех жен), муж живет в одном жилище со своими двумя, а то и тремя женами. Первая жена, считаясь главной, распоряжается остальными, руководит домашним хозяйством. В первые годы совместной жизни жена не имеет права присутствовать во время трапезы мужа. Дети едят отдельно от родителей и никогда не появляются в присутствии гостей. Среди баккара не только девушки, но и замужние женщины пользуются значительной свободой. Уважительными причинами для развода, как и среди всех мусульман, служат неверность жены и ее бездетность. Разведенная возвращается в дом отца, забирая с собою приданое. При разводе махр возвращается обратно, но не сразу, а лишь после того, как женщина найдет нового мужа. Однако до этого отец разведенной возвращает ее первому мужу часть махра, а остальную (большую) часть муж получает со своего преемника, обязанного расплатиться не только с ним, но и с отцом своей невесты.

Обычай платы за кровь (<дия), с санкции английских властей получивший силу закона, процветает и в наши дни. За убийство выплачивается 40—50 голов крупного рогатого скота, за тяжелое увечье — вдвое меньше. Заслуживает внимания тот факт, что даже сейчас дия выплачивается не только родственниками убийцы, но и всем племенем, к которому убийца принадлежит (ближайшие родственники выплачивают лишь четвертую часть).

Родо-племенная организация баккара, как и у многих других суданских народов, давно находится в процессе разложения. Однако английские власти искусственно сохраняют родовые порядки, опираясь в своей политике на родо-племенную и феодальную верхушку. Сейчас среди баккара патриархально-феодальные отношения тесно переплетаются с отношениями капиталистическими.

Английская колониальная администрация узаконила власть шейхов и назиров, стоящих во главе крупных племен, наделив их административной властью. Шейхи и назиры участвуют в созданном англичанами «самоуправлении» и под диктовку английских чиновников утверждают новые законы. Они стоят во главе судебных учреждений, где могут сурово карать своих соплеменников за малейшие проступки. Баккара находятся в кабальной зависимости от шейхов и назиров и, как много лет назад, берут их стада на выпас, работают на их быках и верблюдах по перевозке грузов иностранных торговых фирм, получая за это ничтожную долю фактического заработка.

Баккарские шейхи давно приобрели тесные связи с городом, превратились в крупных торговцев, оптовых скупщиков скота, кож, мяса. Многие из них уже имеют в городах собственные магазины, мелкие предприятия по обработке кожи и шерсти. Английские власти поручают шейхам собирать со своих соплеменников налоги и следить за выполнением разнообразных повинностей. Кроме того, баккара содержат многочисленную армию мусульманского духовенства.

Баккара, как и остальное арабоязычное население Судана,— мусульмане-сунниты. Персонал мечетей и многочисленные кади (судьи — ученые толкователи шариата) следят за непогрешимостью официального направления в религии. Однако свод мусульманских законов давно уже переделан английскими властями в интересах колониального управления. В Северном Судане существует множество различных «религиозных братств». Каждое из них возводит свое происхождение к какому- нибудь давно умершему благочестивому шейху. Большинство «братств» возникло в XIV—XVI вв., но некоторые из нцх имеют более позднее происхождение. Мусульманское духовенство находится в тесной связи как с английскими властями, так и с баккарской эксплуататорской верхушкой.

Баккара, как и остальные кочевники Судана, живут в ужасающей нищете. Правительство не строит для них ни школ, ни больниц. Немногие из детей обучаются чтению и письму у полуграмотных мулл. Население страдает от пеллагры, туберкулеза, малярии, желудочных и венерических заболеваний. Денег от продажи скота едва хватает, чтобы уплатить налоги. Тысячи разорившихся баккара в поисках заработка отправляются в города, на железную дорогу, хлопковые плантации.

Жилища баккара не отличаются сложностью постройки. По окружности радиусом в 3—3,5 м вкопаны деревянные подпорки. Иногда для этой цели пользуются стволами растущих небольших деревьев. Из легких и гибких ветвей конструируется плотный куполообразный каркас, на который настилают цыновки из пальмовых листьев, отличающиеся характерным разноцветным орнаментом. Во время дождей цыновки заменяются бычьими шкурами. Пол также устлан цыновками, а у более зажиточных хозяев — коврами. Утварь и имущество баккара держат в удобных для перевозки деревянных сундуках и корзинах, на подвесных полках и в кожаных мешках. Широко применяется глиняная посуда. В ней готовят пищу, хранят зерно, молочные продукты, воду. В домашнем обиходе, как, впрочем, повсеместно в Судане, недостающую посуду заменяют легкими тыквенными калебасами и бутылками.

Обычную пищу составляет молоко во всех видах, каша из дурры и сезама, пиво, чай. Мясо баккара едят редко. Как все кочевники, они заботятся об увеличении своих немногочисленных стад и скот режут по праздникам и в торжественных случаях, в первую очередь старых и покалеченных животных. Мясо едят полусырым, едва поджаренным на углях, вареным и провяленным на солнце. Из дурровой муки, если она есть, пекут тонкие круглые лепешки, замешанные на кислом молоке Едят три раза в день: утром, в полдень и вечером. Любимый напиток — черный кофе. Но кофе стоит дорого и редко появляется в палатке кочевника. Сравнительно скудное меню несколько разнообразится весной. В это время существенным подспорьем служит охота.

Раньше баккара славились как искусные охотники на слонов. Этот вид промысловой охоты требовал не только мужества, но и большого опыта. Слонов ловили в ямы и специальные загоны. На страусов охотились на лошадях. Ценность представляли экземпляры, достигшие четырехлетнего возраста. Охотники во весь опор гнались за птицей. Преследование продолжалось около часа. Обессилевшего страуса убивали ударом палки по голове. Эта охота давала не только ценные перья, но и мясо,, которое баккара охотно употребляли в пищу. В настоящее время почти во всех районах страны охота на слонов и страусов запрещена. Разрешения за высокую плату выдаются лишь европейским и американским туристам.

баккара

Одежда баккара почти ничем не отличается от одежды других кочевых. арабов Судана. Белые хлопчатобумажные штаны едва закрывают икры. Длинная просторная рубаха с широкими рукавами иногда стягивается поясом. Сверху надевается джубба — свободный халат темного цвета, изготовленный из грубых сортов шерстяных тканей кустарного производства. Поверх легкой шапочки накручивается столь распространенный в мире ислама тюрбан. Легкие, слегка загнутые на концах кожаные туфли — обычная обувь баккара.

Наряд женщин и девушек также состоит из хлопчатобумажных штанов, длинной рубашки и верхнего платья * Плечи закрыты живописными складками шерстяной шали — фирды. Девочки, не достигшие половой зрелости, носят только рахат — коротенькую юбочку из особых сортон волокнистых трав. Баккарские женщины не закрывают лица. Короткие волосы, обильно смазанные жиром, заплетаются во множество мелких косичек. Любимые украшения баккарских женщин—серебряные, медные, иногда железные кольца и ожерелья. Золото давно стало редкостью. Нити янтарных, сердоликовых и стеклянных бус украшают грудь. Каури, раковины моллюска Conchillia, нанизанные на тонкие сыромятные ремешки,—весьма распространенное украшение, а тяжелые медные браслеты и запястья по форме напоминают браслеты нилотов. Кольца носят на только в ушах, но и в носу.

Кустарное производство тканей продолжает играть существенную роль, так как в Судане английские торговые фирмы сбывают ману- фактуру дорогую и скверного качества. Хлопок баккара закупают у земледельческих племен. Женщины прядут его вручную на простых веретенах и при помощи несложного ткацкого станка изготовляют белую ткань. Кожи дубят соком коры низкорослых кустарниковых мимоз. Обувь баккара шьют сами. Шорные изделия — бурдюки для воды, кожаные ведра, переметные сумки, ремни и т. п. предметы, широко применяющиеся в хозяйстве,— также домашнего производства.

Ведя кочевую жизнь, баккара пользуются быками не только для верховой езды, но и для перевозки грузов, употребляя при этом специальные вьючные седла. Из мягкой соломы или сухих волокнистых трав плетут длинные толстые косы; 12—16 кос, сшитых вместе, образуют мягкий пружинящий мат, примерно 1,5 X 1,5 м. Два мата, положенные один на другой, покрывают большую часть спины животного и служат надежной основой для вьюков.

Баккара — искусные кузнецы и шорники, и их изделия — копья, мечи, кинжалы, седла, переметные сумки и т. п.— отличаются высоким качеством. В набор необходимых кузнечных инструментов входят небольшой ручной мех, наковальня, несколько различных по величине и форме молотков, щипцы. Высокого мастерства достигли ремесленники городов. Их ювелирные изделия — отделка эфесов мечей и кинжалов, женские украшения и т. п.— поражают тонкостью исполнения.

Баккара давно познакомились с огнестрельным оружием. До этого они пользовались длинными копьями с широким наконечником, тяжелыми обоюдоострыми мечами, кинжалами. Но среди южных племен баккара еще и сейчас можно встретить самодельные шлемы и кольчуги из тонких металлических колец. Эта боевая одежда средневековья постепенно исчезает. Баккара — прекрасные наездники, и конный спорт пользуется в народе всеобщим признанием. По праздникам конные состязания привлекают большое количество участников и зрителей.

Летом в период дождей баккара откочевывают на север ближе к торговым центрам, где они продают скот, шкуры и закупают все необходимое на год. Скот и шкуры — единственный источник денежных доходов кочевника. Все хозяйственные связи баккара с внешним миром монополизированы английскими колониальными компаниями. Они скупают у баккара по низким ценам все продукты животноводства и продают им втридорога муку, ткани, металлические изделия и пр. Неэквивалентный обмен является основной формой эксплуатации баккара, равно как и всех других кочевых племен Судана, английскими монополиями.

Другая форма ограбления баккара английским империализмом — высокие налоги. Собранные таким путем средства идут исключительно на содержание колониального аппарата порабощения. В местах кочевок баккара нет ни больниц, ни школ.

В последнее время английские колониальные монополии проявляют особый интерес к развитию животноводства в степных районах Центрального Судана. Англия стремится выкачать из своих колоний как можно больше сырья и продовольствия. Идет интенсивное строительство новых мясоконсервных и кожевенных предприятий. Непрерывно растет экспорт кожи: в 1947 г. из Судана было вывезено 1032 т, в 1948 г.— 1972, в 1950 г.— 2349 т.

Щунальцы английского империализма проникают все дальше на запад, где у кочевников сохранились более многочисленные стада. В помощь осуществлению плана дальнейшего ограбления суданских народов проводится строительство непрерывной линии колодцев, которая должна связать железную дорогу с самыми отдаленными пунктами Дарфура и Кордофана, что позволит прогонять гурты скота по ранее непроходимым безводным степям.

Английские власти поспешили издать закон, по которому шкуры не могут продаваться выше установленной государственной цены ни внутри страны, ни на экспорт. Таким образом, в Судане англичане постепенно монополизируют не только скупку хлопка, но и других сырьевых продуктов.

Южный Судан в наши дни — одна из наиболее отсталых частей Африки. Английские колониальные монополии до самого последнего времени не проявляли интереса к этой части Восточного'Судана. Здесь до сих пор не обнаружено ни алмазных, ни угольных или золотых месторождений; крестьяне не выращивают здесь ценных видов сельскохозяйственного сырья. Южную часть Судана можно отнести к той категории колоний, о которых В. И. Ленин писал, что они захватываются империалистами впрок:

«Не только открытые уже источники сырья имеют значение для финансового капитала, но и возможные источники, ибо техника с невероятной быстротой развивается в наши дни, и земли, непригодные сегодня, могут быть сделаны завтра пригодными, если будут найдены новые приемы (а для этого крупный банк может снарядить особую экспедицию инженеров, агрономов и пр.), если будут произведены большие затраты капитала»1. И далыш.: «Как тресты капитализируют свое имущество по двойной или тройной оценке, учитывая «возможные» в будущем (а не настоящие) прибыли, учитывая дальнейшие результаты монополии, так и финансовый капитал вообще стремится захватить как можно больше земель каких бы то ни было, где бы то ни было, как бы то ни было, учитывая возможные источники сырья, боясь отстать в бешеной борьбе за последние куски неподеленного мира или за передел кусков, уже разделенных»2.

Во многих отдаленных районах Южного Судана и сейчас сохраняются остатки древних форм ведения хозяйства, общественных отношений, духовной и материальной культуры. Изучена эта часть Судана очень плохо. Только в последние годы по заданию колониальных властей, в связи с внедрением в экваториальных областях хлопка, изучением нилотов занимались Зелигман, Притчард и другие английские этнографы. В своих исследованиях они обращали внимание главным образом на древние, умирающие институты этих народов. На основании этих источников можно воссоздать примерно картину только прошлой жизни нилотов.

Южный Судан, как уже указывалось, населен племенами негроидной расы — нилотами: динка, шиллуки, нуэры, бонго, бари, анивак, лотуко и др. Племена нуэр и динка так мало отличаются между собою в культурном и социальном отношении, что нет необходимости рассматривать каждое из них в отдельности. Формы и методы ведения хозяйства также совпадают в мельчайших деталях. С хозяйственной жизнью нилотов — типичных скотоводов Африки — мы познакомимся на примере прошлого нуэров.